Чей-то конец - чьё-то начало

-Блин, ты скоро? - Ми На слегка подрагивала от прохладного ветра. Окно одноэтажного дома было открыто нараспашку и из него доносилось тихое пение, больше похожее на обрывистые писки. - Ки Хун! - она сделала голос строгим лишь для ускорения процесса. Она не была зла на него, нет, но стоять на холоде так себе перспектива.   -Да, да, сейчас! - Сон мигом закрыл окно, после чего прошло пару минут, прежде чем он выбежал на улицу, плотно закрывая двери.   Ки Хун сиял как никогда. Он целый день ждал их встречи, поглядывая на часы в любой удобный момент. Ему очень нравилось проводить время с Ми Ной. Они виделись крайне редко, из-за чего на него не раз нахлынывали мысли о том, что их дружба не такая как у всех. Тёмная, холодная.   Общество привыкло считать, что между парнем и девушкой не может быть и капли дружбы, но Ки Хун и Ми На рушили этот стереотип. На протяжении трёх лет ни у одного из них не возникло романтической мысли. Да, они сидели рядом, держались за руки, гуляли с ночи до утра - разве не это называют настоящей дружбой? Хотя, наверняка понятие дружбы у всех разное, поэтому голова Сона всегда была забита этими мыслями. Что если когда-то мы станем чем-то больше? Вдруг окружающие правы? Он всегда поспешно отгонял их, стараясь не задумываться. Нет, они лучшие друзья. К тому же у Ми Ны вроде как появился парень.   -Почему так долго? Я уже десять минут тут стою! - она показушно надула губы, улыбаясь краем губ.   -Прости! В честь моего опоздания я.. Э-э.. Вручаю тебе куртку! - Сон засмеялся, заливаясь неловкой краской. Он рывком протянул Ми Не куртку, отчего та заулыбалась ещё сильнее.   -Ну ты и гад! На этот раз прощаю. - снова рассмеявшись, она взяла куртку и накинула её на плечи. По телу сразу же пробежали приятные мурашки, разливаясь долгожданным теплом.   Они двинулись в сторону парка, находившегося совсем неподалёку. Там, обычно, мало народу в такой-то час. Им и лучше: тишина, спокойствие и уединение. В последнее время обоим хотелось поговорить о наболевшем и вот теперь у них впереди целая ночь.   Ранний лунный свет мягко освещал их любимую лавочку. Чаще всего они сидели именно на ней час за часом, будто время останавливается. Деревья, дрожащие на ветру, ласкают слух листвой, а запах дождя проникает глубоко в нёба, вызывая улыбку.   Кихун всегда любил природу в любом её проявлении. Будь то дождь или яркое солнце, неважно. Отец с детства учил его принимать природу, судьбу, да и в целом всю жизнь той, какая она есть. Потому как, по его словам, только Всевышний вправе распоряжаться всем на Земле.   Очевидно, в Бога Сон не верил, как и его отец, хоть тот и утверждал, что видел Всевышнего своими глазами. Да, Ки Хун никогда не отрицал, что возможно всё, но принимать определенную веру, или же сторону, ему не хотелось. А отец его вряд ли верующий, ибо в каком Завете прописано пьянство и ругань на беззащитных?      - Эй, ты говорила, что у тебя появился парень! Расскажешь хоть или продолжишь скрываться? - он подмигнул, ярко жестикулируя. Ему правда было интересно.   - Серьёзно? Окей. Вчера ночью мы так..      - Нет! Избавь от подробностей! - Сон выпалил это так, что у него покраснели уши.   - Да ладно тебе. - смущенный взгляд Ки Хуна заставил её передумать. - Ну хорошо! Если в целом, то на личном всё клубнично! Он заботливый, милый, без тараканов в шкафу.. Вроде как.. Ну в общем то хороший парень! У нас с ним так всё быстро завертелось, что не успела я оглянуться, а он на коленях передо мной, так ещё и с кольцом! - она перевела дыхание. - Предложение сделал, понимаешь!!   - Вы же встречаетесь.. Два месяца? Ого.. - он нахмурился, будто прикидывая насколько сильно эта ситуация вписывается в общепринятые рамки отношений.   - Два с половиной... Ну и я сказала ему "да"! Он так обрадовался.. Я, конечно, тоже. Просто понимаешь.. Так быстро мне еще никто предложение руки и сердца не делал. - Ми На замялась, понимая, что взболтнула лишнего. Но тревога и правда жила у неё в груди. Поделиться ей она считала своим долгом.   - Ну.. Ты хорошо его хоть знаешь? -  теперь его взгляд стал более задумчивым, нежели настороженным.   - Вообще да.. Я знакома с его семьёй, знаю всю его родословную и.. - Ми На задумалась. - Работу тоже, друзей, знакомых.. Хорошо, получается? - наверное, в рамках нормы этого было достаточно.   - Ну.. Да, хорошо. А что насчёт чу.. - Ки Хун запнулся об камень и плюхнулся на асфальт, мгновенно обрываясь на полуслове. - Чувст. Сука, больно.   - Ты как всегда в своём репертуаре. - она подала ему руку, подавляя тихий смешок.   Он зашипел, осматривая ладони и тут же принял помощь. Мда, какое по счету это падение за весь день?   Отряхнув колени, Кихун поднял взгляд на красную, как помидор, Ми Ну.   - Так.. О чем мы? Чувства, да? - она подавила подступающий приступ смеха и вмиг её лицо стало серьёзным. - Я чувствую, что люблю его, но в то же время кажется, что мы с ним слишком торопимся.. - взгляд упал вниз, а плечи инстинктивно сжались в неуверенной позе.   - Тебе не о чем бояться. У вас всё получится, я уверен. - он замялся. - Только пожалуйста будь внимательна. Если заметишь что-то подозрительное в нём, то сразу же сообщи мне. Главное, не бойся ни его, ни последствий, хорошо?   - Хорошо, Ки Хун, я поняла. - Ми На улыбнулась, а поза стала свободнее, будто эти слова попали точно в цель и, наконец, успокоили её.   Они присели на лавочку, находясь в оглушительной тишине. Она не давила, а наоборот успокаивала обоих. Каждый, казалось, погряз в своих мыслях, но никто не торопился делиться ими. Зачем спешка, если у них впереди вся ночь? Внезапно тишину нарушил голос Ки Хуна:   - А как его зовут хоть? - вовремя, конечно.   - Ин Хо. Хван Ин Хо. - она сделала подобие улыбки, но тут же разлилась сдержанным смехом. - Почему ты спросил только сейчас? - теперь уже смех был слышен на всю улицу.   - Просто.. Вспомнил, что не спросил до этого.. - он смутился, понимая всю абсурдность ситуации. - Красиво имя, кстати.                             ***   Дома Ки Хуна ждала долгая и тщательная уборка. Скоро проснётся отец, а злить его, как ни странно, не хотелось.   Нельзя было сказать, что у них безумно сложные отношения, но простыми их уж точно не назвать. Постоянная ругань и рукоприкладство со стороны отца навсегда оставили трещину в сердце Сона. С самого детства он восхищался папой и мечтал стать таким же самостоятельным и сильным духом. Правда, через время его мнение о нём стало меняться. В какой-то момент Сон Мин Сок стал каждый день возвращаться домой в пьяном состоянии. Сначала, что Ки Хун, что его мать, Сон Джи А, считали это выплеском накопившегося за годы стресса, но вскоре Мин Сок стал переходить границы. То посуду разобьёт, то мебель начнёт пинать, то комнатные двери с петель выбивать.. В общем, целый букет объективно переходящих границы действий.   Достаточно скоро Сон старший был позорно уволен из крупнейшей компании города, вместе с этим его баловство с алкоголем переросло в серьёзную зависимость. Вскоре Джи А не выдержала и развелась с ним, суд, очевидно, был на её стороне. Но в процессе ей удалось добиться опеки только над дочерью, Сон Су Джин, а опека над Ки Хуном осталась у отца-алкоголика. Здесь не обошлось без его старых связей, иначе никак. Мин Сок очень любил своих детей, но в состоянии опьянения он был страшен, как и многие другие люди. На момент развода родителей Сону было пятнадцать лет.   Сейчас ему двадцать два, но он не может покинуть этот дом. По крайней мере, ему так кажется. Отцу же плевать, где его сын, лишь бы не путался под ногами, когда у него очередные "гости" или футбольный матч. Зарабатывать Ки Хуну приходилось за двоих, подрабатывая в разных местах в свободное от учёбы время. Учился он на визажиста, почти заканчивая последний курс. Неожиданно, но с детства ему нравилось наносить маме макияж, а та безмерно хвалила его и твердила, что он обладает талантом. Конечно, в первую очередь Сон руководствовался разумом, а значит в приоритете у него был стабильный и высокий доход. К счастью, визажисты в их стране востребованы, и тем самым ему удалось совместить приятное с полезным.   Мин Соку же казалось, что его выбор глуп и неуместен в нынешних реалиях, но Ки Хуна это нисколько не волновало, учитывая, что отец давно потерял авторитет в его жизни.   