Retain.

***

Луняне так и не смогли заставить песок блестеть. Но она знала. Та, ради которой все это происходит, там — в слое лунной пыли. Сплав бурлил внутри. Он уничтожит их всех.

***

Эвклаз всегда много думала. Всегда искала лучший вариант, оптимальный исход для каждого. И почти всегда находила. Почти. Теперь, после конца войны, ее мысли постоянно возвращались в прошлое. Она хотела откатить все назад, хотела поговорить с Фосс. Попытаться изменить ход событий, не позволить всем пройти через всю ту боль, сомнения и предательства. Но… Разве можно было изменить хоть что-то? Она не знала. И все что в итоге могла — бережно собирать пазл из воспоминаний, пытаясь найти в них недостающие фрагменты. Киноварь, Антарк, Призрак, Каирнгорм… Эв не могла уловить перелом. Ей казалось, что все шло плавно, с каждым витком только приближаясь к известному финалу. Недостающая деталь ускользала. Пока она не увидела Аниту. Все было неизбежно. Одного взгляда хватило чтобы пазл сложился. Она была такой же. Молчаливая, отстраненная, строгая и стоящая на своем, чего бы это не стоило. Перед глазами Эвклаз стояла не Антарк, а Фосс. Фосс после той зимы. Она переняла у напарницы слишком много. Это было на поверхности и теперь становилось совсем очевидно. Странное желание отправиться на Луну. Слова о невозможности вернуть ее. «А мне никто не нужен». Потеря напарника оставляла отпечаток на каждом самоцвете, но всегда по разному. Желли выходила на патрули одна. Алек-тян ушла в изучение лунян. Рутил погрузилась в медицину. Призрак перечитала все книги в библиотеке. А Фосс… Отправилась вслед за ней. Похоже, с Луны и правда вернулась другая Фосс. Которая не нашла того, что искала. И у Эвклаз не было ни одного шанса что-либо изменить.

***

— Ты смотришь на меня слишком долго. Антарк оказалась рядом настолько неожиданно для погруженной в мысли Эвклаз, что она чуть не выронила стопку рулонов из рук. Но постаралась сразу же вернуть самообладание, лишь виновато улыбнувшись. — Правда? Извини, — ее голос не дрогнул, хотя и был слишком мягким. Оказаться пойманной на горячем было неловко, но Эвклаз абсурдно долго подбирала слова для первого разговора и упускать так удачно появившуюся причину поговорить не хотелось, — Я не специально, просто задумалась. — Ты всегда так смотришь. О чем ты думаешь? — Анита сверлила Эв взглядом пристально и выжидающе, не выражая на лице никаких эмоций. А старшей ничего не оставалось кроме как отвести взгляд, замявшись в поиске подходящего ответа. Рассматривая Антарк Эв не отпускала мысль, что все это время, весь этот путь, был только ради ее возвращения. Хотелось найти ещё причины. Первым в голову приходил план Эхмеи, но Фосс пошла у него на поводу не просто так, Ляпис-Лазурь бы не позволила. Легче не становилось. Да и если найдется хоть что-то — это ничего не изменит. И рассказ Аните ничего не изменит. Но Эв хотела, чтобы она знала о Фосс. Чтобы тоже видела весь пазл целиком. Чтобы знала, как все было на самом деле. — Ты мне очень напоминаешь Фосфофиллит, — за словами следовала неловкая улыбка. Вряд ли лучший вариант для начала, но самый безопасный. И от него на лице собеседницы выступили первая эмоция — непонимание. Значит надо было продолжать, — Ты такая же серьезная и собранная. Хмурая, в своих мыслях. Я и не думала, что Фосс так много у тебя переняла. Глаза Антарк забегали. Эвклаз наблюдала за изменениями в лице младшей, видела, как чуть подрагивают ее брови, как взгляд перестает фокусироваться, как ее поглощают мысли и воспоминания. Но насколько быстро она ушла в себя, также быстро и вернулась, обращая все свое внимание на Эв, но в этот раз хмурясь. — Не знаю, что ты хочешь этим сказать, но мы были знакомы меньше одной зимы. Вряд ли это могло как-то повлиять, — голос собеседницы был глухим и лишенным эмоций, — К тому же я ее почти не помню, чтобы испытывать что-либо по этому поводу, — Анита становилась тише с каждой фразой, сжимая пальцы и смотря в сторону. — Вот как… — Эв пристально наблюдала за неуклюжими попытками младшей все отрицать, ведь своими словами она сама себя и сдавала. Почти. Что-то Антарк все-таки помнила и это было первой зацепкой. Но, казалось, воспоминания слишком сильно тревожат младшую. И, как бы Эвклаз не хотелось дальше копаться, следовало притормозить. — Извини, я просто сказала не подумав… Больше не буду тебе мешать, — Анита в ответ лишь повела плечами, рассматривая что-то вдалеке и, будто, пропуская чужие слова мимо ушей. Эв тихо выдохнула и пошла в сторону склада, пытаясь понять, чем именно была вызвана такая реакция собеседницы. Но ничего стоящего не приходило в голову. Когда Эвклаз наконец вынырнула из мыслей и обернулась, Антарк уже ушла.

