Error in the form

В тёплых и нужных объятиях они просидели около часа. Джисон никак не хотел отпускать старшего, всё время рассыпаясь в извинениях и признаниях, Минхо молча принимал, загораясь надеждой. — Минхо... А что именно ты чувствуешь ко мне? — вдруг спросил Джисон, наконец оторвавшись от старшего и взглянув ему в глаза. Ему было важно убедиться окончательно в том, что его чувства совпадают с чувствами Минхо. — К чему вопрос? — смущённо хмыкнул старший. — Ну... Надо. Минхо задумчиво вгляделся в лицо Джисона, скрытое вечерней темнотой. — Сейчас я зол и обижен. А вообще... Я просто вечно думаю о тебе. Неважно, где ты. Я беспокоюсь за тебя, когда ты не спишь ночью, когда долго не ешь. Просто улыбка сама на лицо лезет, когда про тебя вспоминаю. И, ну тепло становится... Ты что, никогда не влюблялся? — Минхо засмущался окончательно и отвёл взгляд в сторону. А Джисон в очередной раз подумал о том, что Минхо невероятно красивый. Но, если раньше он яро отгонял от себя эти мысли и оправдывался сам перед собой тем, что красота — вещь объективная, то сейчас он намеренно запоминал все детали, вглядываясь в профиль старшего, в его острый кончик носа, длинные ресницы, которые было видно даже в полутьме, в его злосчастную родинку на крыле носа. — Ты очень красивый.., — на выдохе произнёс он. Осознав, что именно вырывалось из его рта, Джисон поджал губы и тоже отвернулся. Сердце почти что остановилось. — Что? — Минхо удивлённо распахнул глаза. Уши покраснели. — А ты мне снился. Много раз, — вдруг решил сказать младший, от смущения напрягши ладони, лежавшие на плечах Минхо, — Такого никогда со мной не было... И да, я никогда ни в кого не влюблялся. — Что... Даже в школе за тобой девчонки не бегали? — искренне удивился Минхо. Джисон тихо посмеялся, а у старшего этот долгожданный звук разлился теплом по грудной клетке. — Не-а. Ну... Нравилась одна, но очень недолго и не так сильно, как нравишься мне ты. Минхо улыбнулся. — Честно, я не верю в то, что происходит, — признался он, — Я даже не знаю, почему вдруг решил открыть входную дверь... Джисон, оторвав свою ладонь от плеча, положил её на щеку старшего так аккуратно, словно он мог рассыпаться. Под ладонью горел только-только заживший синяк. — Я повторил, и повторю ещё много раз. Я был полной тварью, и мне безумно жаль. И сделаю всё, что потребуется, чтобы вернуть твоё доверие, — Джисон говорил, и ему не верилось в то, что это всё говорит именно он. Видимо на него так повлиял Чонин, ибо как иначе объяснить то, что сейчас он спокойно формулировал свои мысли, не боясь сказать что-то не то, или показаться глупым, — Я вёл себя, как ребёнок, который не знал, как и что делать. Я и сейчас не до конца понимаю, как мне нужно действовать, — он прикусил губу, — Что я могу... Сделать для тебя? Вдруг взгляд Минхо изменился. — Поцелуй меня. Просьба зависла в воздухе. — Поцеловать? — брови Джисона еле заметно взметнулись вверх, а вопрос прозвучал шёпотом. Минхо кивнул, не разрывая зрительный контакт. Как бы он не хотел, сомнения и недоверие всё ещё теплились в нём даже после стольких искренних извинений и слов. И если Джисон исполнит его просьбу, он точно поймёт и убедится в том, что младший действительно готов сделать всё. Поймёт, что чего-то стоит для Джисона. Ладонь, лежащая на щеке Минхо, слегка дрогнула, а грудная клетка стала вздыматься чаще. Поцеловать? Взгляд опустился на губы напротив. У старшего даже губы были какими-то особенными. Мягкими и красивыми. Наклонившись, Джисон задержал дыхание. Сейчас словно не существовало ничего, весь мир сжался в одну точку, в этот миг. Он коснулся губ Минхо своими. Этот поцелуй не был таким красивым, как в фильмах и сериалах про любовь. Он был со вкусом солёных слëз и горьких сигарет, неуклюжий. Но вместе с этим он был честным и правильным. Этим поцелуем был написан пролог их истории, начало. В этот миг вся горечь, вся злость отошла на второй, если не на третий план. Никто не стремился углубить поцелуй — простого детского касания было достаточно. Обветренные губы Джисона на никотиновых губах Минхо — никто из них не мог такого даже представить. Когда они отстранились друг от друга, Джисон прижался лбом к лбу Минхо, не убирая ладони с его горящей щеки. — Прости меня.., — тихо прошептал он, обдав тёплым воздухом губы старшего. — Больше не будешь хуйни творить? — со смешком спросил Минхо, облизнув губы. — Буду, — улыбнулся Джисон, — Но не такой, — сказав это, он легко чмокнул старшего в щеку. Безумно. Это всё просто безумие! Джисон, который раньше плевался от рассказов Феликса о его парнях, сейчас сидел на полу в комнате парня, в чувствах к которому он, казалось, утонул с головой, и целовал его. Прошлогодний Джисон, услышав подобное, покрутил бы пальцем у виска. В голове всплыли слова Феликса: «Сон-и, когда же до тебя дойдёт, что важен не хуй в штанах, или его отсутствие, а чувства и комфорт? Тело — это лишь оболочка для того, что находится внутри, понимаешь?». И они как нельзя лучше описывали всё происходящее. Лишь сейчас Джисон полностью понял и осознал смысл этих слов. С Минхо хорошо, с ним спокойно. — Поверить не могу, — на выдохе произнёс Минхо, помотав головой из стороны в сторону, — Чтоб сам Хан Джисон рыдал передо мной на коленях, признавался мне в любви и целовал! Я уже от первого прихуел знатно! Джисон неловко усмехнулся и отстранился от старшего. — Тебя точно не подменили? — продолжил старший, сев поудобнее и облокотившись на кровать спиной, — Ты где пропадал вообще все эти дни? — У Чонина. — Мне необходимо пожать ему руку за твоё перевоспитание. — Он как раз нас на новоселье ждёт через месяц, — улыбнулся младший и мысленно рассыпался в благодарностях перед Чонином. Общение с ним и вправду сильно изменило Джисона. — Кстати, Феликс приходил первого, тебя искал, — вдруг вспомнил