Поросший мхом

      Мышцы наливались свинцом, заставляя ноги подкрашиваться, но идти у них на поводу не хотелось. Проснувшись с диким желанием обрести вновь свои силы, первое место — куда имело смысл направиться — было тренировочное поле. Капельки пота струились по телу, руки и ноги дрожали, но останавливаться не имело смысла. Если остановлюсь — умру. После утренней тренировки был безвкусный завтрак в компании напряженных ребят. Она поспешила удалиться, чтобы проверить Райнера, но и тот утопал в депрессивном настроении. Удивительным стало застать у него Ханджи, которая решила заняться ими обоими. Видимо Леви отошел от этих дел и в чем причина разбираться не хотелось. Через время, они скакали на чистое поле, здесь были некоторые солдаты, помимо них с Ханджи. Рей стягивала поводья, ощущая себя не на своем месте. Лошадь была незнакомой и её темп был совершенно чуждым. — Если получится, до долетим до пирса, ладно? Рей кивнула, доставая нож. Ей сказали, что нужна определенная цель, чтобы превратиться в титана. «Долететь до пирса» — подумала и сделала неглубокий надрез на ладони. Вспышка озарила поляну, Рей моргнула, ощущая себя совсем иначе. Её голова стала громадной и неповоротливой, а тело имело странную продолговатость. Она медленно повернула шею, осматривая себя. Сейчас её размер и рост явно были меньше, чем в первое превращение. Глаз зацепился за краснеющую женщину, что смотрела на нее с безумным фанатизмом и трогала её шкуру. — О, великие боги! Какая же ты твердая и горячая! Побыстрее бы исследовать тебя и оседлать! Гарлан, стоящий позади женщины, покраснел. — Эм…госпожа Ханджи… Рей почувствовала, как на нее вгруздились солдаты. Это было в новинку, потому как ранее она не так сильно чувствовала вес у себя на спине. Взмахнула крыльями и её тушу повело вбок. Через какое-то время попытки взлететь увенчались успехом, но траектория полета хромала. В прошлый раз Жан находился слишком близко и говорил ей что делать. В этот раз она едва справлялась с тем, чтобы не вилять и лететь прямо. Спину давила тяжесть, а восхищение вмиг поглотило мысли. Облака и бескрайнее небо, красивые поляны и реки под ними — это все вызывало трепет. До ее слуха доносились восторженные крики, видимо, не одной ей нравился открывшийся перед ними вид. Приземление вышло жестким, Рей проехалась по камням и песку. Благо, что солдаты успели сгруппироваться и спрыгнуть. Картина, которая предстала перед ее глазами была ужасающей. Рей с горем пополам вылезла из своего титана, замечая, как её одежда снова стала проженной и неопрятной. Песок был усыпал кровью, вода омывала черные обломки кораблей. Сгоревшие конструкции пошли на дно и кое-где можно было рассмотреть верхушки палуб. Возле камней прибилась кучка вздутых и неузнаваемых тел. Рей отвернулась, пересиливая желание выблевать внутренности. Запах стоял примерзкий. — Нам нужно сжечь тела. Не просьба — приказ. Сделать это составило огромный труд, Рей уже чувствовала себя на грани истощения. Когда с трупами солдат было покончено, она снова вылезла из титана, чуть не падая на землю. — Ты слишком быстро расходуешь силы. Видимо из-за твоих физических навыков или так действует на тебя титан, который обладает удачной силой и умеет летать, — Ханджи задумчиво её осматривала. Рей сглотнула, ощущая в носу запах соженной плоти. — В любом случае, ты нам нужна. С тобой будет намного проще перевезти материалы и создать здесь базу. Она кивнула, во рту ощущая горечь. Теперь она явно чувствовала себя политической пешкой и оружием без своего мнения, которое так кстати прибрали к рукам. Пришло тотальное безразличие, которое Рей даже не пыталась задушить в себе. Она села на камни, намного дальше от группы солдат, занимая себя разглядыванием уцелевшей местности. Поворачиваться не хотелось, глядеть на массовое разрушение и убийства, которые принадлежали ее рукам, тоже. Она просидела в одиночестве еще несколько часов, пока военные собирали все необходимое им для исследований. Голос Ханджи, неожиданно оживленный и даже возбужденный, доносился слишком часто. Рей пришлось снова превратиться, чтобы перенести все собранные материалы и людей обратно. Где-то ближе к стенам она обессиленно рухнула, но не так сильно, чтобы кто-то пострадал. Ей помогли выбраться, Рей чувствовала, как её тело дрожит, а одежда практически не прикрывает его. Её завернули в какой-то плащ, помогая сесть на лошадь. Рей боролась с внезапно одолевшей её слабостью и сонливостью. Из носа текла кровь, шея то и дело прогибалась под тяжестью головы. Так начались бесконечные тренировки и полеты до базы, совместно с тем, что Ханджи исследовала ее титана. Они даже собрали спинномозговую жидкость, но протестировать, работает ли она, было не на ком. И все же это давало какую-то слабую надежду на то, что силы ещё какого-либо титана можно заполучить таким образом. Рей изнывала. Физическое состояние её тела приходило к эйфорическому состоянию, тренировки явно сказывались хорошо на ней. Это стало единственным, что приносило удовольствие. Она узнала, что Леви, Эрен и ещё кто-то там, она не слушала, уехали в столицу на неопределенное время. Ей казалось, что их просто хотят держать дальше от нее. Точнее, хотят держать Эрена подальше. Это даже не задевало, скорее было очередной информацией, на которую Рей всего навсего кивнула. Райнер постепенно приходил в себя, все чаще пропадая где-то вместе с Ханджи, что выглядело довольно странно и непонятно, но Рей не лезла в это. Разговоров по душам у них не получилось, поэтому на эту роль и вправду лучше подходит Ханджи, с ее постоянным рвением и пониманием. Рей была слишком утомленной, это сказалось и на внешности тоже. Волосы словно перестали блестеть, она то и дело замечала обугленные пряди, которые приходилось подстригать. Такими темпами длина её волос уменьшилась и Рей начала заплетать их в косы на голове. Так она могла не обращать внимание на то, как уродливо они стали выглядеть. Синяки под глазами жили своей жизнью и Рей совсем не собиралась им мешать, лицо осунулось, из-за постоянных тренировок тело стало крепче, но с появлением на нем рельефности ее худоба не спешила покидать его. В какой-то момент ее начали пожирать мысли о том, что ей хотелось бы, чтобы приехал Леви и вытащил ее из этого состояния. Она ненавидела их. «Я уж точно не рыцарь» — так когда-то он сказал ей. Поэтому её глупые надежды разбивались в пух и прах. Было тяжело находиться в разведкорпусе, когда она не была с Ханджи. Солдаты смотрели как-то враждебно и Рей пыталась держаться от них обособленно. Все их недоверие устремилось к ней. Она пару раз ловила себя на мыслях навестить Николо, но останавливалась в последний момент. Один раз она почти дошла до кухни, но затем увидела то, что видеть ей не стоило. В проеме двери показались двое: девушка уминала еду, а парень неуверенно провел пальцами по её щеке, видимо, стирая остатки пищи. Рей вылетела оттуда как ошпаренная. Личная жизнь Саши и Николо её не касалась, обсуждать это она тем более не собиралась, также как и думать об этом. С Райнером стало тяжело разговаривать, он закрылся в себе и отвечал односложно чаще всего. Рей чувствовала вину за то, что он оказался здесь и что-то ей подсказывало, что Райнер тоже жалеет об этом. А ещё было трудно с ним, потому что она начинала вспоминать Марли и родителей, начинала корить себя и её сердце сжималось сильнее при воспоминаниях о доме. Она безумно сильно скучала по родителям и по Зику. Хотя о последнем старалась не думать, потому что она до сих пор не отпустила эту ситуацию. Все это казалось большой шуткой, но к сожалению, было лишь разочаровавшей её реальностью. В какой-то из дней, за которыми Рей уже давно перестала следить, она летала в лесу на УПМ. Больше не было той неопытности, что была в первый её полет. Теперь ноги уверенно приземлились на деревья и вкус свободы на языке ощущался легче. Она чувствовала себя окрылено при полетах, совсем не испытывая страха. Эти ощущения пьянили. Она резко обернулась, явно слыша звук тросов