Go to school!

Солнышко потихоньку садилось за горизонт, и на небе начинали играть розовые разводы, между которыми были оранжевые облака. Не белые как днем, а оранжевые, почти золотые, желтые. Эрон любил вечером после уроков выходить из дома, доходить до нужного островка и фотографировать закат на свой полароид, который он однажды выиграл в споре у своего друга. У мальчика в тумбе уже было много таких распечатанных фотографий, сзади которых была написана дата. Это маленькое дело — хобби, которое он любил.  И сейчас, сделав уроки, мальчик резко отодвинулся от стола на стуле с колесиками и выдохнул, массируя руку. Он делал уроки почти два часа. Суп, который был ранее горячим, стал уже давно холодным. Да и Эрон его не доел, потому что аппетит после домашней работы по математике пропал, так что сейчас надо было думать как отнести тарелку в раковину, чтобы его не остановил дедушка и не заставил доедать прям при нем. Тогда ветерку точно влетит по пятое число, а суп спустя какое-то время выйдет через горло. Фу… Эрон на цыпочках пошел до кухни, держа гремящие стакан морса и тарелку супа. Судя по тусклому свету из комнаты деда, он смотрит через кассету какой-то сериал, который видел уже множество раз. Эрон в шутку говорил, что дедушка уже все диалоги выучил и какое действие будет дальше. Это забавно.  Сделав самую шумную вещь тихой и налив в тарелку воды, чтобы не было заметно недоеденный суп в раковине, Эрон поплелся к дедушке: — Деда, можно я пофотографировать закат пойду? — Эрон встал возле разъема из двери. — М? А уроки сделал? — Софос посмотрел на него исподлобья, потому что очки у него не для дальнего зрения.  — Конечно сделал, иначе я бы не отпросился. Ну так можно, да? — Иди. Но через час чтобы был дома!  Эрон сразу убежал одеваться. А когда собрался, взял полароид и ушел из дома, прыгая по островкам до нужной точки и, ловя холодный вечерний ветер, прикрывал глаза. Ветерок перебирал волосы, играл с ними, открывая лоб Эрона, на котором все время была челка, а мальчик улыбался. Ему это нравилось.  Этот островок был меньше всех, даже можно сказать был изгоем, что ли. Но на нем росли красивые цветы, которые вечером становились розоватыми, а днем — голубыми. Пожалуй, если Эрона спросят, какие цветы он любит, то мальчик ответит — Солнечные Лилии. Правда, они растут только в ветряном царстве, так что никто не сможет их подарить ему.  Встав ближе к обрыву, ниже которого была темная пропасть, куда если упасть, то можно не выжить, Эрон протянул руки и начал настраивать камеру, фотографируя уже потом солнце. Оно всегда красивое.  Иногда даже было интересно, а в других царствах такие же закаты? В каменном, может быть, такие же, а в ледяном? По книжкам и рассказам деда Эрон знал, что там есть северное сияние, которого как раз нет в ветряном царстве. А мальчику хотелось его увидеть. Пожалуй, десятая его мечта — увидеть северное сияние. А еще среди детей ветряного королевства ходила легенда, что только ветряные смогут увидеть это сияние со своим любимым человеком: любовь двух гормианов греет их, им будут подвластны морозы ледяного королевства. Эрон зачем-то в это верил, от чего самому же смешно становилось. — Может, Айкор покажет мне северное сияние? Хах, — Эрон тряс напечатавшуюся картинку, смотря на лучи звезды, которая оставляла последние следы на коже Эрона, говоря, что она уходит на покой до самого утра. — Какая глупость эта ваша легенда. Мальчик попрыгал обратно домой, но на пол пути остановился. Огненное царство. Оно ведь по соседству с ветряным. А что если… *** Эрон шел по каменистой дороге, которая была черной-черной, будто это гуашь. Но гуашь можно смыть, а это — нет. По виду как сажа какая-то, которая помимо камешков больших витала в воздухе, щекоча нос. И как огненные этим дышат?! В начале входа в царство было темно. Прям глаз выколи.  — Ау-у? — Эрон потом резко закрыл рот руками. Нельзя! Нельзя! Нельзя! Потом взрослые ругаться же будут, если узнают! — Хей! Кто ты?!  Из тьмы донесся голос огненного, но Эрон даже не увидел, кто это. А так как испугался, то не знал, куда бежать. Даже полароид из рук выронил, а искать в темноте — дело такое себе. Он пару раз потоптался на месте, чтобы понять, где лежит аппарат, а потом просто плюнул на это занятие и убежал, что есть силы к себе в королевство. Плохая была идея.  Прибежав домой, Эрон заперся у себя комнате и скатился спиной по двери на пол. Жалко полароид… теперь его заберут эти огненные гормианы! Ладно хоть картинки напечатанные в кармане джинс остались…