Минхо. — А... Вот, чë он мне названивал, — протянул Джисон. — Мириться приходил, как я понял. — Потом с ним разберусь — фыркнул младший. Хотелось добавить что-то вроде «сейчас ты важнее», но Джисон постеснялся. Минхо смотрел на младшего. Впитывал в себя атмосферу, запоминал этот миг. Наконец-то его глаза по-живому заблестели. Джисон любовался им в ответ. — И... Что теперь? — спросил он спустя некоторое время, когда понял, что пауза неприлично затянулась, — Кто мы? Ну... Друг другу. Минхо пожал плечами и, поджав ноги, уткнулся щекой в колено. — Я не гонюсь за статусом. Давай просто... Будем. Друг у друга. — Будем... — младший вторил за Минхо, отзеркалив его позу, — Хорошо, давай просто будем, — он улыбнулся, поняв, насколько по-детски звучал их диалог. Но главное, что для них это всё что-то значило. И они поняли друг друга. Они были влюблены. Джисону предстоит учиться любить, а Минхо — терпеливо объяснять и ждать. К сожалению чувства обоих изранены, и эти дыры не зарастут сами собой. Нужно время. А времени, к счастью, предостаточно. До самой ночи они сидели на полу, рассыпаясь в признаниях друг другу. Джисон сел рядом со старшим, и не отпускал его. Их руки были сплетены между собой, а щеки Минхо уже покраснели от постоянных поцелуев. — Ты колешься, — недовольно подметил он, когда Джисон в очередной раз прижался своей щекой к его. Отстранившись от Минхо, Джисон коснулся рукой своей многодневной щетины, неловко улыбнувшись. — Есть косяк. Старший улыбнулся, склонив голову вбок и, прокряхтев, поднялся на ноги. — Ладно, пора спать уже. Молча согласившись, Джисон поднялся следом, оказавшись напротив Минхо. Сделав к нему шаг, младший прижался к нему в тёплых объятиях, положив подбородок на его плечо. — У тебя какой рост? — спросил он, поудобнее устроившись на плече старшего. — Где-то сто семьдесят пять примерно, а что? — Удобно, — пробурчал Джисон куда-то в шею Минхо, — Я не выше ста семидесяти. — Капец ты мелкий, — фыркнул старший и погладил Джисона по спине, покачавшись из стороны в сторону. — Есть такое... Постояв ещё немного в ночной тишине, парни отлипли друг от друга, хоть и нехотя. Джисон, после слов Минхо о его щетине, сразу пошёл от неё избавляться. Он и вправду забил на уход за собой, и сейчас заперся в ванной аж на час. Минхо, тем временем, сохранил все необходимые файлы, с которыми работал весь день, чтобы продолжить завтра. Пару дней назад у него заказали довольно трудный проект, над которым он старательно потел. И сейчас он чувствовал, что закончит он этот заказ довольно быстро в связи с улучшением собственного состояния. А когда из ванной послышался глухой удар какой-то баночки об пол и поток матов, Минхо улыбнулся и захлопнул крышку ноутбука. Убрав весь мусор с пола и проветрив комнату, выгоняя из неё запах слёз, он вздохнул. Минхо не верил в то, что наконец-то всё начало налаживаться. — С чистой сракой, — сказал он, когда в комнату заглянул Джисон с мокрыми волосами и полотенцем на плече. — Будто заново родился, — вздохнул Джисон и смахнул с лица прилипшую прядь, — Ты мог бы не складировать свои баночки на краю ванны?! Залазишь в ванну и молишься, лишь бы не уронить! А то потом по всему полу собирать твоё «домино» из разных пенок и масок вообще не круто! Минхо рассмеялся. — У меня хотя бы на лице пиздеца нет, благодаря этому «домино». — Ну спасибо, — Джисон с чувством фыркнул и провёл пальцами по своей щеке, — У меня теперь кожа, как задница младенца. — С такими сравнениями можешь поцелуев от меня не ждать, — фыркнул Минхо. Джисон стралальчески простонал и схватился за сердце. — Ты заставляешь меня страдать! — воскликнул он и тут же закрыл рот, сжав губы. — Кто бы говорил, — Минхо дëрнул уголком губ. — Прости... — Да ладно... Всё, я спать, — старший встал с кресла и, поправив постельное, — И тебе советую. — Ну... Спокойной ночи тогда? — неловко спросил Джисон, помявшись на пороге. — Спокойной, — Минхо улыбнулся и раскрыл руки. Младший радостно сверкнул глазами и подлетел к старшему, утопая в его объятиях. Положив ладони на щёки Джисона, Минхо поцеловал его в губы, задержавшись на пару секунд. Засмущавшись, Джисон вышел из комнаты и зашёл к себе, замерев на пороге. Точно, он и забыл, какой ужас оставил здесь. Приняв решения убраться завтра, он, перешагивая через одежду и мусор, лёг на кровать, сразу же свернувшись в клубок и прижав к груди плюшевого кролика, которого он тогда знатно потрепал, кинув в угол комнаты. Но сон всё никак не приходил, а в голове прокручивались события последних часов. Он и вправду сделал это... Признался парню в чувствах. Хоть и тогда он не сомневался ни на йоту, сейчас в мыслях крутились сомнения. А точно ли это всë правильно? Почему-то вспомнилась мать. Как бы она отреагировала, если бы узнала об этом? Наверняка бы закатила скандал и в очередной раз повторила то, что её сын — полнейшее разочарование и провал. Но сейчас он чувствовал огромную ответственность. Он долго принимал решение, от которого теперь зависит не только он. На его плечах чувства другого человека, которые ни в коем случае нельзя уронить. Хлопнула дверь в ванной, а затем щёлкнул выключатель в соседней комнате. Минхо лёг спать. Джисон замер и прислушался к звенящей тишине. Даже под одеялом ему было холодно, хотелось обнять Минхо... Всё ещё горя сомнениями, Джисон, взяв подушку, встал с кровати и прошуршал к соседней комнате, замерев на пороге. Минхо, услышав звуки, приподнялся на локтях, смотря на смущëного парня. — Ты чего? Джисон убрал руки за спину и опустил взгляд в пол. — А можно я... — Можно, — Минхо усмехнулся и пододвинулся, подняв руку и держа в ней одеяло, приглашая к себе младшего. Обрадовавшись, Джисон моментально занырнул под одеяло к старшему, кинув свою подушку и улëгшись на неё. Прижавшись к Минхо, он закинул на него руку, уткнувшись носом в