Пэйринг и персонажи
Метки
Отклонения от канона
Смерть второстепенных персонажей
Преступный мир
На грани жизни и смерти
Засосы / Укусы
Боязнь смерти
Мистика
Смерть антагониста
Покушение на жизнь
Упоминания смертей
Исцеление
Предательство
Сверхспособности
Невзаимные чувства
Подразумеваемая смерть персонажа
Предложение руки и сердца
Упоминания смертей животных
Невзаимные предначертанные
Предвидение
Кланы
Предрассудки
Смерть животных
Повелитель смерти
Необратимые превращения
Боязнь насекомых / Боязнь пауков
Завоевание
Невезение
Ковбои
Пауки
Описание
Корди любит Вэйлона. По-настоящему — так, как монстр может любить того, кто носит ковбойскую шляпу и вечно падает в грязь. Она терпит Джо. Улыбается. Помогает. Ждёт. Но Вэйлон смотрит только на свою апатичную напарницу — и никогда на неё. У Корди восемь зрачков, и каждый видит одно и то же: она всегда будет второй. А Смерть всегда слушает тех, кому есть что предложить в обмен на справедливость.
Глава 2. Сама смерть.
28 апреля 2026, 05:17
Край каньона пахнет пылью и чем-то сладковатым — тем запахом, который появляется, когда гниёт что-то большое и никто не пришёл это хоронить.
Корди идёт одна.
Это странно — одна. У неё четыре руки, восемь зрачков, и каждая часть её тела привыкла к движению, к суете, к шуту, который она разыгрывает каждую минуту своей жизни. Без зрителей её пальцы начинают подрагивать. Без Вэйлона, на которого можно смотреть, зрачки расширяются и сужаются вхолостую, как у камеры без плёнки.
— Ты пришла, — говорит пустота.
Корди не вздрагивает. Она ждала этого голоса. Знала, что он позовёт — или она сама себя позвала, разницы больше нет.
— Ты обещал слушать, — отвечает Корди. Она садится на ближайший валун, но не как обычно — не свесив ноги, не раскинув руки в притворном расслаблении. Она садится прямо. Серьёзно. Впервые за долгое время — без улыбки.
Из тени выходит Оно.
Смерть не имеет лица — точнее, имеет все лица сразу, и ни одного своего. В этом мире Оно может быть кем угодно: старым шерифом, усталым путником, ребёнком с пустыми глазами. Сейчас Смерть выбрало форму высокой женщины в потрёпанном плаще — потому что так говорить проще. Люди доверяют женщинам. Женщины доверяют женщинам.
— Я не обещаю, — мягко говорит Смерть. — Я предлагаю. Ты пришла за предложением?
— Я пришла за сделкой.
— Осторожно. Слова имеют вес.
Корди сжимает одну из своих рук в кулак. Костяшки хрустят — у неё их больше, чем у людей, так что звук получается непривычно дробным.
— Я люблю его, — говорит она. Просто. Без кокетства, без хихиканья. Потому что в этой тени не нужно притворяться жизнерадостной. Смерть не купится. — Вэйлона. Он не видит меня. Совсем. Я для него — паук. Страшный, противный, от которого хочется отмахнуться. А Джо…
— Джо — человек, — заканчивает Смерть. — Простая, скучная, живая. Она даже не красива по-настоящему. Просто… есть. Вот что тебя бесит, Корди. Не то, что она лучше. А то, что она есть. А ты — тоже есть, но для него это ничего не значит.
Каждое слово — как игла, которую втыкают аккуратно, с медицинской точностью.
— Я хочу, чтобы он посмотрел на меня, — выдыхает Корди. — Хотя бы раз. Чтобы увидел.
— И что ты готова отдать?
Корди замирает.
Она думала об этом. Всю дорогу сюда. Пока перебирала всеми восемью руками пустоту, пока считала шаги, пока представляла, как Вэйлон смеётся с Джо — не так, как с ней, никогда не так.
— Я отдам Джо, — говорит она.
Смерть молчит. Долго.
— Это не так просто, — наконец произносит Оно. — Ты не можешь «отдать» чужую жизнь. Только свою.
— Тогда… что? Что я могу?
— Предать.
Слово падает между ними, как камень в колодец. Корди слышит, как оно летит вниз — долго, слишком долго — и только потом приходит тихий плеск.
— Приведи их ко мне. Вэйлона и Джо. Вместе. Не по отдельности — вместе, потому что они всегда вместе, и это тебя и убивает, верно? — Смерть улыбается. У неё нет губ, но Корди видит эту улыбку. — Приведи — и я сделаю так, что он посмотрит на тебя. По-настоящему. Увидит всё: и глаза твои, и руки, и то, как ты старалась для него. И тогда ты сама решишь: смотреть ему в ответ или уже будет поздно.
Корди сглатывает. Восемь зрачков мечутся — она не может зафиксировать взгляд, потому что в голове слишком много картинок. Вэйлон, падающий в грязь. Вэйлон, поправляющий шляпу. Вэйлон, берущий Джо за руку — так, как никогда не брал её.
— Я… я сделаю это, — шепчет она. — Но не сейчас.
— Конечно, — Смерть кивает. — У тебя есть время. До того момента, как ты поймёшь, что он никогда не полюбит тебя. А это понимание… оно уже близко. Не правда ли?
Корди не отвечает. Она просто сидит на валуне, маленькая и страшная, восьмиглазая и восьмирукая, и ждёт, когда пройдёт этот странный озноб.
Он не проходит.
— Ты дрожишь, — замечает Смерть.
— Я паук, — отвечает Корди. — Пауки не дрожат.
— Этот — да.
Они молчат. Где-то далеко в каньоне ветер гонит пыль, и если прислушаться, можно услышать голоса. Вэйлон что-то доказывает Джо. Джо вздыхает. Обычный разговор. Обычный день. Обычная боль, от которой у Корди внутри всё складывается в один огромный, чёрный, пульсирующий узел.
«Скоро», — думает она. — «Скоро ты посмотришь на меня».
А потом — тишина.
Потому что Корди не знает главного: когда Смерть говорит «посмотрит», Оно не обещает, что смотреть будет живой.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.