Зов крови

Зачем мы здесь? Агана? - Сангвис хлопала зелёными глазами, видя столько вампиров. Тсс…мы здесь на суде - Агана заткнула пальцем уголки своих губ, прося Сангвис о тишине. Хамон, Саббатха, Орхид и Кларет Винтер последовали её примеру. У вампиров есть суды? - Сангвис спросила в пол голоса. Да, эти суды в основном из-за нарушения правил маскарада, то есть, если вампир укусил человека в присутствии других людей, сейчас судят вампира, укусившего вон ту женщину - Агана указала на двоих, мужчину и женщину. Зал, где состоялось собрание кровопийц, казалось, замер в ожидании, пока на сцену не вышел женоподобный мужчина в плаще. Это что ещё за напыщенная тётка? - пронеслось в голове Сангвис. Меня зовут Атрей, я являюсь членом совета вампиров. Думаю, мы с вами все знаем, по какому поводу мы все здесь собрались? В зале повисла звенящая тишина. Чувствовалось напряжение, витавшее в воздухе, словно перед грозой. Атрей окинул взглядом собравшихся, его глаза, казалось, проникали в самую душу каждого, кто находился в зале. Сегодня мы собрались, чтобы рассмотреть дело Гая Валерия, обвиняемого в нарушении Маскарада, - продолжил Атрей, его голос звучал ровно и бесстрастно, - Он совершил недопустимый акт, раскрыв нашу сущность смертным, что ставит под угрозу существование всего нашего сообщества. Сангвис поежилась. Она не понимала всех тонкостей вампирской жизни, но осознавала, что нарушение Маскарада — это серьезно. Цена ошибки могла быть очень высока. Она украдкой взглянула на Аганну, пытаясь понять её реакцию, но лицо той оставалось непроницаемым. Расслабься, ты ещё юна, а потому не понимаешь что происходит? - Агана взяла Сангвис за плечо - тебе ведь всего лишь 15, ах да точно, извини, я совсем забыла, с днём рождения тебя, Сангвис - Агана достала из кармана джинс, амулет, с красным камнем. Точно, сегодня ведь семнадцатое ноября, мне сегодня 15 - Сангвис вспомнила. Её глаза заблестели от неожиданного подарка и осознания даты. Она сжала амулет в руке, ощущая тепло камня. "Спасибо, Агана," - прошептала она, стараясь скрыть смущение от того, что совсем забыла о своем дне рождения. В этот момент в зале суда погас свет. В зале суда погас свет и Атрей стал зачитывать обвинительный приговор. Итог: Гай Валерий будет отдан оборотням. Зал, где состоялось собрание кровопийц, тут же зашумел. Шепот пробежал по рядам, словно порыв ветра в осеннем лесу. Кто-то возмущенно качал головой, кто-то, напротив, с одобрением кивал. Решение было жестоким, но справедливым, по мнению большинства собравшихся. Нарушение Маскарада – преступление, караемое смертью или, как в данном случае, мучительной смертью. Оборотням? - Сангвис не понимающе посмотрела на Агану - но разве мы не враждуем? Ее глаза, расширенные от изумления, требовали объяснений. Когда да, когда нет! Добро пожаловать в пору взросления, Сангвис. Для подростка вроде тебя, а уж тем более, вампира-подростка, это что-то грандиозное – увидеть суд вампиров. Агана улыбнулась уголками губ, обнимая Сангвис за плечи. Она знала, что этот опыт навсегда останется в памяти юной вампирши. Напряжение в зале достигало предела. Вампиры перешептывались, обменивались взглядами. В воздухе витала смесь страха, любопытства и жестокого предвкушения. Гай Валерий, стоявший в центре зала, казалось, смирился со своей участью. Его лицо было бледным, но в глазах горел слабый огонек надежды. Он знал, что шансов на спасение у него нет, но все еще надеялся на чудо. Вдруг, в самой гуще толпы возникло движение. Сначала легкая рябь, словно от брошенного в воду камня, а затем – нарастающий гул. Кто-то выкрикнул имя Валерия, а затем еще и еще. Молодые вампиры, чувствовавшие несправедливость приговора, начали робко выражать свой протест. Их голоса, сначала тихие и неуверенные, постепенно набирали силу, сливаясь в единый хор несогласия. Старейшины, следившие за происходящим с высокомерным спокойствием, начали проявлять признаки беспокойства. Агана крепче сжала плечо Сангвис, словно предостерегая от необдуманных действий. "Не вмешивайся," - прошептала она, ее голос был твердым и предостерегающим. Сангвис почувствовала, как внутри зарождается буря противоречивых чувств. С одной стороны, она испытывала страх перед происходящим, перед суровостью вампирского суда. С другой – в ней росло возмущение несправедливостью, стремление защитить того, кто, возможно, был невиновен. В этот момент в зал ворвался порыв холодного ветра, погасив последние остатки света. Воцарилась полная темнота, нарушаемая лишь слабым свечением красного камня на шее Сангвис. В хаосе, который последовал, послышались крики, возгласы и звуки борьбы. Кто-то пытался пробиться сквозь толпу, кто-то отбивался от нападающих. Сангвис почувствовала, как Агана потащила ее за собой, пробираясь сквозь свалку тел. "Нам нужно уходить," - крикнула Агана, ее голос едва был слышен в общем шуме. "Здесь небезопасно. Это может быть началом чего-то большого." Они выбирались из зала суда, словно из эпицентра бури. Вокруг царила паника и хаос. Вампиры, потерявшие контроль над ситуацией, нападали друг на друга, пытаясь выжить в этой неразберихе. Им удалось выбраться на улицу, где их встретила холодная ноябрьская ночь. Город казался пустынным и безжизненным, словно он тоже затаил дыхание, ожидая развития событий. Агана остановилась, чтобы перевести дыхание. "Это только начало," - сказала она, глядя на Сангвис своими пронзительными зелеными глазами. "Вампирский мир стоит на пороге перемен. И нам придется сделать выбор, на чьей мы стороне."