Закрываю веки и умираю

Уже понедельник. Дни летят так быстро, что Тушенцов и не успевал замечать, как проходят недели. И вот, кажется, ему опять нужно собираться идти на английский. Но нет, сегодня хоть кое-что отличительное от всех таких понедельников было. На экране телефона светилась переписка с Даней. @dkincc Здравствуй, Руслан. У меня дома кое-кто гостит последние пару дней, поэтому наш урок придётся отменить или заниматься у тебя. Что скажешь? 16:03

@cmhell

я понял

давайте у меня дома, я вам скину геолокацию

16:05

@dkincc Отлично, буду у тебя в семь. 16:05

***

Уже в шесть вечера казалось, что ночь. Данила собирался отправляться домой к своему ученичку, пытаясь втолкнуть в сумку около трёх тетрадей разных размеров, ибо та обычная, та печатная... Стоял в прихожей у зеркала, попутно поглядывая на своё отражение. Волосы что поправляй, что не поправляй, на ветру всё равно всё попортится. Но всё равно причёсывал свои рыжие, пушистые прядки по всей голове. Спокойно, неторопливо, ведь выходить ещё через минут десять, но Кашин уже готов был. Тихонько, будто на носочках, со спальни девушка с идентично рыжими, чутка вьющимися локонами выходит, сбоку к Дане приближается. На ней домашняя ночнушка, и, кажется, носки самого Кашина. Волосы, недавно высушенные после мытья головы красиво ложатся на плечи, выше немного впадая на лицо. Её рука ложится на затылок парня, своеобразно причёсывая его копну рыжих завитков. – Лучше бы дома оставался... Вечер уже, – на вздохе приятный женский голос почти на ухо Дане бормочет. – Арин, я всего лишь на час. Тем более, за это деньги платят... – поправляя свою рубашку белоснежную, до этого выглаженную, Кашин невольно голос смягчает, когда девушка опять его затылок почёсывает. – Ну... Иди. Ужин сама приготовлю, – слегка оттянув его за прядки, что б рыжий взглянул и на неё в зеркало, Шикина глаз своих от отражения не отводит. – Независимая женщина... Правильно, – незаметно приулыбаясь уголком губ, Данила от руки отстраняется, словно не причём. – Не задерживайся только... – напоследок погладив плечо, точнее, поправляя рубашку, девушка всё же отходит на шаг назад, позволяя покинуть квартиру. – Купить тебе чего-то по дороге? – М-м... Шампанское можно. Только не сильно дорогое, Дань. – Для тебя всё с полок сгребу, не волнуйся... – смирённо кивая, Кашин застегнул свою куртку и за сумкой потянулся, которую тут же Арина передала с тумбочки ниже зеркала.

***

Покинув квартиру и шагая в сторону дома Тушенцова, рыжий закинул мятный леденец на язык. Хотелось бы по старой, доброй привычке никотиновую подушечку под губу. Но, увы, отучиться пришлось... Со временем понимаешь, что это тебя только губит. Конечно, табаком Кашин особо не злоупотреблял, но, тем не менее, зачем это ему? Зависимости не было, и делал он это, незамысловато объясняя себе, что "всегда так делал, почему нет?". Но вскоре надоело сливать деньги на снюс, да и бросить получилось вполне несложно. Поэтому, освежая дыхание мятной конфетой, пока шёл, Данила достал телефон, просматривая пришедшие уведомления.

@cmhell

данила владимирович, а у меня мать дома

ничего страшного?

16:09

@dkincc Всё нормально, лишь бы не отвлекала тебя. 17:23

@cmhell

она может

немножко так

17:25

@dkincc Ничего страшного, тогда я с ней поговорю. 17:25

@cmhell

ну зачем ...

не надо ни с кем говорить

17:26

@dkincc Тогда поговори с ней ты, Руслан. Хорошо? Ты же английский учишь, пусть не мешает. 17:27