позади. Приземлилась на ветку, рассматривая лес. Мысли плавились и не хотели сосредоточиться на чем-то одном. Она не знала, кто мог отправиться сюда за ней или же, возможно, кто-то просто решил полетать и развеяться. Кивнув своим мыслям, Рей снова взлетела, но теперь ощущая сдавливающий груз плечи и напряжение, что повисло в воздухе. Она не перестала думать о том, что сзади за ней кто-то летит и за ней следят. Но ответ сам появился перед её глазами. Леви вальяжно спрыгнул на ветку, незаметно обогнав её. Рей приземлилась туда же без раздумий. Он выглядел намного лучше, чем она запомнила. Волосы немного отрасли, в глазах царило спокойствие, сам он выглядел более статнее и увереннее. Рей ощутила колющее внутренне желание сжаться в одну точку. — Как успехи? Он облокотился на ствол дерева, скрещивая руки на груди и ноги снизу. На лице Рей заиграли желваки. Он пропал так резко, ни о чем не предупредив и теперь появляется из ниоткуда с каким-то ужасными вопросами, даже не поздоровавшись. Ее это обижало. — Все в порядке. Рей решила держать дистанцию, общаясь с ним исключительно также, как и он с ней. Мысль о том, чтобы перестать играть в эти игры, казалась сейчас очень нужной и правильной. Грудь тяжело вздымалась, сердце колотилось. Ей хотелось сказать ему намного больше и ещё больше хотелось прикоснуться. Но она здорово выдрессировала себя за это время. — Все ещё хочешь бороться за мир? — его голос показался каким-то наигранным. Словно он глубоко сомневается в ней и снова это чувство того, что она недостаточно хороша, въелось в голову. Серые кристаллы не двигались, словно замерли в одной точке — у Рей на переносице. — К чему эти вопросы? Голос казался ей отчужденным и неродным. Словно кто-то говорит это за нее. Сомнение Леви в ней стало слишком очевидным. Он пожал плечами. Она раздраженно выдохнула, ощущая всеми фибрами желание улететь подальше от него. Словно все, что было между ними — теперь оставалось в прошлом и дороги туда не было. — Если захочешь ответить — можешь зайти ко мне в кабинет сегодня. — Я не зайду, — звук тросов и вид ускользающего пейзажа. Тем же вечером она постучалась к нему в кабинет, проклиная себя и все вокруг. Определять что это, она не хотела. Съедавшее её одиночество или тяга к этому мужчине, она отодвинула все теории за задворки сознания, решительно занося руку ещё раз, но открывшаяся дверь её опередила. Её глаза округлились. — Заходи. Леви вытирал мокрые волосы, оставаясь в одних штанах и босыми ногами ступил к рабочему столу. Рей закрыла дверь за собой, позволяя взгляду отследить мокрые дорожки на его прессе. Она сжала руки в кулаки, поднимая голову. — Не нужно сомневаться во мне. Его бровь удивленно дрогнула. — Как скажешь. Рей разозлилась на то, что она сейчас выглядела дурой, а он снова насмехался. Ей захотелось перевернуть ситуацию и посмотреть на нее под другим углом. Хотелось, чтобы она была в роли охотника, а не добычи. — Ладно. Тогда я, пожалуй, пойду, — они оба знали, что это рискованный блеф. Рей повернулась, делая шаги вперед, в тайне надеясь на то, что он её остановит. Сзади послышался раздраженный вздох. — Стоять. Она закусила губу, пытаясь скрыть победную улыбку. Повернулась, делая взгляд невинным, в то время как Леви прищурил глаза. — Что-то не так? — Твоя прическа выглядит ужасно. Рей вскипела. — До свидания, капитан. Ее запястье нежно перехватили, притягивая за спину ближе. Рей остановилась, чувствуя жар от исходящего тела, что практически прикасалось к ней. Она почувствовала его руки у себя на голове, они терялись в волосах. — Я не умею, но могу попробовать заплести. Пальцы задрожали от его слов, губы приоткрылись. Она чуть повернула голову, сталкиваясь с ним взглядом. Леви смотрел с жадностью. — Хорошо. Они сидели на его кровати и Рей чувствовала, как по телу ползают мурашки. Он нежно расчесывал её волосы, то и дело касаясь пальцами кожи на голове или шее. — Давай сыграем в игру, — Рей снова взяла себя в руки. — В какую? — Будем задавать друг другу вопросы, — пару секунд стояла тишина. — Кажется, что мы уже занимались этим, когда познакомились. Она пихнула его вбок. — Ты совсем несмешно шутишь, — его пальцы в ее волосах снова пришли в движение. — Ладно, давай свою игру. — Я твоя первая девушка? — Рей села поудобнее, двигаясь ближе, замечая, что в этот раз он не стал отодвигаться. — В каком смысле? — В сексуальном. — Да, — пальцы снова пришли в движение и Рей судорожно выдохнула. — Теперь твоя очередь. Он перебирал её волосы ещё какое-то время, затягивая их в аккуратную косу и подвязывая резинкой. Оглядев свою работу, удовлетворительно кивнул и присел на конец кровати, облокачиваясь на подушку. Рей повернулась и села поудобнее, начиная разглядывать его. — У тебя есть куда возвращаться? Рей приоткрыла рот. Вопрос застал её врасплох и захотелось вывалить все тяготы относительно родителей в ту же секунду, но она сдержала порыв. — Да, к моим…родителям. Ещё есть знакомые с лаборатории. Ну и…все. Он кивнул. — Ты когда-нибудь любил? Она заметила, как его глаза потемнели, а тело стало более напряженным. Он сглотнул. — Да. — Так не считается. Давай давать развернутые ответы, — Рей вскинула руки, демонстрируя раздражение. — Когда-то был человек, которого я любил. И волю которого я так и не смог исполнить. Рей погрустнела. — Жаль. — А ты? Она покраснела, опуская взгляд и сминая в пальцах постельное белье. Закусила губу, в попытке подумать и урвать побольше времени, чтобы придумать достойный ответ. Решила, что юлить нет смысла. — Да. Я…люблю. Впервые. Она не могла сейчас смотреть ему в глаза, потому что знала, что он все понимает. И что это безответно и бессмысленно, однако на душе стало легче оттого, что наконец-то правда была сказана. — Видимо нам не везет с теми, кого мы любим. Она подняла голову, встречаясь с ним взглядом. Прямым, точным и уверенным. — Ты считаешь меня оружием? Молчание, такое тягостное и бьющее куда-то в грудь. — Мы все многогранны и нам нельзя дать лишь одну характеристику. Ты точно такое же оружие, как и я. Как мы все здесь. Она отчетливо отследила то, как он юлит, что было на него непохоже. Обычно Леви всегда говорил прямо и не думал о чужих чувствах ни капли, так ей казалось, по крайней мере. — А ты считаешь меня монстром? Руки сжали одеяло. — Ты причинил мне слишком много боли, — голос дрогнул, — И никогда не пытался казаться мягким. Я…думаю, что ты монстр для меня, но если бы я была важна тебе, то скорее всего, ты был бы другим со мной. Его глаза расширились на какое-то мгновение. Воздух словно застыл между ними, словно откровение повязло в нем. — Как понять «другим»? Ее брови нахмурились. — Ты бы…не бил меня, не унижал, — в глазах предательски собралась влага, но Рей не собиралась плакать, чувствуя себе ещё более жалкой перед ним, — Заботился бы, обнимал и…целовал. Слушал бы меня, делился личным. Ее глаза застыли, а рот захлопнулся. Он подарил ей коробочку сушеной вишни, давал свою рубашку, когда у нее не было одежды, помогал ей взбираться на холм, дал ей поговорить с Райнером, при том, что остальные были явно против, позволял ночевать в своей комнате, при этом прижимал её к себе, целовал, возбуждал. Леви выглядел странно, словно перебирал её слова и думал об одном и том же с ней. — Моя очередь, — она сглотнула, — Тебе хорошо со мной? Она заметила как он напрягся, но тут же словно отпустил себя. — Да. Её губы тронула неуверенная улыбка. — Хочешь обниму тебя? Она раскрыла рот, но затем просто кивнула. Его грудь была горячей и согревающей, пальцы нежно ласкали спину и считали позвонки. Рей чувствовала себя расслабленно рядом с ним, при этом тело предательски нагревалось, чувствуя ещё одно сердце рядом с собой. Его пальцы начали скользить по шее, почти невесомо. Рей поднялась на локтях, заглядывая в его глаза. Он дышал тяжелее, чем до этого и на его щеках выступил еле заметный румянец. В комнате и правда стало слишком тепло. А когда его руки дотронулись до её скулы, то стало совсем жарко. Рей прикрыла глаза, поддаваясь такой манящей