Магистр темного культа изменивший историю.

***

На улице стояла неимоверная духота — настолько, что было тяжко дышать. Не спасали природная морозность Облачных Глубин и лёгкий ветерок, заглядывающий к застывшим в унынии ученикам через резные окна и распахнутые настежь двери.    Вэй Ин незаметно прогуливалась. И от скуки ради создала духовного ворона. - Ого, что это? - раздался восхищённый голос - оказалось, ее нашёл Не Хуайсан с Цзян Ченом и Мэн Яо. - Духовный зверь. - отозвалась она. - Я создаю его из своей духовной энергии. Правда, пантера у меня получается только одна, а вот воронов где-то пять-шесть штук. - не говоря о том, что она постепенно увеличивает этот предел. В скором будущем эта способность ох как пригодится, у ее на этих птичек большие планы. - Здорово. - его глазки-то как загорелись. - Я ещё работаю над этим навыком, он ещё не до конца доработан. - призналась она, отзывая ворона обратно.- Теоретически, вороны должны лететь на большие расстояния и выступать в роли гонцов. - Ага, или разведчиков-шпионов, да даже для атаки они сгодятся, но мальчикам об этом знать необязательно. - Но пока безрезультатно? - уточнил шиди. - Угу. - скисла девушка. - Птички непрочные и быстро рассеиваются, вот и пытаюсь вложить в них побольше духовной энергии. С пантерой проще - она постоянно рядом, вот и подпитка идёт постоянно. А так... - она махнула рукой. Пока мальчишки болтали между собой, Вэй Ин думала над тем, чтобы ночью разослать своих воронов на разведку Облачных Глубин, чтобы они поискали слабые места в барьере и подходящие под тайники места. Ну и место для тренировок не помешало бы. –Что?-спросила она когда к ней подошол Мэн Яо. -А-Ин, зачем ты так сказала, учителю? Хотя ты сгладила ситуацию, это было опасно. - покачал головой А-Яо. - Лучше больше не начинай эту тему, ладно? -Хорошо.-ответила Вэй Усянь. - А-Сянь, - обратился ко мне Цзян Чэн. - а как эти духовные звери создаются? Охренеть, что-то большое в лесу сдохло - шиди попросил знаний. Сам. - Вот что, А-Чэн, основы я тебе могу дать для изучения, но дальше сам. - кивнула она. - Сам придумаешь себе духовного зверя и будешь его натаскивать. Это не так легко, как кажется, я почти год убила на то, чтобы создать это заклинание. Хочешь - хоть тех же воронов создавай, но тщательно думай, кем ты их хочешь видеть - разведчики, гонцы или просто отвлекающий маневр. Я и сама пока не до конца их развила, думаю потратить на это немного свободного времени и медитаций. Ну а чем ещё заняться в этом мире? Разумеется, дать волю фантазии, благо возможности в виде магии есть. Да и Золотое Ядро даёт возможность развивать свои способности гораздо быстрее. Просто времени тупо нет - то тренировки с мечом, хлыстом и луком, то вылазки в лотосовый пруд или охота на фазанов. А ночью все нормальные люди спят. Она тайком в паре ночных охот поучаствовала с Юэ, правда, ей потом влетело от мадам Юй. Но было весело. - Ясно. - а глазки-то горят, как и у Мэн Яо. - Увы, мои записи об этом заклинании остались где-то дома, так что по возвращении поделюсь. Внезапно она увидела второго нефрита: - Эй, Лань Чжань! - приветственно замахав веткой, сорванной с ближайшего дерева, закпечала Вэй Ин. Мальчишки обернулись и увидели стоящего на ступенях Лань Ванцзи с фирменной каменной физиономией. Фыркнув, он развернулся и ушёл. - И что ему было нужно? - озадаченно спросил А-Яо. - Небось мимо проходил и увидел нашу банду. - хмыкнула девушка. - Или он до сих пор в недоумении от того, что ты здесь делаешь. - ухмыльнулся Ваньинь. - Девушки в Гусу живут в другой части Облачных Глубин. И на мужкую половину редко суются, а ты все время с нами. - Пускай спрашивает об этом у старика Ланя. - хохотнула я.-Вас одних нельзя надолго оставлять, а то со скуки помрете. -Эй.-крикнули ей в ответ мальчишки.

