Романтика в Изгнании

      Налоги на недвижимость на Второй Улице выше, чем в других частях Района Мо, и её можно считать относительно безопасным кварталом.       Все здания на главной улице были однообразного серого цвета, тротуары чистые, а людей всегда было немного.       Чжань Шэньчжи в полицейском управлении Района Мо проявлял себя очень пассивно, никогда не выполнял никакой работы, кроме той, которая была конкретно ему поручена, и всегда опаздывал и уходил рано вместе с Фан Цяньшэном, которого беспокоила ситуация на клубной улице Верхнего Городского Округа.       Поэтому сегодня он ранним утром покинул отделение полиции, не привлекая ничьего внимания.       Добравшись до Второй Улицы, он надел заранее приготовленную курьерскую форму, взял подарочную коробку и вошел в двери десятиэтажного Девятого Дома.       Внизу многоквартирного дома сидел сонный охранник. Увидев, как он вошёл, охранник лениво поднял голову, бросил на него взгляд и указал на электронную панель рядом:       — Регистрация посетителей.       — Я здесь, чтобы передать посылку госпоже Мэй Ми в квартиру 102, — сказал Чжань Шэньчжи, доставая из кармана куртки пачку сигарет, предлагая две охраннику и улыбаясь ему. — Это ценная вещь. Скажите, госпожа Мэй Ми дома?       Охранник тут же взял их, не упоминая больше о регистрации, и сказал:       — Я не видел ее несколько дней, но ее брат должен быть дома.       Чжань Шэньчжи поблагодарил охранника, вынес подарочную коробку в коридор, нашёл квартиру 102 и позвонил в дверь.       Звукоизоляция этого здания была не очень хорошей, и Чжань Шэньчжи смутно слышал доносящиеся звуки спецэффектов военной игры.       Примерно через две минуты дверь открылась, и на пороге появился мужчина с взъерошенными волосами и в очках в чёрной оправе. На вид ему было лет двадцать. Он с подозрением посмотрел на Чжань Шэньчжи:       — Что случилось?       — Госпожа Мэй Ми получила посылку, требующую её подписи. Я не смог дозвониться до неё, поэтому пришёл к ней домой. Она дома?       — Её здесь нет, — сказал мужчина. — Я её брат, я могу ее подписать от моего имени?       — Извините, расписаться в получении посылки может только получатель. Когда она будет дома?       — Не знаю, — сказал мужчина, разочарованно почесав затылок. — Пару дней назад она сказала, что уедет на Остров Маши, но не сказала, когда вернётся.       — Она будет дома на следующей неделе?       — Не знаю, приходите в следующем месяце, — сказал мужчина и закрыл за собой дверь.       Чжань Шэньчжи положил подарочную коробку обратно в багажник, выбрал режим автономного вождения, а во время движения включил экран с трансляцией с камеры и положил его на держатель рядом с центральной консолью.       Цяо Шубай репетировал танец с танцовщицами.       Его движения были очень энергичными,он махал руками и через громкоговоритель поправлял движения девушек:       — Цзинь-Цзинь, ты можешь продвинуться еще немного вперед? — Сяо Лянь, ты должна подпрыгнуть!       Голос Цяо Шубая был безобидным, мягким и нежным. Хотя он был полон энергии, в нём всегда чувствовалась ласка.       Чжань Шэньчжи было трудно судить, но танцовщицам, похоже, нравилось это. Кого бы Цяо Шубай ни называл, они улыбались.       После окончания репетиции танцев Цяо Шубай сел отдохнуть и попить воды. Чжань Шэньчжи также пришёл в свою комнату в общежитии и сказал Цяо Шубаю:       — Я ходил в 102-ю квартиру, в Девятый Дом, на Второй Улице. У Мэй Ми есть младший брат. Он сказал, что она уехала на остров Маши и не знает, когда та вернётся.       Цяо Шубай была очень встревожен. Услышав его голос, он поперхнулся водой, долго кашлял, потом украдкой поднялся, побежал к пожарному выходу, приложил ключ-карту и вышел наружу, тихо сказав:       — Она действительно поехала на остров Маши? Тогда почему не ответила на звонок и не пришла на прослушивание?       Чжань Шэньчжи сел и начал искать в базе данных населения Района Мо. Из-за хаотичного управления населением Района Мо база данных не обновлялась с момента основания Йейтса. Более того, судя по возрасту, Мэй Ми, могла оказаться новорожденной и, возможно, даже иметь другое имя. Поэтому в базе данных не было информации ни о ней, ни о её брате.       Чжань Шэньчжи не ответил на вопрос Цяо Шубая. Цяо Шубай помолчал некоторое время, а затем внезапно сказал:       — Чжань-гэ, у меня есть идея.       Он сказал, что, просматривая сегодня фотографии Мэй Ми, он заметил, что Мэй Ми и другие пропавшие женщины любили носить облегающие майки с брительками, которые обычные девушки не осмелились бы носить, и пользовались ярким макияжем.       Он достал телефон, вытащил тайно сделанную фотографию резюме Мэй Ми и показал ее Чжань Шэньчжи через камеру наблюдения:       — Вот такая майка с брительками.       Затем он достал еще несколько фотографий уже другой пропавшей девушки, Ми-Ми.       Судя по всему, Ми-Ми фотографировал сам Цяо Шубай в тускло освещенном месте под кронами деревьев на фоне заката.       