***

Ее работа не была сложной. Принести, подать, отнести, позвать. Адамант старался не нагружать только проснувшуюся Антарктицит, да и она сама еще не очень понимала, чем хочет заниматься в новом мире. А очередная просьба передать Учителю документы из лаборатории казалась привычной и простой. Пока она не оказалась на окраине Лунного города. Перед бесконечно белыми просторами. Воспоминания нахлынули волной, заполняя собой все сознание. Она была вечным пленником зимы на Земле и к столкновению с белым горизонтом не была готова. Пошевелиться не получалось, оставалось только наблюдать, как по песку начинали скакать цветные зайчики. Она видела такое лишь однажды. Пальцы сжались на краях коробки, а внутри начала нарастать дрожь. Яркость воспоминания пугала, она мало что помнила настолько отчетливо. Ей казалось, вот-вот из песка вынырнет яркая зеленая макушка — виновник отблесков вокруг. Фосс. Сложно было поверить в слова Эвклаз, представить, как та наивная улыбка могла пропасть, как ей на замену могли прийти холодность и серьезность. Что-то было не так. Послышался хруст картона. Мираж пропал так же внезапно, как и появился. Мысли стали затихать, а дрожь перешла в пальцы. Анита наконец смогла сдвинуться с места. И сразу пошла дальше быстрым шагом. Не оборачиваясь.

***

— Похоже мы тут надолго… — Эвклаз устало вырывала очередной лист из блокнота. Учет всех декораций для вечеринки утомлял и занимал колоссальное количество времени даже в компании. Особенно в компании молчаливой Антарк, с которой время будто становилось медленнее. — Это легче, чем махать мечом, — ответ напарницы не пестрил красками. Она легко переносила коробки с места на место и перечисляла то, что было внутри. Эвклаз на это лишь качнула головой и промолчала, выписывая пункты из испорченного списка и записывая все, что озвучивала младшая. На какое-то время их поглотила работа, но потом тишина начала давить. — Ты не устала? — Эв снова попробовала завязать разговор. Она все еще надеялась вернуться к разговорам о прошлом. — Нет, — снова короткий сухой ответ, который ставил старшую в неловкое положение. Она уже хотела начать рассказывать о готовящемся празднике, но Анита внезапно сама продолжила, — Мы можем поговорить после? Эвклаз подняла взгляд, отрываясь от отчета, и постаралась понять эмоции младшей, но они читались с трудом. Казалось, ее что-то беспокоит. — Всё в порядке? — старшая не скрывала свое волнение. В первую очередь она правая рука Адаманта, ее обязанность помогать бывшим самоцветам. Анита не отвечала. Эвклаз не видела ее лица, но она точно знала, что младшая сомневалась. Похоже разговор был серьезным. — Хочешь отойдем? Вещи подождут, — Эв сделала шаг в сторону выхода, смотря на Аниту внимательно и чуть постукивая карандашом по блокноту. Незаметно под списком декораций появился пункт «недоверчивая». Антарк на слова старшей повела плечами и опустила коробку, на которой уже начали появляться вмятины от пальцев. — Мои воспоминания. Я хотела узнать, как меня смогли восстановить? — вопрос был достаточно четким. Эвклаз понимала, о чем идет речь и задумчиво отвела глаза. Ответить с ходу было сложно. — Почему тебе вдруг стало интересно? — она взглянула на собеседницу, внимательно следя за изменениями на ее лице. Антарк снова надолго задумалась. Эвклаз продолжала рассматривать ее, медленно начиная волноваться, что отпугнула… Но Анита все же решилась. — Я вроде все помню, но как-то туманно, не детально. А некоторые воспоминания яркие и отчетливые. Почему так? Из каких осколков меня собрали? — ее голос не дрогнул, но Эвклаз понимала, раз она заговорила об этом прямо, значит что-то точно случилось. — Ох… Тебя собрали не из осколков. Вообще это сложно объяснить, ты уверена? — Эв оторвала глаза от блокнота и встретилась с упрямым взглядом Аниты. — Ладно. Я постараюсь проще. Долго мы считали, что восстановить самоцветов прочностью ниже пяти невозможно. Но Аметист 84 изобрела машину, по преобразованию самоцветов в лунян. Так нам не пришлось воссоздавать тело из самоцвета, мы поместили инклюзии сразу в тело лунянина. Так вышло вернуть тебя и многих других со всеми воспоминаниями. Но, возможно, из-за долгого нахождения в песке или метода восстановления, память может казаться туманной. Это нормально. Антарк замолчала. Эв понимала, как это трудно для осознания, но упростить еще сильнее не могла. Она дала время младшей, не дергая и выписывая в блокноте новый пункт. «Внимательная». Который сразу же оправдался. — Это не ответ на мой вопрос. Почему воспоминания различаются? — вопрос снова был четким. А взгляд упертым и выжидающим. Эвклаз замолчала под этим напором, подбирая слова для такого, как она поняла позже, удачного момента. — Часть инклюзий мы взяли не из песка, а из твоей левой ступни. Луняне не смогли ее похитить и она хранилась в школе, — теперь уже замолчала Анита. И Эв видела в ее глазах вопрос, который не нуждался в ответе. «Ее сохранила Фосс».