***

Через какое-то время Вэй Ин пришлось отделиться от ребят и самостоятельно заняться изучением территории. Взобравшись на подходящее дерево, она создала пять воронов и отдала им команду разведать местность. Они продержатся около часа, думаю, этого времени будет достаточно. Жаль, что их надолго не хватает, это зависит от количества вложенной в них духовной энергии. Надо будет, когда по возвращение домой, попробовать увеличить объём. Тут ее внимание привлёк проходящий мимо адепт. Чем-то он показался знакомым. - Привет! - не удержалась Вэй Ин. - Ааа! - тот аж подскочил на месте и плюхнулся на землю, отчего она не выдержала и рассмеялась. - Эй, чего пугаться-то? Я же не кусаюсь. - улыбаясь ответила Вэй Ин. - Или ты просто меня не увидел? - П-простите. - извинился парнишка, подбирая гуцинь. - Ой. Девушкам запрещено находиться в этой части Облачных Глубин. - Я исключение. - ловко спустившись на землю и приземлилась прямо перед ним ответила девушка. - Меня зовут Вэй Ин, вежливое имя - Вэй Усянь. - Су Шэ. - спохватился парень, совершив поклон. - Вежливое имя - Су Миньшань. "Что ж мне так "везёт", а? Ещё один канонный гадёныш. Сразу его прибить, чтобы проблем не было в будущем, или попробовать дать воспитательного пинка? Оба варианта выглядят вкусными. Всё же в каноне этот хмырь проклял Цзинь-как-там-его... блин, не помню. А тот решил, что это сделал Вэй Ин, что потом привело к катастрофе. Хотя... можно обойтись и без насилия, благо ключик можно подобрать ко всем. Ну или почти ко всем - некоторых проще прикопать и могилку сделать, это с Мэн Яо повезло." Подумала Вэй Ин - Приятно познакомиться. - "Главное, чтобы меня не перекосило, может из этого пацана ещё вырастет что-то нормальное" заметив на его спине гуцинь Вэй Усянь задала вопрос, для начала разговора. - Играешь на гуцине? - Ну... Получается не очень. - расстроился тот. - Второй Нефрит намного лучше. Я стараюсь, как он, но... - А может это просто не твоё? Зачем подражать кому-то? Будь собой.-так продолжая его раскручивать сказала А-Ин. - Легко сказать.-с грустью сказал Су Шэ. - А что сложного? Библиотека и наставники в помощь, не стесняйся задавать вопросы, ничего ведь само не упадёт на голову. Выше нос. - потрепала она его по макушке, стараясь не задеть лобную ленту "Надо будет попросить сборник правил Гусу, чтобы проштудировать его перед сном, всё равно в девять не усну, режим такой, да и что мне делать с моментам когда сдерну с второго нефрита ленту". - Друзья разве тебе не помогают? - У меня нет друзей. - буркнул Су Шэ, отвернувшись. - Меня все называют неудачником и позором Гусу. "М-да, а ведь эти детские психические травмы потом выльются в такое, что мама не горюй. Он ведь очень болезненно воспринимает оскорбления, а потом мстит, кузен Цзысюаня тому пример". - Ну... Хочешь, я буду твоим другом? - ого, она не знала, что можно так забавно округлить глаза. - Зачем тебе это? - закрылся, ученик Гусу. - А почему нет? Или тебя стесняет то, что я девушка? - Ну... Нет. - Вот и хорошо. - подбадривая его ответила Вэй Ин. - Нет друзей здесь - будут там. Я с братом из ордена Юньмэн Цзян, если что. - Погоди, так это ты ночью устроила шум в Облачных Глубинах? - Ну... Я вообще хотела тихо прошмыгнуть к себе, но меня поймал Лань Чжань. - она нервно рассмеялась, почесав затылок. - я с ним сцепилась, а после сбежала. - Хотел бы я это видеть. - неожиданно рассмеялся Су Шэ. Уже когда они разговорившись встретились с парнями, Су Шэ извинился и ушёл. Что ж, если из него ничего путного не выйдет, она подстроит ему несчастный случай, но пока что он показался мне вполне нормальным человеком.

***

    Очень скоро после их встречи. Все убедились в правдивости слов Не Хуайсана и прочувствовали дурную привычку старика. Он не только вёл уроки в самой что ни на есть тягомотной и монотонной манере, заставляя желать уснуть прямо на парте, так ещё и проводил контрольные по всему изученному ранее материалу: политические изменения в среде заклинателей, раздел сфер влияния кланов, изречения прославленных заклинателей, семейные древа… И это только начало списка!        Бедный Не Хуайсан не понимал и слова из того, что было сказано в классе, но работал как вол и уже дважды переписал раздел о Добродетели для Вэй Усянь и перед самой контрольной молил ее:        — Вэй-цзе, помоги мне, прошу! Если я получу оценку ниже «И», то мой брат точно сломает мне ноги! На такое количество информации у меня в голове места нет!        Шпаргалки летали по всему классу, и учитель вместе с его верным подмастерьем перехватывали записки на лету. Но Вэй Ин за день до этого сказала что это отвлекающий маневр и дав ему в руки кисть с талисманом сказала начать делать вид что пишет. Тем самым убив двух зайцев 1 ударом. Проверила свое изобретение связывающие кисти и помогла своему другу. В итоге они все сдали.       Лань Цижэнь был в ярости. Даже самые задиристые хулиганы при нём вели себя смирно и ходили по струнке. А эта дева сама ведёт себя неподобающим образом, так ещё и других подбивает на балагурство! Хотя она никогда не пересекала черту и всегда находила лазейки в правилах.  Цзян Фэнмянь — глава ордена Юньмэн Цзян и отец Цзян Чэна — в правду говорил:        — Ин всегда такая. Прошу, господин Лань, не пытайтесь научить ее манерам, сами останитесь без носа. Свою кличку она получила потому что хитрая как лиса. К тому же многие изобретения и лекарства придумала она живя в пристани Лотоса. Однако он просто так не сдатся.