руке, что с нежностью гладила её кожу. Хотелось большего. Она неосознанно толкнулась лицом вперед, мазнув своими губами по его подбородку. Ее красиво заплетенные волосы чуть стиснули, заставляя шею выгнуться. Рей открыла глаза, встречаясь с таким жадным и до боли желанным взглядом. Он двинулся ближе, прижимаясь губами. Мир потерял свою ценность, все звуки и запахи. Время замерло, когда Рей двинула губами в ответ. Горячий, открытый рот, такой желанный и необходимый. Леви целовал её нещадно, ей казалось, что у нее заскрипят челюсти от того, каким настойчивым было его желание. Она впилась ладонями в его плечи, стискивая и оцарапывая ногтями. Его кожа была сравнима с жаром из печи или драконьим огнем. Её руки хаотично заскользили вниз, пытаясь растрогать все и сразу. Они столкнулись зубами, тут же забывая об этом и самозабвенно целуясь. Леви перенес вес тела, аккуратно опуская Рей на кровать, мягко накрывая своим телом. Она чуть застонала, когда дотронулась до его напряженной и сильной спины. Провела ладонями и пальцами по покрытой шрамами коже, с удовольствием подмечая собственный жар внутри. Ее ноги обвили его тело, заставляя прижаться ближе. Изо рта вырвался судорожный вздох, когда его губы опустились на шею. Его язык скользил по девичьей коже, то облизывая, то всасывая в себя. Рей дернулась, когда ощутила сквозь ткань разгоряченный член. Ее рука тут же принялась гладить плоть через ткань легких брюк. Леви часто задышал куда-то ей в плечо. Рей толкнула его, с наслаждением видя то, как он поддается и откидывается на спину. Она жадно провела взглядом по его телу, садясь сверху и снова позволяя увлечь себя в поцелуй. Стала спускаться ниже, посасывая кожу на шее и принимаясь за такую твердую грудь. Его мышцы были напряжены, что доставляло ей удовольствие. Рей продолжила спускаться вниз, останавливаясь у кромки брюк и целуя низ его живота, чуть проводя языком. Подняла взгляд, ловя такой же горящий в ответ. Он помог ей приспустить брюки и Рей раскрыла рот, оглядывая до безумия желанный и покрытый смазкой член. Она лизнула головку, медленно проводя языком вокруг нее. Леви задышал ещё глубже, не прерывая зрительного контакта. Рей чувствовала, как её слюна стекает на уже влажную головку, и заметила, как приоткрылись его губы, когда он увидел это. И тогда она опустилась на член, беря его во всю длину в рот. Леви глухо застонал, находя рукой её волосы. Рей чувствовала, что с непривычки давится, поэтому старалась ласкать его не так глубоко, пряча зубы, что не всегда удавалось, судя по его вздохам. Его рука направляла её голову, ощутимо растрепав прическу. Рей обхватила член рукой, сжимая и проводя вверх-вниз. Леви снова застонал. Она чувствовала, как внизу живота разгорается не просто пожар, а целое огнище. Белье было слишком мокрым, а желание очевидным. Леви поднялся на локтях, снова укладывая её на спину и забирая инициативу в свои руки. Она чувствовала как мурашки ходят ходуном по телу от того, что она избавилась от одежды и столкнулась прямиком с воздухом. Нагая, открытая, желанная. Рей закусила губу, когда увидела его животный взгляд, каким он рассматривал её тело. Сжала простыни в ответ на то, как он сжал её грудь, вбирая в рот сосок и посасывая его. Его пальцы нашли её лоно, проводя взад-вперед, заставляя Рей выгнуться в спине от трепещущего чувства. Его рот нашелся быстро, горячий и влажный, в который она ворвалась словно торнадо. Языки сплетались, образовывая тандем. Тела двигались в такт с друг другом, танцуя только известный им обоим танец. Рей задрожала, когда почувствовала влажную головку у своего входа. Её глаза распахнулись, тело напряглось и Рей нашла взглядом серые, почти незаметные под толщей зрачка, кристаллы. — Я аккуратно. Она кивнула, заставляя себя расслабиться и отвечая с покорностью на нежные и глубокие поцелуи. Его головка начала тереться об нее и Рей заметила, что мужчина изнывает от желания оказаться глубже. Она медленно сдвинулась вниз, ощущая, показывая, что готова. Было невозможно терпеть это, хотелось почувствовать его внутри, так глубоко и горячо, как это ощущалось. Она вскрикнула, когда он вошел, тут же замирая. Рей стиснула пыльцы до побеления, утыкаясь влажным лбом в его лоб. Низ живота словно проткнули, боль была разъедающей и режущей. Леви осторожно двинулся и её пальцы ещё сильнее съехались с его спины, явно оставляя глубокие царапины. Она часто дышала, давая себе время привыкнуть к болезненным и одновременно приятным ощущениям. Он сам нашел её губы, сминая их и зализывая, словно извиняясь. Рей покорно открыла рот шире, прижимая его к себе ещё сильнее и двигая пальцами рук. Леви начал двигаться, отрываясь от её губ, чтобы хрипло застонать. Рей завороженно смотрела на него, теряясь в своих полу стонах или полу криках. — Черт… Он задышал куда-то ей в плечо. Рей сама двинулась, задавая темп. Болезненные ощущения сменялись головокружительным и неизведанным удовольствием. Она задышала громче, когда её губы снова начали терзать. — Я хочу тебя, позволь сделать это…сзади. Его шепот, от которого у нее снова появились мурашки. Рей кивнула, позволяя перевернуть себя на живот и призывно выгнула спину, все ещё ощущая боль внутри. Стало плевать на это, когда его руки сжали её ягодицы. Рей сдавленно выдохнула, опускаясь на мягкие простыни и снова выгибаясь. — Блять. Он водил пальцами по её половым губам, явно сдерживая себя. Рей задохнулась, когда он начал теребить её клитор. Выгнулась сильнее, словно кошка, потерлась животом о постель, соблазнительно вильнув ягодицами. — Я буду груб, если не прекратишь. Голос, изъерзанный желанием. Рей упивалась тем, что он сдерживает себя, чтобы доставить удовольствие ей. Она терлась, стонала и сама двигалась к его волшебным пальцам, которые практически довели её до предела. На секунду она разочарованно выдохнула, когда они исчезли, но тут же напрягалась, чувствуя член у своего лона. Леви сжал ее ягодицы и бедра, прежде чем толкнуться внутрь. Она закричала, заставляя себя закусить кусок ткань под ней. Музыкой для ушей стал его гортанный стон, когда он начал двигаться внутри нее, прижимая к себе за бедра. Рей застонала, выводя руками непонятное что на простынях, когда он рыкнул, поглаживая и шлепая её задницу. Ее сводили с ума доносящие звуки влажного шлепания и причмокивания, заставляя щеки неистово краснеть. Волосы разметались, руки неконтролируемо сжимали ткань, Рей выгибалась сильнее, чувствуя, как темп ускоряется. Она заводилась от собственной боли и удовольствия, чувствуя, что идет к чему-то большему, словно взрыву. Леви был верен себе и грубо брал ее сзади, вколачиваясь в её тело и насаживая на себя словно куклу. Рей вздрогнула и из её рта вырвался вскрик, когда она почувствовала прошедшую по всему телу разрядку, которая создала в её голове шум и наполнила все тело удовольствием, растекающимся по венам. Через какие-то секунды сзади раздался животный стон и она почувствовала сперму у себя на пояснице. Они оставались в такой же позе ещё какое-то время, пока она не почувствовала, как Леви вытер её поясницу и не плюхнулся рядом. Рей легла на спину, ощущая, каким свободным стало её тело. Низ живота тянуло и ноющая боль не позволяла расслабиться, но она практически не обращала на это внимание. Рей провела ладонью по лицу, стирая пот и перевела взгляд на, приводившего дыхание в порядок, Леви. Тот выглядел как всегда — до безумия очаровательным и красивым, таким только любоваться в картинной галерее. Его глаза были прикрыты. — Так я был у тебя первым, — тихий голос. Рей почувствовала внезапно накатившую усталость, которая склеивала её веки и двинулась ближе к мужскому влажному телу, прижимаясь и ощущая сладкую негу. — А я у тебя? — тонкий шепот. Он сглотнул. — Из девушек, да. Её брови удивленно поднялись. Леви открыл глаза, встречаясь с ней взглядом, рассматривая тонкий нос и припухшие губы, которые дрогнули в улыбке. Рей не стала отвечать, прижимаясь ближе и с удовольствием подмечая крепкую руку, которая прижала её ближе к себе.

