Теплый дождь в твоих глазах..

Уважаемые Флинт и Юфимия Поттер! В связи с нынешними событиями и принимая во внимание все обстоятельства, мы рассмотрели Вашу просьбу и позволяем ученикам Гриффиндора Джеймсу Поттеру и Сириусу Блэку временно покинуть школу. Также, директор школы ведьмовских искусств «Хогвартс» Альбус Персиваль Дамблдор выражает глубочайшие соболезнования Софи Теодор Бронте и просит Вас на время присмотреть за нашей ученицей. Похороны Александрии Лео Бронте состоятся через три дня в 16:00 возле родового гнезда Бронте. P.S. Пожалуйста, не позволяйте Софи сделать глупость и постарайтесь защитить девочку. За ней ведется охота. С наилучшими пожеланиями, Минерва Макгонагалл Флимонт, Юфимия, Поезд не безопасен, мальчики прибудут через камин сегодня в девять вечера вместе с багажом. Пожалуйста, отправьте сову, как только получите письмо от Минервы, пусть она и не признает этого, но даже ученики замечают перемену в профессоре. Боюсь, что если она не узнает, как Софи в ближайшее время, нынешнее поколение грозится остаться без знаний о Трансфигурации. Будьте осторожны, Александрия только начало. С уважением, Альбус Персиваль Дамблдор            *** Софи казалось, что прошла целая вечность прежде чем в гостиной раздался какой-то шум. Многовековая тишина развеялась и скорбь, которой был пропитан, казалось бы, каждый угол в доме, тут же исчезла. Было ощущение, что с тех пор, как девушка оказалась в доме Поттеров прошла целая вечность. Она не помнила ни того, как произнесла их адрес будучи в камине, ни тех двух дней, что провела тут в тишине и молчании. Разумеется, так казалось только ей. На деле же, ее постоянно окружали Юфимия с Флимонтом, пытаясь отвлечь и разговорить, однако ни одна их попытка так и не увенчалась успехом. В тот вечер Бронте буквально выпала из их камина задыхаясь и плача. Сложно словами передать то, как в ту ночь испугались Поттеры, особенно когда не смогли понять причину и уж тем более устранить ее последствия. Решив, что если они не сделают что-нибудь прямо сейчас, то девочка сойдет с ума, супруги напоили ее настойкой валерианы, а затем зельем без сновидений. Испугавшись, что что-то произошло в Хогвартсе, Флимонт незамедлительно отправил письмо Дамблдору, однако ответ пришел только через сутки, заставив волшебников ужаснуться. Получив письмо, Альбус в ту же секунду отправился в семейную резиденцию Бронте, но обнаружил там только тело Александрии. Поняв причину такого поведения Софи и ее возникновения у них, Поттеры старались сделать хоть что-то, чтобы девочке стало лучше и в тот же день, когда пришел ответ из школы, Флимонт отправился прямиком в дом Бронте, чтобы помочь в расследовании, а Юфимия, оставшись с гриффиндоркой одна и пытаясь облегчить ее старания, снова написала Альбусу с просьбой забрать Джеймса и Сириуса.    Бронте лежала на кровати и смотрела в одну точку на противоположной стене, когда дверь за ее спиной скрипнула и послышался тихий женский голос. - Софи, тут приехали мальчики, ты не будешь против, если они тебя навестят? – Юфимия говорила почти шепотом, словно боялась, что девушка спит и своими словами она снова вытащит ее в жестокую реальность где та буквально позавчера потеряла мать. - Мне все равно. – бесцветным голосом, скорее каркая, чем говоря, произнесла девушка все также смотря в стену. Единственное, чего ей хотелось – это вернуться назад и заставить Александрию зайти в камин. Она не смогла. Сначала испугалась, а потом и вовсе поддалась влиянию проклятия. Бесполезная. Как она вообще планирует останавливать величайшего волшебника столетия, если даже с собой справиться не может? Никчемная. Совсем ничего не может. Какая от нее вообще польза? Раздался скрип половиц и топот шагов, вошедших в комнату. Наверное, стоило бы повернуться и успокоить друзей, сказать, что все хорошо, но…но ничего не было хорошо. Все было хуже, чем отвратительно.    - Мышка...- Джеймс сел на корточки прямо напротив кровати, оказавшись лицом к лицу с подругой, но та лишь мельком скользнула безжизненным взглядом по его лицу, а затем глаза снова словно затянула дымка, мешающая ей смотреть перед собой. Она так всех подвела. Из-за нее Алекса...нет, мамы. Мамы больше нет. Словно происходящее начало догонять ее только сейчас, глаза снова намокли, будто в первый раз. - Ну тише. - Джеймс осторожно смахнул слезы с ее щек. - Мы рядом. Не молчи, хорошо? Мы всегда рядом. Это было самым страшным. Они бы на ее месте сделали все, что смогли. Не стояли бы столбом, не поверили бы в то, что Александрия тоже уйдет и тем более, сопротивлялись бы проклятию. Они бы смогли ее спасти. А она не смогла. Мама пожертвовала собой, чтобы она спаслась. И Софи, уверена, что эти двое сделали бы абсолютно также. Она не может допустить чтобы и они...чтобы и их...но что она сделает? Она ведь совершенно бесполезная. - Ты же у нас сильная, мышь. - кровать прогнулась под чужим весом и Сириус, осторожно гладя девушку по плечу, заговорил тихим баюкающим голосом, словно боялся, что может сделать только хуже. - Ты ведь со всем справишься, правда? Гриффиндорка закачала головой и неожиданно для самой себя снова зашлась в рыданиях. Она хотела что-то сказать, но вместо слов выходили лишь непонятные хрипы и обрывки, через которые только чудом можно было уловить смысл. - Она...из-за меня...я не смогла...проклятием...- каждое слово сопровождалось новой волной истерики и постепенно девушка начала задыхаться. - Тише, мышка, ты ни в чем не виновата. - Джеймс снова заговорил, пытаясь убедить волшебницу, что все это случайность, но ей становилось только хуже, ведь она знала правду. В конце концов тот наколдовал стакан с жидкостью и Бронте уловила знакомый запах валерианы, за эти сутки, впитавшийся в нее словно дорогие духи. - Выпей, пожалуйста. Если так продолжится, ты просто не выдержишь. Девушка отрицательно помотала головой, но после этого снова начала задыхаться, падая в новый припадок. В какой-то момент она подумала, что так, наверное, будет даже лучше. Она просто не имеет права жить после того, как из-за ее бестолковости умерла Александрия. - Ну-ка, отставить! Мышь, соберись, ты нужна нам целой и здоровой, поняла? - возможно, она озвучила последние мысли, а может они были "написаны" у нее на лице, но Блэк сменил тихий голос на строгий и взяв стакан из рук Джеймса, забрал бразды правления в свои руки. - Приподними ее и помоги сесть. - свято веря в то, что Сириус знает, что делает, Поттер легко обхватил плечи девушки и помог ей принять вертикальное положение. Хотя, можно сказать, что он просто посадил ее и продолжал держать, чтобы та не упала обратно. Сейчас Бронте была похожа на безвольную куклу, которой было абсолютно плевать что и кто с ней делает. - Пей. - снова приказал гриффиндорец и фактически отрезал ей любые пути отступления, держа стакан у ее губ. Не имея никакого выбора, а может просто устав от всего происходящего, Софи позволила влить в себя этот несчастный стакан с настойкой. - Нельзя же доводить себя до такого! Это тяжело, но не значит же, что надо прекращать есть, пить и начать своими руками закапывать себя живьем в могилу. - Не хочу ничего. - валериана подействовала мгновенно и перестав биться в истерике, девушка пустым взглядом смотрела перед собой, в темноте различая силуэт Бродяги, сидящего перед ней. - Не хочешь, а надо. - тоном, не