***

Вэй Ин ни в коем разе не собиралась позорить орден Юньмэн Цзян и тетушку Юй, но пусть скажут спасибо, что выходка была вполне безобидной. Она терпеливая, но никому не позволит оскорблять свои честь и достоинство или своих шиди и шимэй! А так, добиваясь изгнания из класса, можно и проделать дыхательную гимнастику, отпуская раздражение.  И Вэй Усянь опять наказали. В который раз.        Она не очень-то беспокоилась поначалу. Наказанием всегда было переписывание текстов, "Слава богу не на руках" думала она, но желающих переписать за него всегда было в избытке. Но на этот раз ее схема дала сбой, и Не Хуайсан, с явным сожалением закусывая губу и судорожно сжимая свой веер, будто это было его обливающееся кровью сердце, отказал ей.        — Вэй-це, я бы и сам рад переписать тексты за тебя, правда! Но старик сказал, чтобы это сделала ты и никто не смел тебе помогать.        — Почему это? — Вэй Усянь в недоумении округлила глаза, а ее светящееся личико омрачилось дождливыми тучами.        Не Хуайсан, замявшись, ответил:        — Господин Лань приказал тебе переписать разделы о Добродетели и Надлежащем Поведении.       У Вэй Усянь не удивилась, все идет согласно канону и скоро будет движуха. Хотя это уже слишком. Разделы о Добродетели и Надлежащем Поведении были самыми большими и самыми сложными из двенадцати разделов свода правил Ордена Гусу Лань. Он был ужасающе длинен, содержал множество цитат из классической литературы, да ещё и на Чжуаньшу. Перепиши его один раз — и потеряешь радость в жизни. Десять — и точно вознесёшься на Небеса.    Не Хуайсан добавил:        — А ещё он сказал, чтобы тебе никто не смел помогать и во время наказания не болтался рядом.      Вэй Усянь в глумливом недоумении подняла бровь и ехидно полюбопытствовала:        — А как он узнает, что эти тексты переписала не я? Неужто решил приставить ко мне неусыпно бдящего стражника?        Цзян Чэн хмыкнул, ехидно подняв бровь:        — Именно это он и сделал.        Вэй Усянь захлопала глазами, будто не поверил собственным ушам:        — Что ты сказал? — сдавленно просипела она после довольно долгого молчания.        Цзян Чэн сочувственно вздохнул и стал объяснять своей второй любимой сестре.   — Тебе запрещено выходить на улицу. Вместо шатания по Облачным Глубинам ты сейчас идёшь в библиотеку, садишься лицом к стене и переписываешь правила, размышляя о своём недостойном поведении. Вот что он сказал. И ещё, по поводу «неусыпно бдящего стражника». Он тоже будет. Угадай кто?         Вэй Усянь уже знала ответ на этот вопрос. Товарищи сочувственно похлопали ее по плечу и сопроводили в библиотеку, пообещав, что по окончании наказания они точно принесут ей травы или позанимаются. Бывшая Тина поняла что даже в этом мире можно найти плюсы. К тому же используя с огромным трудом навыки могут пригодится.В конце концов, переписать тексты не такая уж и сложная задача. Она всегда старалась быть на позитиве. После всего этого можно будет вздохнуть спокойно и закончить записывающий талисман. Это давало некую мотивацию и поднимало настроение. Тем более когда знаешь что тебя ждет.      В приподнятом расположении духа Вэй Усянь шагала вприпрыжку по дороге в библиотеку. Цзян Чэн и Не Хуайсан распрощались с ней несколько поворотов назад и пожелали удачи.        Библиотека находилась в дальнем крыле Облачных Глубин и ближе к горам и их холодным источникам. Поэтому здесь было попрохладнее, что вселяло надежду на относительно комфортное времяпрепровождение. Эта надежда с грохотом разбилась о непроницаемое выражение лица Лань Ванцзи, который сидел с окружающей его аурой мёртвого холода аккурат напротив бедной Вэй Усянь, что, казалось, покрылась инеем от резкой смены температур. "Хотя чего от него ожидать, жду не дождусь его реакции"- подумала девушка.    Помещение библиотеки было светлым и изящным. От большого количества солнечного света, что поступал из больших, во весь человеческий рост, окон, комната казалась ещё больше. Стеллажи, шкафы и прочая мебель с резными вставками со вкусом расположилась на своих местах и источала тонкий аромат кедра и сандалового дерева. На полках замерли в ожидании преданных читателей толстые свитки, что жаждали поделиться своим внутренним миром. Посередине комнаты сошлись один широкий длинный стол, два бамбуковых коврика, два подсвечника и два человека.        Один сидел с идеально ровной спиной в благородной позе, чинно переписывая какие-то древние письмена. Вторая буквально развалилась по другую сторону от первого и со страдальческим выражением лица отбывала наказание. Вэй Усянь переписала уже, наверное, раз двенадцать Раздел о Надлежащем Поведении. Голова ее не кружилась, но сердце сжималось от вселенской тоски, кисть руки с родимым пятном уже начинала ныть. Посему, разумно порешив, Вэй Усянь отложила перо и принялась глазеть по сторонам. Взгляд ее по-лисьи необычных прищуренных глаз остановился на застывшем в благородной отрешённости лице напротив. Многие девушки Юньмэна завидовали белой завистью, узнав, что она будет так близко к Лань Ванцзи! В оредене Гусу Лань не было некрасивых людей, но два Нефрита полностью превосходили даже самые смелые ожидания.        До этого момента ее удавалось как следует рассмотреть его лицо, только на картинках в интернете. Но сейчас он рядом с ней во всей красе. Вэй Усянь рассмотрела каждый фэнь лика напротив, и в ее голову закрались разные мысли. Конечно, Лань Ванцзи был прекрасен, но если бы девушки Юньмэна пробыли с ним немного рядом, то их чувства вынужденно поостыли бы. Никакая красота не смогла перекрыть выражение горечи, словно его кто-то только что обидел или его родители умерли. "Хотя так и есть-подумала девушка-он и в Вэй Ина влюбился из за его характера. Он был похож на характер его покойной матушки, а собственно чем я хуже."       