Туман перед рассветом.

Роберт обнаружил Адриану на одном из балконов отеля, где проходил прием, и сразу по ее лицу понял, она чем-то сильно расстроена. Макияж не был способен скрыть лихорадочный румянец, тушь немного осыпалась под глазами, помада слегла размазалась, а руки неровно теребили подол вечернего платья. — Я обыскался тебя! Почему ты не отвечала на звонки, Адри? Я волновался. — Прости, Робби. Я просто пытаюсь… прийти в себя. — Стараясь успокоиться, срывающимся голосом ответила Адриана. Она видела звонки мужа, но специально выключила на телефоне звук. Была не в состоянии говорить с ним после ушата грязи, вылитого на нее Лореной. — Тебе плохо, милая? В чем дело? Что случилось? Роберт подошел к ней и заключил в объятия, обеспокоенно разглядывая. Адриана почувствовала, что ей стало чуточку легче. Сумбур мыслей в ее голове начал приходить в порядок. — Лорена случилась. — Она чем-то обидела тебя? Адриана отстранилась, тяжело вздохнув. Ужасно корила себя за некоторые сомнения относительно Роберта. — Она решила мне открыть глаза на тебя. — В каком смысле? Я всегда был предельно откровенен касательно своих отношений с Лореной. — А с Хуаной? — С Хуаной? При чем здесь она? Роберт искренне удивился. Он ожидал услышать что угодно, но точно не имя своей давней подруги. И какие же гадости Лорена успела наговорить Адриане? — Роберт, я не верю сказанному. Правда, не верю… Просто пытаюсь понять… — Что Лорена сказала тебе о Хуане? — Что ты изнасиловал ее, когда Хуане было всего пятнадцать. Сначала Роберт испытал шок, кровь отхлынула от его лица, затем ощутил невероятную злость на Лорену. Вот мерзавка! Ладно бы выдумала гадость относительно него, но впутывать Хуану… Роберт развернул Адриану к себе. Она почему-то не смотрела на него, опустив взгляд в пол. — Адри, милая, посмотри на меня, пожалуйста. Адриана выполнила его просьбу. В ее глазах он прочел страх услышать от него признание, что Лорена не обманула ее. — Ты не веришь мне из-за того, как начались наши отношения? Что я тогда об очень многом врал тебе? Адриана отрицательно покачала головой. Но Роберт был абсолютно прав. Частично в этом состоял корень проблемы. В момент, когда Лорена бросила ей те ужасные слова, что Роберт изнасиловал ее сестру, она на миг, краткий миг, поверила в худшее, ведь однажды любимый уже обманывал ее. — Я никогда никого не насиловал. У меня никогда ничего не было с Хуаной. Ничего. Ни поцелуев, ни чего-то большего. Для меня Хуана словно вторая сестра. Я люблю ее так же, как Эрин. — Я знаю, Робби. Прости. Я верю тебе. Но зачем Лорена… Адриане было безумно стыдно за недоверие к мужу, за свои сомнения. — Как тебе вариант, Гусман до сих пор не отвел ее под венец, и когда она видит нас вместе счастливыми, готова лопнуть от зависти. Вот и выдумывает. — Ты прав. По версии Лорены, ее сестра сбежала в США из-за тебя. Из-за… — Хуана сбежала, потому что их с Лореной родители всегда боготворили старшую дочь. Даже когда интрижка Лорены и учителя раскрылась, когда стало известно о ее беременности, родители никогда не винили в случившемся Лорену. Учителя, любителя малолеток, школу, правительство, испанскую корону, но не собственную дочь. Я же рассказывал, Хуану после этих событий стали травить в школе. Но родители не посчитали нужным вмешаться и что-то сделать. Я оказался единственным ее другом в той ситуации. И сбежала она не из-за меня, а от своей любящей семьи. — Роберт, мне так стыдно, что я на долю секунды усомнилась… Ты же не станешь устраивать разборки с Лореной? Она ведь только этого и ждет. — Пусть подавится собственным ядом. Мне на нее плевать.