терпящим возражений, произнёс парень. Наверное, если бы сейчас кто-то включил свет, было бы видно, как он грозно свёл брови к переносице. - Сейчас берёшь себя в руки, обуваешься и мы идём есть. Развела тут сырость! Когда вообще свежим воздухом дышала? - Не помню. - двухдневное молчание сказалось на Софи и теперь та вместо нормальных слов только тихо хрипела и каркала, пытаясь вспомнить как произносятся буквы. - Джеймс, будь добр, включи свет. Щелкнул выключатель и на ребят тут же упал бледный свет ночника, стоявшего на прикроватной тумбочке. Если в темноте не было видно буквально ничего, то сейчас парни могли увидеть в каком кошмарном состоянии была Софи. Красные заплаканные глаза, опухшее из-за слез лицо и спутанные волосы, не видевшие расческу, видимо, со времен Александрии. - До чего ты себя довела? - ошарашено проговорил Поттер с жалостью глядя на подругу. - До чего? - та наконец перестала блуждать взглядом и повернула голову к нему, спрашивая, будто ей действительно было интересно. - Джеймс, скажи Юфимии, что мы втроем сейчас спустимся ужинать. - встав с кровати с таким же скрипом, с каким и садился, Блэк поменялся местами с Поттером, придерживая Софи за плечи, если та вдруг снова решит упасть. - Справишься тут? - гриффиндорец бросил еще один взгляд на девушку, походившую скорее на живого мертвеца, чем на его подругу. - Справлюсь. - кивнув другу, Поттер быстрым шагом покинул комнату и вскоре внизу послышался его голос, просивший мать разогреть еду. - Так, дорогая, сиди ровно. - одной рукой все еще придерживая Бронте, второй Блэк откинул с нее одеяло, и она тут же поежилась от легкого холодка, пробежавшего по телу, однако, казалось, что это совершенно ее не беспокоит. - Держишься? - не получив никакого ответа, Сириус на страх и риск отпустил гриффиндорку. Та, к его счастью, не упала, но было неизвестно сколько еще она сможет держать себя в руках прежде чем снова впадет в апатию. - Вот, молодец. Так, ножки опускаем и садимся, как нормальная ведьма. - не дожидаясь, пока Софи сделает то, что сказали, Блэк сам опустил ее ноги на ковер, успев поймать заваливающуюся на бок девушку. - Мышь! Команды падать не было. - Я не падаю. Ни капельки не поверив в ее слова, волшебник снова вернул ее в вертикальное положение, продолжая придерживать за плечи и сидя напротив на одном колене. - Посиди так пару минут, пожалуйста. Хорошо? - Хорошо. - не особо веря в надёжность сказанных ею слов, Сириус нарочито медленно, чтобы в случае чего снова ее поймать, убрал руки и встал, быстро направляясь в сторону выхода. - Юфимия, где взять носки? - придерживая дверь и высунув голову в коридор, Блэк старался крикнуть это так громко, чтобы на первом этаже было слышно. - В комоде в нижнем ящике! - снизу незамедлительно прилетел ответ и крикнув "спасибо", Блэк снова вернулся в комнату зная, что и где искать. На удивление, девушка сидела там же, где ее и оставили, смотря в окно и медленно качаясь из стороны в сторону. За стеклом была темная ночь, такая же, как и два дня назад, когда в их дом ворвали.... Обрывая ее мысли на полуслове, Сириус вернулся и снов опустился прямо перед ней. Он по очереди брал лодыжки девушки в свои руки, мысленно возмущаясь о том, какие они холодные, ставил себе на колено, натягивая на них теплые шерстяные носки. Нехотя, в голове Софи провела параллель с Регулусом, когда тот помогал ей обуться в больничном крыле. Интересно, как он там? Знает ли, что произошло? - Готова к забегу на первый этаж? - встав с пола, Блэк с серьёзным видом смотрел на ведьму, убрав руки в карманы и словно оценивал ее способность самостоятельно дойти до столовой. - Не хочу никуда. - А надо. - он