шею. Как всегда от старшего пахло чем-то сладким, но и запах сигарет тоже можно было уловить. — Джисон. — М? Минхо положил свою ладонь на руку Джисона. — А как это вообще произошло? Ну... Как ты понял, что я нравлюсь тебе? Джисон был готов услышать этот вопрос. Но уж точно не был готов на него ответить. Он задумчиво промычал, поудобнее устроившись под боком старшего. — Я сам и не понял, если честно... Просто когда я тебя ударил... Я понял, что совершил ужасную ошибку, — Джисон облизнул губы и замолчал, — Нет, не так. Начнём издалека... — То есть ты понял это ещё раньше? — искренне удивился Минхо. — Как бы да... Но принять я это смог только недавно. Я очень сильно отрицал эти чувства, даже просто мысли о подобном. Тридцать первого, когда ты приехал ко мне встречать Новый год, когда мы пошли гулять вечером. Я случайно поймал себя на мысли, что ты очень, безумно красивый. И что я просто завис и пялился на тебя. — Это было слишком заметно, — Минхо посмеялся, — Я поэтому и решил... Действовать. Джисон сглотнул. — Ну и вот... И ночью, когда это всё, собственно, и произошло. Когда ты меня поцеловал, я помню, как у меня тряслись ноги тупо от осознания того, что мне не противно. Да и мерзко мне, в конце концов, было лишь от самого себя, от своего поступка. Потом меня почти что спас Чонин, приютил. Выслушал всё говно, которое я на него вылил. И помог разобраться в себе... — Да он фея, как я понял, — Минхо хмыкнул и погладил Джисона по зажившим костяшкам. — Я ему очень благодарен. Он просто и сам в подобной ситуации был, ну я рассказывал тебе. — Помню. — Ну и вот... Сказал, что смысла отрицать очевидного нет. Да и я сам понимаю, что бегать уже неактуально. Не маленький уже. — А сейчас тебе страшно? — тихо спросил Минхо, неосознанно напрягшись. Немного помолчав, Джисон ответил: — Страшно. Очень. Но больше всего я боюсь за то, что сделаю тебе больно ещё раз. Я очень этого не хочу, не хочу, чтобы ты опять страдал из-за меня, — и, не успел старший ответить, Джисон продолжил, — И я очень благодарен тебе за то, что дал мне шанс. Спасибо, Минхо. Мне правда очень хорошо с тобой. И мне жаль, что я не понял этого раньше. Вернее не принял. — Ты молодец, — в голосе послышалась сонная улыбка, — Не все бы смогли принять свои ошибки и извиниться. А ты смог... Да и я вижу, что ты очень искренний, и тебе действительно жаль. Минхо выразительно зевнул. — Ладно, завтра поговорим уже, — усмехнулся Джисон и, приподнявшись, чмокнул старшего в щёку, — Спокойной ночи. — И тебе. Уснули они под биение своих сердец, которое раздавалось в унисон, словно дополняя друг друга. На улице завывал холодный январский ветер, снежинки стучали в окно и залетали на балкон на кухне, сдувая пепел из пепельницы. Но под одеялом, которого едва хватало, было тепло и хорошо.

｡･:*:･ﾟ’☆

Проснувшись, Джисон не почувствовал тепла другого тела. Моментально распахнув глаза, он зашарил рукой по постели, пока не услышал смешок сбоку. — Доброе утро, — Минхо сидел на кресле за ноутбуком, — Выспался? Джисон с облегчением вздохнул и упал на подушку. — Доброе, — хрипло ответил он, — Наконец-то да. Работаешь? — Почти закончил. Ещё немного подправить и скину заказчику. Понятливо промычав, Джисон молча разглядывал немного опухшее лицо старшего. — Давно встал? — Часа полтора назад. Тебе кстати Чанбин звонил, я трубку взял, он попросил тебя перезвонить. Джисон сразу оживился и, сев на край кровати, стащил со стола телефон. — Что-то срочное? — спросил младший, пытаясь спросонья разблокировать собственный телефон. — Что-то с Феликсом, как я понял, — Минхо пожал плечами и потянулся, — Не стал в подробности вдаваться. Вдруг что-то личное. Промычав, Джисон приложил телефон к уху, вслушиваясь в гудки. — Какого хуя, Хан Джисон?! — Чанбин ответил почти моментально. По звукам младший понял, что тот находился за рулём. — Привет? — Джисон удивлëнно зевнул. Не успел он толком проснуться, как к нему уже какие-то претензии. — Ты чё, только проснулся? — Ну... Да. Чанбин разочарованно вздохнул. — Собирайся, я скоро подъеду. Уже на перекрёстке возле дома твоего стою. — Подожди, что?! — Джисон удивлённо воскликнул и аж подскочил на ноги. Минхо приподнял бровь и кивнул головой, задавая немой вопрос. — Вопросы потом. С Феликсом что-то случилось, — Чанбин чем-то зашуршал, а затем послышался звук скрипа шин по асфальту, — Я знаю, что ты ничем не занят сегодня. Минхо уже сказал, — имя старшего Чанбин выделил особенно ярко, — Ноги в руки и пошёл. Я подъезжаю. — Но.., — не успел Джисон закончить, как старший сбросил трубку. — Что сказал? — Минхо задумчиво почесал щёку. — Сказал собираться, с Феликсом что-то случилось, — повторил Джисон услышанное с явным беспокойством в голосе. — Ну он явно не ожидал, что трубку подниму я, — старший усмехнулся, — Наверное сейчас будет тебя допрашивать. Иди собирайся, чего стоишь? — Но... — Да что ты нокаешь? Судя по твоим рассказам о Феликсе, он явно не тот человек, у которого вообще могут быть какие-либо проблемы. А тут что-то серьёзное, раз и Бин тоже волнуется. Поэтому давай. Заодно поговорите с ним наконец, — Минхо встал и подошёл к Джисону, успокаивающе обнимая его, — Поверь, я никуда не денусь. — Да, хорошо... Просто думал с тобой весь день потусуюсь, — пробурчал младший в плечо парня. — Я как раз заказ закончу. Вздохнув, Джисон нехотя пошёл собираться, даже не зная, что его ждёт. По-быстрому напялив на себя одежду и умывшись, зная, что Чанбин уже стоит во дворе и ждёт его, Джисон решил не задерживаться. — Пиши, если что, — Минхо вышел из комнаты, наблюдая за тем, как Джисон пытается застегнуть куртку, — Давай помогу, — он усмехнулся и подошëл к младшему, застегнув молнию с первой попытки. — Чтоб я без тебя делал, — вздохнул Джисон. — Пока, — Минхо, поправив капюшон куртки, схватился за его края и притянул к себе