***

— Антарк! Ты не занята? — Жадеит выглядывала из-за коробок, сияя своей привычной улыбкой, — Тут твоя помощь нужна, — она кивнула чуть в сторону, где стояла Эвклаз и пересчитывала другие вещи. — Да, я свободна, — голос Аниты снова не пестрил красками. Эвклаз подняла глаза, приветствуя младшую мягкой улыбкой. Подготовка шла полным ходом и Эв уже сбилась со счета, сколько всего было подготовлено, а сколько ещё только стоило подготовить. — Отлично, тогда бери оставшиеся горшки, их надо к Киноварь отнести, — Жад указала на другие коробки и кивнула напарнице. Эвклаз кивнула в ответ, зачеркнула последние строчки в блокноте и пошла в сторону магазинчика Кино. Работать с Жадеит всегда было спокойно и приятно. За столько лет они научились понимать друг друга с полуслова и подхватывать на лету. Им даже спорить было не о чем, часто они думали одинаково. Анита, казалось, разделяла общий настрой и молча делала, что ей сказали. Но Эв точно знала, что звать именно Антарк было не лучшим вариантом. Жад с трудом работала в тишине и теперь Эвклаз с легким весельем наблюдала, как ее напарница пыталась выдумать тему для разговора. Помогать она, конечно же, не собиралась. — Антарк, а может устроим спарринг как-нибудь? — Эв еле сдержала смешок. Если Анита и согласиться, то Жад быстро пожалеет о своём предложении, ведь дружеской эта тренировка не будет. Но она понимала, что вариантов у Жад было не так и много. Почти все бывшие самоцветы нашли себе новое дело и были рады забыть о сражениях. Обсидиан и Жадеит же были исключением. Первая продолжила заниматься изготовлением оружия, только уже декоративного. А вторая все не могла найти себе места и возвращалась к тому, что умела. И потому выжидающе смотрели на Аниту две пары глаз. Жад надеялась на согласие, а Эв просто было любопытно. — Я не против, — ответ был такой же безэмоциональный, как и все до этого. Казалось, ей было это совсем не интересно, а согласилась она только из вежливости. Но Жадеит было это не важно, она уже в красках представляла вечернее развлечение и расплывалась в улыбке. — Хорошо хоть помощь Рутил теперь не понадобиться, — Эвклаз с лёгкой улыбкой качала головой, наблюдая, как по разному реагируют ее помощницы. — Это да! — Жад кивнула, выныривая из мыслей, — Я так рада, что она пришла в норму. Да и все остальные тоже, — в ее голосе слышалась мягкость и искренность. Эвклаз тихо выдохнула, соглашаясь со словами напарницы. Часто, видя, как изменилась жизнь самоцветов на Луне, как они возвращаются к беспечным играм и радости по всяким мелочам, Эв сомневалась в оправданности своих рассуждений. Насколько правильно было вспоминать Фосс и желать что-то изменить, видя их счастье сейчас? Она не могла ответить себе на этот вопрос. Но и отказаться от мыслей о прошлом тоже не могла. — А что было с Рутил? — вопрос от Аниты прозвучал неожиданно и резко поменял общее настроение. Жадеит молчала, смотря в сторону, видимо погружаясь в болезненные воспоминания, что легко читалось на ее лице. Младшая же ждала и Эв на секунду закрыла глаза, беря эту ношу на себя. — Рутил долгое время была в безумии, — ответ дался с трудом. А ведь надо было продолжать. Надо было рассказать правду. — Когда Фосфофиллит впервые вернулась с Луны… Все, конечно, были рады, и не замечали изменений. А она рассказывала про чудеса лунян и уговаривала некоторых полететь с ней обратно, чтобы увидеть все лично, — на этих словах Жадеит ускорила шаг. Возможно, она не хотела вновь проживать те дни. Но Эв продолжала. — Рутил тогда уже много столетий занималась восстановлением Падпараджи. И Фосс пообещала помочь с этим. Но в ночь отлёта Рутил засомневалась, а когда вернулась в кабинет… Падпараджи уже не было, — они хорошо помнили ту ночь. Тогда потеряла не только Рутил, многие самоцветы остались без напарников и друзей, тогда все изменилось слишком сильно. — Она не смогла смириться с этой потерей. И только сейчас, после конца войны, начала приходить в норму. Когда Эвклаз закончила, тишина накрыла ее с головой. Жад совсем помрачнела, а Анита переваривала новую информацию, хмурясь. Казалось, у нее были еще вопросы, но она не стала их озвучивать, заметив Киноварь в дверях магазина. Эвклаз разобралась быстро, показала, куда ставить коробки, обсудила с Кино выбор цветов и композиций для вечеринки. Она надеялась, это хоть немного разбавит атмосферу. И Жадеит даже повеселела, оценила запах выбранных цветов и пожелала Киноварь удачи с таким количеством работы, чем жутко ее смутила. Обратно Эвклаз шла уже наедине с Антарк. Жад вспомнила о просьбе Аметист 84 и убежала ее выполнять, чтобы не получить от ученой. Тишина давила, особенно после того разговора. Но Эв не пыталась продолжить, она была поглощена воспоминаниями о той ночи. — Почему Фосс забрала Падпараджу? — вопрос, поразительно меткий и незаслуженно оставшийся без внимания, прозвучал так же резко, как и все прошлые. Стоило уже привыкнуть к неожиданным приступам разговорчивости Аниты, но Эвклаз каждый раз вздрагивала, когда ее выдергивали из мыслей. — Думаю, она хотела помочь Рутил. Вернуть ей ее напарницу. И чтобы остальные знали, что вернуть своих напарников возможно, — ответ сорвался с языка без раздумий. Но заметив, как Антарк отвела глаза, Эв почувствовала, что оступилась. Такой прямой и оправдывающий ответ был лишним, направлял мысли младшей в совсем другое русло. Но… Не этого ли она добивалась?

