The vicious rocker

Джуд откинулся на спинку «Бентли» и вгрызся в буррито в качестве завтрака, пока Майк с усилием набирал номер квартиры Уилла на древнем домофоне. После нескольких коротких гудков раздался щелчок и скрипучий голосок: — Слушаю? — Уже завтракал? Тишина, заполненная помехами. — Извини? — Ты уже позавтракал? – четко произнес Майк. Сквозь помехи он услышал, как скрипучий голос произнес очень нехорошее слово, на что Уилер лишь усмехнулся. – Не хочешь меня впустить? Тишина, за которой последовало какое-то копошение с помехами и громкий сигнал. Майк нашел квартиру Уилла на втором этаже. Дверь была приоткрыта, и сквозь щель на него смотрели покрасневшие глаза в симпатичных очках в коричневой оправе. — Пожалуйста, скажи мне, что ты принес кофе. — Нет. Но Джуд этим займется. – Уилл открыл дверь пошире: Майк уже строчил смс Джуду, когда вошел внутрь. – «Надж» открыт сегодня? — Да, но тебе не обязательно это делать. – Уилл закрыл за ним дверь. Его пес сидел у его ног, виляя хвостом. – Я уверен, что твой лучший друг на самом деле не хочет быть у тебя на побегушках. — Мне без разницы, учитывая сумму, которую я плачу ему за то, что он у меня на побегушках. Что предпочитаешь? Уилл вздохнул. — Латте с вишней и ванилью. Собственно, со льдом и с двойной порцией… – Он поймал взгляд Майка и слегка закатил глаза. – Просто скажи им, что это для Уилла. Майк отправил смс с заказом Джуду, затем убрал телефон и погладил пса по голове. Он лизнул Майка, решив, что он классный, и поплелся на кухню. — Ты очень нравишься Лексу, – сказал Уилл. – Обычно он вроде как равнодушен к парням. Шатен обхватил себя руками, пока Майк разглядывал его наряд. Темные, клетчатые пижамные штаны, зеленая майка и носки разного цвета. Явно не ожидал гостей. Уилл проследовал за Майком на крошечную кухню и сунул нос в пакет, который он поставил на стол. — О боже. Сок! – Уилл застонал, как от оргазма, доставая его из пакета. Майк ухмыльнулся: — Бездельничаешь сегодня? — Не-а. Блевал час назад. – Байерс легонько толкнул Лекса в сторону и достал из шкафа пару стеклянных стаканов, затем разлил апельсиновый сок по ним и протянул один Майку. – Твое здоровье, – сказал Уилл, стукнув своим стаканом по его, после чего выпил сок залпом. Майк сделал большой глоток, наблюдая, как двигается горло Уилла, когда он осушает стакан. Сбоку на его шее был заметный засос, который, по смутным воспоминаниям, Майк поставил, когда он его подзадоривал. Очевидно, парень стал болтливым, когда напился, а поскольку Майк не был известен тем, что отказывался от вызова – хорошего вызова, – это было опасное сочетание. Чертовски веселое сочетание. Майк распаковал продукты и наблюдал, как Уилл поглощает вторую порцию сока. Несмотря на состояние, он хорошо справлялся с похмельем. И выглядел очаровательно растрепанным, его волосы были зализаны немного назад благодаря очкам, а выбившиеся пряди прилипли к лицу. Он действительно выглядел немного бледным, но в остальном был таким же милым, как всегда. Майк мог разглядеть его идеальную грудь и твердые соски под тонким хлопком. Его члену это определенно понравилось. Пижамные штаны сидели низко, обнажая нежную кожу, сексуальный изгиб бедер и край белых трусов… Уилл слегка рыгнул в тыльную сторону ладони и бросил на Майка полный сожаления взгляд. — Извиняюсь. Чувствую себя просто отвратно. Сколько я выпил вчера? Майк бы рассмеялся, если бы он не был в таком жалком состоянии. — Я прервал тебя около четырех утра, так что посчитай сам. — Ух. — Ты ничего не ел? — Как-то боязно. — Присядь-ка. Майк начал осматривать кухню в поисках того, что ему нужно. Шкафы были старыми и потертыми, а посуда разномастной, но все стояло в аккуратных стопках и рядах. — Чувствуй себя как дома, – проворчал Уилл, после чего пододвинул табурет к небольшой барной стойке и сел. Лекс свернулся калачиком у его ног. — В