младшего, по-быстрому чмокнув его в губы. — Пока.., — слабо улыбнулся Джисон и щёлкнул замком двери. Спустившись на первый этаж и выслушав ругательства от уборщицы за оставленные на помытом полу грязные следы, Джисон выбежал на улицу, сразу высматривая знакомый форд. Наконец заметив машину возле шлагбаума, парень ринулся к ней, молясь не поскользнуться на льду. — Что случилось? — первым же делом спросил Джисон, оказавшись в машине и по-свойски включив печку. — Дыши, — усмехнулся Чанбин, убавив любимые басы, раздающиеся из колонок, — Джисон, я, блять, даже не знаю, с чего начать. — Что с Феликсом? — слегка расстегнув куртку, загнанно спросил младший, пристëгиваясь. — В сети почти неделю не появлялся. — Знаю. И что? — Джисон нахмурился. Вряд ли бы Чанбин беспокоился только из-за этого. — Я написал Хëнджину. — И?.. Чанбин прокашлялся. Разблокировав телефон, он впихнул его в специальную подставку, выстраивая какой-то путь на карте. — Они расстались, — старший вздохнул и, включив поворотник, выехал на дорогу. Джисон аж перестал дышать на пару секунд. Вмиг стало жарко, и печка оказалась выключенной через мгновение. — В смысле расстались?.. — не понял он, вглядываясь в профиль Чанбина, — Расстались? — Хëнджин сказал. Подробности не стал узнавать, он и без того пиздец какой убитый, что ли. Просто сказал, что Фел вещи собрал и уехал куда-то. — И куда мы тогда едем?.. Чанбин кивнул на свой телефон. — Мы с ним ещё полгода назад обменялись геолокацией. Правда у него связи нет уже почти недели. Остаётся надеяться на то, что он сейчас находится там, где связь у него и пропала. На звонки не отвечает, телефон вырубил. — И где это? — Какая-то низкорейтинговая общага. Джисон вздохнул. — Что за жесть... Чанбин угукнул. — А теперь, блять, о тебе. Вы помирились с Минхо? Где ты пропадал все эти дни? Что, блять, происходит? У меня слишком много вопросов, Хан. — Ну.., — Джисон сглотнул, начав теребить край куртки, — Помирились... Да. — А можно поподробнее? Я когда Спичку приехал забирать, Минхо пиздец какой... Убитый был, — Чанбин цыкнул, — М-да, все какие-то убитые... И квартира тоже не в лучшем состоянии была. Что у вас случилось? Поняв, что разговора не избежать, Джисон рассказал вкратце всё, что произошло. И тридцать первого декабря, и после. И то, что он ударил Минхо, и то, что его приютил Чонин. И то, что в конце концов чувства к старшему пришлось принять. С каждым его словом, лицо Чанбина менялось всё больше и больше. Чуть не пропустив поворот, он округлил глаза и покачал головой, думая о чём-то. — И теперь вы... Ну, типо встречаетесь? — уточнил он, переваривая услышанное от друга. — Не совсем конечно... Но вроде того, — Джисон совсем засмущался и отвернулся, смотря в окно. — Да ну нахуй.., — только и смог ответить Чанбин на всё услышанное, — Ну... Я рад за вас, конечно. Наконец-то ты за ум взялся, — он хмыкнул, — А то звоню тебе, а трубку поднял Минхо... Я прихуел знатно. — Минхо мне уже рассказал, — улыбнулся Джисон. — Как с вами тяжело то... То с тобой хуйня какая-то, то с Ликсом. Я с вами в прятки играть не особо хочу. А приходится. Джисон вдруг понял, что он очень старшему благодарен. — Как с Нами отдохнули то?.. — неловко спросил он. — Да нормально. Много где побывали, разные экскурсии, туда, сюда. Меня, блять, даже скорпион успел ужалить, когда мы с зоопарке были. Стоим, фотаемся возле статуи какой-то. Через секунду резкая боль, и нога чуть не отнимается. В общем весело было. — Скорпион, блять?! — Ага, — Чанбин кивнул, улыбаясь, — А Нами медуза ужалила. Короче не место нам в жаркой стране, судя по всему. — Ебать.., — Джисон рассмеялся. Всю дорогу Чанбин рассказывал младшему про свои приключения, пытаясь нагнать упущенное время со своим другом. А Джисон слушал с огромным удовольствием, то и дело задавая какие-то вопросы. Он и сам не понимал до сегодняшнего дня, как сильно ему не хватало обычного общения со старшим. Казалось, жизнь и вправду налаживается, а на душе становится легче. Но когда в поле зрения показалось четырёхэтажное здание, а из телефона Чанбина раздался механический голос, оповещающий о прибытии на место, улыбка слетела с лица. — Ну, приехали, — Чанбин кашлянул и заглушил двигатель. — И как мы его искать будем? — Нашёл, чë спросить, — фыркнул Чанбин, застëгивая куртку, — Я знаю ровно столько, сколько и ты. То есть нихуя. Посмотрим по ситуации, — сказал старший и вылез из машины. Попав в общагу благодаря мужчине, открывшему дверь, парни зашли внутрь. Атмосфера в подъезде была... Пугающей. Мигающий свет, шумно протекающая по трубам вода, облупленная зелёная краска на стенах и запах сигарет. — И Ликс серьëзно здесь? — нервно усмехнулся Джисон. Чанбин с интересом осматривался по сторонам, заприметив доску объявлений. На ней не было ничего, что могло бы помочь им. Лишь список задолженностей и различная реклама. — И... Что делать? — спросил младший, привалившись к батарее. Попытав счастье, Чанбин набрал номер Феликса. Но, как и ожидалось, автоответчик сообщил о том, что абонент находится вне зоны действия сети. — Да блять.., — фыркнул Чанбин, убирая телефон в карман, — Судя по всему, нам остаётся лишь долбить во все двери, пока не найдём его. — Ты серьёзно?!.. — А у тебя есть ещё варианты? Джисон помотал головой. — Давай тогда я первый этаж проверю, а ты второй, чтобы быстрее было, — предложил Чанбин, на что младший нехотя согласился, — Позвонишь, если что. Разминувшись, парни разошлись. Еле как отыскав лестницу, Джисон поднялся на второй этаж по тёмной лестнице. Света на ней не было, из-за чего приходилось вслепую искать ступени, края которых стëрлись временем. Второй этаж выглядел иначе — здесь краска на стенах сменилась с ярко-зелёного на какую-то светло-оранжевую, а на полу пузырился линолеум. Проход был настолько узким, что казалось, что если распахнуть двери