***

Белоснежные просторы никогда не нравились Аните. Они заполняли ее сознание страхом. Пробуждали воспоминания, о которых, она бы мечтала забыть навсегда. Но страх был будто высечен в ее сознании. «Когда тебе не хватает твёрдости, ничего не остаётся, кроме как брать смелостью». Но смелость надо было выковать. Сделать шаг по снегу, когда все тело сковано страхом. Слушать лёд, внимательно слушать, запоминать каждое слово, каждый изъян, что он находит. И, когда руки совсем не слушаются, все равно расколоть. Шепот из-под ледяной воды не доносился. Песок отличался от снега. Он рассыпался под ногами с тихим шуршанием. Льда не было, никто не шептал. Но Анита помнила каждое слово. Навсегда запечатлела в мыслях. Чтобы исправить каждый изъян. Чтобы больше не о чем было шептать. В песке не было зеленых осколков. Ей правда померещилось тогда. Снежные просторы тревожили те воспоминания, о существовании которых она даже не догадывалась. «Фосс не смогла?» Мысль пробежалась по всему телу вместе с дрожью. Песок не был холодным.

***

На удивление Анита сдержала свое слово и пришла на спарринг. Жад, как Эв и ожидала, правда быстро о нем пожалела, меньше чем через час начав просить перерыва. Антарк двигалась быстро, каждый ее удар был отточен до идеала. Она не жалела соперницу. Хотя, казалось, сражалась она далеко не с Жадеит, смотря сквозь старшую. Эвклаз лишь раз видела такое искусное владение оружием. Раньше так сражалась Борт. Но действия той были наполнены ненавистью к лунянам и не имели ничего общего с пугающей холодностью Аниты. Что-то изменилось. Чем дольше Эв смотрела на младшую, стараясь поймать ее взгляд, тем больше понимала, насколько тот разговор повлиял на нее. На первый взгляд все было, как обычно: Анита никогда не проявляла яркие эмоции и желание выстраивать отношения, но сейчас… Она казалась отрешенной? Эвклаз не могла уловить это изменение, но ощущала его практически физически, чтобы перестать всматриваться. А после конца спарринга волнение за младшую взяло вверх. — Ты в порядке? — Эв осторожно подошла ближе, опасаясь меча в руке Антарк. Она сжимала рукоятку так сильно, что раньше от такого послышался бы треск. Но после вопроса хватка ослабла, а плечи опустились. — Нам надо поговорить, — Эвклаз встретилась с тяжелым и давящим взглядом, от которого по телу побежали мурашки. Впервые ее пугал предстоящий разговор. Но отказаться она не могла. Да и выбора ей не дали. Не дожидаясь ответа, Анита сразу взяла Эв за руку и повела подальше от чужих ушей. Но постепенно поиск подходящего места перетек в медленное брождение. Антарк молчала. — О чем ты хотела поговорить? — Эвклаз решила прервать тишину. Ее беспокоило поведение младшей. С такой уверенностью обычно она сразу говорила, что хотела, но сейчас все затягивалось, она отводила глаза, хмурила брови и, услышав вопрос, сжала ладони в кулаки. — После чего все изменилось? Вопрос ощущался ударом, точным, разрубающим, словно меч, которым орудовала Анита. Эв пожалела, что заговорила. — Что ты имеешь ввиду? — она понимала о чем идет речь. Вопрос был удивительно чётко поставлен и не оставлял простора для интерпретации. Что и напрягало. — Фосс. После чего она изменилась? Пришло время замолчать Эвклаз. Она делала вид, что вспоминала и подбирала