таком случае я, милый, уже бы разделся. – Майк включил плиту, поставил сковородку и распаковал бекон. – К счастью для тебя, я готовлю бекон. — Что это значит? — Одежда останется на мне. — Какое счастье, – сухо отреагировал Уилл. Может, он и не подозревал, но его угрюмость только снижала градус его милоты. Во всяком случае, это Майка немного подстегнуло. Что определенно не было привычной для брюнета манерой общения с парнями. Практически с момента полового созревания и определенно с тех пор, как на него обрушилась слава, Майк стал чувствовать себя вполне комфортно, когда парни добивались его. На самом деле, Уилл, возможно, был первым парнем, встретившимся ему на пути за многие годы, который не охотился за его членом, содержимым банковского счета и/или за одним из друзей. Майк был почти готов объяснить ему, почему Уиллу стоит взять его деньги. — Пристрелите меня, – простонал Уилл. – Меня терзает обезвоживание. – Майк наблюдал, как он потирает свой нос. – У меня такое чувство, что прошлой ночью я снюхал всю гребаную пустыню. – Уилл налил себе еще стакан сока. — Если запойно вылакать вес своего тела, то вполне возможно. Уилл бросил на Майка опасный, неодобрительный взгляд, от которого возникло ощущение, словно брюнета окатили ледяной водой. Да-а. Уилл Байерс – весьма прелюбопытный парень. В основном потому, что ему, казалось, было наплевать, кто такой Майк и чем зарабатывает на жизнь. Это было ясно с первого дня, на съемках клипа. И будь Майк проклят, если сейчас ему это в нем не нравилось даже больше, чем тогда. Сильно. Достаточно, чтобы поцеловать его, а потом послать вишневый пирог, как какой-нибудь втюрившийся идиот. Достаточно, чтобы понять: Майку, вероятно, следует забыть о нем. Что брюнету и удавалось некоторое время. Но успех клипа Dirty Like Me был слишком большим, чтобы его игнорировать. Это стало еще одним доказательством того, что парень был особенным… помимо милого личика и великолепной задницы. Майк закончил выкладывать бекон и, достав из пакета последний кусочек, бросил его Уиллу. — Я захватил твой кроссовок. Он неуклюже, но все же поймал мой пас. — Ой. Извини, я оставил его на люстре. Какое-то недоразумение. – Уилл снова покраснел: было приятно видеть, что румянец возвращается к его щекам. — Не беспокойся. – По правде говоря, Майк был очень разочарован, когда проснулся и обнаружил его исчезновение. — Тебе не обязательно было брать его с собой. Я все равно оставил там второй кроссовок. — Я попрошу Макс найти его. — Прошу, не надо. – Уилл бросил кроссовок на диван позади себя, наблюдая, как Майк пассерует лук и грибы, которые предварительно нарезал дома кубиками. – Что, черт возьми, ты там готовишь? — Ты никогда раньше не наблюдал процесс приготовления омлета? — Просто удивлен, что Майк Уилер знает, как его приготовить. Майк проигнорировал это и разбил в миску несколько яиц. Затем, добавив немного сливок и остальные нарезанные кубиками овощи, выложил все это на сковороду для пассерования на средне-слабом огне. — Присмотри за беконом. – Майк протянул ему вилку и отправился на экскурсию по гостиной. Уиллу даже не пришлось вставать, чтобы присоединиться к Майку, он просто повернулся на своем стуле. Это было небольшое помещение, что-то вроде первой квартиры Майка, которую он снимал вместе с Джудом, Броуди и Лукасом сразу после окончания школы, когда они надрывали задницы, чтобы выступать в клубах. Как раз перед тем, как они подписали контракт на запись альбома. Правда, здесь было намного чище. Пахло тоже лучше. И гостиная не была завалена неубранными матрасами и музыкальным оборудованием. Она была такой же старой, такой же простой, но ухоженной. На стенах ничего не было. Однако присутствовала коллекция альбомов, которая занимала пару книжных шкафов и целую стену. Майк внимательно изучил винил, отметив огромное количество классического рока. — Тебе