Try Me / Попробуй меня (Чай/Вин)

Глава 3 "Смешно, но... не могу помочь" Наступили сумерки и солнце почти скрылось, оставив лишь последние лучи света, отбрасывающие тени на темно-синее небо. Это всё было похоже на холст, нарисованный художником. Роскошный автомобиль подъехал к огромному особняку, и как только машина припарковалась в проходе, соединяющем главный въезд с домом, молодой человек, который был красивее любой картины на холсте, вышел из машины с выражением полного удовольствия на лице. -Я изнурен. Это был голос не того, кто вышел из машины первым, а хныкающего подростка, который целый день пытался помочь мужу потратить деньги и даже не знал, сколько в итоге потратил. — Что, ты так устал? Вин повернулся, чтобы посмотреть на Графа, идущего рядом, улыбка на его лице заставила Критти энергично закивать. -Да, устал. Пи'Вин, я вышел из дома в 11 часов, а сейчас почти 6 часов вечера. - Прошло только 7 часов, как ты можешь тогда удовлетворить Кина? Упс!!! Как только чарующий голос оборвался, Граф обомлел, а затем его лицо постепенно начало краснеть. Обернувшись и посмотрев на Вина, юноша сказал так, как будто хотел сменить тему: -Мы сегодня много всего купили, Пи'Вин. Ты уверен, что Пи'Пакин не убьет тебя? Мальчик посмотрел на руки Панчая, полные пакетов, и увидел, что тот передает всё служанке, которая вышла, чтобы взять у них пакеты с покупками. Поэтому он не мог не подумать о том, что хотя Пи'Пакин очень любил своего брата, который был его кровным родственником, он всё же еще являлся ответственным. Неужели он не сойдет с ума, когда увидит счет, который получит позже? Однако Вин тут же ответил: -Почему он должен убить меня, это дело Графа? -Пи! На этот раз юноша вдруг повернул голову, чтобы посмотреть на красивое лицо Вина, который очень мило улыбнулся ему, а затем повернулся и сказал слугам: - Отнесите все это в главную комнату. -Эй, эй, подожди минутку, Пи'Вин, подожди! Почему это в мою? Пи'Вин купил это! – воскликнул Граф, услышав слова Фавина, и тут же обеими руками схватил юную модель за руку с криком: - Я не понимаю, как это все Графа, а не Пи'Вина! Этот взгляд заставил Фавина громко расхохотаться, а затем он вошёл в особняк, небрежно бросив: -О, это деньги мужа Графа, как они могут быть моими. -Просто... просто это же покупки Пи'Вина... -Следует сказать, что я помогал тебе выбрать, а не покупать для меня. -Ааа?! - закричал Граф во второй раз за сегодня, изо всех сил пытаясь не отставать от человека, который выглядел слишком счастливым. Он наконец понял... Меня обманули! - Ой, Граф думает о Пи, как о каком-то бродяге, как я могу покупать себе вещи на деньги родственников. У меня тоже есть работа и деньги, почему я должен использовать карту Кина? Кроме того, все вещи купленные для Графа сочетаются с одеждой, часами и обувью, так как они могут быть моими вещами? – спокойно парировал Вин, совершенно не заботясь о том, что ребенок рядом с ним сильно потер голову и застонал: -Должно быть, Пи'Пакин убъёт меня! -Чего ты боишься, блин?! Чёрт, сделай так, чтобы старик во всем следовал за тобой. Услышав это, Граф тут же выпалил: -Безумный Пи'Вин! Как я могу это вынести!!! Я чуть не умер в постели в прошлый раз! -А…? Ну, я снова облажался… Это была первая мысль, пришедшая в голову Критти. Вин повернул голову, чтобы оглянуться, и вскинул брови, как будто не знал, каким наказанием Пакин занял Графа в прошлый раз. На это юноша не смог ничего сказать. Потому что в глазах другого парня... чувство насмешки над ним было так очевидно. Вин остановился, а потом развернулся и подошёл к юноше: - Это хорошо, что Граф знает, что надо делать с Пи. -Никогда! Граф хотел закричать, но в итоге закрыл рот, потому что красавчик приблизился к его лицу и прошептал: -Это беспроигрышный вариант, не так ли? Закончив говорить, Фавин отступил назад и посмотрел на красивого юношу, лицо которого уже раскраснелось, а губы были сжаты и он не мог ничего возразить в ответ. Вин знал, что хотя парень жаловался и кричал, но такой энергичный подросток, как Граф, мог и будет терпеть любовь его брата