обреченно цокнул языком, а затем взял висевший на кресле плед и накинул его поверх сорочки девушки, укутав ее потеплее. В доме Поттеров всегда было тепло и топился камин, но глядя на то, как Бронте без одеяла тряслась словно кленовый лист, Сириус подумал, что это не будет лишним. Убедившись, что в таком состоянии она дойдёт разве что до кладбища, чтобы закопать саму себя, парень легко подхватил гриффиндорку на руки, бодрым шагом выходя в коридор. - Пристегните ремни безопасности, мы взлетаем! Уже на подходе к кухне, Софи услышала приглушенные голоса, то ли спорившие, то ли доказывающие что-то друг другу. Как оказалось, голоса принадлежали Джеймсу и Юфимии, ведь стоило Блэку зайти в помещение, разговоры тут же утихли. Поттер подскочил со своего места и отодвинул стул на который Бродяга тут же усадил Бронте, придвинув ее ближе к столу. - Есть будем или тебя с ложечки кормить? – девушка отрицательно покачала головой и дрожащими руками взяла ложку, понимая, что, если не поест сама, в нее в любом случае вольют этот суп, но через множество долгих споров. Довольно кивнув, Сириус опустился на соседний стул, прямо напротив Поттера. - Софи, я наберу тебе ванну? – казалось, Юфимия наконец-то смогла выдохнуть с облегчением только тогда, когда девочка наконец начала есть. Все эти два дня она боялась и переживала едва ли не больше, чем за всю свою жизнь. Сначала за Софи из неоткуда появившуюся в их камине, потом за мальчиков, оставшихся в Хогвартсе, а потом снова за хоронившую себя заживо Бронте, смотревшую на всех стеклянными глазами и не принимая никакую помощь. Гриффиндорка рассеянно кивнула, словно даже не понимая, о чем ее спросили, и женщина быстро вскочила, убежав куда-то в коридор, словно боялась, что она передумает. В столовой снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь звоном ложки об тарелку. Волшебница просто не хотела ни о чем говорить, а ребята не мешали, боясь, что разговорами отобьют у нее аппетит и она снова останется голодной. Наконец, тарелка оказалась пуста и Джеймс, видя, что Бронте механически продолжает есть исчезнувший суп, осторожно и очень тактично забрал посуду из ее рук, относя ее в раковину. Вернулся он с тремя кружками, которые дымились и невероятно сильно пахли мятой. Поставив их на стол и подвинув одну из них к Софи, он довольно мягко начал говорить, пытаясь не вызвать никакого триггера. - Мышка, я понимаю, что тебе тяжело это вспоминать…- видя, что она совершенно никак не реагирует на его слова, Сохатый продолжил. – Но можешь рассказать, что произошло? Если будет плохо, мы прекратим этот разговор, хорошо? - Они пришли поздно ночью. – смотря на поднимающийся к потолку пар, Бронте тихо заговорила, снова погружаясь в события той ужасной ночи. – Мы лежали у мамы в комнате и разговаривали, когда она услышала, что внизу кто-то был. Беллатриса била ее Круциатусом… - Беллатриса? – Сириус свел брови к переносице, злясь и надеясь, что ошибается. – Ты видела мою кузину? Кудрявая с черными густыми волосами? По ней еще видно, что кукушка отлетела. – Бронте кивнула, и парень буквально подскочил со своего стула, отправив того в свободный и очень громкий полет. – Чертова ведьма, я ей устрою! - Бродяга! – Джеймс подскочил с своего места, пытаясь остановить друга, но удалось это только Софи, со всей силы вцепившейся в его рукав и со страхом заглядывая в его глаза. На этой неделе Белла уже убила одного дорого ей человека, не хватало, чтобы еще и Блэк отправился в небытие по ее вине. - Не надо, пожалуйста. Гриффиндорец хотел было что-то сказать, но его прервала вошедшая в кухню Юфимия и недовольно поджав губы на увиденную картину, грозно обвела взглядом