нравится что-нибудь из музыки тех времен, что была выпущена после твоего рождения, милый? — Конечно. Просто не собираю ее на виниле. Я вырос на классическом роке, и он запал мне в душу. Все начиналось с коллекции моего брата. — Это круто. – Майк перебрал пальцами альбомы, аккуратно разложенные по группам в алфавитном порядке. – Когда я был маленьким, у моей мамы было примерно три альбома. Sugar Ray, Snow и Limp Bizkit. Уилл рассмеялся. — И остается только удивляться, откуда взялась у него любовь к музыке… Майк перешел пальцами с Deep Purple на Doors, эгоистичная задница внутри него не смогла удержаться и не проверить, нет ли у Уилла винила Dirty. Не оказалось. Майк включил проигрыватель и поставил Hello, I Love You с альбома Waiting for the Sun. Когда Майк поднял глаза, то увидел, что Уилл смотрит на него, обнимая себя за плечи. — Так где же Майк Уилер научился готовить правильный омлет? – Уилл прикусил нижнюю губу, на его лице появилось милое неуверенное выражение. – Я подумал, в твоей команде персонала есть какой-нибудь знаменитый шеф-повар или что-то в этом роде. Ага. Так вот в чем дело. Похоже, вся эта звездная история вскружила Уиллу голову. И поскольку ему было наплевать на известность Майка, в частности, Майк предположил, что он беспокоился о том, какое место он занимает во всем этом. И как это отразится на его жизни. Майк не может сказать, что его за это можно винить. — Я иногда готовил для нас с сестрой, когда наша мама была на работе, что происходило… всегда, – сказал брюнет, возвращаясь к омлету. – Поверь мне, я пытался уговорить ее готовить, но ей было всего 11, так что, если мы хотели питаться не одними тостами и, возможно, макаронами с сыром, бо́льшая часть готовки была на мне. - Майк поковырял бекон, отделяя несколько слипшихся полосок. – Насколько хрустящим он тебе нравится? — Если под хрустящим ты подразумеваешь подгоревший, то да, пожалуйста. И кстати, не подумай, что я не ценю твой кулинарный жест… Но ты все-таки расскажешь мне, что здесь делаешь? И не говори, что готовишь мне завтрак. — Я здесь, чтобы узнать твой ответ о туре. — Я дал тебе свой ответ. Майк сосредоточился на его ореховых глазах. —Ты подарил мне годовой запас жевательной резинки с корицей и послал. — Я не посылал тебя. — Читаю между строк. – Майк открыл контейнер с сыром, который предварительно натер, и высыпал его поверх омлета, убавив огонь. – Предполагаю, что ты любишь тройной сыр в омлете, как и в пицце? — Правильно предполагаешь. — Ну, дела, – пробормотал брюнет. – Мальчики, должно быть, ненавидят тебя. — Что? — Ты ешь как очень крупный мужчина, а тело у тебя как у подростка. – Майк отправил в рот немного тертого чеддера. Он медленно оглядел Уилла, наслаждаясь тем, как он заерзал на стуле. – У тебя классные бедра, – добавил Майк. – И невероятная задница. Уилл покачал головой, словно пытаясь отогнать от себя эту чушь. — Не представляю, что на это сказать. — Скажи, что поедешь со мной в тур. Уилл снова прикусил губу. Затем поправил очки, что было чертовски мило. — Честно говоря, Майк, вряд ли я скажу такое. Проклятие. На самом деле это не тот ответ, за которым Майк пришел. Но это было далеко не все. — Потому что не хочешь, – спросил брюнет, начиная переворачивать бекон, – или потому что боишься? Уилл скрестил руки на груди и испепеляюще посмотрела на Уилера. — Ты сказал, что если я решу не ехать в тур, ты оставишь меня в покое. — Это было до того, как ты улизнул ночью, как какой-то вор. — Было утро, всходило солнце, и я ничего не украл. — Это круто. Если ты боишься, что не сможешь удержаться от того, чтобы не делать мне мозги, когда мы весь день будем смотреть друг другу в глаза перед камерами, просто скажи об этом. — Я уверен, что смогу сопротивляться этому желанию. Майк не уверен, но если Уилл хотел, чтобы все было именно так… Дело в том, что Майк смотрел