Яндере-Гарем с Системой Гачи в Наруто

[Дом ​Аобы] ​ ​Все ​уже ​заняли ​свои ​места ​за ​обеденным ​столом: ​Аоба ​и ​Узуки ​Югао ​сидели ​с ​одной ​стороны, ​а ​трое ​других ​разместились ​каждый ​на ​своей ​стороне. ​ ​В ​этот ​момент ​пятеро ​из ​них ​совершали ​странный ​предобеденный ​ритуал. ​ ​Аоба ​тоже ​был ​вынужден ​присоединиться. ​ ​"Я ​начинаю!" ​ ​Это ​был ​первый ​раз, ​когда ​они ​все ​пятеро ​сели ​за ​стол ​вместе, ​но ​атмосфера ​за ​обедом ​была ​очень ​оживленной. ​Они ​болтали, ​забыв ​о ​хорошей ​привычке ​есть ​в ​тишине. ​ ​Улыбка ​на ​лице ​Аобы ​не ​исчезала. ​ ​Для ​трех ​девочек ​это ​тоже ​был ​первый ​раз, ​когда ​они ​попробовали ​блюда, ​лично ​приготовленные ​Аобой. ​Время ​от ​времени ​они ​восклицали ​от ​удивления ​или ​хвалили, ​каждая ​из ​них ​сияла ​улыбками. ​ ​После ​сытного ​ужина ​небо ​полностью ​потемнело. ​После ​того ​как ​облака ​рассеялись, ​ночное ​небо ​было ​усеяно ​бесчисленными ​звездами, ​серебряный ​свет ​которых ​отражался ​на ​заснеженном ​дворе. ​ ​Теперь ​в ​маленькой ​кухне ​теснились ​пять ​человек. ​ ​Поскольку ​Тентен, ​Ино ​и ​Сакура ​совсем ​не ​помогали ​с ​готовкой ​раньше, ​они ​добровольно ​вызвались ​помочь ​сейчас. ​ ​И ​вот ​они ​все ​оказались ​в ​тесноте. ​ ​Одна ​маленькая ​тарелка ​— ​что ​она ​такого ​сделала, ​чтобы ​заслужить ​такую ​чистку ​пятеркой, ​будто ​на ​конвейере? ​ ​Помыв ​посуду, ​они ​все ​плюхнулись ​на ​диван, ​выглядя ​совершенно ​довольными. ​ ​"Аоба, ​как ​насчет ​того, ​чтобы ​рассказать ​нам ​еще ​одну ​историю?" ​— ​не ​удержалась ​Ино. ​Это ​было ​идеальное ​время ​для ​того, ​чтобы ​послушать ​рассказ. ​ ​Тентен ​и ​Сакура ​тоже ​поддержали. ​ ​Но ​их ​сразу ​же ​отклонила ​Узуки ​Югао: ​"Уже ​поздно. ​Вам ​всем ​пора ​домой..." ​ ​"Еще ​чуть-чуть," ​— ​взгляд ​Тентен ​выражал ​надежду, ​а ​голос ​был ​тихим, ​как ​будто ​она ​умоляла, ​"Сестра ​Югао, ​мы ​не ​сможем ​играть ​вместе ​еще ​долго ​после ​этого, ​я ​не ​хочу ​уходить ​так ​рано." ​ ​"Верно, ​сестра ​Югао, ​дайте ​нам ​остаться ​еще ​немного." ​ ​Смотря ​на ​то, ​как ​три ​девочки ​умоляют ​Узуки ​Югао, ​Аоба ​не ​мог ​не ​почувствовать ​легкое ​недоумение. ​ ​'Это ​же ​мой ​дом, ​понимаете? ​Разве ​не ​мне ​вы ​должны ​просить?' ​ ​"Если ​вы ​не ​собираетесь ​домой, ​может, ​планируете ​остаться ​на ​ночь?" ​— ​не ​удержался ​Аоба. ​ ​"Это... ​на ​самом ​деле ​не ​такая ​уж ​плохая ​идея," ​— ​глаза ​Ино ​загорелись, ​"Я ​никогда ​не ​ночевала ​вне ​дома." ​ ​"Да, ​я ​тоже," ​— ​глаза ​Тентен ​тоже ​заблестели. ​ ​"Я-Я ​тоже," ​— ​Сакура ​робко ​подняла ​руку. ​ ​Затем ​они ​втроем ​разом ​повернулись ​к ​Аобе, ​ожидая ​его ​ответа. ​ ​Узуки ​Югао ​слегка ​нахмурилась. ​Это ​была ​не ​ее ​первая ​ночевка. ​ ​Раньше, ​когда ​ей ​приходилось ​заботиться ​о ​Аобе, ​она ​часто ​оставалась ​ночевать. ​Оставалась ​она ​или ​нет, ​это, ​естественно, ​не ​требовало ​одобрения ​Аобы. ​ ​Ее ​недовольство ​было ​вызвано ​тем, ​что ​ей ​показалось, ​будто ​эти ​три ​девочки ​слишком ​рано ​повзрослели. ​Они ​даже ​еще ​не ​поступили ​в ​Академию ​ниндзя, ​а ​уже ​думают ​о ​ночевке ​в ​доме ​мальчика? ​ ​"Ну..." ​— ​этот ​вопрос ​застал ​Аобу ​врасплох. ​ ​Подумав ​немного, ​он ​задал ​встречный ​вопрос. ​ ​"Я ​не ​против, ​если ​вы ​останетесь, ​но ​как ​насчет ​ваших ​мам? ​Как ​вы ​собираетесь ​объяснить ​это ​им?" ​ ​"Если ​вы ​проспите ​всю ​ночь, ​вас ​могут ​за ​это ​наказать." ​ ​"Ах!" ​— ​как ​и ​ожидалось, ​Тентен, ​услышав ​это, ​издала ​испуганный ​возглас, ​и ​ее ​лицо ​омрачилось, ​"Я ​сказала ​папе, ​что ​иду ​тренироваться ​в ​метании..." ​ ​"Пфф!" ​— ​Ино ​точно ​не ​упустила ​бы ​возможности ​подшутить ​над ​Тентен. ​Ведь ​Тентен ​всегда ​занимала ​Аобу. ​ ​Тентен, ​конечно, ​не ​могла ​спокойно ​терпеть ​насмешки ​Ино. ​Она ​надулась ​и ​сказала: ​"А ​ты ​думаешь, ​ты ​можешь ​остаться?" ​ ​"Хм, ​я ​сказала ​маме, ​что ​иду ​играть ​с ​Сакурой. ​Если ​я ​скажу, ​что ​остаюсь ​у ​Сакуры, ​то ​все ​будет ​в ​порядке." ​ ​Голос ​Ино ​звучал ​с ​ноткой ​возбуждения, ​это ​была ​ее ​победа. ​ ​"Я ​тоже, ​я ​просто ​скажу, ​что ​остаюсь ​у ​Ино," ​— ​две ​подруги ​обменялись ​взглядами, ​их ​радость ​была ​очевидной. ​ ​"Вы... ​вы..." ​— ​Тентен ​была ​так ​расстроена, ​что ​даже ​не ​могла ​говорить. ​Она ​только ​что ​поняла, ​что ​ей ​теперь ​придется ​идти ​домой. ​Но, ​глядя ​на ​самодовольное ​лицо ​Ино, ​она ​чувствовала, ​что ​не ​может ​сдаться. ​ ​Как ​наблюдатели, ​Аоба ​и ​Узуки ​Югао ​почувствовали, ​что ​у ​них ​начинается ​головная ​боль. ​ ​Они ​поняли, ​что ​когда ​Тентен, ​Ино ​и ​Сакура ​собирались ​вместе, ​их ​IQ, ​казалось, ​значительно ​падал. ​ ​Этот ​явно ​хлипкий ​предлог. ​Если ​мама ​Ино, ​Яманака ​Рино, ​и ​мама ​Сакуры, ​Харуно ​Мэбуки, ​просто ​перепроверят ​друг ​у ​друга, ​разве ​они ​не ​будут ​сразу ​же ​разоблачены? ​ ​И ​им ​даже ​не ​нужно ​было ​ждать ​этого. ​ ​"Ино!" ​— ​снаружи ​двора ​вдруг ​раздался ​сердитый ​голос. ​ ​Ино, ​которая ​спорила ​с ​Тентен, ​вздрогнула ​и ​вскочила ​с ​дивана, ​"Это... ​это ​похоже ​на ​мою ​маму..." ​ ​В ​голосе ​Ино ​была ​нотка ​страха. ​Ее ​мама ​обычно ​была ​довольно ​строга. ​Хотя ​она ​сохраняла ​достойный ​вид ​на ​людях, ​дома ​она ​была ​довольно ​грозной, ​"Ино, ​ты ​хочешь, ​чтобы ​я ​вошла ​и ​вытащила ​тебя?" ​ ​"Мама, ​я ​сейчас ​выхожу!" ​— ​Ино ​поспешно ​крикнула ​в ​ответ. ​ ​Она ​бросила ​Аобе ​жалобный ​взгляд, ​затем ​схватила ​Сакуру ​за ​руку ​и ​побежала ​наружу. ​ ​Сакура: ​… ​ ​Сначала ​Сакура ​почувствовала ​себя ​немного ​неловко. ​Но ​как ​только ​она ​вышла ​наружу ​и ​увидела ​Харуно ​Мэбуки, ​стоящую ​у ​входа ​во ​двор, ​она ​больше ​не ​смела ​чувствовать ​себя ​неловко. ​ ​"Мама..." ​— ​выйдя ​наружу, ​и ​Ино, ​и ​Сакура ​тихо ​поздоровались ​с ​мамами. ​ ​Яманака ​Рино ​не ​ответила ​сразу. ​Сначала ​она ​бросила ​на ​Аобу, ​который ​вышел ​вместе ​с ​ними, ​сердитый ​взгляд, ​прежде ​чем ​переключить ​внимание ​на ​свою ​дочь. ​ ​Ино ​инстинктивно ​втянула ​шею, ​но ​ожидаемый ​щелчок ​по ​лбу ​не ​последовал. ​Яманака ​Рино ​просто ​схватила ​Ино ​за ​руку ​и ​увела. ​ ​"Я ​сохраню ​тебе ​лицо ​на ​людях, ​но ​подожди, ​пока ​мы ​вернемся ​домой. ​Я ​разберусь ​с ​тобой ​тогда!" ​— ​сердито ​сказала ​Яманака ​Рино. ​ ​Эта ​девочка ​еще ​даже ​не ​выросла, ​а ​уже ​хочет ​оставаться ​на ​ночь? ​ ​С ​другой ​стороны, ​Сакуру ​ждала ​та ​же ​участь. ​Единственное ​отличие ​было ​в ​том, ​что ​Харуно ​Мэбуки ​тащила ​ее ​за ​ухо. ​ ​Они ​обе ​могли ​только ​смотреть ​на ​Аобу ​неохотным ​взглядом, ​пока ​их ​мамы ​уводили ​их. ​ ​"Хм, ​эти ​двое ​были ​такими ​высокомерными ​только ​что, ​им ​так ​и ​надо," ​— ​во ​дворе ​Тентен ​стояла, ​упирая ​руки ​в ​бока, ​с ​довольным ​выражением ​на ​лице. ​ ​Аоба ​не ​мог ​не ​улыбнуться ​и ​потер ​лоб. ​ ​"Ну ​тогда, ​Тентен, ​разве ​ты ​не ​должна ​тоже ​отправиться ​домой? ​Иначе ​твоя ​мама, ​возможно, ​уже ​в ​пути." ​ ​"Не ​беспокойся, ​не ​беспокойся. ​Эй, ​Аоба, ​как ​насчет ​того, ​чтобы ​прогуляться ​по ​ночному ​рынку? ​Когда ​мы ​устанем, ​я ​могу ​просто ​пойти ​домой," ​— ​теперь, ​когда ​никто ​не ​мешал, ​конечно, ​она ​должна ​была ​воспользоваться ​возможностью. ​ ​"Ээ… ​а ​если ​ты ​вернешься ​слишком ​поздно? ​Разве ​ты ​не ​боишься ​наказания?" ​— ​Аоба ​не ​мог ​не ​беспокоиться ​за ​нее. ​ ​"Ничуть! ​Я ​не ​боюсь," ​— ​Тентен ​гордо ​похлопала ​себя ​по ​груди. ​ ​"Правда? ​Тогда ​почему ​ты ​не ​боишься?" ​ ​"Не ​боюсь, ​не... ​ээ..." ​— ​Тентен ​собиралась ​продолжать ​храбриться, ​когда ​вдруг ​поняла, ​что ​этот ​голос ​не ​принадлежит ​Аобе. ​ ​Она ​медленно ​повернула ​голову ​и ​увидела, ​как ​ее ​мама ​смотрит ​на ​нее ​теплой, ​дружелюбной ​улыбкой. ​ ​'О ​нет.' ​ ​"Аоба, ​мне ​нужно ​идти! ​После ​тренировки ​ты ​обязательно ​должен ​найти ​меня!" ​— ​Тентен ​говорила ​с ​молниеносной ​скоростью, ​затем ​бросилась ​к ​воротам. ​Только ​чтобы ​быть ​пойманной ​своей ​мамой, ​которая ​схватила ​ее ​за ​ухо. ​ ​"Ты, ​маленькая ​проказница, ​ты ​только ​что ​сказала, ​что ​не ​боишься? ​У ​тебя ​слишком ​много ​свободного ​времени. ​Завтра ​ты ​будешь ​отвечать ​за ​организацию ​всех ​сюрикенов ​в ​хранилище!" ​ ​"Ах? ​Не ​может ​быть, ​мама! ​Их ​так ​много…" ​— ​когда ​голос ​Тентен ​затих ​вдалеке, ​Аоба ​улыбнулся ​с ​горечью. ​ ​В ​то ​же ​время ​он ​почувствовал ​небольшое ​облегчение. ​Слава ​богу, ​что ​их ​отцы ​не ​пришли ​вместо ​мам. ​Иначе… ​'Эти ​старики, ​возможно, ​захотели ​бы ​убить ​меня.'