Элитный русский флирт

В кафетерии было людно. Обеденный час — студенты толпились у раздачи, стучали подносами, перекрикивались через столы. Шейн и Хейден сидели в углу, у стены. — Ты сегодня какой-то задумчивый, — сказал Хейден. — Нормальный. — Ты не ешь. — Я не голоден. Хейден посмотрел на него. Не настаивал. Он вообще умел молчать, когда нужно. Шейн поднял голову и оглядел зал. Не специально. Просто привык замечать Илью на лекциях. А теперь они сидели рядом, и Шейн знал, как Илья двигается, как дышит, как иногда поправляет ручку, когда думает. Найти его было легко. Илья сидел за столиком в центре. Не один. С ним были двое. Девушка с каштановыми кудрями. Шейн заметил её сапоги сразу — яркие, с золотистой пряжкой. Он не разбирался в моде, но такие вещи обычно носили люди, которые хотели, чтобы их замечали. Рядом с ней на столе лежала маленькая чёрная сумочка — видимо, винтажная, с тяжёлой золотой цепочкой. Девушка достала оттуда блеск для губ, поправила макияж, не глядя в зеркало. Привычным жестом. Парень напротив неё был в чёрной кожаной куртке. С короткой стрижкой и дерзкими острыми глазами. Он сидел, откинувшись на спинку стула, — расслабленно, уверенно, как будто весь кафетерий был его территорией. Он что-то говорил, и Шейну показалось, что этот парень никогда ни секунды в себе не сомневался. Шейн не слышал, о чём они говорили. В кафетерии было слишком шумно. Но он видел, как они жестикулируют, как смеются, как Илья откидывается на спинку стула и говорит быстро-быстро, почти не останавливаясь. Его светлые волосы лежали хаотично, но в то же время правильно. Шейн никогда не видел Илью таким. На лекциях Илья не был таким. Да, он много говорил или много смотрел, но таким не был. В библиотеке Илья был тихим. Спрашивал почти робко, писал медленно. А здесь он был другим. Громким. Живым. Своим среди своих. Девушка достала из сумочки три билета. Показала Илье и парню. Те закивали. Парень в косухе что-то сказал — и все трое засмеялись. — Шейн. Он не отреагировал. — Шейн. Хейден тронул его за рукав. Шейн вздрогнул, обернулся. — Что? — Ты завис. Уже минут пять смотришь в одну точку. — Я смотрю на Илью. Хейден проследил за его взглядом. Увидел троих в центре зала. — И что он делает? — Сидит с друзьями. — И ты смотрел на них пять минут? Шейн моргнул. — Пять? — Не меньше. Я тебя звал. Шейн снова посмотрел в центр зала. Илья что-то говорил девушке, та кивала. Потом он поднял голову — и встретился взглядом с Шейном. На секунду Шейн замер. Потом Илья улыбнулся — широко, по-настоящему — и помахал рукой. Шейн не умел махать в ответ. Он просто поднял руку. Неловко, как будто никогда в жизни этого не делал. Илья кивнул и снова повернулся к своим друзьям. Хейден отодвинул тарелку. — Ты помахал. — Нет. — Я видел это своими глазами. Только что. — Возможно. Хейден усмехнулся. — Он хороший? — Кто? — Илья. Шейн задумался. Посмотрел в свою тарелку — нетронутую, остывшую. — Он учит формулы, — сказал Шейн. — И не смотрит мне в затылок. — Это не ответ. — Спроси через пару недель. Мне нужно собрать больше данных. Он сказал это ровно, но Хейден заметил, как пальцы Шейна перебирали край рукава — быстро, нервно, ритмично. — Ладно, — сказал Хейден. — Пойдём? — Да. Они собрали подносы и вышли. У выхода Шейн на секунду обернулся. Илья снова смотрел в его сторону — но не пристально, а тепло, как смотрят на что-то знакомое и приятное. Шейн отвернулся первым. Света посмотрела на Илью. — Ты кому махал? — Шейну. — Веснушке с матана? — Не называй его так, у него есть имя, — произнёс Илья. Света посмотрела в угол, где только что сидели Шейн и Хейден. Сейчас там было пусто. — Остынь. Шейн так Шейн, — усмехнулась она. — Так он просто сидел и смотрел на нас? — Наверное. — Мог бы подойти и поздороваться. — Не мог бы, — ответил Илья. — А что такого? Мы с Сашей такие страшные? — Мы злобные русские, Светик, не забывай об этом, — посмеялся Саша. — Вы нифига не выкупаете, — ответил Илья. Он посмотрел на дверь, за которой исчез Шейн. — Просто… он другой. — Другой, значит. Ну, пусть смотрит. Мы не стесняемся. Саша взял билеты, которые Света положила на стол. — Так что насчёт хоккея? Ты идёшь? — Иду, — сказал Илья. — Его возьмёшь с собой? — Что? Нет. Он не любит шумные места. Света подняла бровь. — Ты уже знаешь, что он любит, а что нет? — Просто запомнил, — пожал плечами Илья. Она посмотрела на него. Пристально. Потом кивнула. — Ладно. Тогда в субботу. В семь. Она поправила блеск на губах — тот самый, которым пользовалась с прошлого года. Илья узнал упаковку, хотя бренда не помнил. — Я приду, — сказал Илья. Он взял свой кофе, отпил. Посмотрел в угол, где только что сидел Шейн. Он видел меня, подумал Илья. Настоящего.