***

Райнер открыл дверь спустя несколько минут и выглядел донельзя раздраженным. — Я не в настроении разговаривать, — Рука резко остановила закрывающуюся дверь, — Да какого черта?! — Такого, — она сделала несколько шагов в его комнату, осматривая её с фальшивым интересом, — Что ты мне нужен. Мужчина сзади нее тяжело вздохнул и прошел к своему рабочему столу, присаживаясь на стул и ожидая дальнейших слов. Рей отошла к двери, опираясь на нее и ставя одну ногу, сгибая в колене. Руки были сцеплены за спиной, поза выражала абсолютное спокойствие. Ее глаза были устремлены прямо на него, волосы аккуратно вплетены в прическу. Скулы заострились, тени залегли под глазами. Возникло чувство, что она совсем не щадит себя в тренировках. — Как тебе Ханджи? Видела, вы спелись, — после недолгой паузы протянула Рей, замечая, как его лицо вытянулось, а брови приподнялись. — Как ты разговариваешь со мной? — она фыркнула. — Раньше ты мне не противоречил, Райнер, лишь единожды, — его глаза расширились. — Ты несешь чушь. — Ну конечно, — фальшивая улыбка, — Как насчет тебя и твоей верности? Она проследила глазами за тем, как он нахмурился и как его фигура вмиг стала ещё более напряженной. Рей откинула голову на деревянную поверхность, смотря с высока и наблюдая. — Ты же сама убеждала меня в том, что мы добьемся мира и… — И ты поверил? Он осекся, рассматривая ее лицо. По нему было видно, что он что-то начинает понимать, но ниточки в голове упорно не хотят соединяться друг с другом. Рей усмехнулась — «это не удивительно». — Я говорила правду, Райнер. Но мир для каждого имеет собственное значение, а люди, как ты знаешь, не всегда схожи во мнениях. Есть то, что многим не дано понять, в том числе и тебе, хотя признаться, я хочу рассчитывать на тебя, — она с напускным безразличием рассматривала свои ногти, — Что скажешь? Прямой взгляд. Райнер поднялся, замечая, что Рей даже не сдвинулась, словно пытаясь проделать в нем дыру. Её взгляд казался смутно знакомым и одновременно с этим чуждым. — Ты всегда можешь рассчитывать на меня, Рей, ты же знаешь, — он устало потер переносицу, — Но я запутался в твоих словах. — О, нет! — безумное веселье в ее глазах, — Ты, друг мой, запутался уже давно и я к этому не имею никакого отношения. Он вздрогнул, пытаясь уловить в ее взгляде хоть какую-нибудь эмоцию. Но все это скрывалось под толщей маски, которая пугала своим безумным блеском и холодной отстраненностью. Стук в дверь послужил окончательной точкой в их разговоре. Рей с легкой улыбкой отошла, приоткрывая дверь и сталкиваясь там с удивленной Ханджи. — О! Привет, ребята! Рей склонила голову и поздоровалась, а после этого вышла, кидая наполненный смыслом взгляд на Райнера и скрылась.

***

На тренировочном поле снова были новобранцы, которые усердно занимались под надзором Жана. Весна подходила к концу и палящее солнце не щадило никого. Можно было даже не смотреть на то, как с солдат сходит семь потов, но они продолжают усердно тренироваться. Жан вздрогнул, когда его невесомо тронули за плечо. Рей села рядом, наблюдая за рукопашными боями. — Давно тебя не видел, — Жан хмуро посмотрел вперед. — Да неужели, — закусила губу, дергая ногой. — Как проходят тренировки? — он ковырнул ногой землю. — Достаточно хорошо. Воздух был по-настоящему летним, на небе можно было рассмотреть небольшие облака. Кое-где слышалось пение птиц, которые летали словно наперегонки. Рей залюбовалась этим моментом. — У нас…кхм, все в порядке ведь? — его чуть хриплый голос вывел её из мыслей. — Да, вполне. Хотя я чувствую напряжение, Жан. Что-то случилось? — ее глаза казались обманчиво красивыми и вовлеченными. — Все перевернулось с ног на голову после того, как ты сбежала. Я знаю, что виноват и что ты спасла нас, но…не понимаю твоих мотивов. Хочу верить в твои слова о мире, но я словно уже не могу позволить себе такой роскоши, — желваки заиграли на его скулах, пока он смотрел вниз и ковырял ботинком землю. — Признаюсь, мне тоже тяжело. Недавно я сожгла разлагающиеся трупы людей, которых когда-то убила. Запах был примерзкий, я думала, что никогда не отмоюсь от этой вонищи, которая залезла мне куда-то под корку. А потом вспомнила, как я распиналась на суде о свободе и мире. И где здесь справедливость? — Они переглянулись. — Это было необходимо. — Ты прав. У тех людей не было выбора, зато он есть у нас, — прямой, уверенный взгляд. Она заметила, как он побледнел, в глазах читались сомнения и какая-то настороженность. Она не могла объяснить что именно произошло после того, как она разрушила пирс. Словно они все разом отдалились друг от друга и стало слишком очевидно то, что они не смогут стать союзниками. Или это был лишь вопрос времени, а то ужасающее событие лишь помогла снять маски, которые они умело носили все это время. — Иногда я думаю о том, что невозможно сломить кого-то ещё сильнее. Но каждый раз вижу, что мы все ломаемся от этой войны и, кажется, что этому нет конца, — ее внутренние демоны удовлетворительно замурчали от его откровения. — Все в порядке, — её рука нашла его колено, — Мы в силах закончить этот ужас. Вместе, — его удивленный взгляд. Послышался топот сапог и Рей убрала руку, переводя взгляд на подошедшего в попыхах новобранца. Кажется, будто она видела его раньше, еще на самой первой тренировке, куда она по глупости попала. Тот перевел взгляд с нее на Жана и отдал честь, все еще тяжело дыша. — Господин Кирштейн, мы закончили с рукопашным. — Кто это решил? Солдат вмиг потерял весь свой пыл, подминаясь под тяжелым взглядом Жана. Рей усмехнулась, приподнимаюсь. — Может покажем им настоящий рукопашный бой? — она столкнулась с изумлением на лице Жана, — Обещаю, поддаваться не буду. Он замотал головой, все же вставая. Солдаты одобрительно загалдели, кажется, находя любой повод подходящим, чтобы закончить тренировку. — Только потом не плачь, Рей. Она хмыкнула. Они встали на самую середину поля, принимая боевую стойку. Жан был одет в привычную форму, держа кулаки прямо перед глазами, а одну ногу убирая назад. Рей проследила за этим жестом взглядом, почти копируя его позу. Она была одета в обычный черный тренировочный костюм, состоящий из легких штанов и рубашки с рукавами. Грудь была сдавлена бинтами, так было намного проще и безопаснее, как ей казалось. Солдаты встали вокруг них, смотря с выжиданием и каким-то восхищением на Жана. Неудивительно, ведь элитный отряд капитана Леви считался здесь самым сильным и уважаемым. Жан сделал выпад вперед, совсем не напрягаясь и не затрачивая и половину своих сил. Рей увернулась, замечая их огромную разницу в росте. Это стало её преимуществом. «Я намного проворнее и быстрее тебя» — мысль пронеслась словно пуля и затем Рей совершила обманный удар с правой руки, при этом наклоняясь резко вниз и со всей силы ударила Жана в щиколотку пяткой, чуть проехавшись по песку. Он чуть покачнулся, явно довольный положением дел и начал надвигаться на нее. «Такого амбала силой не взять, нужно сыграть на его выносливости» — очередная мысль, когда она ловко увернулась от удара. Они поменялись местами, Рей не прерывала зрительного контакта. Ее просчет был в том, что когда он занес руку для удара, то она снова нырнула в другую сторону, не ожидая подсечки снизу. Это заставило её практически грохнуться наземь, но она в последний момент успела сгруппировать колено и со всей силы ударила им в живот Жана, перекатываясь по земле. Жан закашлял, снова вставая в стойку, как и она. Рей чувствовала, как кровь прилила к щекам и пряди выбившиеся из её хвоста липли ко лбу. Жан выглядел озадаченным. — Когда ты успела приобрести эту звериную