Возвращаясь в настоящее время, стоит сказать, что Сон приходил домой только ночевать. Учёба и подработки отнимали всё свободное время. Даже сейчас ему пришлось пожертвовать драгоценным отдыхом, ради прогулки. Впереди уборка и сбор в университет.   И как на зло все его мысли заняты негативными воспоминаниями, которые навсегда останутся в прошлом, но будут тревожить посмертно.                               ----   - Сын! Открывай быстрее! - пьяный крик оглушил Ки Хуна, заставляя нервно вздрогнуть и подняться с кровати. - Ну?! Где ты там?!   Обычно Сон не ложился в такое время, заведомо зная, что скоро придёт отец, но сегодня усталость свалила его с ног. И только он задремал, как услышал стук.   Ки Хун медленно перешагивал через разбросанную им же одежду босыми ногами, стараясь не упасть от резкой смены положения. Подходя к двери, он ужаснулся, почувствовав слишком сильный запах спирта. Его мгновенно затошнило, но пришлось взять себя в руки.   Как только раздался щелчок замка, в дом тут же влетел пьяный Мин Сок, яро жестикулируя и что-то твердя в бреду:   - Ты почему так долго? У меня хорошие новости! - он крепко схватил руку Ки Хуна и с напыщенным донельзя счастьем заявил. - Я встретил своего друга, представляешь? Того самого! - звенящая улыбка тут же превратилась в оскал, не предвещая ничего хорошего.   - Что ещё за друг? - Сон промямлил, стараясь сделать голос более возбуждённым, чтобы лишний раз не разозлить отца.   - Тот самый! Ха Джун! Мы с самого детства с ним были вместе! - Мин Сок резко вздернул руку вверх, отчего Ки Хун лишь поморщился. - Понимаешь ли, он сейчас владеет крупным модельным агентством!   - К чему ты клонишь? - раздражение возрастало в груди, а сонливость давила на мозг, но он продолжал делать вид, что ему интересно.   - К тому, что у него куча денег! А ещё, самое главное.. - он наигранно сделал паузу. - Он сказал, что готов помочь любой суммой! Когда угодно! - оскал стал ещё шире и только сейчас Сона осенило.   Вот только в тот момент, когда он собирался возразить, отец с силой сжал его руку до невыносимой боли, а после оттолкнул, заметив, что Ки Хун всё понял. Тот врезался в стену и решил оставить этот разговор на завтра, так как сейчас было разумнее всего лечь и поспать. Как бы совесть не грызла его изнутри.                               ----   Оглядываясь в прошлое, Ки Хун понимает, что стоило бы настоять на своём, крикнуть что-то, поругаться, но он этого не сделал, решив, что лучшим решением будет просто перенести диалог на более удобный момент. И как на зло этого момента так и не наступило.   Уже около года Мин Сок буквально выкачивает деньги из своего старого друга под самыми разными предлогами. То ремонт в доме срочно нужен, то долг какой-то срочный покрыть, то ещё что-нибудь. Деньги эти, естественно моментально уходили на алкоголь и ставки на спорт, которыми он стал увлекаться совсем недавно. Существовать им двоим также приходилось на деньги Ки Хуна.   Весь этот год Сон пытался абстрагироваться, часто ходил в гости к маме и сестре, оставался у них на ночь и пытался отвлечься. Джи А сотню раз твердила сыну, чтобы тот переехал к ним от отца, на крайний случай она даже готова была снять ему отдельную квартиру, но тот упрямо твердил что-то про "сыновей долг" и отказывался, хотя сам неоднократно бился в истерике от усталости, находясь в доме матери.   В день рождения Су Джин он отказался от подработки и пошел к ним домой, намереваясь преподнести свой подарок, на который он копил месяц, как можно лучше.   Идя по пешеходному переходу, Ки Хун настолько задумался, что не заметил летящей перед ним легковушки и чуть было не попал под колёса, благо успел остановиться. Конечно, сразу после этого он начал переживать о том, как пройдет день, если его только что чуть не сбили. Мысли окутали его и он совсем не заметил, как мимо, впереди, пробежал маленький чёрный котёнок.   Раздался стук в дверь. Сон мялся на пороге в ожидании, но прошло около пяти минут, но ответа так и не последовало. Тогда он постучал ещё раз. Тишина. Он нервно достал телефон и набрал маму, а затем Су Джин, но обе не брали трубку. В груди поселилось плохое предчувствие, ведь вчера он разговаривал с мамой и та заверила его, что они весь день будут находиться дома.   