– Ты знал, что он предатель?

– А ты беспокоишься, Малфой? Волосы аристократа, слегка растрёпанные, но всё ещё красиво уложенные, колыхались на ветру. Гарри смотрел на Драко, в его глазах не было ни злости, ни высокомерия, лишь блеск луны, вышедшей из-за туч. Возможно, где-то там, в глубине этих серых глаз, плескалось что-то поистине жгучее, возможно, в них можно было бы увидеть беспокойство, странное, до боли тёплое, но гриффиндорец, даже если и заметил, не подал виду – лишь едва заметный блеск в изумрудных глазах выдавал его. Драко медленно, почти лениво присел рядом с ним, и только Малфои могли опуститься на каменный пол с такой грацией. На это Гарри лишь хмыкнул и по-доброму закатил глаза, он уже давно стал спокойно относиться ко всем аристократическим замашкам блондина. А когда это вообще началось? Когда же они стали столь близки? – О чём задумался, Потти? – насмешливый голос уже не был направлен для того, чтобы позлить, лишь из-за привычки, от которой не смог избавиться Драко, его тон получился таким, слегка насмехающимся. – Ни о чём, Малфой, – в тон слизеринцу ответил гриффиндорец. Гарри вспомнил, когда это началось, ещё в тот самый момент, когда они с Драко встретились на первом курсе и когда блондин решил предложить ему свою дружбу. На самом деле Гарри не знал, зачем же он тогда оттолкнул его от себя, ведь сидя сейчас здесь, под покровом матери-ночи и смотря в каменный пол, он понимал, действительно понимал, как ценит эту безмолвную поддержку, как действительно ценна дружба с этим наглым аристократом. Слегка повернув голову к парню рядом, Поттер погрузился в воспоминания, и если бы он рассказал об этих воспоминаниях себе одиннадцатилетнему, то точно подумал бы, что он сумасшедший. Возможно, они всегда были близки, но лишь недавно из их мальчишеской войны они перешли в дружбу.

***

В библиотеке было тихо, несмотря на то, что многие были охвачены радостью от Турнира. Это место, пожалуй, было единственным, где Гарри мог отдохнуть от вечных взглядов, которые преследовали его ещё с момента, когда кубок выбрал его четвёртым кандидатом. Он всё ещё не мог поверить, как такое могло произойти. Поддавшись круговороту мыслей, он не заметил, как рядом с ним опустилась книга и в поле зрения появились чьи-то руки. Сначала Поттер подумал, что это Гермиона, ведь из всех его друзей она была единственной, кто мог зайти в библиотеку, Рон же не пошёл в неё добровольно, но, присмотревшись, увидел небольшое кольцо, которого явно не было у его подруги, да и кожа была намного бледнее, чем у гриффиндорки. Он медленно поднял взгляд с книги и посмотрел на человека перед ним: Драко Малфой собственной персоной. Гарри сначала даже опешил: что же слизеринцу могло понадобиться от него? А потом посмотрел на книгу в его руках и опешил ещё больше. «Магловский мир и как магия влияет на маглов», – гласила надпись на книге, и явно не шло слизеринцу, тем более Малфою. Гарри всё ещё не мог оторвать взгляд от книги, когда услышал насмешливый голос: – Неужели наш золотой мальчик решил включить мозги и направить их на что-то ещё, кроме квиддича? – Драко взглянул на учебник Гарри и приподнял брови. На его столе лежала книга по истории магии и свитки с перьями; он решил сделать домашку здесь, подальше от слишком шумных и возбуждённых гриффиндорцев. Посмотрев в глаза Малфою, он лишь пожал плечами: отвечать на нападки этого заносчивого придурка совершенно не хотелось. – Как видишь, – он кивнул головой на другие учебники и снова уткнулся в книгу. Малфой неопределённо что-то пробормотал под нос и сел рядом, больше ничего не говоря, лишь кинул нечитаемый взгляд на Избранного и, не найдя то, что искал, раскрыл свою книгу. За столом повисла неловкая тишина, но Гарри, подняв взгляд на соседа перед собой, он понял, что неловкой эта тишина была лишь для него. – Не думал, что ты интересуешься таким, хорёк, – сказал вдруг Гарри и сам не понял, как слова сорвались с языка. Несколько раз обругав себя в мыслях, он взглянул на собеседника. – Расширяю свои знания, Поттер! Если что, есть люди, которые стремятся заработать баллы своими познаниями, а не только тем, что бегут сломя голову к приключениям, – надменно хмыкнул блондин. – Вообще-то эти приключения сами находят меня, – пробурчал гриффиндорец. Они снова погрузились в молчание и занимались каждый своими делами. На этот раз тишина была даже какой-то уютной, и от этого сравнения захотелось стукнуть себя чем-нибудь тяжёлым: это ведь Драко я-невероятная-выскочка-и-заноза-в-заднице Малфой. С того дня в библиотеке они стали встречаться чаще, в основном ничего не говоря, лишь изредка перекидываясь парочкой реплик, и Гарри не заметил, как стал сам подсаживаться к слизеринцу, когда видел его в библиотеке. Возможно, именно с тех самых пор они перестали быть врагами

***

Они сидели в молчании, лишь далёкий крик птиц прерывал эту тишину. В темноте послышался голос Драко, который произнёс заклинание «Люмос», и мягкий свет на конце палочки осветил его лицо. – И всё-таки, зачем ты пришёл? – его собственные слова в тишине отдавались слабым эхом и показались слишком громкими, отчего блондин вздрогнул. – Отдохнуть, Поттер, отдохнуть! – беззлобно ухмыльнувшись, он повернул голову к Гарри, встречаясь с ним взглядом. – Кто-то взорвал в нашей гостиной что-то. Не знаю, что это было, но запах стоял ужасный. Даже фурункулы так не пахнут! – продолжил он, слегка пожимая плечами и морщась, вспоминая то ли запах, то ли ситуацию в целом. – О, а твоё великолепие не выдержало этого запаха? – в глазах Гарри блеснул озорной огонёк. – Заткнись, этот запах был даже в нашей спальне! – вскрикнул блондин и закатил глаза. Тихо посмеявшись над этой ситуацией, они вновь погрузились в тишину. На самом деле Гарри догадывался, кто стоял за этим «происшествием», но говорить об этом не стал, лишь пообещал себе спросить, правда ли это те, о ком он подумал. Тучи стали сгущаться, и луна, словно растворялась среди этой темноты. Стало холоднее, и ветер, словно в насмешку над двумя учениками, резко подул, хлестая лицо, ероша волосы и проникая под одежду, заставляя тело покрыться мурашками. Тихий шелест прозвучал в оглушающей темноте, и Гарри поднялся с пола, хватая свою мантию и протянул руку Драко, что всё ещё сидел на холодном каменном полу. Слизеринец посмотрел на протянутую руку и, пробормотав «Нокс», убрал свою волшебную палочку, схватился за руку, протянутую ему Поттером, и тот помог ему подняться. Отпустив руку Драко, гриффиндорец пошёл в сторону двери и со скрипом отворил её, а затем, развернувшись и посмотрев на силуэт парня, он улыбнулся и сказал: – Спокойной ночи, Малфой! – а затем, не дожидаясь ответа, вышел на лестницу, что вела вниз. – Ночи, Поттер, – сказал блондин в темноту и, глубоко вздохнув, вышел вслед за гриффиндорцем, а в темноте Астрономической башни вспыхнул едва заметный огненный блеск.