Мост Времени

Глава 3   Слухи начались недели две назад. По району, где жила и работала Кайя, поползли шепотки о некой силе, что бродит по улицам, появляясь то тут, то там. Сначала Кайя не придала им значения, списав на обычные городские байки. Но любопытство в конце концов взяло верх, и она спросила у Ивона, не чувствует ли он чего-нибудь.   Тот лишь презрительно повел бровью. «Никакой особой силы тут нет. Чья-то буйная фантазия или мелкий дух, которому не спится».   Услышав это, Кайя окончательно расслабилась. Так как демон, чуткий к таким вещам, и не ощущает угрозы, значит, и волноваться не о чем.   В один из вечеров Кайя шла по уже родной улице к заведению Ян-Яна. Ей не терпелось поскорее съесть теплые пышки, которые как раз должны были быть готовы. Она знала расписание и специально подгадала время, чтобы насладиться запахом свежего хлеба и полакомиться вкусняшками. Но, подойдя ближе, она увидела у входа в ресторан небольшое скопление людей. Собравшиеся громко и оживленно о чем-то спорили, но, судя по всему, никакой опасности не было. Среди них Кайя заметила Ян-Яна и его дедушку. «Надеюсь, они снова не влипли в неприятности», — мелькнуло у нее в голове. Кайя выдохнула, прибавила шагу, а в конце и вовсе перешла на бег. Перемахнув через улицу, она помахала Ян-Яну и присоединилась к группе.   — Ян-Ян, привет! Что у вас тут происходит? — Кайя внимательно окинула взглядом собравшихся. Помимо незнакомых посетителей, тут были и друзья Ян-Яна, и его деда.   — О, Кайячка, хорошо, что ты пришла! — взволнованно произнес вместо внука дед Чен. — Тебе тоже стоит об этом знать! Девушка удивленно округлила глаза и уже собиралась спросить, что случилось, но дед ее опередил: — Ты же слышала о том сорванце, который то и дело появлялся то тут, то там? Кайя на мгновение задумалась и лишь потом сообразила, что он имеет в виду те самые слухи о «силе». Однако ее удивило, что они говорят о парне, как о реальном человеке. — Да, кажется, слышала... Так это парень? Вы уверены? — с сомнением посмотрела она на Ян-Яна. Тот озадаченно покачал головой. — Вы что, с Юми-сан совсем за новостями не следите? — Ну, знаешь, у нас работы невпроворот! Скоро же Новый год! — Кайя скрестила руки на груди и уставилась на него в ожидании объяснений. У нее и правда не было времени на уличные сплетни. Бабуля завалила ее работой так, что Кайя даже забыла, когда в последний раз стирала одежду.   — Бросьте вы! — вмешался дед Чен. — Тот самый дух — это на самом деле парень, ну, или можно сказать, ребенок. Лет пятнадцати, не больше. Но самое интересное, сегодня мы выяснили, что он помогает людям и наказывает воров и беззаконников! — А вы откуда это знаете, дедушка Чен? — Кайя присела на скамейку рядом с ним. — Так ведь вот какое дело... Сегодня у нас в ресторане был воришка. Так этот парень его, видимо, проучил, забрал деньги и принес нам. Глаза Кайи снова расширились от удивления, но прежде, чем она успела задать очевидный вопрос, ее опередил Ян-Ян: — Пока ты не спросила, скажу сразу: нет, мы не видели его лица. Просто нашли деньги и записку на столе. — А я видел, у него были черные волосы! — важно заявил друг деда, старик Вэн. — Дедушка Вэн, так это может быть и я, и он, и кто угодно! — рассмеялся Ян-Ян. — У нас у всех волосы темные! — Умник ты у нас, Ян-Ян! — Но тогда откуда вы знаете, что это парень, а не девушка, к примеру? — логично поинтересовалась Кайя. Собравшиеся замялись, смотря на нее с легкой виной. — Ну, вообще-то... — начал кто-то нерешительно. — Вообще-то, мы сами так решили! — уверенно провозгласил дед Вэн. — Девушке не под силу такие выкрутасы! Кайя уже закатила глаза и собралась было парировать, но Ян-Ян снова опередил ее: — Дедушка Вэн, опять вы за свое! А Кайя? Она же тогда одна справилась с Бao и его компанией! Но на слова внука старики не отреагировали, снова уйдя в свои пререкания. Ян-Ян громко вздохнул и посмотрел на Кайю с извиняющимся выражением лица. Та лишь пожала плечами: для нее было важнее, что этот деятель оказался человеком, пусть и неузнанным. Она и сама не могла понять, зачем запоминает эту информацию, но интуиция подсказывала, что она может пригодиться.   — Кайя, ты ведь за ужином приходила? Прости, пышки только-только поспевают, — засуетился Ян-Ян, и они вместе зашли в ресторан, оставив стариков спорить на улице. — Ян-Ян, я так есть хочу! Ты бы знал, сегодня мы продали почти как за две обычные недели! У меня с утра во рту ни крошки не было! — Она по привычке, привитой дедом, быстро осмотрела зал, контролируя обстановку. Ян-Ян рассмеялся. — Зная тебя, ты и утром толком не поела, я прав? Кайя потупила взгляд. — Все ты про меня знаешь! Лучше скажи, булочки с корицей приготовил? Она погрела руки над стойкой с горячими закусками. — Конечно, для тебя — всё что угодно. Я помню, как ты их любишь, — ответил Ян-Ян, и в его голосе проскользнули мягкие нотки, отчего сердце Кайи пропустило удар. Она посмотрела на него пристально, но парень лишь улыбнулся и достал из печи противень с румяной сдобой. — А из горячего что будешь? — спросил он. Кайя взяла в руки меню, хотя помнила его наизусть, да и он об этом знал. Но ей нужно было сделать вид, что она занята, — лишь бы парень не воспользовался моментом и не завел один из тех разговоров, которых она так боялась. Даже если бы он снова начал намекать на свои чувства. Она всё и так понимала, но сейчас ей это было совершенно не нужно. Изначально Кайя планировала перекусить прямо в ресторане, но теперь, после всей этой суеты, ей захотелось тишины и уединения. Решив забрать еду с собой, она заказала двойную порцию пельменей гёдза с креветками, пару сладких ватрушек и сытный рамен с курицей.   Когда заказ был готов, они с Ян-Яном вышли на улицу и обнаружили, что площадь полностью опустела — даже дед Чен куда-то исчез.   — А куда делся твой дедушка? — будто невзначай поинтересовалась Кайя, озираясь по сторонам.   — Наверное, пошел к кому-то из друзей чай пить, — пожал плечами Ян-Ян.   Девушка лишь кивнула в ответ. Голод давал о себе знать с такой силой, что у нее слегка кружилась голова. Не в силах больше терпеть, она раскрыла один из бумажных пакетов и достала оттуда пышную, пропаренную булочку. Сделав большой откус, она наконец почувствовала, как напряжение начинает отпускать, и позволила себе расслабленно посмотреть на парня.   Ян-Ян улыбнулся ее жадности и сделал шаг вперед. — Знаешь, Кайя... Я бы очень хотел...   Сердце Кайи упало. Она мысленно уже строила вежливый, но твердый отказ, как вдруг из-за угла, словно по заказу, появился дед Чен и едва не столкнулся с внуком.   — Ребята! А вы что тут замерли? Уже ночь на дворе! —громко провозгласил старик, совершенно не подозревая, что своим появлением спас девушку от неловкого объяснения.   Кайя чуть не вздохнула с облегчением. — Да, вы правы, совсем стемнело! Мне пора бежать! До завтра! — бросила она так быстро, что слова слились в одно.   Не дав, Ян-Яну и секунды на то, чтобы опомниться, она развернулась и пустилась вдоль по улице, оставив за собой лишь шелест бумажных пакетов да удивленный взгляд парня.   Прошла неделя, после того случая у Ян-Яна. Предпраздничная лихорадка охватила Золотые Равнины, и магазинчик «Янтарная жемчужина» погрузился в приятную суету. Кайя стояла за прилавком, заворачивая в алую подарочную бумагу изящную шкатулку из резного нефрита и завязывая ленту в пышный бант.   Рядом, пересчитывая выручку, негромко напевала Юми-сан. Песня была праздничной, в честь скорого окончания лунного года. Улыбка не сходила с лица старушки, и Кайя мысленно ухмылялась: бабуля любила деньги больше всего на свете, и в этой искренней, почти детской радости была своя поэзия. Год и в самом деле заканчивался для нее крайне удачно.   Стоял февраль, и постоянные клиенты скупали украшения с таким азартом, словно готовились не к празднику, а к концу света. Еще пару месяцев назад Юми-сан, предвкушая ажиотаж, закупила у своих поставщиков огромную партию — изделия из серебра, золота и, конечно, нефрита. Кайя до сих пор помнила тот день, когда в магазин внесли четыре тяжелых, кованых сундука. Глаза девушки округлились, а в голове прозвучал едкий комментарий Ивона: «А бабуля-то крутая. Смотри, сколько тут наличности».   Юми-сан расхохоталась, глядя на ее реакцию. «Точно, ты же еще не видела наш лунный Новый год! На Серебряных его уже отгремели, я права?»   Кайя лишь молча кивнула, не в силах отвести взгляд от сокровищ. На Севере Новый год никогда не отмечали с таким размахом — разве что скромные семейные ужины. Грусть на мгновение сжала ее сердце, но она отогнала ее прочь, не желая портить Юми-сан настроение.   «Готовься, девочка, нас ждет веселый месяц! — весело заключила старушка, уперев руки в боки. — А теперь, ребята, занесите-ка эти сундуки внутрь, да аккуратнее!»   Распаковка и сортировка украшений заняли весь день. Юми-сан, проверяя каждое изделие на брак, то и дело пускалась в объяснения, и для Кайи это стало лучшим уроком местной культуры.   «Кайя, ты же знаешь, что золото символизирует солнце, ясную энергию и власть?» — спросила она, вертя в руках массивный браслет.    Девушка замялась на секунду, прежде чем кивнуть. "У нас на Севере золото — просто металл, а не символ солнца", — мелькнуло у нее в голове, но говорить вслух она не стала. Кайя подумала, что Юми-сан и сама это понимает.   Юми-сан неодобрительно вздохнула. «Вас что, ничему не учат в Серебряных Землях? Нельзя же так. Золото — это важный и ценный подарок на праздники. Именно поэтому я и закупила его больше обычного. В новогоднюю ночь каждый захочет принести в дом частичку солнца».   Кайя улыбнулась и снова кивнула. Она давно поняла, что в такие моменты лучше помалкивать и слушать, ловя каждое слово мудрой старушки.   «Впрочем, и серебро тоже разойдется, — продолжила Юми-сан, — пусть и не в таких количествах. Особенно среди торговцев да владельцев мастерских». Она говорила о тех, кто не принадлежал к правящей династии или чиновничьей элите, но чьи кошельки тоже ломились от золота. «Мои же особые клиенты в последнее время предпочитают исключительно золото и нефрит. А нефрит... — ее глаза блеснули, — нефрит всегда в цене. Он вне конкуренции».   «Серебро... оно символизирует луну и женское начало, верно? — осторожно вставила Кайя, взяв в руки изящную брошь в виде веера, украшенную крупной жемчужиной. — И еще, оно обеззараживает».   «Верно, — подтвердила Юми-сан. Кайя подхватила ее слова, - И как раз лунный год заканчивается. Может, стоит чаще напоминать клиентам о лунной природе серебра?»   «Люди часто забывают самое важное, помня лишь мелкие детали», — продолжила Кайя, внимательно разглядывая жемчужину. «Юми-сан, а эту брошь в древности могла носить только особа королевской крови, да? Потому что жемчуг был привилегией правителей».   «Правильно, детка, я тебе рассказывала. Жемчугом даже дань платили».   Кайя внимательно рассмотрела заколку в виде дракона, сжимавшего в крошечных лапках идеальную жемчужину. На ее губах дрогнула улыбка.   «Юми-сан, издревле говорят, что дракон оберегает жемчуг, потому что когда-то давно павшие в битве драконы превращались в жемчужные зерна. Интересно, правда ли это?» — многозначительно протянула девушка.   Юми-сан лишь слегка улыбнулась в ответ и, взяв из ее рук заколку, так же томно провела: «Кто знает? Легенды на то и легенды...»   «А самый популярный узор сейчас — это пион, верно? — Кайя провела пальцем по холодному металлу. — Дань старинной моде».   «Именно. Поэтому в этой партии так много пионов, — кивнула бабуля. — Он приносит удачу и богатство. Второй по популярности — журавль, символ долголетия. Ну, а лотос... — она многозначительно посмотрела на Кайю, — лотос, знаешь, для семейного благополучия».   Кайя слегка поморщилась. Лотос ей никогда не нравился, а тема семьи была болезненной. Она отвернулась, делая вид, что поправляет витрину, и ее взгляд упал на темнеющую за окном улицу. На мгновение ей показалось, что в узком переулке напротив мелькнула тень — слишком быстрая и бесформенная, чтобы быть человеческой. Она почувствовала, как Ивон насторожился где-то на задворках ее сознания, но ничего не сказал. Всего лишь игра света, решила Кайя и снова погрузилась в предпраздничные хлопоты, отгоняя навязчивые мысли о призрачных слухах и одиночестве, которое всегда обострялось в толпе.   Наступила первая неделя февраля, а это значило, что подготовка к лунному Новому году шла уже на полную мощность. Кайя и бабуля едва успевали с приготовлениями, и вскоре досталось даже Ивону. В один из дней, когда девушка совсем выбилась из сил, принимая и раскладывая новые поставки, демон не выдержал и молча принялся ей помогать. Юми-сан, заметившая это, с того момента стала поручать дела и ему.   «И тебе досталось», — мысленно усмехнулась Кайя. Ивон лишь хмыкнул в ответ и понес поднос с украшениями в основной зал, следуя за юркой фигуркой Юми-сан, которая показывала, что и куда ставить. «И как мы сразу не додумались об Ивоне? Смотри, какая от него помощь!» — весело воскликнула бабуля.   Кайя же знала причину: она просто не хотела его просить, показывать свою слабость. Тем более они продолжали свою молчаливую войну. Первая неделя выдалась на редкость удачной — они продали даже больше, чем рассчитывали. Девушка уже надеялась на щедрый бонус, который позволил бы ей как следует погулять в праздник. Юми-сан, опасаясь, что товара не хватит, сделала срочный дополнительный заказ. И вот как раз сегодня его привезли. Кайя и Ивон быстро разбирали новые поступления: он носил подносы, а она указывала, куда что ставить, вешала ценники и натирала металл специальной тканью, чтобы он сверкал еще ярче.   «Юми-сан, добрый день! Это Сяо Жань!» — раздался голос из прихожей. Услышав одного из своих самых щедрых постоянных клиентов, бабулю словно током ударило. Она стремительно бросилась ему навстречу.   «Сяо Жань! Какая радость!»   «Скажите, а привезли те два браслета, что я заказывал? С лотосами? Из золота!» — весело осведомился он. Кайя, услышав это, взглянула на свои руки и поняла, что как раз держит эти самые браслеты. Она замешкалась. Ей не хотелось самой нести их Юми-сан, но она понимала: если попросит Ивона, тот, конечно, выполнит просьбу, однако это не обрадует покупателя. Сяо Жань славился своим пристрастием к молоденьким девушкам и не упустил бы случая приударить за Кайей, если бы не Юми-сан, которая прикрыла ее, объявив своей племянницей, за руку которой уже дали несметное количество золота. Эта легенда хоть и охладила пыл Сяо Жаня, но не искоренила его полностью.   Собрав волю в кулак, Кайя вышла в зал с подносом, на котором лежали два браслета и упаковочные коробки. Бабуля радостно продемонстрировала их покупателю. Сяо Жань уже хотел что-то сказать Кайе, как Юми-сан его перебила,  «Нет ли еще чего-нибудь, что вам приглянулось?» — спросила она.   «В этом году торговля была отличной, хочу порадовать семью! — с гордостью объявил Сяо Жань. — Нет ли у вас чего-нибудь редкого и дорогого для моей супруги?»   Юми-сан, сияя, обняла его за плечо и повела вглубь магазина, на ходу бросив Кайе многозначительный взгляд: та должна была заняться упаковкой. Слава богу гость никак не отреагировал на Кайю, и она в ответ лишь мысленно выдохнула.    Пока Юми-сан была занята с Сяо Жанем, в магазине появился еще один клиент. Не успев даже развернуть упаковочную бумагу, Кайя сунула поднос Ивону и бросилась к новому посетителю.   Демон уставился на нее с немым вопросом.   «Запакуй их, пожалуйста», — мысленно бросила она.   Ивон тяжело вздохнул. «Как только эта суматоха закончится, ты заплатишь за мой труд. И расплачиваться придется очень обильным ужином», — пронеслось у него в голове. Кайя мысленно согласилась и поторапливающе кивнула.   «Клиентом» оказался Ян-Ян, их взгляды встретились, и брови Кайи от удивления взлетели вверх. — Ян-Ян? Что ты здесь делаешь? Что-то случилось? Твой дедушка? — затараторила она и сама удивилась своей торопливости, резко прикусив язык и смущенно улыбнувшись. — Нет-нет, все в порядке! — весело ответил парень, но Кайя заметила, как его глаза беспокойно бегают, не в силах ни на чем остановиться. — Кайя, мы можем поговорить на улице? У тебя есть пара минут? Я знаю, у вас сейчас аншлаг. Кайя быстро окинула взглядом магазин. Раз он хочет поговорить снаружи, значит, опасается подслушивания. Кого? Ивона? Хотя Ян-Ян не знал, что демон помогает ей с работой, и не видел его. — Да, конечно, пара минут есть. Они вышли на улицу, и Кайя заметила, что парень стал волноваться еще сильнее. Она не понимала, что ему нужно, и впервые видела его таким взвинченным. — Кайя, я не буду тебя задерживать, у тебя и так дел по горло... — он замялся, переступил с ноги на ногу. — Я хотел спросить... У тебя есть планы на лунный праздник? Глаза девушки от удивления раскрылись еще шире. Неужели он приглашает ее? Планы, конечно, были — провести вечер с дедушкой в лимбо, в их баре. Она не видела его уже дней десять. — У меня есть планы... — начала она, но, увидев, как лицо Ян-Яна вытянулось от разочарования, вдруг подумала, что ничего страшного не случится, если она уделит ему пару часов, а потом встретится с дедушкой. — Но думаю, я смогу выкроить время... — Правда? — он взглянул на нее с надеждой. — Я хотел позвать тебя на празднование! На Торговой улице в этот вечер будет невероятно весело, там соберется полгорода! Ты наверняка такого еще не видела! В этом он был прав. Ей и в самом деле было любопытно, как празднуют Новый год в Равнинах. Кайя улыбнулась и одобрительно кивнула: — Хорошо, я согласна! Ян-Ян просто засиял. — Отлично! Тогда я заранее сообщу тебе все подробности! — Он уже было повернулся, чтобы уйти, сославшись на ее занятость, но Кайя быстро окликнула его: — Скажи, а нужно надеть что-то особенное? Может, красное? — она сама не поняла, откуда взялись эти слова, споткнулась на полуслове и покраснела, ведь красное так же надевают на свадьбу в Равнинах. Но Кайя вдруг вспомнила, как дедушка рассказывал, что раньше на Новый год было принято надевать красное, но сохранилась ли эта традиция сейчас?  — А, нет! Не обязательно! Главное — приходи! Я буду рад! — Он взмахнул рукой и пулей вылетел на соседнюю улицу.   Данное событие не могло не пройти мимо ушей Ивона, хоть его и не было рядом, когда Ян-Ян приглашал ее на праздник. Когда Кайя вернулась в магазин, она застала комичную картину: Ивон застыл по стойке «смирно», слегка наклонившись с подносом, на котором красовались два браслета с огромными бантами. Рядом стояли Юми-сан и Сяо Жань; последний с нескрываемым недоверием поглядывал то на демона, то на злополучные коробочки. Клиент явно проник к Ивону неприязнью — он не привык видеть в магазине других мужчин, да еще и столь молодых. «Наверное, решил, что это мой жених», — с долей раздражения мелькнуло у Кайи в голове. Бабуля изо всех сил старалась отвлечь клиента, но, казалось, безуспешно. Кайя в который раз за день мысленно выдохнула и шагнула навстречу своим обязанностям.   — Господин Сяо Жань! Как ваши дела? Как поживают дети? Как ваша очаровательная супруга? — в одно мгновение лицо и поведение Кайи преобразились, как будто она не видела его несколько минут назад. Голос стал на октаву выше, а сама она превратилась в милую и юркую продавщицу. Если бы кто-то из знакомых увидел ее сейчас, он бы ни за что не узнал ту угрюмую северянку, что скрывалась под этой маской.   — Ой, Кайя! Где же ты была? Господин Сяо Жань так по тебе скучал! — воскликнула Юми-сан, и в ее голосе прозвучало искреннее облегчение.   Клиент, заметив Кайю, важно напыжился и с удовольствием завел с ней беседу, моментально забыв о неподвижном Ивоне. Девушка, не теряя ни секунды, забрала у того поднос и едва заметным жестом велела удалиться. Демон, поймав мысленный приказ, молча растворился в подсобке, наконец-то освободившись от роли живой подставки.   Час спустя Сяо Жань наконец-то удалился, и Кайя с бабулей смогли выдохнуть с облегчением. Он провел в их скромном магазинчике уйму времени, но зато, помимо заказанных браслетов, прикупил еще два дорогих комплекта украшений.   Пока Юми-сан пересчитывала дневную выручку, Кайя занялась закрытием лавки. Пересчитав изделия на витринах и поправив их, она погасила свет в основных залах.   Взглянув на улицу через затемненное окно, она увидела магазинчик, в который зашла в первый день своего приезда в Равнины. Там она купила свой первый местный наряд. А девушка, что так рьяно ей тогда помогавшая, Лин-Лин, со временем стала ее самой близкой подругой. Хотя сам Ивон как-то язвительно заметил на этот счет: «У тебя же нет друзей, Кайя... Да и слово такое ты вряд ли знаешь...» Усмехнувшись, он добавил: «Большинство, к кому ты хорошо относишься, уже наполовину на том свете. Считать их друзьями было бы... некорректно, не находишь?»   Кайя покачала головой, словно пытаясь вытрясти из себя эти мрачные мысли. Вдруг она заметила, как едва уловимая тень пробежала по газону во дворике Юми-сан — так быстро, что она едва успела уловить силуэт. Кайя отметила про себя, что этот «дух» начинает действовать ей на нервы, и решила во что бы то ни стало разобраться с ним, как только пройдет новогодняя суета. Она лишь надеялась, что за это время не случится ничего непоправимого.   Ей уже не терпелось поскорее очутиться в лимбо, у дедушки. Он, конечно, говорил ей, чтобы она не торопилась, но Кайя скучала по нему — настолько, что это она сама торопила события. Будто боялась, что это место исчезнет, пока ее не будет. Что он растворится так же неожиданно, как и появился в ее жизни.   И словно в ответ на ее тоску, в сумерках двора мелькнула знакомая фигурка. Это была Лин-Лин. Кайя тут же подумала, что надо во что бы то ни стало поскорее обсудить с подругой дерзкое приглашение Ян-Яна. Она знала, что та будет на седьмом небе от счастья и, конечно же, предложит выбрать наряд в своем магазине «Шелковый Полумесяц».   Кайя бросилась открыть дверь на задний двор. — Лин-Лин, привет! Что ты тут делаешь? Почему не зашла с главного входа? Подруга потирала замерзшие в тонких перчатках руки. Мороз, как недавно заметила Юми-сан, и впрямь стоял для этих мест порядочный. — Я шла с магазина, тут было ближе. Уже собиралась обойти дом, но ты меня опередила! — улыбнулась Лин-Лин. Кайя жестом пригласила ее внутрь. — Мы же идем ужинать? Подожди меня, я быстро переоденусь! Садись, грейся! — ее оживление было таким явным, что Лин-Лин не сдержала смешка. — Кайя, ты рада мне больше обычного. В чем дело? Что-то случилось за те пару дней, что мы не виделись? — У меня есть что тебе рассказать! — Кайя сияла. — И мне срочно нужен твой совет! — Ну теперь я вся во внимании! Беги быстрее!   Лин-Лин положила свою маленькую сумочку на столик и принялась осматриваться. У входа, как всегда, стояли украшения на изящных подставках. Она так часто ждала здесь подругу, что уже запомнила некоторые изделия наизусть. «Может, в этом году Шань купит мне что-нибудь из "Жемчужины"?» — промелькнуло у нее в голове. Супруг девушки каждый год приезжал с рудников, где добывали драгоценные камни, всего на несколько новогодних дней. И эта короткая неделя была для Лин-Лин самым счастливым временем.   