реакцию? Рей усмехнулась. Звериную реакцию она приобрела не так давно и не то, чтобы это было её заслуженным достижением. Но делится она этим, естественно, не собиралась. Они ещё пару раз задевали друг друга, практикуя приемы и удары. Глаза Рей затянула пелена лукавства. В очередную его подсечку, она подставила вперед ногу, об которую он споткнулся и они оба упали на землю. Рей перекрутилась, зажимая его коленями и выкручивая руки, пригвождая лицом к земле. — Какого… — Тц. Рей подняла глаза, встречаясь с обладателем серых льдин. Тут же отпустила Жана, отряхиваясь вместе с ним. Новобранцы поспешили отдать честь, так же как и Жан, хоть и выглядел он недовольно при этом, кидая на Рей подозрительные взгляды. Леви стоял ровно, скрестив руки на груди и приподнял одну бровь. — Показываете юнцам камасутру? Сзади раздались спешки, Жан приоткрыл рот, все еще выглядя красным от того, что ему чуть не сломали шею, а Рей прищурила глаза. — А вы хотите присоединиться? Он цокнул. Рей стиснула зубы, замечая, как странно обращаться к нему на «вы». И все же, какая-то ее часть утверждала ей то, что это правильно. Он здесь авторитет и капитан, соответственно, нужно было поддерживать его планку. — А вы справитесь? — он мазнул взглядом по Жану и Рей одновременно. — А вы проверьте, это же ваш элитный боец и элитное оружие, — Рей шутливо поклонилась. Он закатил глаза, выходя вперед. Жан удивленно вскинул брови и перевел разгневанный взгляд на Рей. Та подавила смешок. — Хочешь нашей смерти? — шипение. — Кирштейн, какой пример подаешь? — Леви встал в стойку. — Правильный. Не нужно лезть на того, кто лишит тебя жизни даже не вспотев, — Жан насупился, но стойку все же принял. Рей оглядела кадетов, которые смотрели на это с замиранием сердца, некоторые девушки покраснели и тыкали пальцами на спину капитана. Леви выглядел очень сексуально и напряженно одновременно. «Какое позерство» — она цокнула, принимая стойку рядом с Жаном. Это было до нелепости ужасно. Леви игрался с ними лишь пару минут и когда Рей уже поверила в себя, то пригвоздил их обоих в землю носом. Но на этом все не закончилось, потому что он решил показать юным солдатам пример и драться до момента, пока кто-то не уложит его на лопатки. Рей чувствовала, что злится, потому что к нему было невозможно подобраться. Он имел нечеловеческую скорость и его техника была особой, что не могло не восхищать. Жан выглядел ещё более удрученным, явно желая побыстрее убраться от тумаков и от них всех подальше. Леви даже не вспотел, снова принимая боевую стойку. — Ваша ошибка в том, что вы не используете свое преимущество. Вас двое, а я один. Работайте в паре, а не по одиночке. Жан фыркнул. — Легко говорить, когда… — Жан, — Рей внезапно нагнулась к нему, что-то шепнув на ухо и отошла, улыбаясь и кивая. Жан смотрел на нее ещё пару секунд, недоумевая, затем сделал выпад вперед. Леви ухмыльнулся, ловко уворачиваясь и даже позволяя увести себя спиной к Рей. Он думал, что это слишком просто. И не ошибся в них, потому что она не стала нападать со спины. Дергалась, но не нападала. — Прекрасная командная работа, — очередной тонкий сарказм от капитана, который, все же, выглядел напряженно, раздумывая над тем, какой у них план. Они с Жаном снова поменялись местами и Леви сделал выпал вперед, в то время как Жан резко перевернулся и упал, а в лицо Леви прилетел ботинок и он успел подставить ладонь, защищая себя от грязи, но не от удара. Рей отпрыгнула назад, не сдерживая улыбки, а Жан удивленно моргнул, тут же вставая. Сзади послышали охи, а Леви сжал ладонь в кулак, начиная идти строго на Рей, при этом с легкостью избавляясь от Жана, который решил помешать. Ее глаза расширились, а ноги попытались увильнуть, но через несколько секунд она оказалась прижата спиной к земле, а Леви давил коленом на хрупкую ключицу. Рей сдавленно крикнула, делая сумасшедшую вещь, даже не осознавая этого. Она схватилась за его рубашку и одним движением натянула ему на голову, представляя взору всех солдат располосованную спину. Они перекатились по земле, Леви скинул с себя ненужную вещь и прижал Рей за горло, фиксируя остальное тело. Она приподняла подбородок и руки, показывая то, что сдается. На этом бой был окончен. Они встали, отряхиваясь и Леви посмотрел на новобранцев, которые стояли с открытыми челюстями. Некоторые покраснели ещё больше, явно заметив царапины на спине своего капитана. Тот сказал им о том, что тренировка окончена и повернул голову, встречаясь с ехидным взглядом Рей. — Ваша рубашка, сэр, — Жан казался ещё более угрюмым. — Спасибо, — Леви явно с омерзением накинул на себя грязную вещь и ушел. Рей проследила за ним взглядом, задумываясь о том, что скорее всего он ещё целый день будет отмываться и отстирывать от грязи всю одежду. Иначе как ему поддерживать свое звание мистер-самые-чистые-портки. Ее отвлек от размышлений взгляд Жана. Они остались одни на поле и он явно хотел что-то сказать. — Пойдем покурим, — выдохнула и увидела его кивок. Они сели за оружейной и Рей отчетливо ощутила разницу. Раньше они хоть и не доверяли друг другу, но все же все было словно в более светлых тонах и более спокойно. Сейчас же ее не покидало ощущение какого-то тотального недоверия и настороженности. Словно она была в чем-то повинна и об этом знали все, кроме нее самой. Жан хмуро курил, в то время как Рей расслабленно откинула голову, ощущая как все тело словно растворяется в этом моменте. Странно, раньше ей никогда особо не нравилось курить. Сейчас же казалось, словно она не может жить без табачного дыма и как нельзя кстати вспомнила о пачке, что лежала в её ящике. Нужно было дойти до туда и теперь уже она могла спокойно ходить курить в одиночестве. — У вас с ним серьезно? — Рей нахмурилась на секунду, переводя взгляд на Жана. — Кажется, раньше ты был рад этому, — она вспомнила как он подмигивал ей, когда она уезжала с капитаном. Сейчас же его вид был донельзя в воду опущенным. — Наверное я просто забыл о тяготах войны. Последние события заставили меня вспомнить о том, кто я и где, — он затянулся. — И причем здесь моя личная жизнь? — Рей не сводила с него глаз. — Это все равно, что самовольно утопиться. Разве не ясно, что уже завтра все может измениться? — Его взгляд был направлен ровно на нее, прожигая дыру, — Друзья станут врагами, а враги друзьями. А если среди них будут ещё и любовники, то это совсем все запутает, — он со злостью потушил сигарету. Рей задумалась. Что же его так задевает? В ком же дело? Он ведь раньше наоборот поддерживал эту недо-связь между ней и капитаном, а сейчас говорит так, словно…словно его что-то травмировало. Догадка пришла мгновенно, заставляя внутренности похолодеть. — Скучаешь по Райнеру? — он вздрогнул всем телом. Рей поняла, что попала в точку. Почему-то всегда именно Жан больше всех злился и высказывался насчет Райнера, скорее всего, видя ранее в нем надежного друга и товарища. И не мог простить предательство. Однако ее не покидало чувство, будто дело не только в этом. «С нами учился наш друг — Марко» — Ты не можешь простить ему смерть своего друга? — она дотронулась до его плеча. Жан скинул её руку, раздраженно поднимаясь на ноги. Рей поднялась следом, сохраняя невозмутимость, при этом видя, как парня чуть ли не трясет от злости. — Я хотел убить его, как только увидел. А сейчас должен спокойно игнорировать его нахождение здесь, Рей! И все благодаря тебе, — его глаза словно налились кровью, — Я хочу размазать этого ублюдка по стене и ненавижу себя за то, что ты так тепло относишься к нему, потому что я больше не могу считать тебя другом. Прощай, Рей. Он развернулся, молча