Волосы Ми-Ми были собраны в пучок, на веках были синие тени, а лицо было усыпано блёстками. Она стояла в черной майке, с сигаретой во рту, выпуская дым из под красных губ и улыбаясь в камеру. Рядом с ней стояла ещё одна девушка, в которой Чжань Шэньчжи узнал Цзинь-Цзинь.       Чжань Шэньчжи вдруг задумался:       “Что связывало её с Цяо Шубаем? Почему он рискнул жизнью, чтобы найти её? Неужели он что-то от него скрывает?”       Но он тут же заставил себя вернуться мыслями к делу:       — Весьма занятно.       —Правда? — протянул Цяо Шубай, словно разговаривая сам с собой, а затем вдруг замялся:       — Чжань-гэ... я… как бы… — Он говорил очень медленно и какое-то время бормотал, прежде чем перейти к делу. — Я сегодня купил майку. Я хочу попробовать зарегистрироваться в этом приложении.       — …       Чжань Шэньчжи, будучи человеком по видавшим виды, на мгновение опешил.       — Что ты имеешь ввиду?       — Я также могу нанести яркий макияж, — сказал Цяо Шубай, наконец перейдя к сути.       Дальнейший разговор протекал гораздо более гладко, пока он объяснял свои мысли.       — В Момусе так много людей, кто меня узнает? Даже если я не привлеку этого человека, я ничего не потеряю. Я хочу попробовать.       Казалось, он уже принял решение.       Прежде, чем Чжань Шэньчжи успел что-либо сказать, зазвонил телефон Цяо Шубая. Цзинь-Цзинь сказала, что Лу Чунь его ищет, поэтому он тут же проскользнул за кулисы и прекратил общение с Чжань Шэньчжи.       Чжань Шэньчжи несколько минут смотрел на монитор, а затем, после долгого перерыва, решил вернуться в Верхний Городской Округ.       Он вернулся в лабораторию директора Ян. Там было пусто и очень тихо. Он просматривал раздел поиска данных, ища сведения о крупных преступлениях. Многие дела так и не были тщательно расследованы, результаты остались лишь приблизительными, время тоже не смогло их решить, и в итоге это превратилось в забытые людьми сенсации.       По какой-то причине к десяти часам Чжань Шэньчжи стал немного беспокойным.       Он принял душ в гостиной, сел на односпальную кровать, включил экран с камеры и почувствовал, как пульсируют кровеносные сосуды над правым глазом в течение нескольких секунд, пока менялось изображение.       Камера видеонаблюдения запечатлела небольшое складное зеркало, в котором Цяо Шубай наносил на себя макияж. Он находился в подсобке, и хотя свет горел на полную мощность, обстановка все равно казалась мрачной.       У Цяо Шубая были большие глаза, подведенные подводкой. Он смотрел на себя в зеркало с серьёзным выражением лица, держа в руке красную помаду и нанося её на губы, словно уже твёрдо решил это сделать.       Его навыки нанесения помады были слишком хороши. Когда-то он красил губы пропавшей девушке.       Невысокий, робкий и постоянно подвергавшийся издевательствам в клубе, Цяо Шубай всё-таки сумел найти себе девушку?       Нанеся помаду, Цяо Шубай выглядел вполне довольным. Он распустил собранные волосы и отодвинул зеркало, в котором показалась верхняя часть его тела.       Вероятно, на нём было женское бельё, от которого грудь казалась полнее, а тонкие чёрные бретельки свисали с худых, бледных плеч. Чжань Шэньчжи подумал, что тот стал похож на молодую девушку, только что достигшую совершеннолетия.       Цяо Шубай некоторое время смотрел в зеркало, затем опустил взгляд на свою одежду. Внезапно он взял сигарету со стола. Пальцы Цяо Шубая неловко держали сигарету, а затем он зажег ее. Чжань Шэньчжи услышал, как он глубоко затянулся, и, конечно же, закашлялся.       Чжань Шэньчжи не удержался и сказал ему:       — Вдыхай медленно.       Увидев, что рука с сигаретой застыла в воздухе, Чжань Шэньчжи снова сказал:       — Если не умеешь курить, то не кури.       — Ты подглядываешь, Чжань-гэ, — тихо проговорил Цяо Шубай. — Ладно. Я просто немного скучаю по ней.       Он послушно затушил сигарету в пепельнице неподалёку и честно спросил Чжань Шэньчжи:       — Чжань-гэ, ты куришь?       — Это не считается.       — Не считается, но ведь куришь, это впечатляет, — он снова принялся неустанно и неуклюже льстить Чжань Шэньчжи, однако на этот раз Чжань Шэньчжи не слишком разозлился, он лишь подумал, что любой, кто увидел бы эту сцену, непременно посочувствовал бы ему.       Цяо Шубай не стал отказываться от своих планов из-за появления Чжань Шэньчжи. Он продолжал делать селфи на телефон, принимая какие‑то соблазнительные позы, неизвестно где им подученные. Выглядело это профессионально, но всё же немного неуклюже. Не слишком умно, зато очень старательно.       Приложение предусматривало функцию верификации. Цяо Шубай поговорил с сотрудниками по видеосвязи, ответил высоким голосом на несколько вопросов и успешно получил доступ.       Чжань Шэньчжи наблюдал, как он вводит данные: Бетти, девятнадцать лет, живёт одна, любит танцы, путешествия, шопинг и сверкающие украшения. Хочет высокого папочку.       Загрузив всю информацию, Цяо Шубай запустил режим сопоставления, и в течение нескольких минут на него хлынули сотни сообщений в чате.       Его большой палец, покрытый розовым лаком, медленно скользнул по окну чата; он проигнорировал оскорбительное содержание сообщений и тайком просмотрел их личные профили.