Лань Ванцзи переписывал древние письмена, что были недоступны для чтения большинству адептов. Движения его пера были медленны и степенны, а каллиграфический почерк, выплывающий из-под его руки, услаждал глаз. Вэй Усянь не удержалась от комплимента:        — Ванзци-сюн, а ты отлично пишешь! Совсем как лучший писарь!        Но Лань Ванцзи и бровью не повёл.        Вэй Усянь хоть могла долго держать свой рот закрытым. Но надолго намолчалась еще в прошлой жизни. В этой она гений с солнечной и энергичной улыбкой. Носилась словно заводная юла. Она не была злой, поэтому ее проказы не несли вреда. Они делались для поднятия настроения: в основном чужого и все ее действия были продуманы до мелочей, стараячь изметить сюжет. Она все равно говорила что когда Шиди станет твердым главой клана, станет бродячим заклинателем, а там как карта ляжет. Вот и сейчас, видя перед собой эту глыбу льда, не слывшую любительницей проявления эмоций и вечно пребывающую в дурном настроении, Вэй Усянь твёрдо решила это исправить. Она покажет ему любовь и тепло которые дают друзья. К тому же здесь было скучно. Ну прямо-таки тоска смертная. "Ладно погнали"- Вэй Усянь решила действовать.-"Все равно рука уже болит". Решив соединить приятное с полезным, она, подалась вперёд, выпячивая свою грудь, как и многие куртизанки делали с клиентами.    — Ванцзи-сюн, — вкрадчиво прошептала Вэй Усянь, озорно, по-лисьи щурясь. На губах играла хитрая улыбка, но Лань Ванцзи никак не реагировал. — Ванцзи.       Тот был как будто глух. Либо мастерски умел абстрагироваться от окружающих его раздражителей и полностью погружался в занятие. Все таки жизнь в борделе дала свое. Она часто подсматривала за их работой.       — Лань Ванцзи, — не унималась Вэй Усянь. Непроизвольно голос с каждым разом становился чуть тише и слаще, звуча более вкрадчиво и игриво. Она была в этом мастерица — Лань Чжань!        Тот наконец отложил кисть и всё же обратил свой ледяной взор на отвлекающий его раздражитель с явным укором во взгляде.        Вэй Усянь подняла руки, защищаясь, и жалостливо в игривой манере надула губы:        — Ну не смотри ты на меня так! Я назвала тебя именем при рождении только потому, что ты не хотел обращать на меня внимание! Не подумай, что я проявляю к тебе неуважение, — Вэй Усянь изогнула брови и взмахнула свими прекрасными ресницами, а после грусно улыбнулась, извиняясь. — Если тебя это задело, то ты тоже можешь назвать меня по имени!        Лань Ванзци холодно смерил ее уничижительным взглядом сверху вниз и отчеканил:        — Сядь нормально.        Улыбка Вэй Усянь застыла, и она непонимающе мигнула серыми глазами. После чего наконец осмотрела своё положение, пытаясь понять, что же с ней не так. И действительно, было к чему придраться.        Вэй Усянь сидела неподобающим образом: в позе лотоса и тем более в женском одеянии. За годы жизни в ордене Юньмэн Цзян она носила мужскую форму и важных мероприятиях, уроках сидела провельно. Во время одиночества и экспериментов, сидела как хотела. Но сейчас она просто забыла что в другой одежде и не одна. Хотя, нечего особенного Лань Чжань сидел так будто слился с воздухом. И сей час смотрит на ее оголенные ноги, она покраснела и села правельно.     Убедившись, что поддразнивания достигли цели и Лань Ванцзи заговорил, Вэй Усянь по-птичьи наклонила голову и ухмыльнулась, довольно хихикая, будто увидела долгожданную луну, вышедшую из-за угрюмых туч. Правда, спустя секунду по привычке наклонилась вперёд, подперев подбородок рукой и уперев локоть в стол, а другую руку оставил отбивать пальцами по покрытию известную ей мелодию. В общем, ее позу всё же нельзя было назвать благопристойной и подходящей нормам библиотеки ордена Гусу Лань.     Всё же прекратив дурачиться и играть, Вэй Усянь сделал самую серьёзную мину, и протянула, слегка сузив лисьим взглядом глаза:        — Лань Чжань, ответь мне на вопрос. Ты… И вправду так сильно ненавидишь меня за тот случай, который произошёл в нашу первую встречу?        Лань Ванцзи потупил взгляд, скрывая янтарно-золотые глаза за длинными ресницами. Тени от них затрепетали на его нефритовых щеках.        — Ну не будь таким букой! Ты же только что сказал мне несколько слов. Снова будешь играть в молчанку? Я просто хочу поговорить с тобой и всё уладить, попросив прощения, поскольку действительно чувствую себя виноватой за "невежду" перед тобой. Давай, взгляни на меня.        Вновь не раздалось и словечка, и это послужило своего рода ответом, поэтому она поспешила извиниться:        — Ну Лань Чжань!.. Ладно, не хочешь на меня смотреть. Тогда слушай. Произошедшее в ту ночь — целиком и полностью моя вина. Я неправа абсолютно по всем параметрам: влезла на стену, тем более на мужскую половину, выпила алкоголь — тем более на твоих глазах, — вышла за территорию ордена после отбоя, так ещё и подралась с тобой! И к тому же убежала от тебя! Нехорошо… Плохо начинать знакомство на такой ноте, верно? Что скажешь, Лань Чжань?        Тишина.        — Я клянусь… — Вэй Усянь подняла правую руку вверх и приставила к виску, сложив большой палец к ладони. — Я не специально дразнила тебя! Я и вправду не все правила твоего ордена прочитала. Например, правила ордена Юньмэн Цзян нигде не записаны, нам объясняли их только на словах. Если бы я знала, что всё так закончится, то ни за что бы так не поступила.        «Правильно, как я уже недавно говорила, я бы пронёсла сосуды тайком к себе в комнату и выпила там, а лучше спрятала у входа. Потом бы выпила когда снова сбежала ночью», — ехидно и озорно думала Вэй Усянь. Тем не менее не позволила этим двум эмоциям отразиться на своём лице и испортить свою клятвенную речь.        