Нежное молчание

      Птички, яркий свет и приятный запах кафе, все это, как в сказке, пробудило сонное сознание Милка. На его удивление он охотно открыл глаза, сел на быструю руку собранный матрас. На него смотрели с лучезарной улыбкой малыши. —Доброе утро, пап! — хором сказали сладкие лучики. Дети на удивление были чересчур довольные и даже взволнованные.       Синеволосый лишь сонно кивнул, а в его руках уже оказалась кружка ароматного кофе. Каждый вдох вызывал феерию эмоций, самое главное из них — это удовлетворённость и спокойствие. Глоток и уже в сонных голубых, словно океан, глазках горела звезда вольности. В теле разгоралось тепло от каждого глотка. В противоположной руке, словно по волшебству, оказался мобильник. Каждый номер он выбирал обдуманно и говорил один и тот же текст. Сегодня в душе папани поразилась неопознанная радость, как при первом его выступлении на сцене и перетекало, как вода в спокойном чистом ручейке, свобода.       В нос всей семье ударил, как в бонг, приятный запах. И причина этой приятной какофонии появилась из кухни с подносом в руках. Блондин, как грациозная кошка шла к ним, а свет, что освещал его, отдавал блестками идеальности. В душе поселилась зависть и восхищение. Если в его театр пришёл такой актер он взял его без комиссии. Ваннила в меру накаченный, плечи широкие, руки большие и крепкие, что могут удержать любого партнера без лишней сноровки, острое лицо, словно он инстаграм звезда. Смотря на него со стороны зрителя у Милка просто, не нашлось сказать ему хоть слова, язык в тот момент просто онемел, а подаренные цветы просто отдавались молча.       Пьюр сел осторожно на колени, поставил поднос. На подносе оказалась много тарелочек и стаканов. Для каждого была отдельная белая тарелочка с обжаренным и обычным хлебом, так же порционно были разложены: нарезанное авокадо, красная рыбка, сливочное масло. А основным блюдом были: овсяная каша, яичница с беконом. Для всех своих были стаканы с апельсиновым соком. Выглядело вкусно, что слюнки текли через край, а запах ещё больше вызывал аппетит, чем он был на кухне. —Приятного вам всем аппетита. — блондин открыл рот, чтобы сказать еще что-то, но его прервал звонок на телефоне — Извините.       Доктор встал, достал телефон и пошёл в сторону кухни. Голубые глаза мельком увидели, как улыбка гостя стала ярче. Этот факт необъяснимо кольнул ему болью в груди, от чего еда смотрелась уже не такой аппетитный. Все богатство на подносе, смотрелось как гнилой и плесневелый мусор с помойки. Лицо исказилось в неудовольствии с нотками смятения. —Папа? Что-то не так? — Кэнди с братом сидели и ждали разрешения в виде действия пробы еды — Смотри, какая вкуснотища! — девочка не выдержала и взяла вилочку и как коршун напала на еду. — Ммм! — детские глазки раскрылись в удивление и блаженном удовольствии       Милк выдохнул и нацепил на себя привычную фальшивую улыбку. Вся семья стала спокойно есть. И на удивление мужчины, это правда вкусно, словно это необычный завтрак, а как будто ресторанное блюдо. Все хорошо, даже лучше, чем все, но ухо навострилось на разговор доктора. Бархатный, тяжелый голос говорил тихо, но иногда проскальзывали и понятные слова, что не всегда складывались в понятные фразы. —Не стоит так накрывать стол, я же везу людей, а не голодных зверей.       Единственное, что смог услышать актер перед тем, как блондин пришёл к ним. Пьюр сел рядом с Милком, а дети посмотрели на них, а потом друг на друга и захихикали. Мужчины подняли брось с непониманием —И что хихикаете? — актер и доктор сказали одновременно от чего посмотрели друг на друга с широко открытыми глазами. И тут дети от такой Карины закатились смехом — Эй! — и снова одновременно —Извини, пап и простите, Пьюр Ванилла — первый отошёл Сапфир — Вы Пьюр Ваннила так заботливо ухаживайте за папой. Как будто мамочка, а мы ваши цыплята.       