с сильными потребностями, поэтому он очаровательно улыбнулся и использовал соблазнительный голос, говоря ему: -И это именно так. Не дожидаясь реакции Графа, он прошёл дальше в дом со счастливой улыбкой, такой яркой, что все, кто его видел, подумали бы одновременно... Кхун Граф такой жалкий, однажды его обманул даже Кхун Вин… Но их мнение могло измениться, если бы они увидели Фавина в одиночестве. Хлоп. Как только дверь спальни закрылась, улыбка в уголках рта молодого человека застыла. Пальто, в которое он был одет, было снято и брошено на кровать, а затем стройный парень быстро стянул одежду со своего тела, одну вещь за другой, и, быстро двигаясь, вошёл в ванную комнату. Улыбка в его глазах, которая светилась когда он смотрел на своего застенчивого младшего нонга, превратилась в… трепет. И теперь в его глазах были только обида и ненависть. Шурххх... Войдя в душ, Вин на полную мощность включил его, не заботясь о том, холодная или горячая вода стекает по его телу. Он повернул свою тонкую руку, чтобы энергично надавить на гель для душа и жемчужно-белая жидкость выплеснулась на ладонь и на пол, но молодому человеку было всё равно. Он несильно ударил кулоком в стену... -Прочь, уходи! Фавин энергично хлопнул по другой руке, бормоча одни и те же слова снова и снова, отчаянно вытирая свою чистую, белую, гладкую руку, как будто на ней было какое-то пятно... так сильно... еще сильнее..., что, казалось, кожа вот-вот протрётся. - Убирайся!!! - вскрикнул Вин, ударив рукой по стене ванной и… закрыл глаза. В этот момент в сознании парня возник образ высокого мужчины в костюме, который никогда не покидал глубины его сердца, того человека, который был так знаком ему. Однако образ, появившийся сегодня, это не только сам мужчина, но и пара стройных, красиво украшенных ладоней, лежащих на его плечах. Вину всегда было не возможно это видеть, ведь всё это говорило ему... что женщина прикасалась к мужчине, которого он никогда не коснется. -Убирайся! Пара красивых глаз всё ещё была закрыта, вторая рука снова вернулась и энергично потерла другую, не заботясь о том, что кожа вот-вот слезет, поскольку она уже была красной и почти кровоточила, а он все тер и тер её, как будто это была не его рука, а чья-то ещё. Шурххх... - Нет... не трогай его!* (П/П:* ну здравствуй, шиза….приехали…) Вин закричал так громко, что его голос прорвался сквозь звук воды, падающей на плитку пола, он энергично тер руки, отчаянно пытаясь избавиться от ощущения прикосновения, цепляющегося за его тело, как будто его трогал другой мужчина, а затем замер, как вкопанный. В этот момент тело молодого человека не могло ничего с этим поделать. Он чувствовал, как пол начал уходить из под ног и дрожал, как бы говоря о том же трепетном и беспокойном чувстве в его сердце. -Не трогай его... пожалуйста... не надо... В конце концов, из закрытых глаз потекли слезы, смешиваясь с холодной водой, но Вину было всё равно, он лишь тихонько всхлипывал. Его тело... съехало по стене и упало на пол. -Пожалуйста, не трогайте его. Фавина сотрясали рыдания, а некогда обаятельный и приятный голос стал дрожащим и хриплым, умоляя всех, кто прикасался к мужчине… не трогать этого человека, этого любимого человека Вина. Черт тебя побери! Эти мольбы существовали только в ванной комнате, как и хрупкость молодого человека, который не хотел, чтобы кто-либо видел его слабость. Вин прекрасно знал, что как бы ни притворялось его тело, в глубине души... ему все равно было мучительно больно. … -Я слышал, что ты сегодня встречался с Вином. Чёрт! -Эй, Dead Hot* хочешь стейка? Я тебя покормлю, – сказал Граф. (П/П*: Dead Hot – горячая смерть (англ), кличка собаки Пакина. Прим. Ив ) -Вау! Было почти 8 часов вечера, время ужина, когда вернулся хозяин дома. Это было единственное, на чем Критти настаивал каждый день - независимо от того, как поздно Пакин приходил с работы или шёл на нелегальные заезды до утра... он всё равно должен был ужинать с упрямым маленьким паршивцем и слушать, как он болтает о том, о сем, но... сегодня было на удивление тихо. Граф был