Контракт на любовь

      Гето Сугуру, возможно, мог бы назвать себя счастливым человеком, если бы не одно «но». Это «но» сейчас сидело прямо перед ним и ни разу не раскаивалось в сказанном.       — Правда, Сугуру, прости, но я так не могу, — Хайбара захлопнул бархатную коробочку с кольцом и придвинул обратно к Гето. — Я понимаю, что на тебя давят обстоятельства, и, честно говоря, мне жаль, что ты оказался в такой ситуации, но...       — Боже, Ю, — перебил Сугуру, закатив глаза, — мы так давно встречаемся, в чем проблема?       — В этом и проблема, — тот ткнул пальцем в сторону Гето. — Это не из большой любви, Сугуру. Это просто жест доброй воли, попытка угодить твоим родителям. Типа: «Ты бесишь меня меньше всех остальных, а мне очень приспичило поставить этот дурацкий штамп в паспорте, потому что дальше тянуть нельзя».       В целом, Хайбара не был так уж далек от истины, хотя для самого Гето эти слова прозвучали как обвинение. К своему сожалению (или счастью), пару дней назад Гето узнал о скрытой стороне семейного благосостояния. Его отец, человек, который пока не планировал прощаться с жизнью, но всегда мыслил наперед, оставил весьма «красноречивое» завещание. В нем черным по белому значилось: если Сугуру не вступит в законный брак до своих «тридцати» — до дня рождения, который уже не за горами — то о щедром наследстве может забыть. А наследовать было что: величественный особняк, расположенный на живописном склоне с видом на город, где могла бы с комфортом расселиться королевская семья в пару поколений, коллекцию дорогих автомобилей и, конечно же, семейный бизнес.       Логистическая компания, основанная его отцом на голом энтузиазме и несгибаемой воле, выросла до масштабов крупнейшей в Японии. Гето, по сути, вникал в ее азы, наверное, еще с пеленок, слушая деловые разговоры отца, пока тот еще был молодым и амбициозным. Поэтому, несмотря на свои неполные «тридцать», он мог с легкостью заполнить любой инвойс, вести переговоры с самыми привередливыми клиентами, найти выход из любой, самой нестандартной ситуации. Теперь же вопрос о том, кто займет директорское кресло стоял ребром. Его родители, искренне любящие своего единственного, дорогого сына, желали ему вселенского счастья — ну, с их точки зрения. Было бы, конечно, славно, если бы в этом грандиозном плане учитывалось и его собственное мнение, но, похоже, его чувства теперь точно отошли на второй план.       — Надо было просто предложить тебе пожениться и не объяснять причины спешки, — Гето нервно фыркнул, мотнув головой и отбрасывая выбившуюся из тугого пучка на затылке непослушную прядь. — Что ты мне теперь предлагаешь делать, м?       — Предлагаю перестать врать себе и родителям, — Хайбара сложил руки на груди, демонстрируя полное равнодушие. — Я не собираюсь участвовать в этом цирке, уволь. Ты вообще изначально позиционировал эти отношения как «без обязательств». У меня сгорит к херам контракт, если я хотя бы обручусь. Не думал, что у людей есть и свои заботы?       Что ж, этого Гето явно не учел. Сугуру, погруженный в собственные амбиции и планы, совершенно упустил из виду, что Хайбара, хоть и согласился на эти отношения, был не просто красивой оберткой. Ю был одной из самых востребованных и высокооплачиваемых моделей мужского пола на пике своей карьеры. В его контракте с влиятельным модельным агентством «Fashion Forward» был четко прописан пункт, запрещающий вступать в официальные отношения до истечения его действия — еще как минимум три года.       — Я говорил, что обеспечу тебе безбедную жизнь до твоей блядской старости, — прорычал Гето, сжимая кулаки. — Я мог бы покрыть любые твои неустойки, если бы ты только…       — Я не хочу быть чьей-то содержанкой, Гето, — Ю лишь обреченно вздохнул, вставая со стула и накидывая на плечи куртку. — В целом, у тебя впереди полгода, может найдешь другого придурка на эту роль.       С этими словами Хайбара, задрав нос и демонстрируя полное равнодушие, которое, впрочем, не скрывало еле заметного блеска обиды в его глазах, удалился.       Сугуру взял со стола коробочку и начал вертеть в руках, поджав губы.       Блядский Хайбара. Блядский бизнес. Блядское завещание.       На самом деле, ощущения опустошенности или даже грусти Гето не испытывал. Скорее, это было жгучее, почти детское чувство обиды: нечто до боли красивое и личное, надув губки, выскользнуло из его цепких пальцев. Хайбара… Да, он действительно нравился Сугуру. Только вот обременять себя чем-то таким, серьезным, Сугуру был совершенно не готов. Не было ни сил, ни времени, ни, если быть честным, желания.       Сейчас его мысли были заняты куда более насущными вещами.       — Прошу прощения, — прозвучал голос почти у самого уха, вырывая Гето из мрачных раздумий. — Могу я забрать вашу чашку и, быть может, предложить что-нибудь еще?       Гето лениво поднял взгляд. Перед ним стоял официант — молодой, светловолосый, с широченной, почти навязчивой улыбкой. Как только мышцы его лица не сводило судорогой?       — Нет, спасибо, — медленно качнул головой Гето, опустив взгляд обратно на стол. — Чашку, правда, можете забрать.       — Ваш бойфренд вам отказал, верно? — не унимался мужчина.       — Что-то вроде того, — хмыкнул Гето. — Я хотел провести сегодня ужин с родителями, торжественно объявив о помолвке.       — Ну и придурок, — отмахнулся официант. — Я бы вам не смог отказать.       Гето нахмурился, снова взглянув на официанта.       — Приятно слышать, — кивнул он, спрятав коробочку во внутренний карман пиджака. — Скоро должны подойти родители, принесите два фирменных блюда.       — Конечно, — кивнул мужчина, забирая со стола две пустых чашки. — А вам?       — Яду, — бросил Гето, его взгляд устремился куда-то за пределы сверкающих окон зала. — Желательно, чтоб с одного глотка и сразу в кому.       Мужчина лишь хмыкнул и скрылся с посудой на кухне.       «Полгода», — промелькнуло в голове. — «Всего полгода, чтобы найти новую жертву».       Найти человека, который согласится на фиктивный брак ради наследства? Это было бы еще сложнее, чем убедить Хайбару.       Звон колокольчика над массивной дверью ресторана оповестил о прибытии новых гостей. Далеко в зале Сугуру завидел родительские фигуры, знакомые даже издалека. Он инстинктивно поправил идеально сидящий пиджак, выпрямил спину и, собравшись с духом, помахал им рукой, стараясь изобразить радушие.       «Мне нужно срочно что-то придумать», — с ноткой отчаяния пронеслось в голове.       Перед ним сели родители, оживленно обсуждавшие последние новости из жизни их компании. Отец, как всегда, был сосредоточен и серьезен, мать же, напротив, излучала жизнерадостность, похлопывая мужа по руке. Сугуру старался внимательно слушать, кивать в нужные моменты, но мысли его были где-то определенно не здесь.       — Сугуру, ты нас слышишь? — голос матери вернул его в реальность. — Мы хотим услышать твои новости. Ты же хотел нам что-то важное рассказать.       «Новостей, как всегда, полно», — горько усхмыльнулся Гето про себя. Он ненавидел эти семейные ужины, когда его заваливали вопросами о работе и, конечно же, его личной жизни. И если раньше хоть был какой-то проблеск надежды на искренний интерес, то сейчас…       — Да, мам, я слышу, — Гето постарался придать голосу бодрости. — Просто… не все так просто.       — Что-то случилось? — нахмурился отец, отложив меню. — На работе проблемы?       — Нет, с работой все в порядке, — Гето нервно теребил салфетку. — Это касается… лично меня.       Мать с любопытством посмотрела на сына.       — Ты встретил кого-то? — спросила она с огоньком в глазах. — Признайся, ты наконец-то решил остепениться?       Гето проглотил ком в горле. Он не мог сказать правду. Не сейчас.       — Это… немного сложнее, — он сделал глубокий вдох. — Понимаете…       — Добрый вечер! — послышался бодрый и уже знакомый голос. — Вы не представляете, как я рад наконец с вами познакомиться!       Официант поставил на стол две огромные порции перед родителями Гето и, слегка толкнув Сугуру бедрами, плюхнулся на диванчик рядом.       — Прошу прощения, не представился, — кивнул тот, — Годжо Сатору — ваш будущий зять.       Гето застыл, его глаза округлились от шока. Его родители, уже готовые расспрашивать о личной жизни, замерли с открытыми ртами. Светловолосый официант теперь сидел рядом с ним, улыбаясь во все тридцать два зуба, от чего его лицо казалось еще шире.       «Вот же ж… придурок!» — в голове Гето пронесся вихрь эмоций: от шока и неверия до смутного раздражения и… нет, не паники. Скорее, какой-то новой, доселе неизвестной ему разновидности нервозности.       — Что?.. — выдохнул отец, не веря своим ушам.       — Будущий зять? — переспросила мать, оглядывая гламурного незнакомца с ног до головы. — С каких пор, позвольте узнать?       — О, это долгая история! — Годжо заливисто рассмеялся, наслаждаясь произведенным эффектом. — Но самое главное, что судьба свела нас неожиданно, но так крепко! Мы прошли через многое, прежде чем понять, что созданы друг для друга. Правда, дорогой? — он повернулся к Гето, тот все еще пребывал в ступоре.       Сугуру судорожно кивнул, пытаясь собраться с мыслями. Его мозг лихорадочно работал, пытаясь выстроить хоть какую-то логическую цепочку. Это была самая спонтанная, самая безумная импровизация, которую он когда-либо видел. И, что самое поразительное, она… работала. Его родители выглядели сбитыми с толку, но уже не с той настороженностью, с которой они готовились выслушать его самого.       — Мы… Мы очень… близки, — промямлил Гето, пытаясь улыбнуться.       Улыбка получилась вымученной.       — Близки? — мать недоверчиво приподняла бровь. — Сугуру, ты же никогда не упоминал о…       — Ну, вы же знаете нашего Сугуру, — перебил Годжо, подмигнув Гето. — Он очень скрытный, когда дело касается личного. Но когда я понял, что это серьезно, я решил, что не могу больше скрывать наше счастье от самых важных людей в его жизни. Поэтому я ворвался сюда, чтобы лично вас заверить: ваш сын в надежных руках. И, к слову, у нас большие планы на будущее. Мы подумываем о…       — О чем? — отец, наконец, пришел в себя и смотрел на Годжо с нескрываемым любопытством, смешанным с недоверием.       — О, это такая сложная тема, — Годжо хитро улыбнулся, — Мы хотим усыновить ребенка. Нет, трех! Или пятерых?..       Глаза Гето расширились еще больше, и он едва сдержал стон. Усыновление? Серьезно?       — Усыновить? — мать выглядела ошеломленной. — Это… неожиданно.       — Ты что творишь? — Гето наклонился прямо к уху «жениха» и, пользуясь замешательством родителей, решил прояснить ситуацию.       — Спасаю твою задницу, — так же шепотом ответил мужчина, тут же переключаясь на родителей. — Да, мы давно об этом думали, — Годжо продолжал в том же духе, — Сугуру очень хотел детей, а я… ну, я всегда был готов к большому семейству. Это будет прекрасно, правда?       Он снова повернулся к Гето, ожидая поддержки. Сугуру, все еще переваривая информацию, с трудом выдавил из себя:       — Да… да, мы давно об этом мечтали.       — И, пожалуйста, — добавил Годжо шепотом, наклонившись к Гето, — в следующий раз, когда мы будем обсуждать наши планы на усыновление, постарайся хотя бы не выглядеть так, будто тебя сейчас стошнит. Это портит общее впечатление.       — Нельзя испортить то, что изначально испорчено, — прошипел в ответ Гето.       — Простой официант? — отец вздернул бровь и перевел взгляд на Гето.       — О, что вы, — отмахнулся Сатору. — Это заведение — мое. Просто небольшой форс-мажор у наших официантов, пришлось самому выйти в мир, так сказать. Так что ужин за счет заведения.       Сугуру лишь удивленно хлопал глазами, изредка кивая в подтверждение.       — Я… мы… — мать, казалось, пыталась осмыслить всю информацию. — Думаю, нам нужно время, чтобы это переварить.       — Конечно, конечно! — Годжо лишь рассмеялся. — Столько времени, сколько нужно. Главное, знайте: мы вас очень любим. Правда, Сугуру?       Гето лишь перевел удивленный взгляд на «будущего мужа» и не проронил ни слова. Молчание нарушил лишь неожиданный, но целенаправленный пинок по ноге. Вздрогнув и тихо ойкнув, Гето, наконец, едва заметно кивнул, словно подчиняясь невидимой команде.       — Нам нужно возвращаться домой, — проговорил отец, поджав губы. — Нужно решить еще пару дел.       — Наш шеф-повар — просто гений, вы не можете меня так оскорбить и уйти ни с чем, — Сатору поднялся, хватая под руку Гето. — Мы, пожалуй, пойдем собираться домой и сообщим официантам, чтобы все упаковали с собой в лучшем виде.       Сугуру, чертыхаясь о собственные ноги, кивнул родителям на прощание и позволил Годжо увести себя в кабинет. Как только Сатору плюхнулся в огромное кресло, сразу лениво потянулся и с широчайшей улыбкой вздохнул.       — По-моему, вышло неплохо, — беззаботно поинтересовался он, закидывая руки за голову. — Как думаешь?       Глаза Гето медленно сфокусировались на Годжо.       — Неплохо? — повторил Гето. — Ты… Ты только что заявил моим родителям, что мы собираемся усыновить троих, а то и пятерых детей. Как, по-твоему, это могло быть «неплохо»?       — О, так ты все-таки слушал, когда я про детей говорил, — Годжо игриво подмигнул. — Молодец! А я думал, ты там до сих пор борешься с тем, что я твой «будущий муж».       — Я не знал, что делать! Я не знал, как реагировать! Ты совсем с ума сошел? — взорвался Гето, наконец-то обретя дар речи.       — Ну, ты справился, — невозмутимо ответил Годжо, разглядывая свои идеально ухоженные ногти. — Даже лучше, чем я ожидал. Думал, ты будешь больше паниковать.       — Паниковать? Мне пришлось притворяться, что я собираюсь усыновить половину футбольной команды! — возмущался Гето. — Мне нужно найти человека для брака, а не стать благотворителем для детского дома!       — Ну, теперь тебе и не нужно ничего искать, — Годжо широко улыбнулся. — Ты только что получил мужа. И, как видишь, очень заботливого.       — Заботливого? — Гето махнул руками. — Ты поставил меня в такое положение, что я вынужден был соглашаться с твоим бредом!       — А я и не заставлял, — Годжо пожал плечами. — Ты сам кивал, сам говорил, что мы мечтаем о детях. Так что, в некотором смысле, ты приложил руку к созданию этих «бредовых» планов.       — Зачем ты вообще вмешался? — спросил Гето.       — Да ты с таким скорбным видом сидел, — вздохнул Сатору. — У нас раки в кипящей воде и то пожизнерадостнее. К тому же, как ты собирался объяснить родителям, что твой бойфренд кинул тебя с предложением?       — Я бы не говорил, что мой бойфренд меня бросил! — Гето был на грани взрыва. — Я бы сам все разрулил!       — Разрулил бы? — Годжо склонил голову набок, в его глазах мелькнул лукавый огонек. — И как же? Объявление бы дал в газету? На сайте знакомств зарегистрировался? «Срочно ищу мужа, чтобы не опозориться перед родителями». Ты такой очаровательный в своей наивности.       — Да заткнись ты уже! — прошипел Гето, пытаясь унять дрожь в голосе. Он чувствовал, как щеки заливает краска. — Я бы… я бы сказал, что у нас просто… временные трудности. Или что он… что он внезапно уехал по работе.       — Уехал ровно в тот момент, как ты собирался рассказать о помолвке. — Годжо усмехнулся. — Это было бы очень убедительно. А потом, когда они спросили бы, почему он не отвечает на звонки, ты бы сказал, что он попал в плен к инопланетянам?       — Ты просто издеваешься! — прорычал Гето, сжимая кулаки.       — А ты слишком серьезно относишься к этой ситуации, — спокойно ответил Годжо, его взгляд скользнул по напряженным плечам Гето. — Ты же понимаешь, что это всего лишь… небольшая комедия? Ради твоего же спокойствия.       — Моего спокойствия? Да я теперь в панике!       — Ну, главное, что родители остались довольны, — ухмыльнулся Годжо, не обращая внимания на вспышку гнева Гето. — А это, как ни крути, было первостепенной задачей.       Гето глубоко вздохнул, наполняя легкие воздухом. Да, в целом, ситуация действительно складывалась как нельзя более выигрышно. Его план был прост и, как ему казалось, безупречен: исполнить поставленное условие, возглавить компанию, а уже потом, когда все формальности будут соблюдены и желаемое достигнуто, избавиться от этой обременительной связи. Развод? Это будет легко. Нужен лишь какой-нибудь нелепый, абсурдный предлог, чтобы не вызвать лишних вопросов и подозрений. «Не сошлись характерами», «разные взгляды на жизнь», «искра погасла» — банальные, но эффективные клише, которые всегда срабатывают в таких случаях.       — Мне нужен брак по расчету.       — Что? — Годжо, который до этого момента совершенно расслабленно развалился на диване, резко выпрямился, его ярко-голубые глаза встревоженно и недоуменно уставились на Гето.       — Мне нужен брак по расчету, — повторил Гето, прикрыв глаза. — Наследование отцовской компании возможно только если я женюсь до февраля. Это единственное условие.       — Так я не спасал тебя от позора и не склеивал разбитое сердце? — возмутился Сатору, вскакивая с места. — Нет, это уже ни в какие ворота! Помолвка отменяется!       — Господи, — Сугуру глубоко вздохнул, не выдерживая напряжения, и провел ладонью по лицу, пытаясь унять дрожь в пальцах. — Давай заключим сделку. Цена вопроса? Сколько ты хочешь, чтобы я заплатил за твое… содействие?       — Моя любовь бесценна, молодой человек, — Годжо сложил руки на груди, отвернувшись и демонстративно надувшись, словно обиженный ребенок.       — Тебе не придется ничего менять в твоей свободной жизни, — Гето постарался придать голосу как можно больше убедительности, делая шаг навстречу. — Просто изредка будешь ездить со мной к родителям, когда это потребуется. Тихонько распишемся, чтобы никто не знал. А после урегулирования всех формальностей, когда компания перейдет под мой контроль, мы разве… — он запнулся, но быстро продолжил, — …разойдемся. Спокойно. У меня правда нет другого выхода, Сатору. И ты подоспел очень, очень вовремя.       — Что ж, — Годжо повернулся, его взгляд стал более задумчивым. — Раз уж я сам себя в это ввязал, соскакивать будет не по-пацански. Только свою часть сделки я придумаю позже. В деньгах я не нуждаюсь, это ты знаешь.       — Все, что угодно, — кивнул Гето, чувствуя, как напряжение медленно спадает. — Любое твое условие. А теперь мне правда нужно идти.       Сугуру, поджав губы, направился к выходу. Это уже хотя бы что-то. Это было гораздо лучше, чем ничего.       — Эй, подожди, — внезапно услышал он голос сзади. — Мы теперь помолвлены, а у меня даже нет твоего номера телефона!