Артист отвел взгляд на блондина, но глаза упали на накаченную и с виду мягкую грудь доктора, у которого ели заметно выделялись соску в облегающим боди, хотелось спустится ниже и насладиться красивым телом с точки зрения профессионализма, но тут послышался громкий и глупый звук кудахтающей курицы. Сказать, что это его шокировало, ничего не сказать. И вот он в объятьях этой груди лицом к лицу вместе с детьми, что хихикали на фоне. Как оказалось эти подушки и в правду в меру мягкие и накаченные словно женские, но лучше. В них хотелось поспать, а тем более потрогать. То, что было вчера, Милк и не смог рассмотреть подробнее, а при тусклом свете все смотрится по-другому. —Так! — родитель резко оттолкнул от себя блондина его лицо было немного покрасневшем. Взгляд упал на детей —Быстро собрать вещи в рюкзаки       Дети, как виноватые щенки, поджали хвосты и убежали наверх. Шадоу Милк тем временем взял поднос и пошел в кухню. —А вы соберите все это и аккуратно сложите их на диване — слово "аккуратно" прозвучало строго и ядовито       В ответ ему только кивнули. И вот все при деле. Дети собираются, их отец хозяйничает на кухне, а доктор складывает место для сна.       Пьюр сложил вещи вовремя, когда Милк вышел с крафтовыми пакетами. Они посмотрели друг на друга, кивнули и разошлись снова по разным сторонам. Милк ушел наверх, а блондин пошёл на улицу взяв пакеты, что передали.       Выйдя из дома, в лицо сразу прошёлся легкий прохладный ветерок. Самое то для особенного места и встречи друзей. Быстрым шагом дойдя до машины, ему снова позвонили. На телефоне высветился знакомый номер и имя. Без доли сомнение палец свернул на сбросить, а сам стал чернее тучи. Не хотел он себе сейчас настроение портить. Пятнадцать лет не слышал этого человека и не хочет по сей день. Значит поездка домой отклонена, в принципе не так критично.       Сев в машину, Ваннила тяжело выдохнул. Пакеты он поставил на соседнее кресло, а сам опустил очень низко кресло. Вся машина черная, как и его душа внутри. Все пережитое им было тяжким трудом, и сейчас он просто хотел быть обычным человеком, а судьба решила иначе. Может когда-нибудь все изменится? Вот этого он желал больше всего. Вот только когда, где и будет ли он готов к этому.       Мысли прервались резким, ослепляющим светом в глаза. Двери в черную машину распахнулись, а в них стояли два силуэта с непонимающим взглядом. —Мы едем или тебе плохо? — грубый голос прервал всю эту безутешную ситуацию — Скорую вызвать? —Э? — Ваниль резко сел вместе с сидушкой, что прижала его в притык к рулю от чего тот болезненно кашлянул. Он помахал рукой, приглашая всех в машину.       Все сели и отправились в путь. На фоне включили музыку. Дети веселились, а взрослые молча ехали. Может им и хотелось поговорить, но явно не при малышах. Они все ещё помнили про договор и боялись лишний раз травмировать детей. Милк наблюдал иногда за своими солнышками через зеркало и все время его тревожило перебинтованная шея Сапфира. Он не хотел причинить такую боль ему и его сестре, но уже все сделано. И все это его руками. Отвратительными руками.       Взор устремился в окно, он больше не хотел этого видеть и понимать. За окном уже показался чудесный пейзаж. Зеленая травка, что примерно по коленку, редкие деревья с кустиками. Все такое сочное и вкусное! Милк, как обзавёлся детьми, вообще забыл, как пахнет чистый воздух, а также, как это быть свободным и в уютной тишине природы.       