настолько тихим, что Пакин не мог не завязать разговор. Он думал, что увидит приятную улыбку и услышит то, к чему привык изо дня в день, думая, что скоро оглохнет от него. Однако Пакин был удивлен, когда ему это не удалось. Более того, Критти уклонился от вопроса и заглянул под стол, где спокойно лежала немецкая овчарка. Dead Hot залаял в ответ на вопрос юноши, заставив хозяина особняка нахмуриться. -Забудь о нём, Граф, не позволяй ему развить вредные привычки. -Он уже давно испорчен, – возразил паршивец, заставив Пакина покачать головой и вернуться к исходной теме: -Что ты натворил? Упс!!! - Ничего! – громко воскликнул тот, кто потратил почти миллион бат за один день, и покачал головой. Глаза Графа по-прежнему смотрели только на собаку, а драгоценный пёс смотрел на Пакина, как бы говоря... «Теперь, когда он сдался, его можно легко наказать, господин». -Чай, что было? Когда Критти не ответил, Пакин не стал спешить, так как уже повернул голову, чтобы посмотреть на подчиненного. Правая рука Пакина – Панчай, тот человек, который отказывался есть за одним столом, сколько бы Граф ни просил. Но Чай повернул голову, чтобы посмотреть на паршивца, что внезапно заставило Графа обратить на него внимание. Щёлк... -О, Хот, ты сыт? Хочешь прогуляться после ужина? Как мог Пакин пропустить действие подростка, махнувшего рукой, чтобы дать кое-кому знак «не говорить». В его острых глазах вспыхнул хитрый огонёк, а губы изогнулись в усмешке, заставив Графа задуматься о том, чтобы сглотнуть. -Всё нормально, ничего такого. -Можешь сказать мне, что ты сделал? -Эй, не говори так! Пи, я никому не мешал. -Ой, сомневаюсь... Блин, смеясь так, ты хочешь меня задеть, да? Граф не осмелился сказать это, потому что хотя он знал в глубине души, что Пакин больше не причинит ему вреда, это не означало, что он ничего не сделает с его телом. Болезненное ощущение все ещё было живо в его сознании, поэтому Критти решил повернуть голову и посмотреть в другом направлении, чтобы попытаться найти выход. И тут его взгляд упал на красивый винно-красный сосуд в руке домработницы. -Тетя Кео, это кому? – спросил Граф, как будто она должна была отвечать на вопрос всех хозяев особняка, но это также привлекло всеобщее внимание к пожилой женщине, держащей бутылку красного вина и бокал. -Кхун Вину. -О, разве Пи'Вин не сказал, что устал и хочет спать? Граф расстраивался из-за того, что его дразнили, но когда наступило время ужина, он все равно поднялся наверх и позвал второго брата, но Пи'Вин дал понять, что сегодня ужинать не будет, однако… Когда это он стал алкоголиком ? Пить вот так… -Не знаю. Он позвонил и попросил. Это уже вторая бутылка. -Ну, а сколько времени прошло с первой бутылки? Пакин повернулся к юноше сузив пронзительные глаза. Потому что прошло меньше часа с тех пор, как он вернулся домой, этот плюшевый медвеженок сразу прибежал и объявил, что Вин идет спать, так как же это стало второй бутылкой вина за час? Последующий ответ экономки заставил кое-кого замереть. -Полчаса назад. - Он пьёт слишком быстро. Пакин медленно покачал головой, а его пронзительный взгляд обратился к подчиненному, стоявшему в углу комнаты. -Граф! Что ты сегодня делал? Он смотрел на Панчая, но спрашивал своего любовника. Однако это заставило Графа, который хотел сохранить тайну как можно дольше, прежде чем счет будет отправлен домой, ответить: -Тетя Кео, я сам потом отнесу это Пи'Вину... -Критти! Когда Граф услышал свою фамилию из уст старшего, то понял, что Пакин больше не может терпеть, а также это заставило его откинуться назад и сесть, ответив гораздо более мягким голосом, чем раньше: - Мы просто делали покупки. -И? -Просто… мы много чего купили... — А ещё? -Я только потратил… немного больше. -Сколько? -О, тетя Кео, я...