напротив друг друга, они врежутся друг в друга. Осмотрев левую часть коридора, Джисон повернул голову в другую сторону и дëрнулся от испуга — прямо возле него на корточках сидел мужчина с сигаретой во рту. Дверь его комнаты была приоткрыта, а сам мужчина не обращал никакого внимания на парня, молча глядя в пол. — Извините, — дрожащим голосом обратился к нему Джисон. Но не дождавшись реакции, повторил громче, — Извините! Мужчина молча поднял голову, даже не изменившись в лице. — А вы случайно не знаете, где живёт Ли Феликс? — понадеявшись на удачу, спросил парень, — Моего возраста и роста, с длинными белыми волосами. И с веснушками. Меньше недели тут живёт. Мужчина, чьё лицо было покрыто многодневной щетиной, а на белой майке которого красовались жирные пятна, затянулся. — Не знаю такого. — Ладно... Спасибо, — Джисон вздохнул и двинулся в противоположную сторону, решив наконец начать поиски. Но когда он постучался в первую дверь, и ему никто не ответил, решительность улетучилась. — На этом этаже твоего Феликса точно нет, — вдруг раздался хриплый голос мужчины, — Здесь все жильцы как минимум год уже живут. — Вон оно как.., — вздохнул Джисон. Мужчина, кинув окурок в стеклянную банку возле двери, поднялся. — Либо на первом, либо на третьем ищи. На четвёртом тоже почти никого нет, крыша протекает, и с батареями проблемы. Но там комнаты дешевле... — Спасибо вам, — Джисон благодарно кивнул и вернулся к лестнице. — Во благо, — грустно сверкнул глазами мужчина и зашёл в комнату, хлопнув дверью. Не зная почему, Джисон взлетел на последний этаж. Как ему и сказали, здесь было куда холоднее. Потрогав батарею, парень убедился в том, что отопления здесь и вправду нет, а пятна плесени на потолке кричали о вечной влаге. У Феликса денег не так уж и много, вероятнее всего он и вправду бы выбрал самое дешёвое жильё. Завернув налево, Джисон подошёл к самой крайней комнате. Вздохнув и набравшись смелости, он занëс кулак над дверью. Но тут со стороны лестничной клетки послышались шаги, а затем в коридоре под мигающей лампой показался Чанбин. — Ты чего? — спросил младший. — Да мне повезло. Постучался к коменде, она сказала, что Ли Феликс на четвёртом этаже, — кивнув на правую часть коридора, Чанбин подозвал младшего к себе, — Пошли. Наконец подойдя к нужной двери, парни переглянулись. — Как думаешь, откроет? — спросил Джисон, когда Чанбин постучался. — А что ему ещё остаётся, — фыркнул старший, — Тут вопрос в том, что ему говорить? Прислушавшись к тишине общаги, Чанбин постучался ещё раз. Наконец в комнате кто-то прошаркал к двери. — Кто? — раздался хриплый голос Феликса. Джисон с облегчением вздохнул. — Открывай, — ответил Чанбин, отойдя от двери. — Бин? — словно не веря, спросил Феликс, зазвенев ключами. — И не только он, — подал голос Джисон. Ключи со звоном провернулись в замочной скважине и дверь со скрипом открылась. На пороге показался Феликс. Распахнув глаза, он уставился на парней. Его искусанные до крови губы словно светились в темноте, а веснушки наоборот пропали с лица. Спутанные волосы были собраны в небрежный хвост на затылке, а чëрный свитер скрывал пальцы рук. — Вы как меня нашли?.. — Феликс, твою мать! — Джисон первый сделал к нему шаг навстречу, прижав к себе младшего. Феликс запоздало положил свои руки ему на спину, с вопросом в глазах смотря на Чанбина. — Ты почему пропал?! — с волнением спросил он, придерживая рукой дверь, которая так и пыталась закрыться. — Что вы тут делаете?.. — Феликс сжал губы. — Волновались, вот и приехали, — ответил Джисон, отодвинувшись от младшего. Живой — уже хорошо. Но, как Минхо и говорил, Ликс не тот человек, у которого вообще могут быть какие-то проблемы. А значит сейчас всё серьёзно. — Не пригласишь? — со смешком спросил Чанбин, кивая на комнату. — Ну... У меня пиздец, — опустив глаза в пол, ответил Феликс. — Как обычно, — пожал плечами Джисон, проходя внутрь. — Ну спасибо, — фыркнул младший, отходя с порога и давая парням разуться. Комната была совсем маленькой, как Ликс потом сказал, всего шестнадцать квадратных метров. В углу стоял его чемодан, на столе красовались пустые пачки из-под лапши и его одноразки. На кровати валялась какая-то одежда и повербанк. Было холодно, отчего Феликс даже в комнате ходил в уличной одолежде. Включённая одинокая лампа на потолке постоянно мигала, то и дело потухая на пару секунд, в углу комнаты чернела плесень, а труба под окном жутко гудела. — И... Сколько ещё ты планируешь тут быть? — спросил Чанбин, осмотрев эту берлогу. — Без понятия, — Феликс пожал плечами и сел на кровать, накинув на себя одеяло, — У меня нет вариантов больше. Так как месте в комнате больше не было, Чанбин, убрав со стула все вещи, сел на него. Джисону же пришлось разместиться на полу. — Почему вы расстались? — в лоб спросил Чанбин, поняв, что тишина в комнате слишком давила. Феликс явно не ожидал такого вопроса, из-за чего смущённо запутался в одеяло ещё сильнее. Но когда понял, что ответа избежать не получится, тяжко вздохнул. — Так получилось. — Это не ответ. Джисон молчал и смотрел на младшего, не узнавая его. Они не виделись больше двух месяцев, и такой встречи после ссоры явно не ожидал никто из них. — Я бросил его, — коротко ответил Феликс, случайно пересëкшись взглядом с Джисоном. — Это понятно. Почему? — продолжил выпытывать Чанбин. Феликс отвёл взгляд, смотря в окно, завешенное шторами. — Я не люблю его больше. Брови Джисона взметнулись вверх от услышанного. — Не любишь? — он и вправду не был готов услышать что-то подобное. Само расставание Хëнджина и Феликса уже было чем-то странным, а тут ещё и такой ответ младшего. — Не люблю, — отрезал блондин, давая понять, что на эту тему он говорить больше не собирается. Чанбин с Джисоном переглянулись. — Тебе, может, помощь нужна какая? — спросил Чанбин. — Нет. Спасибо. Феликс