Романтика в Изгнании

      В шесть часов утра Цяо Шубай проснулся.       Вторую половину ночи в отеле “Льюис”он уже крепко спал, и так же спокойно, как если бы находился на руках у матери.       Открыв глаза, он обнаружил, что лежит, свернувшись калачиком, рядом с Чжань Шэньчжи. Однако Чжань Шэньчжи это ничуть не смущало. Он неподвижно лежал и спокойно спал, словно воплощение сна из симулятора жизни.       Сквозь щель в занавесках проникал холодный серый утренний свет, отбрасывая различные оттенки на профиль Чжань Шэньчжи. Лишь его вздымающаяся грудь и слегка бледноватый подбородок придавали ему хоть какое-то подобие жизни.       По разным причинам физическое развитие Цяо Шубая отставало от других. Он смотрел на подбородок Чжань Шэньчжи, желая протянуть руку и прикоснуться к нему. Как только его рука показалась из-под одеяла, Чжань Шэньчжи проснулся, повернул лицо, и его глаза были гораздо яснее, чем у Цяо Шубая, словно он уже давно не спал:       — Что случилось?       Цяо Шубай молча убрал руку:       — Ничего такого, Чжань-гэ. С добрым утром.       Обычно приветствия Цяо Шубая оставались без ответа, но, к его удивлению, Чжань Шэньчжи тоже сказал:       — Доброе утро.       Утренний голос Чжань Шэньчжи был тихим, в нем отсутствовала его обычная холодность. Он говорил непринужденно, а закончив, приподнялся и сел.       Чжань Шэньчжи, должно быть, ужасно спал; его халат сполз, обнажив верхнюю часть тела. Его широкая спина и рельеф мышц на спине и руках были именно такими, какими их представлял себе Цяо Шубай.       Цяо Шубай невольно произнес:       — Чжань-гэ, — Чжань Шэньчжи посмотрел на него сверху вниз, Цяо Шубай вскочил, подошел ближе к нему и спросил: — Как ты тренируешься?       Чжань Шэньчжи посмотрел на него, сказав:       — Ты хочешь тренироваться?       Цяо Шубаю показалось, что тот улыбнулся, но не понял, взаправду ли это. Он кивнул и сказал:       — Ми-Ми всегда говорила, что я слишком худой.       Улыбка Чжань Шэньчжи исчезла. Он не стал рассказывать Цяо Шубаю о своих внушительных достоинствах, но спустя несколько секунд медленно спросил:       — Ми-Ми — твоя девушка?       Цяо Шубай на мгновение замер, а затем быстро покачал головой:       — Нет, мы просто друзья. Она училась со мной в старшей спец-школе при детском приюте, — ответил он, хоть и знал, что Чжань Шэньчжи это не интересует. — После окончания школы я не мог найти работу, и именно она привела меня в этот клуб. У Ми-Ми нет матери, а её отец несколько лет назад попал в тюрьму, поэтому она зарабатывает деньги в “Sugar Zone”, — добавил Цяо Шубай, затем сделал паузу и улыбнулся Чжань Шэньчжи: — Извини, я слишком много болтаю.       Цяо Шубай не был хорошим человеком, но он не хотел таким способом завоевывать симпатию Чжань Шэньчжи.       Чтобы разрядить обстановку, он первым встал с постели:       — Чжань-гэ, я пойду найду Цзинь-Цзинь после того, как умоюсь. Свяжись со мной, если что-нибудь случится.       — Подожди немного, — окликнул его Чжань Шэньчжи. — После того как умоешься, я научу тебя, как сканировать комнату на скрытые камеры.       Цяо Шубай внезапно вспомнил о том инциденте. После полученного прошлой ночью удара он стал рассеянным и забыл об этом важном деле.       Умывшись, почистив зубы и переодевшись, он привел в порядок разложенную на столе косметику и вышел из ванной, обнаружив, что Чжань Шэньчжи уже отдернул шторы.       Чжань Шэньчжи пошел в ванную, а Цяо Шубай подошел к окну и посмотрела вниз с седьмого этажа.       Вот как обычно выглядит Йейтское утро в Районе Мо: скучно и однообразно, улицы по-прежнему усеяны неубранным мусором, и даже воздух был довольно грязным.       Еще в половине шестого утра комендантский час был отменен, но пешеходов на улицах по-прежнему не было видно.       “Интересно, как долго мне ещё придётся оставаться в этом богом забытом месте.” — подумал Цяо Шубай. — “Неужели мне нужно оставаться здесь до тех пор, пока Йейтс не будет уничтожен?”       Он был настолько поглощен своими мыслями, что даже не заметил, как вышел Чжань Шэньчжи. Он услышал, как Чжань Шэньчжи соврем рядом с ним спросил:       — На что ты смотришь? — Цяо Шубай тут же повернул голову и увидел Чжань Шэньчжи, держащего в руках небольшое устройство, которое тот ему передал. — Это сканер.       Возможно, опасаясь, что тот не сможет понять, Чжань Шэньчжи очень тщательно объяснял ему, как сканировать камеры, как перехватывать записи с камер видеонаблюдения и как изменять видеоматериалы.       Но Цяо Шубай сразу всё запомнил и тут же пересказал Чжань Шэньчжи.       — Интересно, когда же я смогу попасть в подпольный клуб? — сказал Цяо Шубай, конечно же, не забывая о своем обещании мэру Чжаню.       — Не спеши, — ответил Чжань Шэньчжи. — Тот факт, что Цэн Мао установил камеру в твоей комнате, означает, что он по-прежнему относится к тебе с подозрением.       Цяо Шубай в знак согласия хмыкнул и поблагодарил Чжань-гэ. Он уже собирался уйти со своими вещами, когда Чжань Шэньчжи снова окликнул его:       — У тебя всё ещё остались блёстки на правом глазу.       Зеркало в ванной было недостаточно четким, и даже после многократного умывания Цяо Шубай, вероятно, так и не смог смыть макияж.       Он закрыл глаза, несколько раз энергично потер это место тыльной стороной ладони и спросил Чжань Шэньчжи:       — Еще осталось?       — Да.       Цяо Шубай был несколько расстроен и уже собирался продолжить оттирать, когда к нему подошел Чжань Шэньчжи, наклонил голову и несколько раз большим пальцем нежно потер ему правое веко.       Рука Чжань Шэньчжи была такой теплой, что Цяо Шубаю, у которого была весьма низкая температура тела, захотелось обхватить ее, как грелку. Это было очень сокровенное тепло, которое не хотелось показывать на публике.       Странно, но Цяо Шубай подумал о Ми-Ми.       Старший сын мэра, инспектор Чжань, часто появлявшийся в новостях, определенно не был похож на танцовщицу Ми-Ми. Цяо Шубай не знал, почему ему пришла в голову эта мысль, но его лицо покраснело.       Он слегка отступил назад, и Чжань Шэньчжи произнес:       — Теперь всё.       Взяв сумку, Цяо Шубай вышел из комнаты Чжань Шэньчжи и постучал в дверь Цзинь-Цзинь.       Цзинь-Цзинь открыла чуть позже, в халате и с растрепанными от сна волосами. Она зевнула и сказала Цяо Шубаю:       — Бай-Бай, почему ты пришел так рано?       Цяо Шубай сидел на диване и ждал, пока Цзинь-Цзинь закончит собирать свои вещи. Затем они вместе спустились вниз и вышли из отеля, где у входа стояли три пустых беспилотных такси.       Подул легкий ветерок, и Цзинь-Цзинь покачала головой, плотнее закутавшись в пальто.       — Так холодно, — сказала она, прижавшись к Цяо Шубаю.       Они сели в такси. Цзинь-Цзинь всё ещё полусонная, дремала какое-то время, словно цыплёнок, клюющий зерно, положив голову на плечо Цяо Шубаю. Она была слишком сонной, чтобы расспрашивать, с кем спал Цяо Шубай, что успокоило его.       В тот вечер на сцену впервые вышли новые танцовщицы, пока лишь в роли дублёрш.       Две девушки проявили недостаточную сноровку и неправильно застегнули высокую пряжку, что чуть не привело к несчастному случаю на сцене.       Цяо Шубай был в ужасе. После окончания циркового номера Цяо Шубай, что было необычно, задержал девушек на пятиминутное собрание, чтобы еще раз напомнить им о правилах техники безопасности.       Он только закончил говорить, когда прибыл помощник Цэн Мао, сообщив, что господина Цэна выписали из больницы и он приглашает его на ужин. Затем он проводил Цяо Шубая к лифту.       Цяо Шубай полагал, что они направляются в ресторан за пределами клуба. К его удивлению, помощник привел его на первый этаж, повернул за угол и вошел в неприметную пустую комнату. Проведя карточкой, чтобы открыть дверь, они оказались в подпольном клубе, в который Цяо Шубай никак не ожидал попасть так скоро.       