@cmhell

:(

ладно

17:27

***

Тушенцов в спешке сгребал со стола все свои школьные тетрадки, в некоторых местах пыль и даже парочку окурков, что нашлись и не только на столе. Он не хотел называть себя свиньёй, но поросёнком, как минимум, ибо такую грязь в комнате он осознанно заводил и продолжал тут находиться. Ну, а зачем кровать заправлять, если вечером придёшь уставший, и сразу спать ляжешь? Зачем протирать пыль под столом, если туда никто не смотрит? Зачем вообще сохранять какой-либо порядок, если кроме самого Руслана в его комнату никто не заходит? Самому Руслану так похуй на чистоту в этом месте, где всё грязное во всех смыслах. Но, увы, идёт уважаемый Данила Владимирович. Поэтому юноша поспешил и комнатку проветрить, и пооткрывать жалюзи, что б не было так мрачно. Конечно, с матерью он вряд-ли в силах что-то сделать. Он бы даже не пытался, но... Не хотелось, что б сам репетитор пытался завести с женщиной разговор, на что в ответ получит лишь маты и неприязнь. Рус не предполагал, а знал, что так будет. Он неохотно вышел со своего свинарника своей комнаты в потрёпанных домашних шортах и сбоку порванной футболке. Ничего необычного. Встал в пороге, заглядывая на кухню, где мать у плиты пыталась зажечь газ в конфорке самостоятельно с помощью зажигалки и газового баллончика. Волосы её нерасчёсанные, часто носом тихо шмыгает, и кто знает, от чего. – Э.. Мам, сегодня английский у нас дома. Ко мне репетитор придёт, – нервно сглотнув, Рус потупил взгляд в пошарпанный ламинат, уже ожидая ругани. – С чего это? – в возмущении подняв брови, женщина обернулась к сыну, по всей видимости, совсем недовольна таким заявлением. – Ну получилось так. У него дома не выходит... – шатен прокашлялся тихо, пожимая плечами, и старался вести себя спокойно, хотя внутри всё чесалось из-за нервов. – Нет, что б... Что б я не видела его здесь! Иди, куда хочешь! – едва связав предложение, мать указала пальцем на входную дверь. Пусть идут заниматься, куда вздумается, только не тут в квартире. – Мам, не получается... Мы тихонько будем, – опять побаиваясь поднять взгляд и посмотреть прямо в эти тусклые глаза, Руслан ножкой в носке ламинат гладил. – Я уже всё сказала! – настаивая на своём, или даже приказывая, женщина ещё более грубо нахмурилась, готова перейти от слов к действиям, что, мягко говоря, ущемят чувство достоинства сына. – Мне всё равно... – юноша совсем тихо сказал, оборачиваясь и обратно заходя в свою комнату. Дверь за собой полностью не прикрыл, что б, если что, расслышать угрозы матери, если те будут касаться места проживания в своём же доме. Опять выгонит, наверное. Но в ответ только раздражённое бормотание касаемо того, кого она вырастила и вообще зачем. Руслан уже не слушал, а продолжал заниматься "уборкой", предпочитая, что б Данила Владимирович провёл урок в прилично чистом месте. Хотя, никак то не выйдет.

***

Ровно в 18:50 рыжий прибыл к подъезду своего ученика, непринуждённо поднимаясь на нужный этаж. В дверь постучал неторопливо, поправляя свои волосы, которые всё ж на ветру не слушались. И спустя пару секунд пощёлкал замок, и с этим звуком входная дверь приоткрылась. Тушенцов выглянул робко, но тут же отошёл в сторону, позволяя пойти в квартиру. – Здравствуйте... Я с мамой говорил, но она... Знаете... – неловко почесав каштановые волосы на затылке, подросток закрывал дверь за учителем, выглядывая с коридора в кухню. – Руслан, ничего страшного. Спокойно всё, – уверяя парня, что всё нормально будет, Данила осторожно погладил его по плечу, пока сам снимал верхнюю одежду. – Я уже очень извиняюсь за её поведение. Вы просто не обращайте внимания, если что... – Я ж говорю, нормально всё, Руслан. Идём, где твоя комната? Тушенцов молча повёл рыжего за собой, проходя мимо кухни. Мать оттуда недовольно пялилась на незнакомца в их квартире. Она никогда в жизни, да и в интернете, если б так можно было, не видела учителя Руслана. Разве что иногда давала деньги на обучение у него, но особо не баловала. Юноша провёл Даню в свою скромную комнатку и закрыл за ними дверь. Кровать всё же заправил, но забыл забрать пачку сигарет. Поэтому в спешке кинул её в прикроватную тумбочку, тут же приглашая мужчину присесть за стол. – Вот... Вам нужна ручка? – Рус уже тянулся к пеналу, в который до этого накидал и карандашов, и ручек, что валялись по всему периметру комнаты. – Нет, я всё взял. Садись уже... – Данила достал со своей сумки их тетради и поставил на поверхность стола. Пока шатен приставил себе стульчик к столу и пытался усесться так, что б вся конструкция стула не посыпалась, а то кто знает, сколько ему лет, Кашин осматривал комнату. Никаких мелочей почти нету, разве что на подоконнике у стола несколько фигурок машин из Лего, может, из фильма. проводные наушники, и, кажется, ракушка с моря. Очень интересное сочетание, что Даню заинтересовало, но об этом он спросит позже. На стенах следы от содранных плакатов. Клей с постеров остался на тусклой, белой стене, между прочим, даже без обоев. Но не осуждать за такое ни в коем случае. – Так... Смотри, мы тему ещё не закончили. Ну я тебе тест дам, типо, self check... – Кашин листал страницы их печатной тетради неспеша, иногда посматривая на Руслана, что прислушивался ко всем звукам с кухни.