оставляя её в одиночестве и стискивая руки в кулаки. Рей устало откинулась на деревянное сооружение, ударяясь головой и не чувствуя совершенно ничего физически. Зато испытывая боль, обиду и злость морально. Она чувствовала себя ужасно и не знала, как объяснить все Жану и какую сторону принять. Хотя стало очевидным то, что он не сможет общаться с ней как раньше, потому что теперь её существование напоминаем ему о том, что где-то там, в одной из комнат сидит Райнер. Тот самый, который убил его друга Марко. Она не могла винить никого из них, могла понять и принять эту информацию. Но обида, вязкая и до жути неприятная, жгла горло, отдавая горечью. Хотелось плакать, но слез не было, только чувство тотального одиночества. Проще, когда ты сам отказываешься от людей, это ощущается так, словно ты свободен. Но когда люди отказываются от тебя, то это уже совсем другое чувство. Словно где-то внутри гаснет то, что должно мерцать. Жан был самым близким для нее здесь и она его потеряла. Но иначе она бы не смогла, оставить там Райнера было выше её сил. Его нужно было спасти и она сделала это. И теперь расхлебывает последствия. Она сама не поняла каким боком её понесло в лабораторию. Вот она сидит возле оружейной, затем принимает наспех душ, а после её осеняет. Ханджи выглядит удивленной, хотя и дает ей белый халат с каким-то странным отблеском в глазах. Рей помогает исследовать обломки, рассказывает о том, что знает про мир технологией и чем могла бы помочь. Они сидят там долго, часы летят незаметно. — Здесь нужны марлийские пленные, — Рей отодвигает от себя пробирки. Ханджи зевает, но тут же возвращает себе интерес к теме и смотрит с легким прищуром. Они остались здесь одни, Гарлан ушел какое-то время назад, видимо, был отбой, но девушек это мало волновало. — Разве? — Да. Я точно знаю, что Тристан инженер, он бы с легкостью мог расписать нам все по полочкам. А ещё Оньянкопон, он очень умный и его знания действительно нам очень помогут здесь. Елена тоже обладает информацией, что может служить дополнительной помощью. А остальные военные, которых захватили в плен, наверняка могут служить рабочими руками. Они все в любом случае что-то да знают и их можно вовлечь в процесс. Ханджи смотрела на нее ещё какое-то время, словно раздумывая над тем, правдивы ли ее слова. — Я подумаю что можно сделать. Рей кивнула, возвращаясь к пробиркам. Так длилось какое-то время, пока к Ханджи кто-то не зашел и она устало улыбнувшись, ушла. Через какое-то время дверь в лабораторию закрылась, а с кабинета доносились еле слышные голоса. Рей пару секунд боролась с собой и все же подошла к двери, узнавая знакомый голос и бесстыдно подслушивая. «Может это такая проверка?» — пронеслось в голове. — Я ничего такого не заметила… — Ханджи. — Тц…показалось?.. — Леви. — Послушай… — Единичный бред, по-твоему… Рей нахмурилась, отходя от двери и занимая свое место за столом. Она не могла представить о чем они говорили, а отрывки фраз были слишком обрывочными для восприятия. Через время дверь открылась и Рей подняла голову, с удовольствием подмечая то, что Ханджи была выше капитана. — Пойдем, тебе уже нужно быть в комнате, — холодный голос. Она пошла, покорно и даже дружелюбно прощаясь с Ханджи, подмечая про себя то, что по всей видимости это теперь единственные люди, которые с ней разговаривают. Они шли недолго, остановились у его кабинета. В коридоре было темно и тихо, через окна можно было разглядеть полную луну. Рей перевела взгляд на приоткрытую дверь. — Выпьем чай? Она кивнула, замечая, что чай он так и не достал. Зато достал бутылку вина, разливая по бокалам. Рей взяла тонкую ножку в руки, подмечая, что Леви даже бокал держит сверху. Он откинулся на рабочий стол, прислоняясь к нему поясницей. Рей расположилась на диване. — Занятный у тебя чай, — она поболтала вино в бокале. — Устал. Нужно расслабиться. Она недоверчиво посмотрела на него, чувствуя подвох. Леви никогда не разговаривал открыто, всегда маскируясь сарказмом и ядом. Поэтому его откровение выбило у нее почву из-под ног на несколько секунд. И тут же прошлось по телу приятным покалыванием. — Хочешь сделаю тебе массаж? Он сделал глоток вина, не прерывая зрительного контакта. Рей отпила немного, с удовольствием подмечая, что он подошел и сел на диван, без колебаний поворачиваясь к ней спиной. Она стянула с него рубашку, закусывая губу и разглядывая крепкую спину. Ее руки начали массировать его плечи, а то время как взгляд цеплялся за перекачивающиеся мышцы, которые хотелось если не облизывать, то точно потрогать. Его спина была творением богов, ни иначе. Рей никогда в жизни не думала, что чья-то спина может настолько волновать её. Его кожа была приятно горячей, Рей начала двигаться ниже и массировать всю спину, нежно оглаживая пальцами шрамы и царапины. Останавливалась только для того, чтобы сделать глоток вина или для того, чтобы Леви смог спокойно выпить. Он откинул голову назад, явно наслаждаясь процессом и Рей беспокойно заерзала на диване. Низ живота приятно тянуло. Пальцы ещё раз прошлись по его мускулистой спине, затрагивая все что можно и упорхнули к бокалу вина. — Было приятно? — она сделала глоток. Леви развернулся, натягивая рубашку обратно, на что Рей с сожалением вздохнула. Он откинулся на диване, держа в одной руке бокал, а вторую расположил на спинке, почти соприкасаясь с Рей. — Приятно, — подтвердил он и встал, чтобы налить им ещё вина. Рей чувствовала себя расслабленной и окрыленной, низ живота приятно покалывал, а тело стало совсем невесомым. Щеки покрылись румянцем. Леви выглядел как черт. Он вернулся в первоначальную позу, словно специально не касаясь Рей откинутой рукой и его взгляд отзывался чем-то диким внутри. Темный, завораживающий и приятно томивший. Он скользнул чуть ниже, рассматривая небольшой вырез на её рубашке и ноги, обтянутые тканью. Рей задумалась над тем, что её фигура не была идеально женской, скорее наоборот. Она имела что-то подростковое, со своими костлявыми конечностями и небольшими формами. Хотя не так давно появившимся рельефом на теле она гордилась. — Должна тебя предупредить — я быстро пьянею. — Мне начинать бояться? — ее кожа покрылась мурашками от хриплости его голоса. А ещё от повелительных ноток, которые хотелось слушать бесконечно. Такой властный и непоколебимый голос, то что служило одновременно и медом и отравой для её ушей. Обольститель, который соблазняет её своими речами, а она покорно ведется на это, утопая то ли в раю, то ли в болоте. — Может быть, — Рей на секунду опустила взгляд вниз, — Хотя я думала, что ты ничего не боишься, — очередной глоток и взгляд глаза в глаза. — Все чего-то боятся. Узнай страх человека и поймешь его природу, — он явно доминировал в их игре тягучих взглядов, потому что Рей первая отвела глаза. — Я думаю, что иногда мы не можем понять свои страхи, — глоток, — Потому что у каждого есть темная сторона и лишь немногие принимают её у себя. А значит, не могут с точностью указать на то, что их страшит, — серые кристаллы дрогнули, а губы приоткрылись. Рей прошлась взглядом по его лицу, задумываясь над тем, какие на вкус его губы и будет ли их также вкусно целовать, ощущая вкус вина. Его нижняя челюсть была создана богами, иначе она не могла объяснять такую точную пропорциональность. — Темная сторона…я сейчас задрожу от страха, — он сделал глоток, а Рей закатила глаза, — Какая же у тебя темная сторона? Она моргнула, провела бокалом по губам, не замечая, как пристально Леви наблюдал за этим движением. Задумалась, уходя куда-то вглубь себя, только через время замечая, что он подлил ещё вина и сел явно ближе, чем