Размышления прервала Кайя, уже сменившая рабочую одежду на уютное стеганое пальто. — Лин-Лин, все хорошо? Ты так задумалась... Неужели о Шане? — подруга легонько толкнула ее в бок и, поворачиваясь к прилавку, крикнула: — Юми-сан, мы ушли! Спасибо, что сегодня закроетесь без меня! В ответ донеслось невнятное бормотание. Лин-Лин вопросительно подняла бровь. — Не обращай внимания, — шепотом сказала Кайя. — Она считает выручку. У нее сейчас в глазах горят цифры, а не люди. Подруги переглянулись и рассмеялись. — Лин, я так рада, что скоро Новый год! — воскликнула Кайя, как только они вышли на оживленную торговую улицу, и их взгляды по привычке утонули в ярких витринах. — Может, мне наконец-то удастся немного подкопить. — А у тебя скоро Шань приедет, да? — спросила она, обращаясь к подруге.   Лин-Лин улыбнулась и потянула Кайю за локоть. — Ты куда? Нам же в ту сторону, — она кивнула в сторону заведения Ян-Яна, их обычного места. — Не сегодня, Лин, — покачала головой Кайя. Она не была готова видеться с Ян-Яном так скоро после того разговора. Да и ему, наверное, было бы неловко. — Идем к дяде Байю. Опрокинем по рюмашке и поедим его фирменных гёдзе. Лин-Лин округлила глаза от такого поворота. — Та-а-ак, — протянула она, сгорая от любопытства. — Рассказывай, что случилось! Какая муха тебя укусила? Кайя лишь загадочно хихикнула и уверенно повела подругу в противоположную сторону — вглубь района, где улочки сужались, а фасады хранили отпечаток иной, промышленной эпохи Равнин.   Заведение, куда они направлялись, ютилось в здании бывшего дока для дирижаблей. Для Кайи «Войд» всегда был чем-то большим, чем бар. Это был инкубатор атмосфер. Переступая порог тяжелой, окованной болтами двери, она каждый раз ощущала, как реальность слегка провисает, будто здесь давление времени было ниже. Она вспомнила, как Лин-Лин впервые привела ее сюда — шумной компанией, чтобы «показать северной диковинке, как мы умеем». Тогда Кайя внутренне сжалась в комок, но рядом была Лин, а Ивон, почуяв отсутствие прямой угрозы, лишь зевнул в ее сознании: «Наконец-то не лимбо. Надеюсь, тут подают что-то крепче призрачных слез». Он растворился в толпе, получив свою долю на выпивку и едкое напутствие: «Или ты хотел, чтобы за тебя заплатили?» Его хищная усмешка мелькнула тогда в отражении бокала.   Но сегодня все было иначе. Сегодня она входила не гостьей, а соучастницей.   Открыв дверь, Кайя не шагнула — ее втянуло внутрь. Воздух «Войда» был густым, насыщенным запахом влажного камня, обожженного кофе и чего-то электрически-сладкого — возможно, пыльцы со светящихся гибридных орхидей, что вились по стальным фермам под потолком. Пространство не было просто ангаром с двумя этажами. Оно было слоистым. Визуально — открытый зал. Но это была социальная паутина невидимых границ. Возле одних столиков разговоры текли громко и бесцельно — это были «простые воды», безопасная зона. Другие же образовывали тихие омуты: там голоса падали до шепота, а жесты становились скупыми и значимыми. Кайя чувствовала это кожей — одни зоны отталкивали внимание, другие — манили, суля риск и возможную выгоду.   Они начали спускаться по узкой лестнице из кованого металла, и Кайя поймала на себе взгляды снизу. Не грубые, а оценочные. Ее сканировали. Новое лицо в старом кругу.   — Если бы я знала, что мы идем в «Войд», я бы надела что-то… менее безобидное, — фальшиво вздохнула Лин-Лин, но в ее глазах мелькнул азарт. Кайя лишь кивнула, ее внимание привлекла фигура у барной стойки — тощий подросток в поношенном плаще, жадно доедавший миску лапши. И на секунду… на долю секунды свет над ним дрогнул, и его силуэт стал призрачно нерезким, будто проявился на двух разных кадрах пленки сразу. Кайя замерла. Тень?   Визг в голове был настолько пронзительным, что Кайя вздрогнула. Это был Ивон. «Интересненько! Мерцающий мальчик-призрак. Уличный дух, что ли? И голодный, бедняжка», — его голос звучал похабно-заинтересованно. «Ивон, — мысленно, но чётко приказала Кайя, не отрывая взгляда от Лин-Лин. — За ним. Посмотри, что он будет делать. И главное — проверь, не следят ли за ним другие». «О, поручение! Как мило. Ладно, покуролесим. Но я еще не забыл об ужине.». Чувство его присутствия исчезло из её сознания, словно тень, соскользнувшая со стены. Кайя закатила глаза и мысленно выдохнула.    Лин-Лин, не заметившая этого мимолетного обмена, уже вела ее к стойке, где за бутылками возился парень с умными, быстро бегающими глазами — Сяо И, правая рука хозяина. — Эй, дяди Байя еще нет? — бросила Лин, бесцеремонно устраиваясь на табурет. — Лин-Лин! Рано еще. Его величество появляется, когда паутина уже сплетена, — парировал Сяо И, и его взгляд скользнул по Кайе, не как по новой гостье, а как по переменной в уравнении. — А бронь у вас, я смотрю, отсутствует. Рисковые. — Мы же на удачу рассчитываем, — игриво сказала Лин, но Сяо И уже смотрел куда-то за спину Кайи, едва заметно кивнув кому-то в глубине зала. Процедура допуска была завершена.   — Вам повезло. Угловой столик у колонны освободился. Тихо, все видно, — он сделал жест, приглашая следовать. Это была не просто услуга — это было размещение. Столик на нейтральной полосе, между шумной зоной и одним из «тихих омутов».   Устроившись в глубоком кресле, Кайя заказала гёдзе и вино, делая вид, что изучает меню. Ее взгляд блуждал по залу, выхватывая детали: мужчина в строгом ханьфу, тихо ставящий печать на свитке; женщина с глазами цвета нефрита, чьи пальцы барабанили по столу в сложном, явно неслучайном ритме; бармен Сяо И, который, смешивая коктейль, одновременно следил за всеми этими людьми, будто дирижируя молчаливым оркестром сделок.   Лин-Лин налила вина.   «Итак, приглашение от Ян-Яна. Мило. Но, Кайя, — она прищурилась, — ты же понимаешь, что для людей отсюда это не просто свидание? Это сообщение. Он вводит тебя в свой круг. А круги здесь, — она провела пальцем по краю стакана, — как вода. Попадешь в один, намочишь ноги во всех. Ты готова к тому, что о тебе начнут узнавать? Не только как о работнице Юми-сан, а как о личности с прошлым, которое ты так тщательно прячешь?»   Ее слова повисли в воздухе, густом от невысказанных договоренностей. И где-то в этой гуще, Кайя знала, сейчас скользит незримый демон, выслеживающий призрачного мальчишку, за которым, возможно, уже кто-то охотится. Личная тревога сплелась с внешней угрозой, и кокон «Войда» сжимался вокруг них все теснее.   — Ты опять не здесь, — констатировала Лин-Лин. Её взгляд стал мягче. — О чём ты думаешь на самом деле? Не о свидании же.   И тут Кайя совершила ошибку. Задавленная грузом двойной жизни — и магазина, и лимбо, и демона внутри — она на секунду опустила щит. И та идея о том, что Лин-Лин обрадуется за нее, вдруг исчезла, как будто ее никогда и не было.  — На самом деле я не думала о нем в таком ключе, и не думала… - Лин-Лин подхватила ее слова, - Не думала о том, чем эта простая встреча может обернуться? – Кайя кивнула и добавила, - Я думаю о том, что любая близость — это риск, — тихо сказала она, глядя на свои руки. — Что я могу принести с собой… нечто. И оно испортит всё, к чему прикоснётся.   Они уже допивали вторую порцию чая, когда Кайя ощутила знакомое ледяное прикосновение к сознанию. Ивон вернулся.   «Развлечение удалось на славу, — мысленно процедил он. — Мальчик-тень — не простой дух. Он… с дыркой. В нём что-то отсутствует. Память? Часть души? И да, за ним следят. Два человека. Не грубые головорезы. Следопыты. Один сидит у выхода, делает вид, что чистит трубку. Второй — вон тот, в сером, у колонны, читает свиток. Оба смотрят на него, когда думают, что никто не видит. И оба пахнут… озоном и старой бумагой. Не уличной пылью».   Информация ударила Кайю, как удар током. Это не был просто городской фольклор. За этим «духом» ведется настоящая охота. И кто эти люди? Коллекционеры? Охотники за привидениями? Слуги какой-то фракции?   — Лин, — голос Кайи стал срочным и тихим. — Скажи, если кто-то в Равнинах… преследует духа. Зачем? Кто этим занимается?   Лин-Лин насторожилась, её игривость исчезла. — Духа? По-разному. Иногда — чтобы изгнать, если он вредный. Иногда — чтобы поймать и использовать как источник энергии или слугу. А иногда… — она понизила голос, — чтобы задать вопросы. Духи ведь многое видят. Ты что-то знаешь, Кайя? – Девушка, вспомнила, как «изгнала» духа, не так давно, который сейчас обитает в лимбо.    Кайя быстро покачала головой, но было уже поздно. Лин-Лин увидела в её глазах не праздное любопытство, а узнавание и страх.   — Кажется, наш ужин подошёл к концу, — мягко, но твёрдо сказала подруга. — И тебе, Кайячка, нужно решить, будешь ли ты просто наблюдать… или уже ввяжешься в игру, правила которой не до конца понимаешь. Игроки, — она едва заметно кивнула в сторону выхода, — уже в сборе.   Кайя решила, что подумает о Ян-Яне позже, Лин дала ей информацию, над которой нужно будет подумать. И она быстро откинула мысли о будущем «свидании» на потом.    Уже двое следаков духа-мальца стояли у выхода из бара, они ждали, чтобы схватить паренька. Но для Кайи это показалось странным, так как они не походили на простых «шкафов», которым просто приказали схватить цель, они выглядели, как ребята, которые могли принимать сами решение и анализировать… Кайя усмехнулась своим словам. И принялась, просто наблюдать, она показала знак Лин, на тех ребят и она тоже расслабилась в кресле. Тут ее настигла мысль о том, зачем ей нужен этот парень, она не обязана его спасать, в конце концов. Но она подумала сразу о том, как ее дедушка бы поступил в подобной ситуации. Конечно же он бы помог мальцу. Кайя едва заметно выдохнула и спросила Ивона, - Ты не находил того, кому понадобился малец? – Тот в свою очередь отрицательно помахал головой.    Она решила идти в ва-банк, недолго думая, Кайя посмотрела на мальца, который все так же сидел за барной стойкой доедая остатки, - Ивон, иди, поговори с ним. Посмотрим, будут ли меняться не постоянные значения… - Тот в ответ хмыкнул и уже был на пол пути к парню. Он даже возникал в ответ, что даже немного удивило ее.    Лин-Лин наблюдала за Каей и не могла понять, чем именно она занимается. Кайя смотрела в пустоту — нет, не в пустоту. Она следила за чем-то невидимым, ее взгляд фокусировался на точках, где никого не было, а губы чуть двигались, будто в беззвучном разговоре. По спине Лин-Лин пробежал холодок. Это было не похоже на задумчивость. Это было похоже на… общение.   — Кайя, — тихо, но резко позвала она, заставляя подругу вздрогнуть и встретиться с ней взглядом. — Ты не здесь. Твой взгляд скачет по пустым углам. С кем ты разговариваешь?   Кайя промолчала, сделав вид, что потягивает вино. Она не могла рассказать про Ивона. Не сейчас. Но Лин-Лин не отступала.   — Хорошо, не отвечай. Но давай я скажу, что вижу я. Твой воображаемый друг сейчас, по твоему приказу, подходит к тому мальчику у стойки. Да? — Она поймала мгновенное замешательство в глазах Кайи и усмехнулась без веселья. — О, не надо делать такое лицо. Когда человек командует невидимой армией, это читается по позе. Так вот. Эти двое у выхода — не «шкафы», как ты правильно подметила. Они «клейщики». Специалисты по поимке и фиксации нематериальных сущностей. Они не будут хватать его физически. Они ждут, пока он выйдет, чтобы набросить на него энергетическую сеть или вогнать в подготовленный сосуд. Если твой невидимый друг сейчас начнет с ним говорить и спугнет — мальчик рванет к выходу и попадёт прямиком в их ловушку. Ты это понимаешь?   