***

– Руслан! Иди посуду помой! – спустя сорок минут урока мать отозвалась, придумав значимый повод для того, что б испортить Руслану занятие английского. – Я занят! – шатен откликнулся, уже хмурясь, пока Данила на миг замолчал, прервавшись объяснять материал, который Рус сейчас проходил в школе. – Сейчас же, блять! Я сказала помыть посуду! – женщина не унималась, будто куда-то спешит, и сейчас помыть за неё посуду просто необходимая потребность. – Я потом помою, – устало вздыхая, Руслан поджал губы и чувствовал, как хочется разорваться из-за злости на мать, которую он, к сожалению, выместить не может, ведь в квартире Данила. – Встал и помыл посуду! – противный, вероятно, пьяный голос разрезал секундную тишину между их "приятной беседой". Тушенцов проигнорил, но после этого шаги к комнате начали становиться стремительно громче, от чего подросток подскочил, сам идя навстречу двери, что б выпроводить мать в коридор обратно. – А ну сюда вышел! – женщина уже дёргала ручку двери, которую Рус успел удержать своей тонкой ладонью. Началось, блять. – Я сказал, что я занят! Отошла! – юноша кусал губы, держа дверь с надеждой, что мать перестанет пытаться ворваться в комнату, а уйдёт. Кашин слышал, как грубовато они общаются. Давно хотелось услышать, честно, но всё ж сейчас он был не рад. Очевидно, ведь от этого его ученик страдает. – Руслан, позволь... – рыжий сзади встал и отвёл руку подростка от двери. – Нет! А ты уходи! – с просьбой уйти Рус обращался только к матери. Хотя, если б Данила ушёл, наверное, было бы тоже правильно. Всё таки лучше ему не видеть этих сцен.

***

Но в итоге ушли двое. Данила Владимирович к себе домой, и верно. Только жаль, что урок полностью не провели, поэтому он должен Руслану ещё дополнительных двадцать минут на следующем занятии. Дома Даню встретили с особым обожанием, ещё и с горячим ужином. Он так и принёс шампанского, что его близкая подруга распила ближе к ночи, оставшись спать в кровати Кашина, от чего тому пришлось самому умоститься на диване, где примерно неделю назад спал Тушенцов. Так как ушли двое, то ушёл не только рыжий. И, как оказалось, не мать Руслана, а сам её сын. Не по своей воле, конечно, ибо его выгнали, но ничего страшного. Не критично и можно было б уже привыкнуть, что подросток и сделал. Сегодня половину ночи он проведёт в подъезде, наверное, на лестничной клетке на пятом этаже. Там как раз какая-то бабуля ничем неприметная жила, о которой ни слуху, ни духу. Поэтому не выйдет и не начнёт прогонять или вызывать полицию, а то чего это тут всякие шляются... Тушенцов свернётся в комок на холодном бетоне, в куртку закутается и послушает музыку так просто, ведь наушники забыл дома. Потом телефон разрядится и он осторожно, предельно тихо прошмыгнёт в квартиру, сразу же ложась спать, не позабыв поставить мобильный на зарядку. Он не обратит внимания на осколки так и непомытой, грязной посуды. И его любимую кружку, выкинутую в мусорку, он не заметит сначала. @dkincc Руслан, как ты там? Всё нормально, надеюсь, и ты сейчас просто лёг спать. Если будут проблемы – пиши. 20:18 Кашин пишет, будто жалнет. И прочтёт он это с чувством унижения тоже завтра.