Моя сладкая месть

             На всю квартиру был слышен истерический лепет переходящий в плач и обиженные шаги по всей комнате, и чем дальше разгоралась тирада, тем сорванее становился голос Хелен. Для девушки день был испорчен с самого начала и с самого начала её брат Вару и их общий друг и одноклассник Пик терпели жалобы на, для ребят, печально известного школьного "ловеласа", который давно нравится Хелен. Ну хоть убейся не видит она в нём ничего отрицательного. Всё одно – бабочки в животе и пелена на глазах.       – Хел, сядь уже. Успокойся. – это, наверное последнее, что хотелось бы слышать в такой ситуации белокурой красавице. Она с красным от слёз лицом и потёкшими румянами повернулась к Пику, который ей это сказал, сидя в углу на кровати и безидейно дёргая струны чужой электрогитары.       – Не могу я! – Вару подошёл к ней и, подталкивая за плечи к кровати, надавил на них, чтобы та села на неё. Хелен закрыла глаза и поставила на кровать ноги в белоснежных капроновых колготках, которые в сложившейся ситуации служили намёком на невинность и наивность девушки. – Как он мог? Он же обещал!       – Ты всё ещё умудряешься ему верить? – продолжал отвлечённо комментировать происходящее Пик. Вару сел рядом с ней и одноклассником. Он не меньше задолбался от её жалоб, но желание поддержать и выслушать сестру было всё же выше.       – Да, хватит уже пиздострадать из-за этого розового петуха. Он ни капли твоих слёз не стоит, как до тебя не дойдёт? – Хелен скуксилась, сложив бровки домиком, и легла на плечо Вару, скрестив руки.       – Вару прав, – Пик сел, прогибая матрас, из полулежачего положения и подвинулся ближе к двоим. – Но каждый раз это приходит к тому, что ты вновь ведёшься на его "красивые глазки". – парень два раза согнул пальцы на правой руке, показав кавычки, и пародийно наигранно проморгал. Кудрявые студент ухмыльнулся, молча соглашаясь.       – Да блин! – всплёскивает девушка руками. – Я не могу без него, а он такой... недоступный? – она мечтательно закатила глаза, сложив в замок ладони у розовых губ. – Вот вам везёт... – парни удивлённо переглянулись.       – Что ты имеешь ввиду? – аккуратно спросил Пик глядя на Вару, в то время, как он, еле сдерживая нервную улыбку, отвернулся.       – Ну всмысле? Вы всегда рядом друг с другом, а ты идиот- – девушка только стрельнула взглядом в кудрявого парня, собираясь будто за что-то его отчитать, но он внезапно закрыл ей рот ладонью.       – Так, сис, давай закройся! – его голос еле дрогнул, пока он постарался перебить сестру и не смазать случайно её помаду.       – Да чего!? – возмутилась Хелен одёргивая от лица руку.       – Не обращай внимание! – обратился Вару к недоумивающему другу, пихая девушку в плечо, на что та, слегка потупив, резко прошипела с округлившимися глазами, поняв, как она чуть не выдала секрет брата. Снова. Она тихо извинилась, неловко сведя носочки ног вместе. – Кхм, давайте сменим тему. У нас вообще-то концерт через неделю. – Хелен предложила чай и ушла на кухню, пока парни остались в комнате наблюдать почти успешные потуги Пика играть на электронике.       Пик и Вару состоят в своей собственной кавер группа "Valentine's Day", в которую входят ещё двое участников: Хелен и Зонтик. Длинноволосую Мальвину к ним притащила белая, так как услышала, как тот круто играет на барабанных установках. Парни сначала не очень к нему относились, но как только он показал свою заинтересованность в этом деле и по настоящему раскрепостился, решили, что зацепили редкий экземпляр тихони-рокера. Теперь эта кличка не отлепиться от Зонти никогда. Сочувствуем ему, но не сильно.       Об их группе в школе не слышал только глухой, а на своеобразные концерты в местных клубах ходят не только истинные фанаты, коих не так уж и мало для подростковой группы. Стиль их собственных песен – это закосы на что либо уже популярное: музыка похожа на Папин Олимпос, а в текстах есть немалая доля подросткового максимализма, как у старых песен Алёны Швец, которые так любит Хелен, и она же чаще всего является автором текстов. Девушка, в отличие от остальных ребят в группе, начинала не с игры на мамином синтезаторе, а с пения, что звучит в каждой песне на главной или бек вокальной дорожке.       Голос у неё был мелодичный, гибкий, хотя ошибки у неё тоже были, которые замечал единственный Пик, но, несмотря на свой красивый тембр, отказывался петь и лишь сводил звук, подыгрывая на басу. Как бы его не уговаривали и как бы не восхищались, он был непреклонен и стоял на своём до недавнего времени; до того самого дня, когда из группы ушёл Ромео. Это тот самый парень по которому течёт Хелен и чуть ли не вся женская половина школы. Он был вокалистом с классным голосом и самовлюблённой, дерзкой натурой. А ушёл он из-за своих взглядов, когда один из участников команды решил признаться в своей нетрадиционной ориентации.       – Ребят, у меня, кароче, есть что вам сказать... – неуверенно начал Пик, вертя в руках жестяную банку от безалкогольной газировки и шарясь взглядом по мусорному контейнеру, стоящему сзади небольшого магазина со всяким барахлом и списанной, не очень качественной едой, за неимением другого варианта куда бы деть глаза. Четыре парня и одна девушка бесцельно болтали у заднего выхода дикси тёти Хелен, что разрешала нередко бывать там и прогуливать уроки. Темноту летнего вечера освещал оранжеватый фонарь, переливая своё свечение в кудрявых зелёных волосах Вару, который первый поинтересовался о чём его друг хочет поведать.       – Так говори, чего ждёшь? – улыбнулся кудряш, наблюдая за тяжело вздымающейся грудью Пика, не находящего себе места, но уверенно идущем к своей цели.       – В общем... – мнётся он. – Не знаю даже, как сказать, – парень кинул в сторону мусорки опустевшую банку напитка и засунул руки в карманы. – Я просто хотел уточнить или лучше сказать признаться, чтобы потом не было недопониманий, – кажется признаваться в этом было сложнее, чем казалось. – Не знаю, как вы к этому отнесётесь.       – Да ладно тебе, – подал вдруг голос Зонтик, стоящий в стороне, как всегда настраивая и успокаивая. – Мы поймём, если что. – Пик трепетно выдохнул, призакрыв глаза.       – В общем, я по мальчикам. – на это внезапное признание обратили своё удивлённое внимание все, кто там находился, особенно Ромео, и парень находясь под таким пристальным вниманием поспешил добавить. – Опять же, говорю это, чтобы не возникало недопониманий... Если что, ну, вдруг. – Пик отвернулся и, пока никто ничего не собирался говорить, сто раз пожалел о сказанном.       – Хах, да ладно... – взволнованно начал Вару. – Если честно... мне тоже) – и ухмыльнулся, продолжая смотреть на друга. Тот оживился, впившись ошарашенными глазами в него.       – А меня это ни капли не смущает. – продолжил успокаивать Пика Зонтик, а за ним последовала и Хелен.       – Мне такое даже нравится. Всё в порядке, – она прикрыла губы рукой, широко улыбнувшись и покосилась на Вару, хихикнув. – И то, что мой брат гей, я знаю уже давно и даже знаю кто ему нравится)       – Хелен... – недовольно протянул её кудрявый парень, складывая руки на груди.       – Всё, всё, не буду... – беловолосая девушка повернулась к предмету своего обожания. – А что насчёт тебя, Ром?       – Что? – вздрогнул всё это время молчавший школьник, на лице которого отразилось замешательство.       – Тебе может быть тоже? – розовый скривился.       – Как ты вообще могла подумать, что мне нравятся парни? – Хелен удивлённо хмыкнула. – Это же просто отвратительно! – парень оскалился и девушка пошатнулась от него, с опаской нахмурившись.       – Эй, Ром, если тебе это неприятно, то оставь своё недовольство при себе и просто промолчи, в чём сложность? – возразил на показанные им зубы Пик и встал рядом с подругой. Рома сперва промолчал, оглядывая лицо парня. В карьих глазах мелькнуло что-то неоднозначное, что Пик не смог проигнорировать и его губы дрогнули в еле заметной улыбке. Но молчание длилось не долго.       – Не ожидал от тебя такого, Пик, – Рома вновь нахмурился. – Думал, ты нормальный, – отступил назад. – Я не хочу быть в одной группе с пидорасами. – огрызнулся он, складывая руки в узел на груди и гордо смотря на всех, заметив разочарование на розовом лице Хелен, что тут же отвела глаза. Его и это ничуть не тронуло.       – Тогда можешь считать, что больше не её часть. – спокойно сообщил Вару, справедливо заметив, что его никто не держит. Розовый фыркнул и, оторвав с земли свой рюкзак, направился проч.       – Ну и вали, пф, – Пик глянул на заступника, что всё ещё зло смотрел в след уходящему. – Неужели наша деятельность на этом прервётся?       – Ага, щас... – Вару повернулся к другу, довольно скалясь. – Ещё никогда не было такого, чтобы какой-то уёбок смог подкосить мою уверенность. Не парься. – парень быстро провёл взглядом по лицу Пика, чувствуя свой проигрыш в споре с Хелен, про то будет ли у него шанс на что-то большее чем дружба с одноклассником.       – Хмх, значит не велика потеря, – длинноволосый парень улыбнулся в ответ, пожав плечами, и пошёл к запасному выходу из магазина, около которого всё и произошло. – Пойдёмте домой. Тут уже холодно. – Вару остался на месте, наблюдая за Пиком, пока к нему подошла Хелен и пихнула в бок, на что он вздрогнул от неожиданности.       – А глазки то загорелись, – девушка ухмыльнулась и сщурилась, мол "я же говорила", а парень, покраснев, закатил глаза. Внутри он был безумно рад и одновременно зол, и это чувство ему очень нравилось, потому что Ромео он давно невзлюбил. За все его выходки и выебоны перед всей школой, за то что в него, как назло, влюбилась сестра. Как бы хотелось ему преподать урок Ромке. Хотелось стереть надменную улыбку с его лица, но как к нему подступиться, как нащупать его уязвимость, подросток не знал.