сначала Джеймса, а потом и Сириуса и только после этого посмотрела на Бронте, снова вернув во взгляд прежнюю нежность. - Софи, деточка, пойдем. – она попыталась увести ее, но вцепившаяся в Блэка девушка этого не позволила. - Обещай, что не пойдешь туда. – она настойчиво смотрела на отводившего глаза Бродягу, надеясь остановить хотя бы его. – Обещай мне. - Обещаю. – слыша какое отчаяние и страх сквозили в голосе подруги, гриффиндорец наконец-то сдался, понимая, что его упрямость сейчас совершенно не стоит того, чтобы доводить волшебницу до белого каления. Если ей так спокойнее, он придумает что-нибудь другое, но доберется до этой чертовой ведьмы. *** Выйдя из ванной, волшебница снова застала ожесточенные споры, только теперь в них участвовали буквально все. Не вслушиваясь в происходящее, Софи замерла на пороге комнаты, смотря на присутствующих. Джеймс стоял там же, где и до того, как девушка ушла. Он едва ли не с пеной у рта доказывал что-то отцу, нахмурив брови так сильно, что они едва не образовали собой острый угол. Флимонт, являющийся более взрослой копией Джеймса, стоял напротив него с совершенно таким же выражением лица и активно защищал свою позицию. Рядом с дискутировавшими волшебниками ходила Юфимия, собравшая свои рыжие волосы в небрежный пучок и изредка стучавшая по головам спорящих полотенцем, если у тех вдруг проскальзывали ругательные слова. Единственным, кто тоже был в роли наблюдателя, являлся Сириус, вертевший в руках салфетку и напряженно о чем-то задумавшийся. Это было так странно...Софи словно посмотрела на все совершенно другими глазами. С Джеймсом в последнее время у нее были напряжённые отношения, что уж говорить о Блэке? Тот вообще шарахался от нее, как от чумной. Но несмотря на это, они оба бросили свои дела и прилетели к ней на помощь, как только узнали, что та ей требуется. И собирались ведь в спешке, вон, Бродяга до сих пор в школьной форме сидит, а мог бы спокойно переодеться и отдохнуть с дороги. Но нет, видно ведь по лицу, что переживает из-за того, что во всей этой истории замешана его кузина. И переживает отнюдь не за кузину. А семейная чета Поттеров? Они ведь совершенно не обязаны были разгребать проблемы гриффиндорки, но они мало того, что не выгнали ее, так еще и приняли как родную. Переживали все это время, старались помочь, сделать хоть что-то. Словно они одна большая семья и Софи была ее частью. Боль от потери Александрии никуда не ушла. Хочешь не хочешь, но за три года она успела к ней привыкнуть, хоть и относилась с некоторыми холодом, а последний год и вовсе доказал, что они стали достаточно близки. Только вот, когда Блэк собрался за головой Беллатрисы, Бронте поняла, что у нее еще есть семья, которая в ней нуждается. Что толку от ее истерики? Своей смертью она ничего не исправит, а жизнью вполне может. И если хочет, чтобы её семья и дальше была в порядке - она в лепешку расшибется, но сделает все, чтобы их защитить. - Кхм…- девушка неуверенно прокашлялась, выходя из тени коридора и подойдя чуточку ближе к столу. – Я бы хотела извиниться. Напугала всех, появилась из неоткуда, еще и переживать заставила… - Ну что ты, милая! – перебив ее тихие неуверенные реплики, Юфимия бросила полотенце на плечо Бродяге, от чего тот дернулся, как от кипятка, а затем подошла к Бронте, заключая ту в объятия и ласково поглаживая по мокрым волосам. – Ты ни в чем не виновата! Да и нам совершенно не в тягость было. Правда, Флимонт? - Конечно. – мужчина согласно кивнул, а затем подошел к жене и встав рядом с ней, в знак поддержки положил Софи руку на плечо. – Хоть какое-то разнообразие. - А у нас так вообще внеплановые каникулы! – подал голос