клип. Много раз. И пришел к довольно интересному выводу. Не то чтобы Уилл был силен в притворстве. Дело в том, что он вовсе не притворялся. Все было по-настоящему. Каждый вырвавшийся вздох, каждое движение. Уилл был искренним каждый раз, когда его ногти впивались в плоть Майка, или он прикусывал губу, или у него перехватывало дыхание; каждый раз, когда зрачки Уилла расширялись так сильно, будто он был под кайфом, и каждый раз, когда он опускался на Майка, в его глазах не было обмана. Было не так уж сложно притворяться, что Уилл в Майка тоже что-то разжигал. Даже в своей разномастной пижаме и с растрепанными волосами, он возбуждал его. Так что, возможно, на самом деле они притворялись, что не хотели друг друга. Майк бы сделал все, что в его силах, если бы шатен возжелал его. И если Майку придется сдерживаться, когда они остаются наедине, что ж, так тому и быть. Майк все равно хотел, чтобы он поехал в тур. Он слишком важен для Уилера. — Ты можешь ответить мне на один вопрос? — Задавай любой. — Почему я? — Потому что ты понравился фанатам, – сказал Майк. А затем добавил: – И я тебе доверяю. — Ты меня даже не знаешь. — Я знаю достаточно. Уилл посмотрел на него поверх очков, как не одобряющий поведение библиотекарь. Весьма горячий библиотекарь. — Ты знаешь, какую я люблю пиццу. — Браки строились и на меньшем. — За этим следовали разводы. — Я знаю, что ты принимаешь таблетки, – сказал Майк, и в этот момент зазвонил телефон. Уилл открыл рот от удивления. – Ты проболтался мне вчера. Сказал, что не можешь остаться в отеле, потому что обычно принимаешь их первым делом с утра, а у тебя их с собой нет. Уилл закрыл лицо руками. — О боже мой. — Теперь все возвращается, да? Майк разложил еду по тарелкам, пока Уилл брал трубку и открывал Джуду. Затем Майк подошел к двери, забрал у него кофе для Уилла и помахал ему, чтобы тот уходил. Джуд только улыбнулся во весь рот, чего, черт возьми, никогда не делал. Уилер захлопнул дверь, прежде чем он успел что-либо сказать, и вернулся на кухню, где Уилл опасливо ел свой омлет. — Действительно, вкусно, – сказал он. Затем его глаза сузились, когда они встретились взглядами. – Итак, что еще ты узнал обо мне, пока я был пьян и беззащитен? Майк пододвинул стул и присоединился к нему у барной стойки. — Да ничего толком. Просто тебе нравится прижиматься ко мне. – Уилл сильно покраснел, и брюнет решил оставить его в покое. – В любом случае я уже узнал все, что мне нужно было знать. — Например? — Стандартный набор. Судимость, проверка биографии, знакомые. Уилл начал смеяться, но потом понял, что он говорит серьезно. — Правда? — Я навел о тебе справки. — Что-что? — Я попросил Джуда проверить тебя в целях безопасности. И твоего бывшего жениха тоже. – К сожалению, этот парень чист с точки зрения криминала. Майк пошевелил пальцами и поиграл кольцами, отвлекаясь на мысли о том, как этот придурок увивался за Уилла в клубе, застегивая свой гребаный ремень. Уилер набросился на омлет, раздраженный тем, что не уделил этому парню должного внимания, когда был шанс. Уилл пристально смотрел на него. — Зачем тебе это делать? — Потому что есть вещи, которые мне нужно знать, прежде чем связываться с тобой. Это может прозвучать цинично, но такова моя реальность. — Ты мог бы просто спросить меня. Я расскажу тебе все, что ты хочешь знать. — Это не так работает, – сказал Майк. – Если мы это делаем, то делаем по-моему. — Кто сказал, что мы это делаем? — В противном случае меня бы здесь уже не было. – Майк несколько секунд пристально смотрел на шатена, затем перестал флиртовать и заговорил начистоту. – Послушай, Уилл. Это большие деньги. И я не вижу никаких проблем в том, чтобы послать меня, если ты не хочешь, чтобы я был здесь, но ты этого еще не сделал. Полагаю, что я уже уломал тебя, или, по крайней мере, на пути к этому. — Может быть, я просто хочу яичницу, – сказал