После продолжила.        — Но будем честны до конца — кто из нас напал первым? Ты. И если бы ты не набросился на меня с мечом наперевес, то я бы ни за что не ударила первой. Мы бы мило поболтали и уладили это чудовищное недоразумение. Но так уж вышло, Лань Чжань, что если меня ударили, то я ударю в ответ. Так что всё-таки не я одина виновна в случившемся… Лань Чжань, ты меня слушаешь? Эй. Эй! Ну взгляни на меня! Молодой господин Лань? — Вэй Усянь по-лисьи наклонила голову и слегка согнулась снова выпячив свою грудь в его сторону, после щёлкнула пальцами в попытке привлечь чужое внимание. — Гэгэ, порадуй же меня своим взглядом!        — Перепиши раздел ещё один раз в дополнение к тем, что тебе наказано, — холодно отчеканил Лань Ванцзи, даже не подняв на нее взгляд.        Вэй Усянь в шоке округлила глаза и приоткрыла рот, передёрнувшись всем телом от такого холода и невозмутимости.        — Ну не надо… Ладно, это я одина виновата.        — Ты вовсе не мучаешься угрызениями совести, — беспощадно вывел ее на чистую воду Лань Ванцзи.       Тут Вэй Усянь заканючила так, будто совсем не ведала чувства собственного достоинства:        — Прости-прости-прости-прости-прости-прости. Я могу повторять эти слова, сколько твоей душе угодно! Наконец Лань Ванцзи отложил кисть и поднял на нее невозмутимый взгляд. Тем не менее на глубине этих глаз едва уловимо читалось раздражение. Вэй Усянь уж было подумала, что сейчас ее собираются побить, хоть и понимала что этого не будет, и растянулась в лисьей улыбке, чтобы сказать ещё что-нибудь, но вдруг почувствовала, что ее рот склеился самым прочным клеем в мире! Да так, что даже хихикнуть не получалось!        Радостное выражение лица мигом смылось, а тон кожи слегка побелел. Она дотронулась до своих губ руками и попыталась их разъединить. Попытки оказались тщетны. У нее так же не получалось и слово произнести! Лань Ванцзи прикрыл глаза, наслаждаясь долгожданной тишиной, мягко вздохнул, а затем открыл их вновь. Лицо его по-прежнему не претерпевало каких-либо изменений. Всё так же непроницаемо. Он взял в руки кисть и продолжил писать, словно рядом с ним никого не было. Вэй Усянь отказывался верить в свою неудачу и всё пытался раскрыть рот. Но в результате упала спиной на пол и начала несмотря на этикет мотать поднятыми к потолку ногами. Но всё, чего она добилась, — пара мелких царапин на уголках губ. "Чертово заклинание молчание" подумала заключенная. Тогда она схватила перо, и оно, словно птица запорхало в ее руке, вырисовывая не слишком аккуратные иероглифы. Вскоре она предъявила этот «шедевр» суровому судье. Тот лишь мельком взглянул на него, отчеканив: «Убожество», — и выбросил скомканный лист прочь.        Вэй Усянь продолжила каталася по циновке, отказываясь принимать поражение, в бешенстве крутясь вокруг своей оси, создавая несчётное количество шуму. Вскоре она вскарабкался на стол и настрочил ещё одну записку, но и её постигла та же участь — Лань Чжань смял бумагу и выбросил её к остальным «творениям». Хотя в этот раз посмотрев на наказанную у него слегка покроснели уши и ее слегка видная из за смятости одежды во время кручения грудь была мгновенно запахнута очень сильными мужскими руками.       Лань Ванцзи снял заклинание лишь тогда, когда та закончила переписывать правила.

***

      На следующий день было всё так же. Вэй Усянь вновь пришёла переписывать разделы и увидела, что все ее слёзные записки убрали.       Хоть жизнь ее и учила не лезть. Вэй Ин решила довести Второго Нефрита на имоции и даже придумала кое что новое, поэтому, стоило ранам зажить, Вэй Усянь принимала новые попытки. Хоть она могла не говорить два–три, поэтому, она всеже не отказалась от своей затеи и успела ляпнуть всего несколько фраз, она вновь подвергся заклятию и оказалась утихомирена Лань Ванцзи. Вэй Усянь плюхнула перед ним очередную запись, но она ничем не отличалась от других и последовала к другим своим товарищам по несчастью в огромную кучу чуть поодаль от Лань Ванцзи.        История повторилась и на третий день. Лань Ванцзи снова и снова накладывал на нее заклинание молчания, дабы та не нарушала его ареал тишины. Хоть ночью она смогла спокойно дорабатывать свой талисман записи и духовных зверей. Хоть Вэй Усянь и была приставучей, зато очень быстро справилась со своей работой. Все это связано с ее прошлой жизнью, во время учебы в институте. Она все выполняла и даже раньше срока сдавала работы. И благодаря своей трудоспособности, за два дня до конца наказания осталась одна только не переписанная копия раздела.        Но вот в предпоследний день наказания и «размышлений Вэй Ин о недостойном поведении» Лань Ванцзи заметил, что с ней что-то не так. Она вёла себя не так, как обычно. Хотя он заметил что не смотря на без башенность и хитрость, она была любопытной и трудолюбивой. Такие как она хоть с шумом делают работу, но зато заканчивают раньше срока. К тому же дядя сказал ему держать с ней ухо в остро.      За всё время нахождения в Облачных Глубинах Вэй Усянь либо оставляла свой меч, в своей комнате, либо носила подобающим закленателю образом. Однако сегодня она аккуратно, не создавая лишнего шума, положила его рядом с собой на стол и без пререканий села за выполнение задания. Вэй Усянь вёла себя смирно и благопристойно, не задирая Лань Ванцзи всеми возможными и невозможными способами, в том числе тем выпячиванием перед ним своей груди. От этого становилось не по себе.        