полностью заслуживал того, что с ним происходит — так он думал. Держа в голове плачущего Хëнджина, он винил себя и считал, что не достоин никакой помощи. Именно поэтому он не хотел, чтобы парни нашли его. Но о Крисе он осознанно умалчивал. И ненавидел себя за то, что чувства к этому человеку не угасают, а лишь наоборот — разгораются ещё сильнее. — И что ты собираешься делать дальше? — спросил Джисон, морща нос из-за неприятного запаха общаги. — Без понятия. Пока буду работать. Дальше посмотрю. Холодный тон младшего пускал тучу мурашек по коже. — Ты в парикмахерской теперь работаешь? — Джисон так долго не виделся с младшим, что теперь даже не знал, что и как говорить. В последнее время все люди, окружающие его, изменились. И с ними изменился и Джисон. — Да. Бин рассказал? — Феликс вопросительно поднял бровь. — Не, сертификат твой в парикмахерской увидел. — А я то думаю, что за хуйня на голове у тебя, — младший рассмеялся, — По-любому Джун стриг, да? — Да.., — обиженно согласился старший. — Так и знал. Джисон фыркнул и взъерошил волосы на голове. — Как у вас то хоть дела? — спросил младший, переведя взгляд на Чанбина, — Я бы предложил вам чай, но у меня только одна кружка, нет чая и чайник на третьем этаже, поэтому не судьба. — Не страшно, — Чанбин улыбнулся, — Ну я, как знаешь, с Нами в отпуск летал.., — он вдруг задумался, а после зловеще улыбнулся. — Чего? — нахмурился Феликс. — Я выиграл. Тут в непонятках свёл брови к переносице уже Джисон, глядя то на Чанбина, то на Ликса. — Да ну.., — спустя какое-то время протянул младший, с искренним удивлением пялясь на Джисона. — Вы... О чём? Чанбин самодовольно улыбнулся и кивнул головой. — В смысле, блять? Ты чë, реально теперь с Минхо встречаешься?! — не верил Феликс. Джисон растерянно перевёл взгляд на Чанбина, и тут до него наконец дошёл смысл этого диалога. — Вы... Вы, бляди, поспорили на меня?! — Да ты гонишь! — возмущëнно воскликнул младший, усевшись поудобнее, — Это не шутка?! — Не-а. Я сам только сегодня узнал, — Чанбин посмотрел на Джисона, сидевшего на полу, сверху вниз, из-за чего младший ощутил себя муравьём, которого вот-вот раздавят. — Пиздец, — фыркнул Феликс, — И что теперь? На что спорили то хоть, а то я не помню. — Бар, алкоголь, — с наимилейшим выражением лица напомнил ему Чанбин. Феликс раздосадованно простонал. — С зарплаты поедем значит. Джисон. — А?.. — Джисон всё ещё не мог поверить в то, что на него и вправду поспорили. — Чтоб Минхо взял с собой, как доказательство, — младший пригрозил ему пальцем, как ребёнку, — А то мне не верится. У меня, если что, три смены до конца недели. За них сразу заплатят. — Ну в группу черканëшь, если что, — сказал Чанбин. — Само собой, — к слову Феликс и даже не особо против был, что поедут пропивать они именно его деньги, — Куда мир катится... Чтоб Хан Джисон с парнем?... — Да завались ты, — фыркнул, засмущавшись, Джисон. — Тише-тише, Хан Джисон на пути принятия самого себя, — Чанбин улыбнулся. — Как так вышло то вообще? — Феликсу было безумно интересно, что с его другом произошло за всё то время, пока они не общались. А особенно интересны ему были отношения Джисона с Минхо, — Давай, вещай. Джисон тяжело вздохнул. Ему пришлось рассказывать всë заново, но теперь на него удивлённо смотрела уже не одна, а две пары глаз, из-за чего стыд чувствовался в два раза ярче. Феликс сидел с таким выражением лица, словно к нему в заплесневелую комнату ворвался единорог, а за ним толпа гномов из Гравити Фолз. Уже под конец рассказа он молча открыл рот, и Чанбину даже пришлось приподняться и закрыть его, прошептав всеми любимое «Закрой, а то муха залетит». — Ебаться-сраться, — прошептал младший, когда Джисон, закончив своё повествование, неловко замолчал, — До этого момента я реально думал, что вы с Бином прикалываетесь. Он реально не шутит? — обратился он уже к Чанбину. Старший помотал головой. — Жесть, — Феликс скинул с себя одеяло и протянул руку Джисону, — Ну, поздравляю тогда. Тихо угукнув, он пожал руку. — Самому, если честно, не верится во всё, — вздохнул он, облизывая губы. Казалось, что времени прошло не так уж много, но, судя по стремительно приближающейся темноте на улице, уже вечерело. Это подтвердил и Чанбин, который, ответив на звонок Нами, удивлённо убрал телефон от уха, посмотрев на время. — Засиделись мы, что-то, — он шмыгнул носом и встал со стула, — Пора ехать. Феликс грустно дëрнул уголком губ. — Ну, спасибо, что приехали, — он встал с кровати, провожая парней. — Нежданно негаданно, — фыркнул Джисон, — Тебе точно, ну, помощь не нужна никакая? Феликс надменно цыкнул. — Обойдусь. Чанбин недовольно посмотрел на него, застëгивая куртку. — Цыкать будешь — язык оторву. И телефон заряди наконец, а то до тебя не дописаться, не дозвониться. Хуй поймёшь, где ты вообще. Младший вдруг задумался. — А вы как меня тогда нашли вообще? — Военная тайна. Ладно, поехали. Пиши хоть раз в день, окей? — Чанбин уже распахнул входную дверь, — В следующий раз купим тебе хоть продуктов немного, а то сидишь, желудок убиваешь. — Ты как мамка прямо, — фыркнул Феликс, но благодарно кивнул, — Спасибо... Попрощавшись, парни вышли в коридор. Спустившись на первый этаж, столкнувшись по пути с какой-то недовольной бабкой, они вышли на холод. — Довезëшь? — спросил Джисон, усевшись в машину. — Нет, блять. За машиной побежишь, — фыркнул Чанбин, включив печку, — Вот вы, сука, с Ликсом одного поля ягоды. — В плане? — Упëртые, самовлюбленные. Считаете, что справитесь со всем сами. А что в итоге? — старший, пристегнувшись, выехал на дорогу, — Нихуя вы не справляетесь. — Это было жестоко, — цыкнул Джисон. — Зато хотя бы я веду себя честно. — Не могу не согласиться... — Да и Фел что-то явно недоговаривает, — вздохнул Чанбин, — Не мог он просто так Хëнджина разлюбить. — И что ты думаешь? — спросил