до этого. Он все ещё не касался ее, но стоило ей откинуться назад и она бы точно соприкоснулась с его пальцами. Ох, его пальцы. Кровь прилила к щекам, а живот снова потянуло, где-то внутри создавался пожар. Алкоголь приятно туманил разум, заставляя её язык работать быстрее, а мысли сортировать медленнее. — Давай пари. Я назову твою темную сторону, а ты мою. Кто угадает, забирает себе желание, — она вытянула руку вперед. Он изучал её несколько секунд, прежде чем пожать. Добыча вступила в ловушку. Осталось понять, кто из них охотник. — Дерзай, — его глаза горели яркой уверенностью и каким-то скрытым желанием. — Думаю, что ты тянешься к власти, — он цокнул, — Не к той, которая подразумевает раздавать приказы. Скорее, твоя власть исключительная и ты желаешь обладать ею до конца, тебе нравится покорность и при этом легкое несогласие, ты не любишь спорить, но тебя возбуждает когда кто-то интеллектуально противоречит тебе не с целью что-то доказать и изменить, а с целью сдаться. Ты бы хотел упиваться этим чувством до конца и использовал бы все грязные методы, которые только знаешь, потому что ты испытываешь любовь к этому. Я видела твои глаза, когда ты совершал насилие. Тебе это нравится, Леви, — она не могла остановиться, не сводя взгляда с замершего мужчины, — Ты чувствуешь себя живым, не так ли? Все остальное, я уверена, тебе безразлично, ты словно не видишь цели, но явно следуешь чьим-то словам. И это завораживает. Ты можешь сколько угодно пытаться сопротивляться, но правда в том, что тебе нужен тот, кто скажет тебе, что нужно делать. Тот, кто скажет тебе, что смысл есть. И тогда ты послушаешь его и вместе с тем, захочешь бесконечно властвовать над этим человеком, даже не осознавая того, что ты никогда не сможешь этого сделать до конца. По-настоящему. Вот что я думаю. Повисло молчание. Рей проследила взглядом за дернувшимся кадыком, когда Леви сделал несколько глотков. Его пальцы нашли её волосы, нежно оглаживая их. Рей закусила губу. — Интересные мысли рождаются в этой светлой голове, — пальцы затерялись в волосах, — Может они и правдивы. Полагаю, что настала моя очередь? — снова глоток, — Я думаю, что ты очень эгоистична, хоть и не признаешь этого. Ты силишься, барахтаешься, пытаешься что-то доказать этому миру, но если подумать, то когда это началось? — она вздрогнула, — Кажется, что раньше тебя совсем не волновала судьба людей. Я уверен, что тебе и сейчас плевать на весь мир, потому что все что ты делаешь — исходит лишь из твоего эгоистичного желания. Стало быть, есть какая-то веская причина. И стало быть, я могу догадываться какая… — Остановись, — Рей опустила глаза, разглядывая бокал с вином. Её сердце колотилось в бешеном ритме, пальцы в волосах совершенно не успокаивали, а губы дрожали. Это было невозможно, это были те самые мысли, которые она толкала все глубже в себя. Потому что из-за них она ощущала то, какая она неправильная и как ужасно поступает. Она чувствовала, что не оправдывает ожидания других людей и что самое ужасное — не оправдывает свои же слова. Все её действия были сосредоточием чего-то эгоистичного, нездорового и до боли знакомого. Она ведь и вправду загорелась этой идеей о мире только потому, что ей так сказал Леви и она беспрекословно послушалась. Кто внушил это ему она не понимала, хотя казалось, что он следует чьему-то отголоску. Возможно, словам того, кто уже давно погиб и все равно ещё имел власть над ним. А Рей лишь оказалась очередной в цепи, с удовольствием просунув голову в капкан и сжав его на своей шее. Она не могла принять то, что все её действия и мысли были подчинены лишь одному желанию — быть ближе к Леви. Она вздрогнула, когда ощутила горячие пальцы у себя на щеке, перевела взгляд на серые кристаллы, что сейчас находились явно ближе, чем раньше. — Ты так упорно строишь из себя хорошую, Рей, но мы ведь знаем, что ты совсем не такая, — сладкий, тягучий голос. Рей опустошила бокал, со звоном ставя его на кофейный стол. Леви допил раньше, чем она, теперь все его внимание было сосредоточено исключительно на её лице. — Полагаю, что я выиграл. И забираю себе желание. Но знаешь, — его пальцы скользнули к её губам, — Ты тоже оказалась в чем-то права. Я правда люблю насилие. Так что, ты же будешь не против, если мое желание будет состоять в том, чтобы ты бросила свою бредовую затею? Ее глаза распахнулись, Рей неосознанно схватила его за колено. Его взгляд был горячим и при этом могильным, словно он смотрел на утопленника перед собой. Рей задыхалась, чувствуя, как все её нутро сковывает от паники, разлившейся внутри. — Нет, не надо, — испуганный шепот. Его пальцы скользнули к шее, медленно оглаживая её и нащупывая пульс. На секунду Леви прикрыл глаза, проводя языком по нижней губе и Рей словно завороженная отследила это движение. — Ты была так уверена, когда предлагала пари. Где же теперь твоя уверенность? — его голос барабанил в её голове, где не было ни единого ответа. — Проси все что хочешь…только не это, — она сглотнула. И на удивление он быстро кивнул, соглашаясь. А пальцы тем временем сомкнулись на шее и Рей запоздало подумала о том, что ему доставляет удовольствие удушье. — Хорошо. Признайся мне, — голос, не терпящий возражений. Она сглотнула, ощутив в каком тупике оказалась. Как сама добровольно ступила в него, сама дала ему в руки оружие и сама практически добила себя им. Его глаза были темными и властными, Рей громко выдохнула, когда пальцы крепче сжались на шее, поглаживая ненормально бьющуюся жилку. — Хорошо, — очередной выдох. — Даже не будешь упираться? — его бровь дернулась. — А в этом есть смысл? — Нет. — Значит не буду, — она вскинула подбородок. Ты можешь сколько угодно преследовать животное и оно будет убегать от тебя все дальше. Но стоит тебе загнать его в тупик и тогда у него обострятся все инстинкты. Животное начнет бой — не на жизнь, а на смерть. Оно будет бороться даже в том случае, если ему нанесем смертельный урон. Этот инстинкт выживания. И распространяется он не только на животных. — Мне и вправду все равно на весь этот мир, — голос был ровным, — Я сожгла больше сотни человек, даже не моргнув глазом и не испытывая ни капли сожаления, Леви. А знаешь почему? Потому что когда я вышла из леса, обессиленная и практически сдавшаяся, я увидела тебя. Там, в центре всего безумия, увидела твою тень. Моя реакция была незамедлительна, а все, о чем я могла думать — это то, успею ли я спасти тебя, — он сглотнул, — Уже тогда, в грязной клетке, когда ты приходил пытать меня, Леви. Уже тогда в моей голове что-то изменилось, бесповоротно и невозвратно. Я не хотела умирать, это правда, я хотела привлечь твое внимание. Побег, который казался просто игрой, для того, чтобы отыскать утерянную свободу? Да нет же. Чтобы привлечь твое внимание. Я была свободна только с тобой, всегда с тобой. Мне было неважно: злишься ты, избиваешь меня, унижаешь, ласкаешь. Главное, что ты был и тебе не было все равно. Когда ты сказал о том, что хочешь, чтобы я стала посредником, я просто приняла это как данность и начала жить так, как ты сказал мне, понимаешь? Я стала той, кто борется за мир и за справедливость, только потому, что этого хотел от меня ты. Потому что, это была единственная возможность быть с тобой рядом. Рей вынырнула из мыслей только когда почувствовала, как его пальцы нежно стирают влажные дорожки с её лица. Она чувствовала, что дрожит от переизбытка чувств и эмоций. Леви выглядел спокойным, мягко вытирая её слезы и смотря долгим, бесконечным взглядом. Он притянул её к себе, она поддалась, утыкаясь губами в его шею. Его пальцы снова гладили её волосы. — Я