Уилл. – И этот чудесный подгоревший бекон. – Он прожевал бекон и улыбнулся. Проклятие. Парень был хорошеньким, даже когда выводил Майка из себя. Даже еще прекраснее. — Не думаю, – сказал Майк. – Но хорошая попытка. – Эта часть ему не понравилась, но брюнет вытащил из заднего кармана сложенный конверт и протянул ему. – Пока ты решаешься сказать «да»… Я не хотел взваливать это на тебя вчера вечером, учитывая все остальное, но мы должны это обсудить. Уилл открыл незапечатанный конверт и просмотрел бумаги внутри. — Это контракт. Соглашение о неразглашении, – сказал Майк. – Броуди настоял. Держа в руках юридический контракт, Уилл внимательно изучал его. — Соглашение о неразглашении. Это означает… — Я знаю, что такое соглашение о неразглашении, – сказал Уилл, переходя на последнюю страницу, где были подписи. – Я не подпишу это. – И вернул Майку. Черт. А у этого парня есть стержень. — Броуди это не понравится. Уилл ел свой омлет молча, осторожно, понемногу, словно все еще боялся, что его может стошнить. — Ты понимаешь, что меня просят отправиться в шестинедельный тур по чужой стране с парнем, которого я едва знаю. Просят притворятся его любовником и находиться в окружении других мужчин – между прочим, мужчин-гигантов, – добавил он, глядя на Майка, – которые все работают на него. Мне нужно знать, что у меня есть хоть какая-то защита. Если все пойдет плохо, если ты окажешься самым большим подонком в мире, мне нужно знать, что я смогу рассказать это тому, кому мне нужно. А ведь он прав. Майк сложил конверт и убрал его подальше. — Я смогу с этим смириться. — А что насчет Броуди? — Я поговорю с ним. – Броуди просто придется смириться с этим. У Майка не было выбора, потому что он собирался увезти Уилла с собой в этот гребаный тур. – Может, нам все же стоит дать мне определение «подонок». Что, если я начну распускать руки, а тебе это не понравится? — Тогда я выплесну напиток тебе в лицо. Майк почувствовал, как уголки его рта дрогнули в улыбке. — Звучит справедливо. Но у меня есть пара условий. Нам не нужно, чтобы это было написано чернилами. Устное соглашение меня устроит. Я поверю тебе на слово. — Окей… — Ты поедешь в тур в качестве моего парня, так что, если эта иллюзия рухнет из-за того, что у тебя есть кто-то другой… — У меня нет никаких отношений с кем-то еще. — Хорошо. Но в обратном случае, если об этом пронюхают СМИ… — Я не собираюсь ни с кем связываться. Если я соглашусь, то буду притворяться твоим парнем в течение шести недель. Таков уговор. Я не сделаю ничего, что могло бы выставить тебя в плохом свете. — Что подводит меня к другому условию. Ты не можешь никому сказать, что наши отношения ненастоящие. — Я так и предполагал. За исключением Робин, которая уже знает. Майку это не понравилось, но пусть будет так. — Ладно, – согласился брюнет. – Но больше никто. — Понял. – Уилл отложил вилку. – У меня есть свои собственные правила. – Он оперся локтями о стойку бара и выглядел невероятно деловым для парня в пижаме. — Я и не ожидал меньшего. — Робин хотела составить наш собственный контракт, но я не думаю, что в этом есть необходимость. Я считаю, нам нужна хоть толика доверия, если мы собираемся на это пойти. Итак. – Он устремил на Майка свой ореховый взгляд. – Первое. Ты не можешь никому сказать, что наши отношения ненастоящие. — Согласен, – сказал Майк. – За исключением Джуда, который знает все, что я делаю, по соображениям безопасности. — Хорошо. — И Броуди, который уже в курсе. – Броуди также разозлился из-за того, что я, по его словам, обратился к Уиллу со своим «непристойным предложением», не посоветовавшись с ним. Макс это тоже не понравилось. – А значит, и Макс тоже. Уилл нахмурился. — Мой публичный имидж – это их прерогатива. Я не могу держать Макс в неведении. — Отлично. Номер два. Никого, кроме меня. — Ладно. — Я должен быть единственным, – настаивал