Джисон, параллельно отвечая Минхо на сообщения. Старший интересовался, всё ли в порядке с Феликсом, или нет. Чанбин, увидев это, лишь улыбнулся. — Мне кажется он просто влюбился в кого-то другого, тебе не кажется? — Ты думаешь он бы не рассказал нам об этом? — задал встречный вопрос Джисон, убрав телефон в карман и посмотрев на дорогу. Судя по вечернему времени, парни определённо точно застрянут в пробке, что не радовало. — Шутишь что ли? — фыркнул Чанбин, — Если он даже про расставание нихуя не сказал, думаешь расскажет что-то? — Ну... Да. Хуйню спизданул, — согласился Джисон, думая про младшего, — Может на работе кого-нибудь встретил? — Может, — старший пожал плечами, — Сука, да куда ты прëшь! — он резко затормозил, пропуская машину, — Бараны ебаные, понакупают себе прав, блять, а потом по городу гоняют, как ни в чём не бывало, — матерился Чанбин, выруливая на дорогу, — Гандоны. Джисон хмыкнул. — Тебе самому ещё не надоело вечно спасать нас? — спросил он, когда машина остановилась на светофоре. — Надоело. — А зачем тогда... — Честно, сам иногда таким вопросом задаюсь, — Чанбин посмотрел на младшего, — Вы просто слишком дороги мне. Хоть и ведёте себя, как дети. Не думаю, что кто-то другой стал бы для меня таким родным и близким. Да и я всё ещё помню нашу клятву. — Правда? — удивился Джисон. — Естественно. Когда Джисон только-только начал дружить с Чанбином, они, будучи двенадцати и тринадцатилетними пацанами с ободранными локтями и коленками, поклялись друг другу в том самом скейт-парке быть всегда рядом и помогать, несмотря ни на что. Хоть и сделано это было в шуточной форме, никто из парней про клятву не забыл. — Не думал, что ты помнишь о ней, — смущённо отвёл взгляд Джисон. — Такое не забудешь, — фыркнул Чанбин. Свет светофора сменился на зелёный, и машина тронулась с места, — Помню, ты в тот день с матерью поругался. Так старался слёзы скрыть, каждый раз оправдываясь тем, что ты со скейта упал и тебе задницу больно. Джисон неловко рассмеялся, вспоминая тот день. — Я ещё хотел наколенники снять, чтобы больнее падать было. А ты не дал. — Ага, — Чанбин улыбнулся и качнул головой, — Мне вроде тогда наушники беспроводные подарили. На днях. — Да! И мы весь вечер слушали твой дерьмовый рэп! — воскликнул Джисон, — Представь, каково мне вообще было! И без того сдохнуть хотелось, а тут ещë и Джастин Тимберлейк! Тут засмеялся уже Чанбин. — Джастина не трогай! — До сих пор слушаешь? Старший приложил палец к губам. — Чш-ш-ш... — Да ну нахуй! — Ну всё, ты допизделся, — продолжая следить за дорогой, Чанбин подключил телефон к магнитоле, — Не нравится тебе Джастин Тимберлейк? Окей, будет другой Джастин. — Не-е-ет! — протяжно взвыл Джисон, услышав завывание Чанбина, у которого не было ни слуха, ни голоса. А под Джастина Бибера это всё выглядело ещё страшнее, — Выпусти меня отсюда! — он в истерике задëргал ручку двери, но старший предусмотрительно заблокировал двери, оставив Джисона без возможности выбраться из машины, — Я был не прав, признаю! Пощади! Прошу! — You know you love me, I know you care, — невзирая на все мольбы, хрипел Чанбин, — Just shout whenever, and I'll be there. You want my love. You want my heart. And we would never, ever, ever be apart... Джисон страдальчески взвыл и протянул руку к магнитоле, попытавшись хотя бы уменьшить звук. Но и тут Чанбин лишь ударил его по ладони с громким шлепком и выкрутил звук на максимум. Джисон был готов повеситься прямо в машине на ремне безопасности, лишь бы не слышать ора Чанбина, который ни в одну ноту так и не попал. Ему не то, чтобы на ухо медведь наступил — было такое ощущение, что он с этим медведем дрался не на жизнь, а на смерть в далёком детстве. И, к сожалению Джисона, старшему удалось победить. Когда начался припев, Чанбин принялся дрыгаться в такт музыке, качаясь из стороны в сторону, пока Джисон отчаянно притворялся мëртвым, надеясь, что старший сжалится и замолчит. — Baby, baby, baby noo, like. Baby, baby, baby ohh. I thought you'd always be mine, mine.., — но старшему было абсолютно до пизды. Он продолжил орать так, словно эта песня была его самой любимой. Хотя, зная Чанбина, такой вариант можно было рассматривать, — Baby, baby, baby ohh, like... Джисон, казалось, даже начал читать про себя молитвы. Ещё и ему назло в пробке они застряли именно сейчас, а судя по прекрасному настроению Чанбина, это караоке продолжится. Слава Богу хотя бы рэп часть Чанбин зачитал нормально, что дало Джисону возможность слегка восстановить свои уши, которые сначала свернулись в трубочки, а потом и вовсе отсохли. — Ну, как тебе мой перфоманс? — с гордостью спросил старший, когда песня наконец-то закончилась. — Я хочу сказать, что ненавижу тебя. Всей душой, — измученно сказал Джисон, — А ещё хочу признаться... — В чëм? — Мне осталось совсем немного, — младший растëкся в кресле, схватившись за лоб, — Это я тогда сломал твой ноут, а не Ренджун. Терять уже нечего. А для драмы время и место найдётся всегда. — Погоди, какой но... Ах ты сука! — Чанбин вдруг поменялся в лице и грозно сверкнул взглядом. Два с половиной года назад, когда парни праздновали восемнадцатилетие Чанбина, все собрались у него дома с ещё двумя знакомыми старшего. Самый первый напился Ренджун, одногруппник Чанбина. А Джисона, как самого крайнего, отправили уложить спать первого выбывшего. В итоге, так получилось, что ноутбук, подаренный родителями, оказался лежащим на кровати. И в темноте этого заметно не было. Но не Ренджун сломал его, нет — ему вдруг стало слишком одиноко, грустно и холодно, и, потянув Джисона за рукав, он уронил его следом за собой на кровать. Прямо на ноутбук, на экране которого всё ещё была защитная плёнка. — Нехуй потому что свои вещи разбрасывать, куда не надо! — пытался оправдаться Джисон, не понимая, кто его вообще тянул за