Химера

Уилл стоял на крыльце, и в ушах всё ещё звенело это пренебрежительное «нет». В старой школе его называли «чудаком», «тихоней», а иногда и похуже, но здесь, в новом городе, он надеялся на чудо. Но чудо не было. Он быстро развернулся и почти бегом направился к своему порогу, не оглядываясь. Ему не хотелось показывать этому заносчивому мальчишке, что его глаза предательски защипало от обиды. «Ничего не изменилось», — горько подумал Уилл, налегая на тяжелую входную дверь. Мальчик с кудрявыми волосами проводил его долгим, нечитаемым взглядом. На мгновение в его глазах промелькнуло что-то похожее на минутное замешательство, но он тут же стряхнул его, словно назойливое насекомое, и вернулся к своим цветам. Вечер опустился на Митчелл внезапно, принеся с собой густые тени и стрекот цикад. На кухне Байерсов горела лишь одна тусклая лампа над столом. Джойс, несмотря на усталость, старалась создать подобие уюта, расставив тарелки с наспех приготовленными сэндвичами. — Здесь совсем другой воздух, правда? — Джойс улыбнулась, переводя взгляд с Джонатана на Уилла. — Тихий город. Я думаю, нам здесь будет спокойнее. Джонатан кивнул, задумчиво ковыряя край скатерти. Он видел, что Уилл сегодня подозрительно молчалив, даже для себя самого. — Кстати, — Джойс оживилась, вспомнив разговор с хозяйкой. — Карен упоминала, что у них есть сын, Майк. Кажется, он твой ровесник, Уилл. Ты мог бы подружиться с ним. Карен сказала, он очень сообразительный мальчик. Было бы здорово, если бы вы вместе пошли в школу в сентябре. Уилл замер с куском хлеба в руке. Майк. Теперь у его обидчика было имя. Перед глазами снова всплыл этот высокомерный взгляд и задранный подбородок. Уиллу хотелось сказать: «Мама, он меня ненавидит». Но он посмотрел на Джойс. В её глазах была такая надежда, такая хрупкая вера в то, что здесь всё будет иначе, что он просто не смог её разочаровать. — Да... — тихо ответил Уилл, выдавив из себя подобие улыбки. — Я постараюсь подружиться с ним. — Вот и отлично, — Джойс облегченно вздохнула и повернулась к старшему сыну. — Джонатан, а что ты думаешь насчет твоей новой школы? Пока они обсуждали учебные планы и расписание, Уилл откинулся на спинку стула и посмотрел в окно. Из их темной столовой дом Уилеров казался сияющим замком. Окна второго этажа светились уютным желтым светом. Внезапно в одном из окон появилось движение. Тот самый мальчик — Майк — подошел к стеклу. С такого расстояния Уилл не видел выражения его лица, но почувствовал, как по спине пробежал холодок. Майк замер на мгновение, глядя прямо в сторону дома Байерсов. Казалось, их взгляды встретились сквозь ночную темноту. Уилл не успел даже моргнуть, как Майк резким, почти раздраженным движением дернул шнурок и задернул плотные шторы, обрубая полосу света. Аппетит пропал окончательно. Уилл опустил взгляд в свою тарелку. «Отлично», — пронеслось у него в голове. — «Мы здесь всего несколько часов, а меня уже кто-то ненавидит». Утро следующего дня наступило быстро, ворвавшись в комнату ярким солнечным светом. Джойс ушла ни свет ни заря — ей не терпелось закрепиться на новом рабочем месте в местном магазинчике. В пустом доме сразу стало неуютно и скучно. Тишина давила на уши, и Уилл, не выдержав, поплелся в комнату к старшему брату. Джонатан лежал на кровати, полностью погруженный в чтение какой-то толстой книги. Он даже не шелохнулся, когда дверь скрипнула. — Джон... — тихо позвал Уилл, стараясь не звучать слишком навязчиво. — М? — отозвался тот, не отрывая взгляда от страницы. — Давай сыграем во что-нибудь. Мне совсем скучно. Джонатан перелистнул страницу, на мгновение задумался, а затем, всё так же не глядя на брата, выдал: — Иди поиграй в игру «кто быстрее выбросит мусор». Победителю достанется почет и уважение. Уилл закатил глаза. Ну конечно. Джонатан в режиме «не трогайте меня, я созерцаю вечность» был абсолютно бесполезен для игр. Выйдя из комнаты, Уилл решил, что не позволит скуке испортить этот солнечный день. Он собрал свои сокровища — пачку помятой бумаги и наборы цветных карандашей. Рисование было его убежищем. Это было единственное хобби, которое они могли себе позволить: карандаши стоили центы, а воображение и вовсе бесплатно. Уилл вышел во двор и устроился на старой деревянной скамейке. Позади нее располагалась небольшая асфальтированная площадка с баскетбольным кольцом. Солнце приятно припекало затылок, и Уилл принялся за работу. На самом деле, втайне от всех, он