В прошлый раз Цяо Шубай вошел в него через секретный аварийный выход. После того как его чуть не узнали во время единственного предыдущего визита, он больше не рисковал спускаться сюда.       В подпольном клубе было тусклое освещение, а женщина в длинном облегающем платье пела на сцене любовные песни, а занавешенные кабинки были заняты более чем наполовину.       Цэн Мао ждал Цяо Шубая в одной из кабинок вместе с несколькими другими администраторами клуба, включая Лу Чуня и Лао Сэня.       Их кофейный столик был заставлен бутылками спиртных напитков, а по бокам сидели привлекательные молодые женщины.       Увидев, как вошел Цяо Шубай, лицо Лу Чуня помрачнело, губы дрогнули, и он отвернулся.       Лао Сэнь, глава отдела алкогольных напитков, улыбнулся Цяо Шубаю.       Цяо Шубай поприветствовал группу и сел в углу. К нему прижалась незнакомая девушка. Чувствуя себя немного неловко, она налила ему вина в бокал.       — Иди сюда, Шубай, — улыбнулся ему Цэн Мао, — Я подниму за тебя тост.       Цяо Шубай притворился удивленным и залпом выпил весь напиток из бокала. Крепкий напиток скользнул ему в горло и пищевод, вызвав во всем теле жар.       Цяо Шубай спустя десять минут все еще не понимал, позвал ли его Цэн Мао чтобы отблагодарить или чтобы наказать.       У него и так была плохая переносимость алкоголя, и Цэн Мао постоянно находил поводы, уговаривая его выпить. Совсем скоро Цяо Шубай, уже едва стоявший на ногах, побежал в туалет, где его сильно вырвало.       Он стоял перед зеркалом, чувствуя головокружение, прополоскал рот и облокотился на столешницу, чтобы посмотреть на себя в зеркало.       Его щеки были неестественно покрасневшими, взгляд рассеянным, а губы слегка приоткрыты, из-за чего он выглядел как настоящий пьяница.       — Ты как?       Когда раздался голос Чжань Шэньчжи, Цяо Шубай так испугался, что чуть не упал в обморок.       Он опустил голову, умылся холодной водой и прошептал:       — Не умираю.       — Я кое-что нашел, поговорим об этом, когда ты вернешься, — голос Чжань Шэньчжи был спокойным, что резко контрастировало с неопределенностью Цяо Шубая. — Кто дал тебе ноутбук Ло Цзы? Будь осторожен с этим человеком.       Сознание Цяо Шубая на несколько секунд прояснилось, и он вспомнил Лао Сэня, который помог ему получить ноутбук.       Хотя можно сказать, что вчера вечером он полностью провалился, он, по крайней мере, подтвердил, что Ло Цзы не был Линни. Так кто же вошел через ноутбук Ло Цзы, используя учетную запись Линни?       Зачем он это сделал? Если бы он хотел подставить покойника, зачем бы он снова появлялся в “Sugar Zone”?       Цяо Шубай был слишком слаб, чтобы соображать. У него сильно болела голова. Как только он перестал опираться рукой о раковину, у него снова закружилась голова, и ему пришлось снова поднять руку.       — Что произошло? — прошептал он, боясь, что его подслушают.       — Один из офицеров Района Острова Маши, расследовавший дело о танцовщице, пропал без вести, — Чжань Шэньчжи сделал паузу на несколько секунд, а затем внезапно спросил: — У тебя есть что-нибудь от похмелья?       Цяо Шубай посмотрел в зеркало и растерянно покачал головой.       Он неуверенно вышел и, пошатываясь, вернулся к своему столику.       Когда он снова начал пить, он необъяснимым образом услышал какие-то странные звуки. Сначала он подумал, что это галлюцинации, но позже понял, что это похоже на то, как инспектор Чжань печатает на клавиатуре.       Чжань Шэньчжи, возможно, забыл отключиться от камеры и прервать связь на своем телефоне.       Как небрежно.       Цяо Шубай вынужден был изображать улыбку, произнося неискренние комплименты, а в полумраке тайно ворчал про себя.