язык. — А нахуя ты Ренджуна подставил?! — воскликнул Чанбин, отпустив руль и взмахнув руками, — Он, бедный, до самого выпускного меня избегал. Какая ты сволочь! И, к великому ужасу Джисона, караоке и вправду продолжилось. Но теперь Чанбин насиловал его уши тоненьким голоском, пытаясь перепеть саму Ариану Гранде и Бритни Спирс. Ну ладно, в этот раз это было заслуженно. Машина стояла почти на месте аж полчаса. И Чанбин наконец-то сдулся и выключил музыку. — Всё? — чуть ли не плача от счастья, дрожащим голосом произнёс Джисон. — Да, — выдохнул Чанбин. Машина начала ехать быстрее застрявшей в проруби коровы, — Но ты — пиздец, Хан. — Угу... Но злиться на младшего Чанбин не мог. Всё равно его с Ренджуном пути разошлись бы после колледжа, а Джисон, хоть и может поднасрать или сотворить дичь, будет рядом. — Всё, приехали, — остановившись на обочине, Чанбин разблокировал замки, — Пиздуй к своему бойфренду. Джисон закатил глаза и, надев шапку, похлопал старшего по плечу. — До связи, — попрощался он и выполз наружу. Чанбин задерживаться не стал — только Джисон оказался вне машины, он моментально газанул и уехал, скрывшись из поля зрения. Домой Джисон почти что бежал. Задрав голову вверх, он высматривал Минхо на балконе и в окнах квартиры, из-за чего чуть дважды не поскользнулся на дороге. Не заметив, как оказался на своём этаже, Джисон на удивление с первой попытки вставил ключ в скважину. — Я дома! — в груди появилось детское желание крикнуть так, чтобы его услышали все. А ведь он и вправду был дома, — Минхо! — Секунду! — раздался голос старшего с кухни. Скинув с ног ботинки, Джисон влетел в кухню. Дежавю настигло его, заставило остановиться и провалиться плечом к стене, расстëгивая куртку. Минхо стоял спиной к Джисону перед плитой, что-то помешивая лопаткой в сковородке. Его каштановые волосы блестели из-за света ламп, объëмная футболка спадала с правого плеча, а сам он легонько кивал головой в ритм песни, которая играла на его телефоне. Но теперь Джисон не чувствовал того страха и недоумения, которые были с ним в их первую встречу, когда он, прийдя в себя после удара головой о ванну, зашёл на кухню и увидел такую же картину. Сейчас он чувствовал себя хорошо. И именно такие простые слова описывали его состояние как нельзя лучше. Ему было просто хорошо. — Мне было лень готовить что-то сложное, поэтому сегодня пельмени в сырно-сливочном соусе, — Минхо виновато посмеялся и, убрав с конфоркт сковороду, развернулся к Джисону, уперевшись спиной в столешницу, — Надеюсь тебе понравится. Младший стянул с себя куртку и, кинув её на пол, подошёл к Минхо, сразу прижимаясь к нему и обвивая руки вокруг его талии. — А ещё я у тебя в комнате прибрался, — уже тише произнёс Минхо. — Серьёзно?! — удивлëнно воскликнул Джисон, вспоминая, какой срачельник был в его берлоге. — Ага... Мне было слишком жалко смотреть на твою одежду, которая просто валялась на полу, — театрально грустно сказал Минхо, путаясь пальцами в волосах на затылке младшего. — Спасибо большое, — Джисон поднял на старшего взгляд в очередной раз восхищаясь им. И его внешней, и внутренней красотой, и его характером, — Ты просто чудесный человек, Минхо... Вслед за такой неловкой фразой последовал не менее неловкий поцелуй в губы. Но одного поверхностного касания было мало — Джисон задержался на губах Минхо чуть дольше. Напряжëнные пальцы старшего на своём затылке словно дали зелёный свет и возможность сорваться. Вцепившись в талию Минхо, Джисон чуть сильнее прижал его к столешнице, громко вдохнув. Удивлённо промычав, старший схватился одной рукой за плечо Джисона, который принялся неумело, но жадно сминать его губы своими. Столкнувшись зубами, Минхо слегка улыбнулся и, положив ладони на щёки младшего, мягко оторвался от его губ. Внимательно посмотрев в глаза Джисона, старший по-доброму усмехнулся: — Что это на тебя нашло? — Ты, — ответил Джисон, ни на секунду не задумываясь. В его глазах горел мелкий огонёк. Но и такой огонёк способен вырасти в огромный пожар. Минхо впервые увидел на себе такой взгляд. Такой... Полный чувств, даже какого-то желания, и при этом робость и неуверенность тоже можно было разглядеть. И Минхо нежно прильнул к губам Джисона, позволяя мурашками расползтись по спине и бокам, за которые схватился младший. В движениях Джисона прослеживалось неумение, но желание научиться. Он робко повторял за старшим, который медленно, но уверенно показывал всю ту нежность и любовь, которую можно было передать через поцелуй. Язык к языку — и они оба готовы гореть в собственных чувствах. Младший провёл рукой по спине Минхо к лопаткам, уже не зная, куда деть себя, и старший, неожиданно даже для себя дëрнулся. Мурашки, хоть и были до этого, сейчас же словно ледяной приятной волной прокатились по всему телу. — Нихуя, — удивлённо, и в то же время радостно прокомментировал Джисон, отлипнув от старшего с выразительным «чмоком», — Это я куда нажал? — Замолчи, — смущённо прошептал Минхо, вытирая влажные губы тыльной стороной ладони, — И вообще, ты не хочешь куртку с пола убрать? — он цыкнул, кивнув на порог кухни. — Тему меняешь? — с наглой ухмылкой спросил младший, легко и почти невесомо касаясь спины Минхо ещё раз, в то же время аккуратно целуя в шею. Словно очнувшись и обнаружив себя не дышащим, старший оттолкнул от себя Джисона, который смотрел на Минхо так, словно мог читать его мысли. — Отстань от меня! — Поцелуемся ещё? — младший радостно подмигнул. — Мне кажется, ты обнаглел! — Минхо не зная, какую эмоцию вообще использовать в такой ситуации, лишь недовольно воскликнул и округлил глаза. — Тебе не кажется. И всё же им предстоит ещё долго, очень долго изучать и открываться перед друг другом. Джисон будет учиться справляться со своей агрессией и страхом, а Минхо остаётся лишь помогать, подталкивая младшего на верный путь.