ответ, но он уже давно был готов. «После потери тебя». Ужасный ответ, который так долго Эв искала для себя. И который не могла произнести сейчас. Впервые захотелось соврать, не говорить младшей всей правды, в которую раньше так хотела ее посвятить. Кажется, она оступилась так, как никогда раньше. Эвклаз редко преследовала только свои цели. Но в этот раз она забылась, попыталась найти ответы для себя, не подумав, что это может ранить других. Поиск справедливости для Фосс отделил ее от бывших подруг и напарниц, заставил думать о заслуженности их счастья после всего произошедшего. И это было куда большей несправедливостью. А сейчас, видя как Анита готова принять свою виновность, как она пришла к мысли, что все началось из-за нее, что она — причина страданий остальных, Эв следовало вспомнить, почему именно она стала правой рукой Адаманта. Прошлое нельзя изменить. И зацикливаться на нем было ошибкой. Она никогда не страдала подобным и наконец поняла, почему не стоило начинать. Несправедливость окружала ее постоянно, что менялось сейчас? Ничего. И это «ничего» чуть не стало невыносимой ношей для той, которая даже не переживала войну и боль остальных, которая невольно стала катализатором событий. Но знал ли об этом хоть кто-то? Должна ли она узнать об этом? Надо было ответить. Найти подходящие слова. Подходящую ложь. И она нашлась. — Ты была знакома с Призрачным Кварцем? Знаешь историю Ляпис-Лазури? — это было поразительной удачей, именно тем, что могло спасти ситуацию, перевернуть все. Эв еле сдержала выдох облегчения. — Нет, я не была знакома с Кварцем, но Красный Берилл много про них рассказывала, когда просыпалась раньше. Они вроде были напарницами, да? И, насколько помню, Ляпис почти полностью забрали луняне… Причём тут они, это же было сильно раньше? — Эвклаз кивнула, подтверждая воспоминания младшей. Берилл и правда была болтушкой, но это даже облегчало рассказ. — Да. Важнее другое. После того нападения от Ляпис-Лазурь осталась только голова, которую Призрак бережно хранила, — на этих словах Анита отвела глаза. Эв чуть помялась, готовясь продолжать. — И во время одного из нападений лунян… У Фосс откололи и забрали голову, — Антарк резко обернулась на собеседницу, смотря со странной смесью из неверия и раздражения. — Она умудрилась потерять и голову? — казалось, говорила Анита из прошлого, не та, что обычно холодно и односложно отвечала каждому. Эвклаз даже не смогла сдержать улыбки, стараясь скрыть ее за легким кивком. — Да. И, уже тогда Верегат, предложила присоединить ей голову Ляпис-Лазурь, — вспоминая, как все нелегко было на деле, улыбка сама сползала с лица. Вспоминать Верегат из прошлого было сложно. Собеседница молчала. Кажется, она уже начинала понимать, к чему ведёт старшая. — И это очень сильно изменило Фосс. Видимо воспоминания и характер Ляпис повлияли, а может и смешались с ее личностью. Именно тогда она углубилась в изучение Луны и позже смогла сюда попасть. А потом и привести остальных. Только закончив Эв смогла опустить плечи. Она смогла, даже не соврав, отвести подозрения Аниты. И молчание той волновало совсем немного. Оставалось надеяться, что Эвклаз смогла направить мысли младшей в более безопасное русло. Что все сделала правильно. Хотя бы со второй попытки.