Внезапно послышался звук открывающейся двери. Из соседской квартиры вышла молодая девушка с опечаленным видом. Она вскинула брови, заметив Ки Хуна и тут же тяжело вздохнула, пытаясь настроиться на диалог.   - Вы?.. К госпоже Сон?.. - она нервно вздохнула, втягивая пыльный подъездный воздух.   - Да, вы знаете где она сейчас? - в груди начинала зарождаться сильная тревога, сердце колотилось с бешенной скоростью.   - Она.. В больнице.. С дочерью своей.. - её голос дрогнул, а взгляд упал в бетонный пол. - У Су Джин.. Насколько мне известно, была передозировка..   В груди защемило, руки сжались в кулаки с неимоверной силой, а из глаз прыснули отчаянные слёзы. Весь мир сузился до его младшей сестры, которую он любил до безумия и всегда старался радовать, несмотря на редкие встречи. Сегодня ей исполнилось всего четырнадцать лет.   - Вы.. - Ки Хун сглотнул вязкую слюну и жалобным взглядом уставился на неё. - Уверены?..  - голос дрогнул. В горле сжался невидимый ком.   - Я желаю ей скорейшего выздоровления.. - девушка помедлила. - Мне пора, извините. - она поспешно закрыла квартиру и вылетела вниз по лестничной клетке.   Он остолбенел, судорожно хватая воздух. Ноги больше не держали, а слёзы лились градом на застывшем от ужаса лице. Через несколько секунд Сон отключился. Последнее, что он почувствовал - это бетон под собой.                              ***   Больничные стены были пропитаны запахом боли и отчаяния. Именно это чувствовал Ки Хун, подходя к палате номер восемь. Там лежала Су Джин.   Врачи сказали, что им удалось спасти её с огромным трудом. На руку сыграло время. Джи А успела.   Сон дернул ручку и в глаза ударил тёплый солнечный свет, поглощая всё его нутро с ног до головы. Сердцебиение участилось, а улыбка появилась сама собой, когда он увидел Су Джин.   Он всё также утопал в отчаянии, в вине на самого себя, что не доглядел, не уследил, не успел предотвратить, но одна только её живая мимика заставила его забыться и проронить слёзы счастья.                              ***   С того случая прошло около двух месяцев, Ки Хун практически не ночевал дома, находясь рядом с сестрой и наслаждался каждым днём, проведённым с ней бок о бок. Запоминал каждую её улыбку, каждый смешок, каждую шутку, будто в один момент может это всё потерять.   Домой заходил он исключительно для того, чтобы занести отцу продукты и прибраться. Безусловно, у него не было ни малейшего желания, но чувство долга томилось в груди, терзая душу на мелкие осколки.   После того ужасного дня Ки Хун боится потерять любого близкого человека. Он тратит неимоверное количество сил, чтобы уделить внимание каждому и в конце концов растворяется во времени, теряя саму сущность своего существования.   Отец всё также выпивал и ставил ставки, вызывая у Сона чувство безнадёжности и отчаяния. Каждый день для него стал настоящим адом. Учёба стала даваться сложнее, хотя подходила к концу, подрабатывать почти негде, а внутри мысли метаются от одной к другой.   Ки Хун давно стал замечать, что почти не ест. У него всегда были тяжёлые отношения с едой, но сейчас они ухудшились вдвое. Сокурсники кидали на него презрительные взгляды, если тот приходил в мятой одежде или с грязной головой. У него не было сил даже общаться с Ми Ной, хотя раньше она была ему лучшей подругой. Правда, вчера им наконец-таки удалось списаться. Ненадолго, конечно, но удалось. Как оказалось она рассталась с тем парнем, не успев сыграть свадьбу. Тот хотел от неё фиктивного брака, лишь бы создать впечатление семьи для сумасшедшего папаши. Ми На не сильно расстроилась, потому что сомневалась в своих чувствах и она была рада, что узнала об этом от самого Ин Хо, ещё и до свадьбы. В общем, интересная ситуация. Про себя же Ки Хун умолчал, сказал только про бесконечную усталость и желание выбраться из этого замкнутого круга.   И он правда хотел этого, как лёгкие воздух. В таком состоянии Сон прибывал до одного единственного момента.   Однажды в дверь отцовского дома постучали.