Кайя поняла. Лин-Лин говорила не спроста. В ее голосе звучала не только тревога, но и знание дела. — Как ты…? — Неважно, — отрезала Лин. — Ты влезла в игру. Хочешь его спасти — нужен план получше, чем «послать призрака пообщаться». У тебя есть ещё невидимые солдаты? Или идеи?   В этот момент мальчик у стойки резко обернулся, будто услышав то, что сказал ему Ивон. Его глаза, полные животного страха, метнулись к выходу, где стояли «клейщики». Он замер, как загнанный зверь.   «Он паникует, — донесся в голову Кайи ледяной голос Ивона. «Говорит, что его преследуют, потому что он что-то видел. Что-то важное. Не хочет, чтобы его „стёрли“. Интересная формулировка, не правда ли?»   — Лин, — Кайя схватила подругу за руку. — У тебя есть «задняя дверь»? Любая. Или способ отвлечь этих двоих хотя бы на минуту?   Лин-Лин оценивающе посмотрела на нее, затем на бармена Сяо И. Тот, будто чувствуя её взгляд, едва заметно кивнул. — Есть один вариант. Глупый и дорогой. — Она вытащила из сумочки маленькую хрустальную сферу, внутри которой клубился дымок. — Это «дымовая завеса» для духовного восприятия. Ослепит их «взгляд» на десять секунд, не больше. Но это привлечет внимание всего «Войда». После такого нам сюда дорога будет закрыта надолго. И ты мне всё объяснишь. Каждую деталь. Договорились?   Кайя кивнула. Деваться было некуда. — Договорились. Давай.   Лин-Лин прикрыла сферу ладонью, что-то прошептала, и хрусталь потускнел. Она жестом подозвала Сяо И. — Милый, у тебя же сегодня акция на выдержанный «огненный эль»? Порадуй этих господ у выхода. Счёт на мое имя. И… затяни процесс.   Бармен понял всё с полуслова. Через мгновение он уже подносил двум охотникам бутылку и бокалы, начиная пространный рассказ о её происхождении, искусно блокируя им обзор.   Пока девушки обсуждали план, дух-мальчик не сидел сложа руки. Его фигура мерцала, как плохая связь, временами становясь почти прозрачной. Он нервно озирался, и Кайя заметила, как от его пальцев, лежавших на стойке, расходились едва заметные волны — не звука, а самого пространства. Оно слегка колебалось, как вода под легким ветерком. Он не просто прятался — он инстинктивно искал слабые места в реальности, щели, куда можно было бы нырнуть. Когда Ивон невидимо приблизился к нему, мальчик вздрогнул всем телом, и на мгновение его очертания расплылись, словно пытаясь раствориться в воздухе. Но у него не хватало сил, и он снова сфокусировался, сжавшись в комок страха.   — Теперь действуй быстро, — прошептала Лин-Лин. — Говори своему призраку: пусть ведет мальчика не к выходу. Пусть ведёт его сюда, к нам. А потом — будь готова бежать через кухню.   Как и ожидалось, охотники не стали долго слушать бармена, и всем четверым пришлось быстро делать ноги в сторону кухни. Дух, казалось, скользил над полом, а не бежал, его ноги лишь изредка касались земли. Он двигался рывками, и с каждым таким рывком воздух вокруг него звенел тихим, высоким звуком, будто лопалось мыльное пересохшее кольцо. Ивон оказался рядом с ним мгновенно, а вот девушкам пришлось повозиться с толпой. Конечно, Кайя могла сказать, чтобы Ивон помог ей, но в моменте у нее не было сил, чтобы сообразить.   В неоновом свете и гуле музыки, девушки прорывались через танцпол. Ивон материализовался возле них, сделал их полупрозрачными, и за несколько секунд вся троица оказалась у выхода. Но и парочка, которая следовала за ними по пятам, почти нагнала их. Лин-Лин скомандовала всем быстро выходить, захлопнула дверь и бросила еще одну сферу. — Это даст нам еще немного времени, — прошептала она, показав знаком бежать вправо.   Стоило им отбежать, как послышались удары по двери. Они уже завернули за здание, когда Ивон спросил мысленно: «У нас есть план, куда мы бежим?» Кайя осмотрелась и просто махнула головой. Тот закатил глаза и пропал из виду, спрятавшись в ее сознании, чтобы не тратить энергию.   — Лин-Лин, скажи, что у тебя есть план куда бежать? — простонала Кайя. В ответ подруга усмехнулась. — Конечно, у меня есть план, но я думаю, мы не дотянем до того места. — Кайя только хотела спросить, о чем она, как Лин-Лин схватила ее за плечи и резко притянула в темный переулок. Через несколько секунд мимо пробежали двое ищеек, и девушки выдохнули. — Я о том, что у тебя не хватит сил добежать. Отсюда минут тридцать бега. — Кайя выдохнула, расслабила колени и опустила голову. — Я вижу, сделка с демоном отбирает у тебя слишком много энергии. — Кайя внимательно посмотрела на подругу. Лин-Лин усмехнулась. — Не сложно было догадаться. Кайя смогла более-менее прийти в себя. — Как думаешь, сколько у нас есть времени, прежде чем нам придется снова бежать? — Она села на одну из коробок у двери. — Я думаю, минут десять. — Она так же присела рядом. — У тебя есть идеи, где мы можем спрятаться поближе? Кайя подумала о лимбо, но сразу же отвергла эту мысль — не хотела подвергать деда опасности. Вдруг Ивон снова вторгся в ее сознание: «Это была бы неплохая идея». Кайя ничего не ответила. — Может быть, нам мог бы помочь Ян-Ян? — Может быть, у него не простая семейка, у его деда много связей. — Кайя никогда не думала о Ян-Яне в таком ключе. — Правда? Я этого не знала. — Ты многого не знаешь. Поэтому я говорила, что раз Ян-Ян тебя пригласил, это не просто так. — Кайя кивнула. — До его забегаловки минут десять, если бежать. Лин-Лин показала жестом, что готова, и собиралась выбежать из переулка, когда услышала едва уловимый голос из-за угла: — Да, господин, мы скоро их найдем… Да, мы помним, что мальчишка нужен вам живым… Господин, ему помогают две девушки, одна из которых жена Шаня, а вторая… Мы ее никогда не видели, но что интересно, у нее есть ручной демон… Да, мы поняли, привести их тоже…   Ледяной ужас сковал Кайю. Они знали. Знают про Ивона. Знают про Лин. Они не остановятся. В этот момент из тени рядом с ними выступил дух-мальчик. Он дрожал, но в его глазах, больших и слишком ярких для человеческого лица, горела не только паника, но и острое, животное понимание. Он смотрел прямо на Кайю. Его взгляд был похож на щуп, проникающий в самые потаенные уголки ее сознания. Он не читал мысли — он читал чувства, считывая энергетический след ее глубочайшего, почти неосознанного желания.   — Не… не ходите к нему, — прошептал мальчик, и его голос звучал как шелест сухих листьев. — Они… они уже там. Везде. Ищут щель. Вашу щель.   Кайя почувствовала, как Ивон напрягся внутри нее, готовый к бою. Но что они могли сделать? Бежать? Куда? И тогда мальчик протянул руку. Не к Кайе, а к стене переулка, заваленной мусором. Его пальцы сжались в кулак, а затем резко разжались, будто он разрывал невидимую ткань. Пространство перед ним затрепетало, заколебалось, как воздух над раскаленным асфальтом. Звук рвущегося полотна реальности — низкий, неприятный вибрирующий гул — заполнил переулок. В кирпичной стене не было двери, но теперь там зияла брешь, за которой колыхались странные, неземные сумерки и доносился далекий, печальный звук старого джаза.   — Вы… вы хотите туда, — не спрашивая, а констатируя, сказал мальчик, все еще смотря Кайе в душу. Его лицо исказилось от напряжения; держать портал открытым ему было невероятно тяжело. Контуры его тела снова поплыли, стали водянистыми и нечеткими, словно он сам растворялся, подпитывая эту дыру в мире. — Я… чувствую. Там… безопасно. Для вас. Быстро!   Шаги за углом становились все ближе. Лин-Лин, бледная, сжала Кайю за руку. — Что это, Кайя? Что он открыл? Это был портал. Портал прямо в лимбо. Прямо в бар ее дедушки. Мальчик прочитал ее тоску, ее отчаянное, спрятанное даже от самой себя желание оказаться в единственном месте, которое она могла назвать домом. — Это единственный путь! — выдохнула Кайя и рванула Лин-Лин за собой к колышущемуся разрыву.   Перед самым прыжком она обернулась. Мальчик, бледный как мел, уже почти не имел формы, превращаясь в сгусток мерцающей энергии. Его охотники выскочили из-за угла, и один из них, с криком, выбросил вперед руку, из которой вырвался серебристый шнур-петля. Петля пронзила воздух там, где мгновением раньше был дух, и со свистом ударила в стену. Но дух, вместе с хвостом своего же энергетического следа, рванулся вслед за девушками в портал.   Кайя, Лин-Лин и мелькнувшая за ними размытая тень провалились в дрожащий проем. Портал захлопнулся с глухим хлопком, оставив в переулке лишь запах озона, растерянных охотников и непроницаемую стену из старого кирпича.   Лин-Лин наконец обрела дар речи. — Где мы? И… кто вы? — Место, где можно перевести дух, дитя. А я — временный смотритель этой забегаловки на краю всего. — Дедушка выпрямился и посмотрел на Кайю. Его взгляд был не осуждающим, но тяжелым, полным ответственности. — Ты привела их сюда, значит, отвечаешь. Что будешь делать? Они, — он кивнул на стену, где угасли последние радужные разводы, — уже ищут след. Лимбо не любит непрошеных гостей, а Охотничий Дом славится своим упрямством. У нас есть час, от силы два, пока они не нащупают слабину и не начнут продавливать портал.   Он помолчал, прислушиваясь к тишине за стенами бара, будто слыша в ней далекие шаги. Потом его взгляд стал отстраненным, направленным куда-то внутрь или вовне — Кайя не могла понять. — Впрочем… Есть вариант. Не самый чистый, но действенный. — Дедушка медленно вытер руки о полотенце и положил его на стойку. — Я могу попросить… более влиятельных смотрителей этих окраин. Тех, кто следит за порядком в межмирье. Для них эти «клейщики» — не более чем назойливые мошки, нарушающие тишину. Мошки, за которыми могут прилететь и более крупные хищники, а это им не нужно.   Кайя смотрела на деда, осознавая, как мало она на самом деле знает о масштабах его связей. — Ты можешь это сделать? Попросить? — Можно всё, внучка. Вопрос — какой будет цена вопроса потом. Но сейчас у нас нет времени на тонкости. — Он закрыл глаза на секунду, и Кайя почувствовала, как воздух в баре стал гуще, заряженным тихой, беззвучной командой. Казалось, даже музыка приглушилась в почтительном ожидании. — Они сделают это аккуратно. Без шума. Охотничий Дом обнаружит, что его агенты… исчезли. Не вернулись, не вышли на связь. На расследование и отправку новой команды у них уйдет минимум несколько дней. Это наш срок.   Он открыл глаза и снова стал просто дедушкой за стойкой, но напряжение в воздухе осталось. — Несколько дней, — прошептала Лин-Лин, все еще цепенея от услышанного. — Что мы сможем сделать за несколько дней? — Это зависит от него, — дед наклонился над мерцающим сгустком у их ног. — И от того, что он знает. В нем вырвана часть. Памяти? Или того, что удерживало его от полного распада? Если мы не вставим этот кусок на место и не узнаем, почему за ним охотились, следующие гости будут куда серьезнее. И им мои… знакомые не станут мешать. Обещаю.   Кайя посмотрела на подругу, на едва живого духа, на деда. В ее груди закипела знакомая смесь страха, вины за втянутую в это Лин-Лин и острой решимости. — Значит, это наш срок. Мы должны выяснить, что он видел. И как ему помочь. — Чтобы вырвать часть сущности, нужна сила или древний ритуал, — задумчиво произнес дед, наливая в три бокала что-то темное и густое. — И то, и другое есть у старых семей Равнин. Или у тех, кто ими притворяется. Пейте. Это не решит проблем, но поможет нервам. А потом начнем задавать вопросы нашему гостю. Пока он еще способен на них отвечать.   Где-то в глубине лимбо, за стенами уютного бара, что-то огромное и древнее лениво пошевелилось, почуяв колебание границ. Оно получило просьбу и, нехотя, двинулось ее исполнять. Тишина за стенами стала не просто пустотой, а выжидающей, сторожевой тишиной. Играющая пластинка больше не хрипела. Она играла четко, как метроном, отсчитывая начало их нескольких дней.