Уилл, как будто Майк мог возразить. – Если я решусь позволить всем поверить, что мы пара, и изображать обожающего тебя парня на глазах у всего мира, я надеюсь, что ты не унизишь меня… — Понял. Майк понял. Правда. Его бросили у алтаря. Два года назад. И с тех пор он не поцеловал ни одного парня. Кроме Майка, того, кто платил ему за фиктивные отношения. Этот парень находился на пути к восстановлению после того, что глубоко ранило его, и отправиться в этот тур, доверившись Уилеру, было большим шагом вперед. — О… – сказал шатен, как будто был готов к дебатам. – Эм. Хорошо. Итак, тогда… если мы сделаем это, мы оба будем поддерживать иллюзию. Что означает… — Что это значит? Уилл закатил глаза: — Ты знаешь, что это значит. Это значит, что не надо валять дурака. Не заставляй своих роуди или кого бы то ни было подсовывать тебе поклонников за моей спиной. Не встречайся со старыми дружками в каждом порту. Не связывайся с Зейном. — И это все? — Ты понял суть. Не строй из себя распутную рок-звезду за моей спиной. — Без проблем. Судя по выражению лица Уилла, он действительно не поверил своим ушам. Это задело Майка, и даже больше. Но он был не первым, кто усомнился в его способности удерживать член в штанах. Майк наклонился к нему, облокотившись на стойку. — Но ты кое в чем просчитался. Моя команда тоже готова позаботиться о тебе. Особенно Джуд и его люди. И я отношусь к этому дерьму серьезно. — Хорошо. – Уилл все еще выглядел неубежденным. – Номер три. И я отношусь к этому дерьму серьезно. — Положись на меня. — Мне нужно, чтобы ты пообещал мне, что это всего лишь деловая сделка, – сказал шатен. – Что все это не по-настоящему. – Выражение его лица было строгим, а взгляд – твердым. – Ты не вступаешь в отношения с другими парнями, а я не вступаю в отношения с другими рок-звездами. Так вот в чем дело? Уилл боялся, что Майк будет давить на него и заставлять делать из этого нечто большее, чем то, что предлагал? — Это не по-настоящему, – сказал Уилер. Но это не означало, что они не могли трахаться как животные… но нет необходимости обсуждать это прямо сейчас. — И это только на время тура. Шесть недель. — Шесть недель. Байерс долго и пристально смотрел на брюнета. — Хорошо, – сказал он. — Хорошо? Уилл кивнул и расслабился: — Договорились, Майк Уилер. Правда? И это все, что ему нужно было услышать? Что он не станет в итоге разыгрывать перед ним Ромео и опускаться на одно колено? — Тогда ты в деле? Ты поедешь в тур? — Да. Я поеду в тур. – Уилл поднял свою чашку с кофе из «Надж». Майк чокнулся с ним своим соком. — Есть. Уилл сделал глоток. — Я все еще не понимаю, почему ты беспокоишься обо всем этом. Не проще ли было просто заплатить какой-нибудь модели, чтобы он повис у тебя на руке на шесть недель? Майк склонил голову набок и, прикрыв один глаз, внимательно посмотрел на шатена. — Ты имеешь в виду ту суперсексуальную модель, которая снималась в моем последнем клипе? Уилл покраснел: — Я подразумевал кого-то более опытного и умелого. — А он быстро учится, – сказал Майк. – И кстати, о быстроте… – Уилер поднялся на ноги. Его мобильный непрерывно вибрировал в кармане: если он не пошевелится, Броуди попросит Джуда выбить дверь и вытащить его отсюда. – Ты выезжаешь завтра. Макс свяжется с нами по поводу твоей поездки. Не выключай телефон. — Ладно. А как насчет тебя? — Сегодня улетаю в Монреаль. – Майк швырнул тарелку в раковину, разбудив Лекса. – Тебе придется помыть посуду самим, милый. — К черту все это, – проворчал Уилл. – Я возвращаюсь в постель. Майк в последний раз взглянул на него в пижаме, когда он гладил шерстку Лекса, подперев подбородок рукой. — Наверное, это хорошая идея. — Так вот оно что, а? – Шатен посмотрел на Майка с намеком на улыбку. – Нет покоя нечестивым? — Добро пожаловать на скоростную трассу. – Майк поцеловал его в щеку и вышел за дверь с широченной улыбкой.