На этот раз у него не было причины накладывать на нее заклятие молчания, поэтому они оба сидели чинно и благородно, не нарушая умиротворённую атмосферу библиотеки и её непринуждённую тишину. Это было настолько неестественным, что было как-то неуютно и странно, поэтому, словно не веря в происходящее, Лань Ванцзи изредка украдкой поглядывал на утихомирившуюся, корпящую над своей последней работой Вэй Усянь.       Та даже сидела в благопристойной позе! Что-то абсолютно точно и наверняка было не так. К чему это?     Предчувствие его не обмануло и спустя какое-то мгновение Вэй Усянь аккуратно и спокойно положила перед ним переписанную копию с перевернутым листом бумаги на обложке. Лань Ванцзи подумал было, что там снова бессмысленная писанина, и хотел уже взять, скомкать и выбросить, как предыдущие, но внезапно остановился, скользнув по его содержимому случайным взглядом.        Положив копию к остальным и перевернув листок. Он с удивлением обнаружил невероятно точное изображение его самого, где безошибочно угадывались его черты. Лань Ванцзи на картине невозмутимо сидел у окна и читал, совершенно ничего не замечая вокруг. Этот портрет был настолько реален, что создавалось ощущение, будто протянешь руку и коснёшься нефритовых щёк этого молодого господина!        Заметив, что Лань Ванцзи не отводит взгляда от изображения, Вэй Усянь по-лисьи наклонила голову и озорно и стрельнула глазами. "Все таки не зря я после просмотра картины《Рождение Суань Су》в сакровищнице решала научится рисовать-подумала она- а что так удобнее избражать разные идеи, да и ради таких моментов."" Встретившись с поражёнными янтарно-золотыми глазами, она мягко подмигнула. Мол, понравилось? И вправду похоже?        Лань Ванцзи неспеша, словно пытаясь обрести равновесие и твёрдость голоса, проговорил:        — Вместо того, чтобы проводить время с пользой и переписать заданные разделы, ты занимаешься мазнёй. Я думаю, день окончания твоего наказания не наступит никогда.       Вэй Усянь легко подул на ещё не успевшие высохнуть чернила и лениво протянул:        — Я уже со всем закончила, даже раньшее срока! Так что завтра не приду!       Нефритовые длинные изящные пальцы едва дрогнули и застыли, так и не перевернув страницу древнего фолианта.        Поняв, что ей отвечать не собираются, Вэй Усянь широко и счастливо улыбнулась, взмахнув ресницами и явив собеседнику свои необычные, ярко-серые тёплые глаза.       — Так как это мой последний день с тобой, то это подарок для тебя. Забирай! — она очень бережно положила рисунок перед ним и развалилась на циновке, ожидая, когда же наконец ее подарок примут.–Я между прочим для тебя, старалась!     Рисунок лежал на циновке, но Лань Ванцзи не изъявил никакого желания поднять его. Обычно все каракули Вэй Усянь, в которых она ругал Лань Чжаня, ныл, просила, умоляла, льстила, извинялась, подвергались уничтожению и не удостаивались даже взгляда — не то что детального рассмотрения.    Вдруг Вэй Усянь пролепетала нечто странное, цокнув языком. Она схватила неподнятый листок и сделала несколько небрежных штрихов. После замерла. Сделала серьёзное и важное выражение лица, вытянув рисунок перед собой. Изогнула брови, критично рассматривая своё творение. Посмотрела на портрет, на натурщика и свалилась на пол со смеху. Не обращая внимания на свои ученические одежды, которые опять начали мяться.    Лань Ванцзи отнял взгляд от древних писаний и увидел то, что так рассмешило художницу. Она пририсовала в его волосах нежный пушистый цветок. Губы Лань Ванцзи едва уловимо дрогнули. Непонятно, в будущей улыбке или пренебрежении. Скорее всего, улыбке. Кончики мочек его ушей слегка окрасились в алый.        Вэй Усянь вскарабкаясь обратно на стол и защебетала:        — Ну что, так лучше, верно? — и залилась тихим смехом, похожим на перезвон колокольчиков. — Убожество, я угадала? Ты же это хотел сказать? Ну же! Я же так старалась, неужели не придумаешь что-нибудь другое для моих стараний? Или что-нибудь добавишь? Хоть слово!        — Крайнее убожество, — холодно ответил Лань Ванцзи, буквально выдавив эту фразу из-под плотно сжатых зубов. Мочки ушей заалели ещё сильнее, а нефритовые пальцы, лежащие на коленях, едва заметно подогнулись.        Вэй Усянь счастливо захлопала в ладоши, будто ребёнок, неожиданно получивший заветный подарок:        — Так, значит, ты всё-таки добавил ещё одно слово! Спасибо, Лань Чжань! Ты такой щедрый, — пропела Вэй Усянь, в довольном озорстве щурясь.    Лань Ванцзи коротко вздохнул, отвёл глаза и вновь открыл недавно отложенный фолиант, планируя вернуться к оставленной работе. Но неожиданно, словно ошпарившись, отбросил книгу подальше от себя. Древний фолиант с гулким хлопком упал на нефритовый пол, оглушая и разрывая размеренную тишину, и страницы, шурша, явили свои писания зрителям. Так становилось понятно, что же напугало и смутило непоколебимо молодого господина Лань.      На страницах книги вместо священных писаний были изображены, слившись в ярком экстазе, обнажённые тела, что было невыносимым зрелищем для его глаз. Он изучал старинный фолиант и, когда отвлёкся на творение Вэй Усянь, закрыл и отложил его в сторону. А теперь, взяв обратно в руки, обнаружил, что вместо изучаемого священного писания был сборник с порнографическими картинками весьма развратного содержания с обложкой, имитирующий буддистский трактат. Даже человек без цяня мозгов понял бы, чьих это рук дело! Она улучил момент, когда владелец книги отвлечётся, и подменил трактат сборником.        Вэй Усянь даже не попыталась скрыть своей причастности к содеянному и зашлась в истерическом хохоте. "Это лучше и веселее чем в оригинале"-сквозь смех думала она.-Несмотря на то что я знала что так и будет. Это все равно было смешно. Но это лишь верхушка айсберга!"        