знаю, — тихий голос, — Я уже тогда все знал, Рей. Она прикрыла глаза, прижимаясь ближе. Чувствовала себя голой и открытой во всех смыслах перед ним. Больше было нечего скрывать. Теперь осталось жить с этой правдой, что было не легче. Он оттолкнул её голову от себя, беря её в ладони и рассматривая. Рей смотрела прямо в его глаза, обнажая душу и больше ничего не утаивая. — Ты только моя, — и снова властные нотки в голосе. И Рей молча согласилась. Позволила отпустить все чувства, оставить лишь окрыленное нежностью тело. Не задумываясь о том, насколько это нездорово и извращенно, насколько они прогнили. «Я уже тогда все знал, Рей» — тянулось в её голове. Он принял ее одержимость как давнего друга, подкидывая дров в огонь. Он знал и все равно сближался с ней, знал и делал. Они оба повинны в том, что происходит, оба довели эту ситуацию до такой степени, что сдавать назад уже не получится. И все же, они были друг у друга. Рей знала, что рискует, когда открывала ему сердце. Она не говорила «люблю», но это ощущалось между ними как что-то само собой разумеющееся. А он не говорил, потому что явно не чувствовал этого. И больше всего на свете она ненавидела его именно за это, ей бы хотелось, чтобы он сполна ответил ей взаимностью. Но он только властвовал над ней, бесконечно и долго, с каждым разом погружая их в яму все глубже. Упивался, наслаждался и жил, наблюдая за тем, как она крошится под его натиском. И даже этот факт не образумил. Когда он прижался к ней губами, надавливая на челюсть пальцами и приоткрывая её рот, Рей с покорностью ответила ему. Когда сжал её волосы, откидывая голову до хруста, Рей беспрекословно подставила ему шею, задыхаясь от его укусов. Ее пальцы исследовали его тело, словно впервые прикасаясь к такому желанному и ранее непостижимому. Шея ныла от укусов, но на это она не обращала внимания. Леви провел руками по её бедрам, заставляя её оседлать его, прижал ближе, снимая с нее рубашку. Её пальцы вцепились в его плечи, царапая кожу, когда он снова принялся кусать её грудь и тут же зализывать свои укусы. Грубо двинул ближе, буквально насаживая на вставший член. Рей начала медленно двигаться, задыхаясь от такого необходимого трения через одежду. — Хочу тебя всю, — он притянул её подбородок к себе, — Слышишь? Кивнула, уже не находясь в реальности. Леви приподнял её, аккуратно укладывая на диван и стягивая легкие штаны. Кожу тут же обдало мурашками, а по телу пробежала сладкая нега. Его губы игриво оттянули кромку её белья, а руки нежно оглаживали бедра. Рей почувствовала, как щеки начинают гореть, а руки не находят себе места. Все её тело словно жило своей жизнью, она совершенно перестала его контролировать. Из нее вырвался стон, когда она ощутила его язык, который медленно и дразняще вылизывал ее через легкую ткань трусиков. — Хочешь чтобы я отодвинул их? Она кивнула, теряясь в ощущениях. Затем сглотнула, замечая как в горле стало сухо. Открыла глаза, тут же закусывая губу, насколько он сексуально выглядел между её расставленных ног. Его взгляд горел, пальцы нежно касались её разгоряченной кожи, а рот был вызывающе приоткрыт. — Боже, да, пожалуйста, — несвязный лепет. Он смотрел ей в глаза, когда медленно отодвигал ткань пальцем, задевая гладкий лобок. Рей чувствовала, что дрожит и все ее нутро взрывается. Чувствовала, что она проваливается в ад, когда увидела его горящие глаза и влажный язык. Громкий стон разрезал тишину, Рей откинула голову назад, не в силах выдержать его взгляд. Чертов дьявол опустил язык на её клитор не сводя при этом жадного взгляда. И этого хватило с головой, чтобы сейчас отдаться ощущениям и представлять эту картину у себя перед глазами. Его руки обхватили её бедра, а язык кружил вокруг клитора, принимаясь вылизывать влажные складки. Рей стонала и дрожала, чувствуя, как все ее тело превратилось в одно нервное окончание, которое сосредоточилось у нее между ног. Она сжимала диван, выгибала пальцы ног, ощущая его голову между своих бедер. Его язык снова заскользил между её губ, обводя контур внешних и внутренних, а затем медленно провел по всей влажной поверхности, приподнимая её бедра и толкаясь языком внутрь. Рей застонала, ноги дрожали слишком сильно в преддверии чего-то поистине восхитительного. Его язык творил чудеса, скользя по половым губам, облизывая и всасывая в себя, меняя ритм. Рей чувствовала, что уже на грани, её стоны участились, дыхание совсем сбилось. Его язык снова прильнул к клитору, выводя неизвестные ей узоры, посасывая и вылизывая. Ей сорвало крышу, когда он хрипло застонал. Она приоткрыла рот, не сдерживая крик и зажимая его голову бедрами, неосознанно толкаясь в него. Прошло какое-то время прежде чем Рей выдохнула, более менее возвращаясь в реальность. Леви закусил губу, смотря на нее сверху вниз, нависая над ней на руках. — Пожалуйста, поцелуй меня, — шепот, просящий, чуть ли не умолявший. Леви целует её горячо и влажно, а Рей все ещё продолжает подрагивать, ощущая на языке собственный вкус. Его член упирается в нее, и ее тело снова взрывается, требуя большего. — Хочу тебя, — шепот сквозь поцелуй. Рей стягивает с него штаны вместе с бельем, растирая смазку по его члену, начиная водить рукой вверх вниз, сжимая головку. Леви хрипло выдыхает. — Ты сегодня столько мне сказала. Хочу отыметь тебя в рот, — она вздрогнула, чувствуя как щеки загораются с новой силой. Легко сползла на пол, вставая перед ним на колени. Леви медлил, проводя пальцами по её лицу, поворачивая в разные стороны. Его глаза стали почти животными, когда он засунул пальцы в её горячий и влажный рот, начиная двигать ими. — Такая послушная, — хрип, — Покажи мне свой язык. Он сжал ее челюсть и Рей покорно открыла рот, высовывая язык. — Блять. Дыши через нос и убери зубы. Она не поняла, когда его член оказался у нее во рту. Его пальцы грубо сжимали ее волосы, двигая головой, буквально насаживая на себя. Рей вцепилась пальцами в его бедра, пытаясь делать все так, как он сказал. Челюсть ныла, к горлу подкатывала тошнота с непривычки. Дышать становилось все труднее, Рей попыталась оттолкнуть его бедра, чтобы прокашляться, но он не дал ей, сильнее вжимая в себя. — Не смей. Он снова застонал, трахая её в рот, не замечая как дрожат её руки и как из глаз текут слезы. — Не закрывай рот. И она не закрыла, когда он излился в нее, сжимая волосы крепче и хрипло выдыхая. Он откинулся на диван, откидывая голову и осматривая её с горячим желанием взглядом. Рей все также сидела на коленях с открытым ртом и с языка на её колени капала его сперма. — Глотай. И иди ко мне. Рей проглотила, все ещё не имея возможности отвести от него взгляд. Он никогда раньше так не смотрел на нее. Или смотрел, но это было так мимолетно. И впервые он смотрит так внимательно и долго, словно…об этом думать не хотелось. Рей стерла остатки спермы, разливая вино по бокалам, подмечая, что бутылка закончилась. Она сделала несколько глотков сразу, чтобы убрать его вкус изо рта и прополоснуть горло, которое неимоверно жгло. В какой-то момент ей показалось, что он порвет его. Внутри разлилось странное мазохистическое чувство от того, что он буквально насиловал её рот. Она снова почувствовала, как низ живота начинает тянуть. Господи. Леви сделал несколько глотков вина, все ещё наблюдая за ней. Рей поставила свой бокал на кофейный стол и прильнула к мужскому телу. Они лениво целовались и лежали в объятиях друг друга. Рей была слишком уставшей и подорванной, чтобы ощутить то, что люди называют счастьем. Но она обязательно вспомнит об этом моменте через время и обязательно назовёт его одним из самых счастливых в её жизни.