Джеймс. – Да, Бродяга? - Угу. – Блэк задумчиво кивнул, все также теребя в руках салфетку. - Ты давно не была на улице, хочешь подышать свежим воздухом? – участливо спросила Юфимия, слегка отстраняясь от девушки и продолжая приглаживать ее волосы. - О, а мы как раз тебе экскурсию по местности проведем. – моментально отреагировав на кивок гриффиндорки, Сохатый унесся в поисках куртки. – А то Бродяга тоже вон окислился слегка. - Никаких местностей, Джеймс! Ночь на дворе, это не безопасно. – Флимонт крикнул это в сторону убежавшего сына, а затем обреченно покачал головой и пошел за ним, видимо, чтобы закончить их разговор. – Во дворе воздухом дышите! - Давай немного соберем твои волосы? Садись. – Юфимия усадила ее за кухонный стол прямо напротив Блэка, а затем принялась перебирать ее кудряшки в руках. – Иногда смотрю на Джеймса и даже интересно, что было бы, родись у меня дочь. Была бы она спокойнее? А то у нашего Джими есть удивительная способность быть везде и всегда, правда, Сириус? - Да, есть у него такое. – усмехнувшись, Бродяга наконец убрал салфетку и оперев голову на руку, поднял глаза на Бронте. В этот момент она поняла, что они у него совсем как у брата, серые-серые, похожие на звездный свет. – Но он то олень, там все понятно. Откуда у мышек такая способность есть? - От блохастых понабралась за годы обучения. – она проворчала это почти что под нос, отводя взгляд от пристального взгляда друга, а тот звонко рассмеялся, откинувшись на спинку стула. Ну и ладно, главное, что не шарахается от нее больше. - А вы чего еще не собранные сидите? – на кухню вернулся Поттер-младший, полностью собранный и держащий в руках две куртки. - А Софи тебя блохастым назвала! – Сириус задорно улыбнулся, оборачиваясь на друга, а Гриффиндорка тотчас вспыхнула. Чего он перевирает то?? - Не правда! *** Холодный ветерок настойчиво пробирался под плащ к девушке, заставляя ее дрожать всем телом и жаться ближе к друзьям, сидевшим на скамейке по обе стороны и образуя собой живую защиту. Ночь была, словно, какой-то тревожной, из тех, что заставляли оглядываться каждые три шага. Только вот Бронте никуда не шла. Она была в безопасности, рядом со своими друзьями, охотно поддерживающих ее молчание и не напрягавших ее обременительными диалогами.    Докурив магловскую сигарету, Блэк затушил ее об подлокотник скамейки, бросив на траву и наблюдая, как та сгорает, не долетев до земли. Тяжело вздохнув, он встал, убрав руки в карманы и запрокинул голову, смотря на луну. С той стороны откуда пропал Сириус резко и неприятно подуло холодком и Бронте зябко поежилась. Неожиданно, парень повернулся, протянув гриффиндорке руку. Ничего не понимая, она лишь вопросительно посмотрела на него своими коньячными глазами, однако объяснять он был не намерен и выразительно кивнул в сторону руки. Не понимая, чего от нее хотят, Софи вложила свою холодную ладошку в теплую ладонь Блэка. По телу словно сразу прошелся электрический разряд. - Джеймс, побудешь свидетелем, пожалуйста? – Бродяга посмотрел на Поттера и тот, очевидно, зная не больше Софи, молча достал палочку и прикоснулся ею к их сцепленному рукопожатию. - Я, Сириус Орион Блэк, - допетрив наконец, что происходит, гриффиндорка хотела выдернуть свою руку, но крепкая мужская хватка ей этого не позволила. – Приношу клятву Софи Теодор Бронте. Я клянусь, что никогда и ни при каких обстоятельствах не использую на ней какое-либо заклинание без ее на то дозволения. Никогда и ни при каких обстоятельствах не сделаю ничего, что ей бы навредило. Я клянусь, что никогда больше не использую на ней непростительного заклинания, чтобы не произошло, иначе в тот же час паду замертво. Свидетель моих слов Джеймс Флимонт Поттер.   - Бродяга, зачем? – Софи обреченно смотрела на то, как их руки оплели светящиеся лозы, вырвавшиеся из палочки Джеймса, а затем исчезли так же быстро, как и появились. Она ожидала чего угодно, но не этого. - Затем, что я виноват. – Блэк отпустил гриффиндорку и отошел на шаг назад. – Я поддался эмоциям и чуть не навредил тебе. А до этого и вовсе использовал на тебе заклинание без твоего на то согласие. – он неожиданно опустился перед девушкой на колени, и та от неожиданности подпрыгнула. – Я очень виноват перед тобой и искренне приношу свои извинения. Я отвратительный друг. - Придурок, встань с земли, простудишься! – Бронте попыталась его приподнять, но у нее, естественно ничего не получилось без Поттера, благоразумно не мешавшего выяснению отношений. Будучи наконец-то примерно наравне с другом, девушка посмотрела прямо на него, пытаясь поймать до одури раскаявшийся взгляд. – Я не сержусь, слышишь? Да и не сердилась, в целом. Мог бы просто извиниться и все, но клятву то зачем приносить?! - Это гарантия, что я больше не сделаю ничего против твоей воли. Тем более то, что тебе навредит. – он все еще смотрел в пол, однако легкий подзатыльник заставил его поднять голову и удивленно посмотреть на подругу. - Идиот блохастый, зла на тебя не хватает! – впустив накопившиеся эмоции через рукоприкладство, Софи подошла к волшебнику и порывисто обняла, потрепав при этом и без того растрепанные волосы. Она чужие запереживала, что переборщила с подзатыльником, как почувствовала теплые руки, несмело обвившие ее в ответ. - Да, Бродяга, умеешь ты начудить! – Джеймс смеясь, присоединился к объятиям, приподнимая друзей в воздух, а затем отпустил дуэт страдальцев и приобнял их за плечи. – Пойдемте домой, а то детям спать пора. У мышки должен быть режим! *** Уже лежа в кровати, девушка куталась в теплое одеяло и задумчиво смотрела в стену напротив. Она во чтобы то ни стало сохранит своим друзьям жизни и они доживут до старости. Вот только для этого надо понят где она ошиблась с Александрией. Что привело к тому, что...к тому, что привело? Ее импровизированные выходные? Или все с самого начала было не так? И почему мама сказала не доверять Дамблдору? Он то с этим как связан? Неожиданно, ее размышления прервали приближающиеся шаги, а затем открывающаяся дверь. Софи обернулась, привстав на кровати и боясь, что что-то случилось, но на пороге стояли довольные Джеймс и Сириус с подушками и одеялам в руках, на что Бронте удивленно приподняла брови. - Даже не думай, что мы оставим тебя одну, наедине с твоими мыслями и кошмарами. - Поттер передразнил ее выражение лица, а затем рассмеялся. - Ну-ка, мышь, посторонись! - Блэк с разбегу запрыгнул на кровать и Софи едва не подпрыгнула на отпружинившем матрасе. - Сохатый, это что за дискриминация? У нее матрас мягче! - Ничего не знаю, все вопросы к старшему на корабле. - Поттер положил подушку с другой стороны от гриффиндорки и довольно укутавшись в одеяло, пробурчал себе под нос. - Осторожно, Мышь, он пинается во сне. Мы через это уже проходили. - А он храпит! - будучи разоблаченным в своем несовершенстве, Сириус ответно нажаловался подруге на стукача. - Какой кошмар, одна я у вас идеальная. - подумав, что она попала в детский сад, Софи улеглась обратно на кровать, укрывшись одеялом и радостно отметила, что втроем гораздо теплее. - Спокойной ночи, балбесы. Те, что-то пробурчали ей в ответ, Но Бронте этого уже не услышала, впервые за долго время погружаясь в нормальный сад. Только где-то на границе ее сознания маячила мысль, что нельзя попасть в детский сад, если ты из него не уходил, а дальше пустота....