Книга, отброшенная Лань Ванцзи, улетела в одну сторону, а сам он оказался в мгновение ока в совершенно противоположном конце библиотеки, подальше от неё, словно чудом спасшись от ядовитых змей или скорпионов, уже оттуда прогрохотал в холодной ярости:        — Вэй Ин!!!        Упомянутая Вэй Ин вовсю каталась по полу от неудержимого хохота и сквозь слёзы и смех всё же выдавила, подняв высоко руку:        — Я!        Лань Ванцзи тут же обнажил Бичэнь и в ярости направил острие на нее. Вэй Усянь впервые видела его настолько потерявшим контроль над собой и эмоциями в живую. Но она хорошо знала и подготовилась к такому развитию событий, поэтому без цяня удивления схватила свой меч и вытащила его из ножен на несколько цуней, встала в гордую и воинственную позу, играючи выгнула бровь, задрав подбородок, и протянула со всей важностью:        — Достоинство! Молодой господин Лань! Ведите же себя с достоинством! Вы показываете себя не как благородного мужа, умерьте пыл! Я тоже принесла сегодня с собой свой клинок. Если сейчас не притормозишь, то драки не миновать! Но это будет нарушать одно из правил твоего ордена… «Драки без разрешения запрещены». Так ведь звучит правило? Отчего ж вы обнажили меч?— Вэй Усянь явно издевалась, причём настолько бесстыдно, что не находилось сил удивиться.   Лань Ванцзи был невероятно смущён, поэтому предпочёл скрыть неловкость за приступом гнева. И Вэй Усянь это предсказала, поэтому предусмотрительно прихватила меч для самообороны, дабы Лань Чжань в приступе праведного гнева не проткнула его насквозь.        В некогда спокойных, будто водная гладь, и непоколебимых, студёных, будто глыба льда, янтарно-золотых глазах сейчас искрилась и извивалась, показывая свои длинные языки, пламенная ярость. Глаза метали молнии, норовя пронзить Вэй Усянь, словно острыми мечами. Лань Ванцзи проревел:       — Да что ты за человек такой?!        Вэй Усянь же была в противовес ему совершенно невозмутима. Правда, ее глаза так и сияли лисьим озорством, играя и дразня, разжигали огонь ярости в сердце ещё больше и ярче. Наконец у нее получилось отомстить за заклинания молчания! Вэй Усянь слегка надула губы и, словно она была тут сторонний наблюдатель, безучастно протянула:        — А что я за человек? Я девушка!   Лань Ванцзи яростно отчеканил:        — Ты бесстыдница!       На это Вэй Усянь всё так же безучастно парировала:        — А чего мне стыдиться? Это нормально. Мне еще замуж выходить, как мне мужа в первую брачныю ночь удивлять. Только не говори мне, что ты настолько чист и непорочен, что твои девственные глаза не видели чего-либо подобного раньше. Я всё равно тебе не поверю!-Сказала она с невозмутимым лицом и тут же по лисьи усмехнувшись продолжила–Хотя, ты наверное читал этот сборник и знаешь все что здесь написано. У верена природа не захочет терять такую прнкрасную кровь. А я тебе помогу. Хочешь? Вэй Ин держа правой рукой меч, слегка опустила левой рукой свой лиф показывая большую часть своей груди. Затем ослабив пояс, начала высовывать из слегка приотрытой ученической одежды показывать свою правою тонкую, длинную ножку.          Лань Ванцзи слегка вздрогнул и закусил губу. Уши и шея уже полностью полыхали алым цветом совсем как огонь ярости и смущения внутри. Руки, державшие меч, начались трястись. От увиденной полность раскрытой девицы, он раскрыл глаза, так что Вэй Ин казалось прераные золотые омуты вылезут из орбит. Все как она и предполагала слабым местом Лань Ванцзи было абсолютное неумение спорить и судя по всему как стало заметно во время наказания в первый день, его пугали женские прелисти. Если она сейчас девушка надо этим воспользоватся, решив действовать она придумала такой план, что кроме книжки, покажет ему женскую красоту. И сейчас смотря на красного, как помидор племянника учителя, чувтвовала вкус победы. Он помолчал несколько секунд в попытках обуздать эмоции и, сделав краткий вздох, вновь направил острие меча на оппонентку, но увидев ее внешний вид пошатнулся назат и чуть не упал на пол.        — Ты! Оденься и на улицу. Мы уже сражались раньше.        Вэй Усянь решила дальше идти по сценарию, а поэтому прикинулась покорной, невинной овечкой, и, с сожалением цыкнув, покачала головой, сокрушаясь:        — Увы, никак не получится. Разве ты не знал, молодой господин Лань? — Сказала Вэй Усянь с серьезными глазами, когда она получила свой меч, тетушка Юй сказала что кроме тренировок она будит учить младших адептов. Так что опыт у нее есь. И будто собирался рассказать какой-то большой и страшный секрет. Ее лицо в слегка испуганном воодушевлении вытянулось, а кончики пальцев левой руки дотронулись до алых пухлых губ, словно пытаясь их прикрыть. Но она продолжала стоять в как думал собеседник "Непристойном" виде. — В Облачных Глубинах запрещено сражаться без разрешения, — она с сожалением покачал головой. А после нагнулся и поднял было сборник с пола, но Лань Ванцзи его опередил, вырвав книжку у него из рук.–Да и если ты меня выведишь на улицу все увядят мой внешний вид, тогда должат твоему любимому дядюшке. Я боюсь от такой новости, у негослучится искажение ци. Да и приглашенные ученики начнут говорить, одна из гордости уважаемого учителя, на улице дерется с полуголой девицей. Во смеху то будет.       