***

Мысли не уходили даже во время работы. Хотелось увидеть подтверждение, узнать. что она тогда подобрала нужные слова. Но все, что ей оставалось — это проигрывать в голове тот разговор, погружаясь в себя так глубоко, что Жадеит приходилось постоянно окликивать Эвклаз, чтобы та переставала витать в облаках. — Нет, правее, — Эв показала рукой, где надо было закрепить ленту. Жад в ответ вздохнула и отклонилась на стремянке еще сильнее, от чего та покачнулась. Эвклаз шагнула вперед, уже готовясь к грохоту, но лестницу успели остановить. Она была рада видеть Аниту. И больше обрадовалась, когда младшая не ушла сразу, а кинула выжидающий взгляд. Эвклаз сразу все поняла, кивнула и указала, где надо расставить столики для закусок. Мысли в голове затихли, похоже, страхи оказались напрасны. Эв нравилось, когда бывшие самоцветы работали вместе. Как раньше. Нет, они все еще держались рядом и виделись достаточно часто, но это не могло сравниться с совместным слаженным делом. И наблюдая, как в разных уголках зала все занимаются одним и тем же, она возвращалась в те солнечные весенние дни, когда трава только набирала цвет, а из первых цветов получались пестрые и нежные венки. Даже везде бегающая Алмаз, которая взялась организовывать вечеринку и сама не могла определиться с декорациями, вызывала скорее улыбку. — Нет! Левее. И выше, — Аля навалилась со спины на Эвклаз, показывая пальцем Жад в другую сторону. Та медленно начинала злиться, сверля взглядом сначала напарницу, а потом и ленту. Но айдол быстро переключилась. — Эв, поможешь мне уговорить Борт? — она постаралась взять своим молящим взглядом, но старшая лишь качнула головой, — Ну почему? Пожалуйста! Она ведь точно не согласится, если я сама приду… — Нет, Аля, тебе надо поговорить с ней самой, уверена, ты сможешь найти нужные слова, — Эвклаз мягко улыбнулась и коснулась пальцев Алмаз. Она понимала ее волнение, но также понимала, как важно перебороть это сейчас, — К тому же, вечеринка добровольная, она имеет право отказаться. Эти слова заставили певицу по-детски надуть губы. Но увидев, что и это не работает, она все же выдохнула и чуть кивнула, отходя в другую сторону зала. А там ее уже позвали и она снова унеслась без задней мысли. Хотя Эвклаз была уверена, что Аля все услышала и обдумает позже. — Она боится Борт? — вопрос Аниты прозвучал тихо, но она точно знала, что он дойдёт до адресата. И Эв задумчиво повела взглядом. — Они очень долго не общались и Аля волнуется, что начать снова не получится, — ответ казался лаконичным и законченным, но вопросительный взгляд от Антарк требовал продолжения, — У них всегда были сложные отношения. И Алмаз улетела на Луну вместе с Фосс, что Борт посчитала предательством. Казалось, Анита не могла понять, с кем из алмазов она согласна. Но она не знала всей картины, чтобы представлять, что Эвклаз имела ввиду под «сложными отношениям». А заметив Желли и Гоше захотелось продолжить. — Тогда улетели многие. Было трудно, никто не понимал почему и что теперь делать. Но сейчас они все смогли восстановить отношения, обсудить недопонимания, разрешить обиды. А Аля и Борт… у них никогда не было легко. И нормально поговорить у них еще ни разу не получилось, — Эв сомневалась, что и в этот раз получится. Но она не собиралась вмешиваться и решать что-либо за них. Анита снова не ответила. Думать она любила без лишних слов, а Эвклаз оставалось лишь догадываться о ее выводах из рассказов. По крайней мере младшая не проваливалась в мысли слишком сильно и не заканчивала помогать, что Эв для себя отмечала как положительное развитие событий. И чего она точно не ожидала, так это прямого вопроса в лоб. — Почему ты осталась? — у нее не было готового ответа на это. Даже для себя она никогда не отвечала на этот вопрос. Эвклаз просто знала, что не могла и не должна была улетать. Но это не было ответом. Старшая снова оглянулась на самоцветов вокруг и легко улыбнулась. — Я не могла оставить тех, кто испугался. Что-то новое, несмотря на наше любопытство, всегда пугает. Я понимала, почему они отказались и не послушали Фосс. Хотя, возможно, мне и самой было страшно. Но сейчас сказать сложно, — Эв расслабленно пожала плечами, смотря на заинтересованную Антарк мягко. Она думала, что, младшей было не привычной такое доверие и открытость. Пока позади не послышался демонстративный кашель. «Принцесса». — Прекращай, Эвклаз. Я не хочу этого слышать, — ее голос был строгим, но она не пыталась