Туман перед рассветом.

— Ты проделал потрясающе огромную работу, Роберт. — Усаживаясь на диван сына в его кабинете, хвалебно произнес Роберт-старший. Он действительно был впечатлен. Они только что закончили экскурсию по «Кларидхе». Роберт-младший отлично преобразил отель. Номера стали удобные и современные, соответствующие духу времени. Кухня укомплектована по первому классу. Персонал, конечно же, принявший его за Куинна, был вежлив и приветлив. А пустующий клочок земли за отелем заполнился небольшим зданием для сотрудников, с комнатой для отдыха, шкафчиками для одежды и душевой. — Тебе в самом деле нравится, пап? — Еще бы. Когда я купил «Кларидхе», отель был немного запущен. И я, если честно, не особо вникал, нужно в нем что-то изменить или нет. Отель был страховкой. Твоим наследством. Должен был просто приносить стабильный доход. — До того, как я встал у руля, мама и Куинн внесли много преобразований. Мне оставалось лишь навести немного лоска. Ничего не испортить. — Ты ничего не испортил, Роберт. Похвалы отца были лестны. Заставляли парить его душу. Отец оценил его вклад, они целый день провели вместе. Еще неделю назад он и мечтать не смел о подобном. Но все шло идеально, слишком идеально. Что не могло не беспокоить Роберта. — Отель в Валенсии совершенно другой. Настоящий испанский колорит. Что оказалось весьма востребованным туристами, приезжающими на побережье. И я кое-что проверил. Бриджет Рэнфилд, которая помогала мне в покупке отеля… — Работает на меня. Верно, сынок. И именно мой Фонд нашел эту сделку для тебя. Надеюсь, ты не сердишься? — За что, пап? «Барр Индастрис» позарез нужна была в тот момент подобная сделка. Ты оказал мне неоценимую услугу. Понимаю, тобой двигало чувство вины за… — Не только. Хотелось дать толчок твоему бизнесу. У меня просто появилась возможность. Роберт-младший немного натянуто улыбнулся отцу. В его почти идеальном возвращении все же была ложка дегтя. Главное они пока не обсудили. Что отец мог объявиться, помочь купить отель не анонимно. Только Роберт не спешил первым заговаривать об этом. Не хотел и боялся нарушить очарования момента от возвращения отца. Намеренно оттягивал этот и некоторые другие неудобные вопросы. — Торговый центр в Барселоне? — Был предлогом завлечь Куинна. Но почему не убить одним ударом двух зайцев? Восторг и энтузиазм от его воскрешения стал постепенно угасать в глазах его сына. Что не укрылось от Роберта. Да и было всегда всего лишь вопросом времени. Сейчас во взгляде сына читалось желание чего-то большего, чем разговоров о бизнесе. Но одновременно там был и страх задавать интересующие его вопросы. — Не думай, я не считаю, что сам ты не справишься. «Кларидхе» доказывает, что справляешься ты отлично. Я действительно чувствовал и чувствую себя виноватым. Но я слышал о контракте с лондонским «Роялс». Многообещающая перспектива. И в этот раз я совершенно не имею никакого отношения к сделке. Клянусь. — Я знаю, но сделка с ними пока под большим вопросом. — Тебе не следует сомневаться в собственных силах, сынок. Роберт-младший в ответ улыбнулся, а затем спросил в лоб. Явно о том, что беспокоило его гораздо больше любого бизнеса. — У тебя кто-нибудь есть? — В смысле, есть? — В смысле женщина. Жена, спутница, любовница. — Я не женат. — Но кто-то у тебя все-таки есть? Прости, но в двадцать лет полного одиночества мне сложно поверить. Роберт знал, что делает его сын — прощупывает почву. Потому что беспокоился насчет Иден. Что может принести с собой их новая встреча. Он пытался скрыть ревность, но взгляд выдавал его. — У меня есть кое-кто. — Ты любишь ее? — Мне с ней хорошо. — Расскажешь подробнее? Покажешь фото? — Конечно. Правда, я планировал сделать это чуть позже. Роберт-младший с сожалением для себя отметил, у отца нет особого желания обсуждать свою нынешнюю пассию. По крайней мере, он не поспешил достать из бумажника ее фото, если носил таковое с собой. Да, что скрывать, он испытывал немного ревности, хотя прекрасно понимал, всем нужна пара, близкий человек рядом. И вообще ему следует радоваться, что его отец не провел более двадцати лет один. Кто-то скрасил его годы вдали от родных. И даже был рад этому в какой-то мере. — Давно вы вместе? — Несколько лет. — И ты с ней счастлив? — Вполне, но это не значит… — Я так не думаю. И рад, что ты не провел все эти годы в одиночестве. Роберт уже почти принял решение, немедленно рассказать сыну о Флейм, если он так настаивает. Выслушать все его негодование и претензии по поводу нее. Сразу вскрыть рану, чтобы позже ее зашить, а не пытаться залепить пластырем. — Ладно, пап. Расскажешь, когда будешь готов. Не хочу ничего испортить. — Пошел на попятный Роберт-младший. Ему надоело наблюдать за увиливаниями отца от прямых ответов. — Дело не в этом. Я приехал побыть с тобой. Чтобы мы узнали друг друга. Не собираюсь снова исчезать. И у нас впереди полно времени поговорить о моей личной жизни. Как бы там ни было, кто бы ни был со мной рядом. Я никогда не забывал о тебе. Преодолевал себя и свой паралич, чтобы вернуться к тебе. Наверстать упущенные годы. Сказанное отцом выглядело так, словно женщина рядом с ним не имела такого огромного значения, просто была той, кто рядом, дарила свою близость и тепло отцу несколько последних лет. Но что-то все равно тревожило Роберта в попытке отца отсрочить разговоры и знакомство с ней. — Пообедаем вместе, пап? — Разумеется, сынок. Что сын столь быстро и легко закрыл тему его женщины не могло наивно успокоить Роберта. Основная буря все еще впереди. Как только прозвучит имя Флейм. Как только станет известно об Эйдане и Даниэле — разразится настоящий ураган.