грезил о фигурном катании. По телевизору это выглядело как магия: люди скользили по льду так легко, словно законы гравитации на них не действовали. «Словно феи», — подумал он и начал набрасывать фигуру мальчика на коньках. Уилл добавил ему огромные, детально прорисованные крылья и как раз выбирал нужный оттенок, чтобы раскрасить перья, когда в спину ему с глухим звуком прилетел мяч. Удар был довольно сильным, карандаш дернулся, оставляя некрасивую черную полосу прямо посреди рисунка. — Лукас, ну ты и кривой балбес! — раздался громкий, до боли знакомый голос. Уилл обернулся. Мяч откатился к его ногам. Перед ним стояла группа ребят. Он быстро поднял мяч, чувствуя, как внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия. К нему подбежал мальчик чуть выше его ростом, в белой кепке, надетой козырьком назад. — Лукас, быстрее! — снова крикнул тот самый вчерашний «хозяин клумбы». Майк стоял чуть поодаль, сложив руки на груди, и его лицо мгновенно исказилось, когда он узнал соседа. Мальчик в кепке — Лукас — неловко улыбнулся Уиллу и протянул руки за мячом. — Извини, я не хотел, — сказал он, принимая мяч. — Ты новенький? Я тебя тут раньше не видел. — Да, вчера приехали, — ответил Уилл, удивленный дружелюбным тоном. Лукас просиял и протянул руку для рукопожатия: — Я Лукас. А тебя как зовут? Уилл замер в шоке. С ним... что правда хотят познакомиться? Без издевок? — Уилл... — выдохнул он, пожимая ладонь. В этот момент к ним подошли остальные. Майк шел впереди, и его взгляд буквально метал молнии. Рядом с ним был полноватый мальчик в кепке и девочка с невероятно яркими рыжими волосами. — Опять ты? — зло выплюнул Майк, выступая вперед. — Вчера пытался мои цветы украсть, сегодня моих друзей хочешь себе отжать? Воришка! Уилл почувствовал, как к горлу подкатывает комок обиды, но в этот раз он решил не молчать. — Я не воришка! — нахмурившись, твердо произнес он. — Хэй, ребята, хватит! — вмешался Лукас, переводя взгляд с одного на другого. — Майк, остынь. Он мне кажется милым, совсем не похож на вора. — И в правду, Майк, хватит орать, ты ведешь себя как придурок, — подала голос рыжеволосая девочка. Она подошла к Уиллу и смело протянула руку. — Я Макс. А тебя как? Уилл смотрел на её искрящиеся глаза и яркие волосы. Он никогда в жизни не видел таких красивых девочек. Забыв, как дышать, он ответил: — Уилл... — А я Дастин! — весело вставил мальчик, стоявший позади. Майк выглядел так, будто у него сейчас задымятся уши. — Так, стоп-стоп-стоп! Вы чего это с ним знакомитесь?! — Хотим подружиться, он кажется классным, — пожала плечами Макс. — Я против! — Майк топнул ногой. — У нас компания крутых ребят! Дастин, скажи же! — Да-да... компания крутых... — Дастин на секунду замялся и тихо добавил: — А что вообще значит «крутые»? Майк с силой ударил себя ладонью по лицу. Уиллу стало не по себе от этих споров. Видеть перекошенное злостью лицо Майка было неприятно. Он молча развернулся, подхватил свои листы и карандаш, собираясь уйти. — Уилл, постой! Ты что, умеешь рисовать? — звонкий голос Макс заставил всех замолчать. Ребята уставились на листок в его руках. Уилл покраснел так сильно, что, казалось, сейчас вспыхнет. Он никогда не показывал рисунки чужим людям. Но отступать было поздно, поэтому медленно кивнул. — Ого... — Дастин первым подбежал поближе. — Ничего себе! Это что, крылья? — Смотрите, как прорисовано! — ахнул Лукас. — Майк, глянь, это же офигенно! Даже Майк, как ни старался изображать полное безразличие, не выдержал и покосился на рисунок. В его глазах на долю секунды мелькнуло невольное восхищение, которое он тут же попытался спрятать за привычной гримасой. — Майк, мы обязаны взять его в команду! — Лукас обернулся к другу. — Смотри, как круто он рисует. Нам нужен такой человек. Макс и Дастин активно закивали. Майк стоял, насупившись, чувствуя, как его авторитет «лидера» трещит по швам под напором общественного мнения. — Ладно! — буркнул он, цокнув языком и закатив глаза. — Пусть ходит с нами. Пойдемте уже играть, мы столько времени потеряли из-за этого... Ребята радостно зашумели, окружая Уилла. Они начали наперебой спрашивать, откуда он приехал, какой его любимый цвет и любит ли он комиксы. Уилл отвечал, всё еще не веря в происходящее, и смотрел в спину уходящему вперед Майку. «Какой же он всё-таки кретин», — подумал Уилл, но в глубине души он впервые за долгое время почувствовал, что, возможно, этот город действительно станет для него домом.