напасть. Каждый, кто знал Верегат, старался не вспоминать прошлое при ней. Она дорожила своим нынешним счастьем и не любила вспоминать времена на Земле. И Эхмея тоже не любил, когда она это вспоминала. — Все закончилось, лучше расскажи, что теперь вечеринки будут проходить каждую неделю, — Принцесса окинула взглядом Аниту и улыбнулась ей, приветствуя. Похоже, она была в хорошем расположении духа. Эв в ответ кивнула, игнорируя горечь на языке. Спорить с Верегат желания не было, да и это того не стоило. Она успокаивала себя тем, что не последний раз беседует с Антарк и они всегда смогут вернуться к этой теме. Но сама Антарк так не считала. Эвклаз впервые видела на ее лице такое очевидное раздражение и недовольство. Старшая не до конца понимала причину такой перемены настроения и не успела остановить Аниту от необдуманных действий. — Мы просто разговаривали. Или ты считаешь, что Эвклаз врёт? — старшая была поражена. В голосе Антарк было абсолютное доверие и жестокость к внезапной собеседнице. Вопрос был скорее призван упрекнуть Верегат, а не получить реальный ответ. Ситуация накалялась, уголки губ Принцессы поползли вниз. — Нет. Она не врёт. Но вряд ли договаривает, — голос Верегат стал холодеть, напоминая, что она вполне может постоять за себя, — Раз уж ты знаешь о первом полете сюда, то знай. Фосс не хотела никого спасать. Она обманула остальных ради своих целей. Она не была спасителем, — Принцесса звучала так, будто не участвовала сама в этом, будто не была по правую руку от Фосс на том корабле. Эвклаз не могла промолчать, видя как Анита сжимает ладони и переводит глаза на старшую, будто ища опровержения чужих слов. — Да, она не была спасителем. Но она первая, кто не испугался. Она привела сюда самоцветов. И тебя тоже. Остальные не были восстановлены, если бы… — договорить старшей не дали. — Фосс даже не подумала о восстановлении, пока не увидела, как по ЖелтАлмаз и Алек пошли трещины, — было заметно, как тяжело даются ей эти слова. Никому не было бы легко доставать настолько болезненные и так глубоко запрятанные воспоминания. Но Верегат не была бы собой, если бы не попыталась скрыть свою слабость, — Так много говоришь, а что ты сделала тогда? Ты хоть пыталась ее остановить? Это было справедливо. Принцесса не знала событий на Земле, Эв давала поблажку на это. Но внутри все равно больно кольнуло, ведь она пыталась. Она не прекращала попыток остановить не только Фосс, но и самоцветов на Земле. Наверно, она и правда сделала недостаточно, раз ее никто не послушал. Но легче от этих мыслей не становилось и слова, продиктованные личной болью, вырвались сами собой. — А ты? Ты была с ней ближе всех, неужели не получалось на нее повлиять? — это определённо не то, что Эвклаз хотела говорить Верегат когда-либо. И настроение резко сменилось. Собеседница опустила глаза, сжимая руки в кулаки. Но молчала она не долго, говоря почти шёпотом. — Ближе всех? Повлиять?.. Нет, она бы меня не послушала. Да и шла я за ней только из-за Призрак, даже слова против сказать было нельзя, — на мгновение ее голос дрогнул. Она снова замолчала, а потом резко подняла голову, смотря на старшую хмуро и с укором, возвращая голосу прежнюю твердость, — Я почти стала ей, чтобы угодить Фосс. Думаешь, я правда могла повлиять? Слова зазвенели в ушах, доставляя почти физическую боль Эвклаз. Вот как все было. Отвечать больше не имело смысла, теперь все особенности характера Принцессы становились понятными. Как же Эв все же иногда слепа. Верегат медленно выдыхала и разжимала пальцы. Кажется, ей становилось легче после высказанного. Эвклаз вновь напоминала себе, что она тут для этого. Не чтобы найти виноватых, а чтобы поддержать тех, кто невольно оказался в центре бури. Ей нельзя было это забывать. — Кем? Вопрос, прозвучал для обеих неожиданно. Присутствие Аниты совсем потерялось в пылу перепалки. И лучше бы она этого не слышала. Эвклаз стало страшно. Отвечать никто не решался. Но ответ и так был понятен. Эв хотела бы не видеть, как Антарк медленно хмуриться, как из взгляда пропадает все доверие. Как она резко разворачивается и уходит из зала. Где-то в сознании рухнул так бережно встраиваемый мост. Краем глаза Эвклаз заметила, что ее собеседница закрыла ладонью лицо. Она тоже все понимала. — Прости, — Эв чувствовала, что молчать дальше нельзя, осторожно касаясь чужого плеча — Я была не права. Ты правда сделала все, что могла. Эв ощущала пробежавшие у Верегат мурашки.

