Школьная зарисовка

Готи лежит на полу, смотря на стену исклеенную плакатами. Наклейки на уголках плакатов. Скотч со звездочками, который ему достался от Габриэллы в подарок за победу в ее выдуманном конкурсе. Плакат Queen по центру, Скэру очень нравится эта группа, аж купил выпуск «Все звезды» с их плакатом два раза и второй отдал Готи. И только сейчас в маленькой и непонятной волне бунта, он решил наклеить их на стены. Да, большую часть людей на плакате он даже не знал, но ценность эта бумага имела, лишь потому что сколько бы он не рассматривал он представлял улыбку Скэра. И тут в голову приходит еще одна идея. Готи подскакивает и достает фотополоску. У Готи забавно серьёзное выражение лица, а Скэр корчи рожи рядом. И тоже клеит ее на стену. — Идеально, — гордо вслух проговаривает Готи. — Согласен, но как по мне нам нужно побольше совместных фотографий, — неожиданно из ниоткуда появляется Скэр, выглядывая из-за спины. — Ничего, исправим. Его рука очень быстро гладит его по линии талии, оставляя волну мурашек, и легко исчезая. — Откуда! — Готи кидает взгляд на открытое окно и тяжело выдыхает. — Скэр! — Если ты живешь на первом этаже, то не стоит оставлять окно открытым, — хмыкает тот, падая на кровать. — Сука, как кровать может быть таааааакой мягкой. — Не матерись, если кто-то из домашних услышит, нам… — Пизда! — и Скэр разливается звонким смехом. — Готи-Готи, любовь моя нежная, твои уши должен ласкать только… ветер? — Скэр, я тебя убью, — он решительно хватает подушку с кровати, а Скэр перекатывается на другую сторону кровати. — Ой-ой-ой! — он падает с кровати, и выглядывает из-за края. — Боюсь-боюсь! — Дурак, — фыркает Готи, закрывая окно и ложась. — Иди сюда. Скэр же послушно залезает в объятия Готи, утыкаясь головой в изгиб шеи. Откровенно странное положение для друзей. Главное об этом не думать. Друзья и друзья. Жаль в лицеи нельзя так тискаться, иначе им устроят ярую лекцию о том, что они парни. — Я не хочу на работу, — жалостливо ноет Скэр. — Опять ночь не спать. — Снова на работу? — Готи резко напрягается, чуть приподнимаясь, но Скэр от него не отлипает. — Ты и так уже три дня нормально не спишь. — Ничего страшного, завтра воскресенье – отосплюсь, — сонно бурчит Скэр. — Давай я тебе денег дам. А ты… Ты переночуешь со мной? Скэр резко звонко и бодро начинает смеяться, приподнимаясь на руках и нависая над Готи. Улыбается секунды три, а потом снова начинает смеяться, утыкаясь ему в грудь. — Готи! Мой ты золотой мальчик! — он тяжело вздыхает, снова приподнимаясь и с широкой издевающейся улыбкой упирается лбом ко лбу к Готи. — И что же мы будем делать ночью? Какие именно услуги мне оказывать за такиееееее деньги? — Спать..? — крайне наивно произносит Готи, от чего Скэр закусывает нижнюю губу. — Готи, если ты хочешь переспать только для тебя это будет бесплатно… И тут до Готи наконец доходит, чего Скэр так лыбится, и прячет лицо за руками. — Дурак, я тебя просто ненавижу, — пристыженно стонет Готи. Скэр же все продолжает смеяться, ложась на него, и обнимая. — Сам захотел купить меня на ночь, — весело выдыхает ему в ухо Скэр. И снова мурашки и какой-то странный узелок внизу живота скручивается плотнее. Готи нервно, точно нервно, сглатывает. Лишь бы Скэр не подслушал бешенный пульс. — Ты же понимаешь, что я не это имел в виду! — заливаясь краской ругается он. — А мне нравится думать по-другомуууу! — Скэр резко садится будучи прямо на бедрах Готи, и приподнимает волосы, делая хвостик. — Ну, если позволишь отработать каждую копейку, то тогда я останусь. — Дурак, вали на работу, — Готи отворачивается, лишь бы не смотреть и не думать, что у него на бедрах расселся Скэр. Черт побери, это уж точно не по-дружески. Смущающе. Сердце безумно колотится. — Как же так? — Скэр наклоняет голову, упираясь руками около головы Готи. — Не хочешь меня? — Мы друзья, Скэр, — жалобно стонет Готи, уже абсолютно красный. — Д-р-у-з-ь-я. Скэр недовольно цокает и закатывает глаза. И комок, который яро обитал внизу живота падает вниз, словно при взлете, когда Скэр поднимается. — Прости, мне правда на работу надо, — он залезает пальцами в волосы Готье, трепля его. — У тебя завтра дома все будут? Готье садится, смотря по-щенячьи расстроенно на него. — Отец в командировке, Гедеон будет. — Значит без семейного ужина, класс. Я загляну с ночевкой? — Да!! Скэр крайне тепло улыбается и кивает. А потом обнимает Готье, прижимая его к себе к