Туман перед рассветом.

Убедившись, что Роберт крепко заснул, Флейм натянула на себя вязанную кофту с длинными рукавами и вышла из дома. Первая ночь Нового года выдалась промозглой. Да и близость к болотам давала о себе знать. Когда пару лет назад они с Робертом покупали для себя дом в Новом Орлеане вместо того, что уже несколько лет снимали в Бофорте, Флейм предлагала тетке и кузену купить и для них новый дом. Но тетушка Мэй отказалась, слишком привыкла к месту, где провела долгие годы. Поэтому в итоге в старом доме Бофортов просто немного обновили ремонт. Сегодня она не последовала старой привычке, иногда прогуливаться по ночному Бофорту, вдоль всех этих улочек, так хорошо ей знакомых. Вместо этого неспешно направилась к реке. Теперь путь туда представлял собой вполне ухоженную тропинку. В Сент-Джеймсе пару лет назад открыли небольшой рыбный завод, и теперь в Бофорт часто наведывались его сотрудники, чтобы окунуться в прохладную реку после сложного трудового дня. Часто в выходные работяги приходили сюда с детьми. В ее детстве местность вокруг была довольно дикой. Они, местные ребятишки, знали все тропки и дорожки, как и лучшие места для купания. А родители всегда знали, где можно найти своих отпрысков. Никаких чужаков, все знали друг друга по именам. Пока она шла, Флейм думала о Роберте и его подарке. О красивом кольце на ее пальце и дарил ли он кольца Иден. Может быть, на Сиренас? А Келли? Куинн точно подарил Келли кольцо, даже два, на их обе свадьбы. И на душе было горько от столь невеселых мыслей. Уже на берегу Флейм поежилась от холода и плотнее закуталась в кофту, затем присев на землю. Ее одолевала тоска, бесконечная и тягучая. Прошлое лето они проводили здесь вчетвером. Она, Роберт и дети. Много смеялись, учили Эйдана и Даниэлу плавать. Устраивали с Робертом заплывы наперегонки до середины реки, а затем все вместе укрывались одним большим одеялом. Было здорово. Этим летом было иначе. Его Роберт провел по другую сторону океана. С теми, к кому стремился вернуться годами. К своей настоящей семье. И теперь точно не откажется от всего того, что хочет наверстать. От тех, кого хочет увидеть. Что же до ее места в его меняющейся жизни, там Флейм себя не видела. Роберт будет жить, начнет наконец жить на полную катушку, а она… Останется забытой им на этом берегу. Без Эйдана и Данни, которых заберет Роберт, как верно подметил его сын. Флейм вытащила пачку сигарет из кармана кофты, затем зажигалку. Слава богу, в круглосуточном кафе Бофорта всегда можно купить сигареты. Закурив, она даже не раскашлялась, хотя уже много лет не курила. Но это как со способностью плавать или ездить на велосипеде. Научившись один раз, уже не разучишься. Выпустив клуб сигаретного дыма в воздух, рассматривая кольцо на пальце, Флейм думала о том, что не хотела делать того, что собиралась. Вмешиваться или подталкивать события. Она хотела верить словам Роберта, что между ними ничего не изменится. Что кольцо действительно символ… Но, увы, не верила. Никогда не верила. Докурив первую сигарету, она зажгла вторую. Докурив и ее, вместо третьей, потянулась в карман за своим мобильником и вторым телефоном. Небольшим. Одноразовым. Специально купленным в соседнем штате. И ее стали душить рыдания. Все существо Флейм противилось тому, что она намеревалась сделать. И легче всего было сейчас расплакаться, выплеснуть душившие эмоции и вернуться домой, отступить, принять предложение Роберта и не делать… Но Флейм приказала себе быть сильной и подавила рвущиеся из груди рыдания. В своем телефоне нашла нужный номер. Вбила его в предоплаченный. Затем написала сообщение. Краткое и простое. Цифры телефонного номера и всего одно слово. Роберт. Отправила его Иден Кастилио. Для верности подождав еще пару минут. Затем поднялась и выкинула одноразовый телефон в реку. Он сразу и стремительно пошел ко дну. Если Иден попытается перезвонить, никто ей не ответит. Телефон даже невозможно будет отследить. А вот позвонит Иден Роберту или нет, поверит ли сообщению, от нее уже не зависело. Флейм снова взглянула на кольцо на пальце. Если Роберт однажды узнает про ее поступок, обязательно поблагодарит. Но он не узнает.