Вэй Усянь была хитрой лисой, она всегда все продумывала до мелочей, и не когда не оставляла улик. И сейчас она была как рыба в воде и явно наслаждалась поддразниваниями. А это отвлекало ее от мыслей о своем выживании и давало недолгую мысленныю разгрузку. Она быстро сообразила, что Лань Ванцзи хочет доложить о произошедшем дяде и в качестве доказательств предъявить книжку. Поэтому на самой последней странице тыл прикреплен огненый талисман. Если нажать на нижнию облошку, книга просто превратится в пепел. Не пойман не вор. С этими мыслями Вэй Усянь небрежно, с долей усмешки протянула:        — Ну-ну. Чего ты такой нервный? Если так понравилась книжка, то не нужно выхватывать у меня её из рук. Вовсе нет нужды столь яростно бороться за неё со мной, всё-таки я позаимствовала её специально для тебя. А теперь… Раз уж ты оценил литературу, преподнесённую мной, то мы просто обязаны стать сердечными друзьями. Может быть, даже обменяемся мнениями о прочитанном, — закончив речь, Вэй Усянь игриво подмигнула. Немного поправив одежду. Спрятов грудь и немного затянув пояс.       Лицо Лань Ванцзи немедленно побелело и слилось с его одеждами. Он судорожно сжал книгу и холодно отчеканил, выделяя каждое слово:        — Я. Не. Буду. Это. Читать.        Вэй Усянь вновь выгнула бровь.        — Тогда зачем забрал? Неужели, чтобы показать ста… своему дяде? Так тоже не годится. Вдруг он подумает, что ты её уже читал? Ты ведь тогда точно сгоришь со стыда прям на месте!        Выражение лица Лань Ванцзи стало ещё более сложным.        — Или же… — глаза Вэй Усянь округлились, будто он что-то внезапно поняла, а после сузились в лисьем прищуре. Она протянула. — А, так ты хочешь унести книжку и насладиться ею в одиночестве? Прости, что отказываю… — Вэй Усянь качнула бёдрами и плывуче сделала краткий шаг в его сторону. — Но… Я не могу отдать её тебе. Всё же она не моя, а позаимствованная мной у друга и её нужно вернуть… Эй, эй, эй! Стой на месте, ты слишком близко. Это заставляет меня нервничать. Давай мило побеседуем… Эй, что ты делаешь?        Вэй Усянь кратко встревоженно вздохнул, прикрыв рот ладошкой. Лань Ванцзи собрал светлую энергию в своей ладони и порнографический сборник в туже секунду к удевлению нефрита был объят пламенем. В туже секунду от книги остался только пепел. От такой внезапности Лань Ванцзи отпрыгнул в сторону и смотря на рукав одежды. Убедившись что с одеждой все впарядке, Лань Ванцзи поднял полыхающие холодной яростью глаза на Вэй Усянь и в упор уставился на нее. Та же в свою очередь изобразила сильное удивление и неверие в произошедшее. На самом деле, в душе хитрая лиса ликовала. Всё получилось так, как онп планировала. Все улики уничтожены!        Она с притворным сожалением и горечью протянула:        — Какая потеря!.. Лань Чжань, ты замечателен во всём, бесспорно, но вещи уж больно любишь портить… Тебе бы побережливей быть чуток… Вот скажи, сколько бумаги ты перевёл за эти дни? А какой беспорядок ты сейчас устроил! Ну уж нет, я свое наказание окончила, и помогать убирать этот беспредел не буду! — она бы помогла ему если бы нормально попросил.      Лань Ванцзи изо всех сил старался примириться с Вэй Усянь, но его терпение лопнуло, и он проревел:      — Пошла прочь!        Лицо Вэй Усяня в который раз за день притворно вытянулось и, надув губы в легком шоке, протянула:   — Ну и ну, Лань Чжань. Все-то думают, что ты благороднейший из мужей, чистейшая из жемчужин, человек, что умеет вести себя с достоинством при любых ситуациях… — она в игровом разочаровании покачала головой: — Оказывается, вот оно как. Ты разве не знал, что в Облачных Глубинах запрещён шум? И ты мне прям так и сказал: «Пошла прочь!». Впервые ли ты говоришь кому-то подобное…        Лань Чжань вновь обнажил меч и пошёл на нее. Вэй Усянь торопливо запрыгнула на подоконник.        — Эх, ну раз уж ты прогоняешь, то более не буду навязывать тебе своё общество. До свидания и хорошего дня, Второй Молодой Господин Лань, — Вэй Усянь легко помахала пальцами на прощание и послала ему воздушный поцелуй, а после элегантно соскользнула спиной с подоконника, исчезая в солнечном свете и оставляя вышеупомянутого господина в яростном смущении и состоянии разбередившейся души.        Вэй Усянь дошла до леса, хохоча. Ее шалость удалась, и некаких улик. Теперь ей не придется переписывать эти правила и сборники. Там ее на входе встретили знакомые мальчишки и Су Ше, ожидавшая подробностей.        Не Хуайсан, очевидно заждавшийся, прощебетал:   — Ну как всё прошло? Он видел книгу? Как отреагировал?        Остальные во все глаза уставились на нее в восторженном ожидании.        Вэй Усянь хмыкнула и с чувством выполненного долга счастливо заявила:        — Как отреагировал? А вы разве не слышали, насколько громко он вопил?       Не Хуайсан, переполненный щенячьим восторгом, яростно закивал:        — Я слышал: он сказал тебе идти прочь! Вэй-цзе, я впервые слышу, чтобы он кому-то сказал: «Иди прочь!», — как тебе это удалось? – Счастье ты моё безголовое, вот зачем ты это сделала? - покачал головой Ваньинь, пока они шли с остальными обратно. –Вот именно не боишся, что тебе влетит за это?–спросил ее А-Яо. - А-Чэн, ты же ещё помнишь, кто я? - вкрадчиво заметила девушка, глядя им в глаза. - Он меня всё время затыкал во время переписывания этой нудятины своим заклинанием молчания, я обиделась. Пусть скажет спасибо, что это всего лишь шалость, а не месть. - Как же, забудешь, он такой шум поднял - вздрогнул Су Ше, чуть-чуть отодвинувшись в сторону.–Я думал он никогда до такого не опустится. –А-Су у всех свои недостатки-ответила ему Вэй Ин–Некотырые их прячут, кто-то пытается превратить их в достоинство. Что делать решать только тебе. - Мы все примем твой совет к сведенью–ответил шиди и испугано дополнил–Как хорошо, что ты так надо мной не подшутила. - Девушки имеют свойство иногда обижаться, и даже не всегда по логичным причинам. Судя по моим личным ощущениям, если ты умудрился обидеть деву, лучше сразу выясни, в чём была твоя ошибка! – Спасибо за совет, сестренка.-но этом они дошли до своих половин. Вэй Ин пошла в одиночестве на женскую половину, Цзян Чен с остальными в противоположную сторону. Однако скоро их ожидает нежданный поворот.