груди. — Я так соскучился по тебе. Готье поджимает губы и прижимается с Скэру сильнее. — Я тоже. ••• Готье откровенно ощущает пустоту в пространстве, когда рядом нет Скэра. Он не отвечает на сообщения ни ночью, пока работает, ни днем, видимо спит. А Готье… сначала он сделал уроки на неделю, потом позанимался с репетитором, сходил за новыми сборниками для подготовки к экзаменам, порешал еще варианты и все это проверяя телефон каждые пять минут. Это раздражает. Пространство без Скэра ощущается как-то… слишком объемно. Как оказаться в огромной пустой комнате даже без окон. — Почему ты такой нервный? — Гедеон неожиданно перехватывает его в коридоре, когда Готье надоедает сидеть в комнате, и он решает перейти в гостиную. — Да, я вроде…нормальный? Нет? — Ты ходишь кругами по дому. — Да, все нормально, честно, — Готье чуть напрягается, смотря в лицо брата. Вот она святая святых – надежда отца, которая сейчас анализирует Готье ледяным и настолько холодным взглядом, что тот отшатывается и недовольно смотрит. — Отстань, — Готье разворачивается на пятках. — Ты как разговариваешь? — злым голосом чеканит Гедеон. — Я вообще то о тебе же беспокоюсь. Готье через силу смотрит ему в глаза. Поджимает губы. Сердце бешено стучит в ушах, а желание сбежать настолько сильное, что аж в туалет хочется. — Беспокоишься, — он слегка приподнимает, а потом опускает брови. — а я говорю, что все в порядке. — А Сильвия сказала, что ты аж несколько раз заходил к ней и Габриэлле, чтобы просто посидеть и реально просто молча сидел. Готье поджимает губы, чтобы не цокнуть. — Просто настроение такое. Не охот.. не хочу оставаться один. — Почему? Готье мысленно проглатывает комок оскорблений и измученный стон. И кидает крайне сомневающийся взгляд на Гедеона. — Просто сегодня такое настроение, а что нельзя? — Тебя точно никто не обижает, и ты ничего не хочешь сказать? — ВСЕ НОРМАЛЬНО, – неожиданно даже для самого себя срывается на крик Готье.— Извини. Но правда не понимаю, что за вопросы. Гедеон морщится. — Просто слышал, что ты сдружился с тем новеньким из класса, — Гедеон это говорит реально, как мамочка-наседка. – Скэриэл? Он в отличие от твоих одноклассников не из приличной семьи и работает в клубе, вот и… — Все нормально, — снова резко перебивает Готье, не желая дослушивать. — он хороший. — Ну, конечно, — тут уже саркастичность чувствуется в голосе Гедеона. — Но, ты если что скажи. — угу, — тихо кивает Готье, с радостью убегая от брата в туалет. Тяжело выдыхает, снова открывая телефон. Пусто. Ни одного ответа. Но Готье все равно печатает: «Ты скоро?» Пару минут смотрит на это сообщение и стирает. А смысл то, какой? Он поднимает полный печали взгляд на ванную, и оглядывает ее. Интересно, ее моют каждый день? А ведь Готи об этом раньше даже не задумывался. Лишь запах чистоты подсказывает, что такое идеальное состояние комнаты не удачное стечение обстоятельств. И тут появляется статус «в сети». Сердце Готье начинает отбивать чечетку. Может стоило тогда отправить то сообщение? А вдруг Скэр сейчас ничего не напишет? Но ура! Печатает… «Ты не дома?» Готье быстро печатает: «дома!» Следом отправляет: «Сейчас вернусь в комнату» Готье буквально выбегает из туалета в комнату, тут же закрывая дверь на щеколду. А то не дай боже Гедеон еще решит в комнату наведаться. И подлетает к окну, распахивая его. Скэр же без лишних слов залазит внутрь и сразу же холодный, лезет в объятия. — Как дела? — вот так, стоя в обнимку, спрашивает Скэр. — Почему ты вообще не отвечал?— сходу начинает Готье. Мысли, которые мучали целый день, как на зло вырываются целым букетом. — Хотя бы после смены хоть слово написал бы! Я же… — Волнуешься? — с безумно довольной улыбкой спрашивает он. — Да, — сердце глухо ударяется в груди. Тот замирает, растерянный. Моргает пару раз удивленно. Вот, как искренность может выбить их колеи. Скэр плотнее стискивает Готье в своих объятиях, трясь щекой о макушку. — Прости, — и, да, от этого простого слова становится в разы легче на душе. — тяжелый день был, а если точнее ночь, — он слегка смеется. Устало. — Все были поголовно конченные. — Почему ты не можешь найти другую работу? — Готье сжимает Скэра в ответ, устыкаясь носом в холодную куртку. — Которую можно было бы так легко совмещать с учебой? — он слегка отстраняется и закрывает окно. — Это не так просто. — Но… — Готи, — он кидает настолько отчаянный и жалобный взгляд. — о чем угодно, но не о работе. Молю.