Ехали они ещё минут 30, пока не завернули в деревушку, где находилось примерно семнадцать домиков, луга, в далеке речка и небольшой лес, все это было окружено горами. Уютно и красиво, вот какими были первые мысли актера. Они ехали в глубь. Деревенские смотрели на машину и как-то странно реагировали. Кто-то радовался махал руками. А вторая часть людей смотрели с брезгливостью, что-то орали гневное и хотели кинуть камень. Дети вот пищали от восхищения при виде сельского хозяйства на свободном выгуле. Ехали они до самого крайнего дома возле реки и посреди луга. Дом оказался ухоженным, цветочки, выложенный камнями двор, среднего размера заборчик с вензелями. Заехав во двор, всем троим в глаза бросился бассейн, цветочная арка до дома, а по бокам лежали довольные овечки, даже некоторые в своем бассейне. Так же с мягкими облачками прыгали кролики разных окрасов. Выйдя из машины, на встречу к ним уже бежал молодой пес породы золотистый ретривер. Первым делом он подбежал именно к детям. Пес обнюхивал их и игрался между делом. —Эй! — злобно-дружелюбно крикнул Ваннила. Пес же сразу развернул голову к нему и виновато подбежал, начиная ластится. А блондин присел на его уровень и устроил почесушки —Кто хороший мальчик!? Мой хороший мальчик! — радостно улыбался и говорил доктор.       Милк стоял рядом и удивлялся этому зоопарку, но одернул себя. Чему удивляться это же деревня. Это нормально для такова места. Синеволосый смотрел на пса, и нежная улыбка сама лезла на суровом лице. Питомец похож на своего владельца. Добрый, красивый и такие же разные глаза. Забавно это видеть. Голова неспеша повернулась в сторону дома и хорошее настроение вовсе пропало. Этому недоразумению оказался смазливый мужчина на крыльце. Одет в развратное чёрно-белое кимоно с золотистой вышивкой, верхняя оголенная часть была перебинтованная в плотный бинт, на голых ногах гэта. Покрашенные блондинистые длинные волосы, что уже из-за перекрашиваний несколько раз просто отдают оттенок топленого молока, а сверху уже отросли коричневые корни. Вроде и красивый, а вроде и на швабру похож. Ни стиля, ни вкуса. Так ещё в его руках находилась длинная трубка для курения. Возмущения артиста к одному человеку просто не было придела! Это полная какофония! —Здравствуйте — мужчина наклонился, как можно ниже, чуть ли не складываясь пополам. А на удивление актера голос его звучал нежно, тембр, словно у птички, с нотками мужского баса. Непотребство выпрямился и смотрел на посетителей — Смотря на удивленный лица маленьких птенцов и гневное личико, как я понимаю отца. Ты не говорил обо мне — смазливая мордочка театрально показала обиду — Мисте Черный Ангел. Это некультурное поведение, несмотря на ваш хороший нрав на сегодняшний день. — недовольный хмык. — В моем доме прекрати называть меня так — непривычно для всех, Ваниль словно рыкнул на собеседника. От чего дети и актер замешались в своих действиях, что-то узнать. Собака же, как и хозяин встала на лапы и недовольно гавкнула. Но их гнев сменился тяжелым выдохом и скулежом — Но со вторым согласен. Я забыл им сказать о том, что ты находишься здесь. —Ой, да бросьте! — наигранное лицо сразу переменилось на доброе и с хитринкой, словно у лисы — И так уважаемые гости нашего великого Пьюр Ваннилы, хочет вас пригласить в его дом Самый Прекрасный и Самый Благодарный человек Мандзю! — развел руки в разные стороны мужчина, словно на него сейчас упадет конфетти или лепестки цветов. В ответ ему похлопал только хозяин дома, пока гости стояли в шоке. — Не стоим. А проходим в Великий Дом — он словно артист отошел от прохода и жестом поклона пригласил пройти —Что ж, Пойдёмте!