***

Иногда Эвклаз мечтала читать мысли. Не догадываться, не делать выводы, исходя из наблюдений, а по настоящему знать. Ведь, возможно, тогда она бы смогла подобрать нужные слова. Те, которые не ухудшат и так до ужаса шаткую ситуацию. Кажется, Анита ее избегала. Иначе как объяснить полный отказ младшей от работы с остальными? Вдобавок к этой головной боли на каждом совещании Эхмея бросал на Эв внимательные взгляды. Конфликта с ним не хотелось, а все причины для этого были. Эвклаз всегда дорого платила за свои ошибки. И всегда сама разбиралась с последствиями. Может, потому она и не могла прекратить думать о прошлом. Заметить изменения в Фосс, не допустить, поговорить, пока это еще было возможно… все это ее промахи. И она сделала все, чтобы сгладить боль самоцветов. Но и этого было недостаточно. А сейчас ей предстояло вновь увидеть тот взгляд. Полный недоверия и страхов. Внутри все звенело. И заметив Антарк на платформе перед просторами Луны, звон только усилился. Такие шансы выпадают не часто. Подходя ближе, Эв с каждым шагом все более отчетливо понимала, что нужных слов не знает. В голове вертелось множество мыслей, но ни одна из них не подходила достаточно. Оставалось лишь тихо сесть рядом с младшей, молча, надеясь на удачу. И она, похоже, еще не покинула Эвклаз полностью. Анита заговорила первой. — Зачем ты мне все это рассказывала? — ее голос звучал глухо. Она не двигалась и не смотрела на собеседницу, рассматривая что-то в далеке. Эв было не по себе. — Мне хотелось, чтобы ты знала, как все было, — быть полностью честной труднее всего. Особенно, когда за правду легко можно упрекнуть. Чем младшая и воспользовалась. — Чтобы что? Что я теперь должна делать? Что я вообще могу сделать? — ее пальцы сжимались от внутреннего напряжения. Казалось, что там в песке она видела что-то свое. Что-то, из-за чего она и звучала так болезненно. — Анита, послушай… — Нет, ответь. Я пропустила 300 лет, я не знала ничего, что случилось и из всего возможного разнообразия событий ты решила рассказать именно те вещи. Показать, что все пережили это… из-за меня? — голос Антарк вновь потух. Последний вопрос казался утверждением. Страшным осознанием, которого не должно было быть. Но оно было. И это была та ошибка, за которую следовало расплачиваться Эвклаз. И как можно скорее. — Это не твоя вина. То что произошло — произошло только из-за действий одного самоцвета. Не важно чем или кем она была одержима — это был ее выбор. И ты не обязана что-либо делать, — слова давались с трудом. Она говорила подобные вещи столько раз, но впервые это было настолько тяжело. Эв запнулась и опустила глаза, стараясь собраться с силами. — Я рассказывала тебе о прошлом не с этой целью. Последнее время я очень много думала о том, что Фосс помнила о тебе до самого конца. Возможно, мне хотелось, чтобы ты тоже ее запомнила. Не отрывками отчётов Адаманта или сухими докладами учёных. Запомнила ее так, как помню я — целиком и разрушенной, с плохим и хорошим. Не чтобы что-то исправить или думать о ее ошибках. А просто помнила. Голос Эвклаз дрогнул. Антарк ненадолго зажмурилась, а потом подняла глаза на чёрное небо и тихо выдохнула.

***

Эвклаз, как и прежде, много думала. Ее мысли всегда были наполнены вопросами и воспоминаниями. Ничего не ускользало от ее взгляда. И изменения Аниты она легко заметила. Как та, вскоре после разговора, подошла к Верегат и через некоторое время они уже вместе ушли в магазин одежды. Как они с Жад стали устраивать спарринги по вечерам. Как она сама приходила помочь остальным. Как иногда оглядывалась, встречаясь с внимательным взглядом старшей. И как отвечала на приветственную улыбку легким кивком. От мысли, что Антарк смогла влиться, по телу разливалось тепло. Похоже, ее больше не беспокоило прошлое. Но, в тех редких взглядах, Эвклаз видела понимание. Похоже, им стоило много что еще обсудить. Это не могло не вызывать улыбку. Даже если прошлое не отпускало саму Эвклаз. Мысли продолжали роиться, мешая на совещаниях и в подготовке. Вопрос Аниты звучал в ушах, стоило снова погрузиться в себя. «Что я могу сделать?» Она должна была найти ответ. Тот ответ, который поможет забыть прошлые ошибки, который направит дальше. И на совещании перед вечеринкой она не смогла сдержаться, прося Эхмею и Адаманта продолжать искать другие выходы, не требующие такой долгой изоляции Фосс. Но других выходов не было. — Неужели мы больше ничего для нее не можем сделать? — вопрос, на который она не надеялась получить ответ. Но пронзительный взгляд Адаманта, напоминающий, у кого она такому научилась, указывал на ответ, который она ищет. — Можем. И ты знаешь что. «Помнить». Это слово заместило собой каждую из кричащих мыслей. И правда, как очевидно. Легко сказав это Аните, Эвклаз не смогла принять такой ответ для себя. Ей хотелось думать, что все сложнее, что поиск решения требует усилий. Что не может быть ответом то, что она делала всегда, на протяжении всей своей жизни. Но все было проще. Она никогда не придавала значения и веса своей своеобразной коллекции воспоминаний, огромному архиву в своей голове. Ей это казалось чем-то естественным. Но на самом деле это было огромным сокровищем, сокрытым в невзрачном ящике. Если бы не яркость этих воспоминаний она бы не могла из раза в раз подбирать правильные слова. Она бы не смогла повести остальных за собой, дать им тот покой, который они имели даже во время войны. Без них Антарк бы не знала. А значит, Эв сделала для Фосс уже очень много. Внутри больше ничего не давило. Она впервые заметила, какие яркие звезды украшали небо, будто тоже готовились к большой вечеринке. Она сохранит и это. Она сможет сохранить все. Она будет помнить.

***

А что в итоге осталось? Грохот разрушающегося мира заглушал мысли. Чудесный глаз не позволял увидеть то, что она так хотела. Блестящий снег. Как тогда.

***