- начал было снова говорить Граф, но… -Черт возьми, Чай! Блять, отнеси эту бутылку Вину! Сразу после этого Пакин прервал его низким голосом. Ему было совершенно всё равно, как выглядит лицо его подчиненного, так как он уже повернулся и посмотрел Графу в глаза, а потом спросил хриплым голосом: -Немного... сколько миллионов? Конечно мужчина знал, что использовать карту хотел не Граф, а его кровный родственник, и ему было всё равно, сколько это стоило… Даже если бы Граф захотел частный остров, он был бы доволен. Его интересовало только то, что он получит «подарок» от своей жены. Вот и всё. Лицо Пакина становилось все более и более жестоким, из-за чего мелкий сопляк совсем скис. — Просто… почти… -Тебе стоит подготовиться на всю ночь, верно? -Эй, Пи'Пакин, ты не можешь этого сделать! Панчай схватил бутылку вина у экономки, развернулся и вышел из столовой, совершенно не обращая внимания на то, как двое хозяев продолжали спорить дальше. Он шёл, поднимаясь по лестнице, просто глядя прямо перед собой парой пронзительных глаз. Когда мужчина остановился перед комнатой, его изначально спокойные глаза на мгновение блеснули. Однако, спокойствие было быстро восстановлено. Тук-тук... -Входите. Панчай молча ждал, пока не услышал разрешение войти, прежде чем открыть дверь. -Тетя Кео, поставьте ее туда, я открою бутылку позже. Сначала Чай не мог ясно разглядеть, где находится хозяин комнаты, но когда из угла дивана донесся хриплый голос, его зоркий взгляд заметил мужской халат торчащий из-под края дивана. Это означало, что юнная модель лежал там. Панчай замер, раздумывая, следовать ли инструкциям, или проверить ситуацию с другой стороны. Мужчина давно наблюдал и знал, что хотя Фавин любил играть и общаться, он не алкоголик. Он мог держать бокал вина в руке целый час. Поэтому, когда он услышал, что Вин за полчаса выпил бутылку вина, это не могло не подтолкнуть его направиться поближе к краю дивана. Пробежавшись внимательно взглядом он тут же отвёл глаза и остановился. Человек перед ним был соблазнителен и кокетлив, даже мало похож на мужчину. У Чая не было другого выбора, кроме как опустить взгляд и обратить внимание на стройное тело взрослого мужчины, лежащего на боку. Фавин выглядел чертовски привлекательно, завораживая его. Халат на одном плече сполз, обнажая мягкие белые плечи и чрезвычайно привлекательную ключицу. Грудь, которая виднелась сквозь распахнутый халат, кажется, была способна привлечь всех мужчин склонить головы и поцеловать Фавина... На его белоснежной коже веднелись тонкие прожилки вен и слегка покрасневшие участки, подобные прекрасным розам. Лицо рядом с мягкой подушкой тоже слегка покраснело и даже маленькие капельки пота, выступившие на нём, вызывали у Панчая желание попробовать их на вкус. То, что он увидел, заставило его немедленно поднять глаза. -Вино. – внезапно услышал Вин. Неожиданный звук заставил человека, который лежал и просто пил так, что его сознание уже уплывало от действия алкоголя, повернуться на голос. Затем Вин изогнул губы, но тут же быстро расслабился. -Оставь его. Сомнения в сердце обратились в тишину и пронзительные красивые глаза модели взглянули на крупного мужчину, который ставил бутылку вина на стол перед ним. Он обратил свой взгляд на него и увидел, что Панчай наклонился, чтобы поставить бокал вина. -Кхун Пакин беспокоится о вас. Вин уже ждал, что Панчай что-то скажет, но все равно удивился, когда тот упомянул имя его брата. — Кхун Граф тоже. Вы слишком много выпили. - А ты? «____» Панчай отвернулся от бутылки вина и когда их взгляды встретились, в его глазах было только безразличие и спокойствие, без малейшего признака колебания. Фавин поднялся и медленно сел. Пояс на его халате был ослаблен и, казалось, вот-вот свалится, но он не упал полностью, удерживая халат, но несмотря на это халат полностью соскользнул с обоих плеч. Обнаженная верхняя половина тела предстала перед глазами охранника, но Панчай просто выпрямился и не ответил на предыдущий вопрос. — Я ухожу. -...как всегда. После короткого молчания юная модель несколько раз покачал головой и сказал голосом, в котором звучало безразличие. Панчай повернулся, чтобы выйти из комнаты. -Аах…- внезапно застонал парень в халате. -Кхун Вин! Тотчас же, услышав слабый вскрик, телохранитель тут же развернулся и бросился его подхватить. Потому что он увидел, что Вин чуть не потерял сознание и начал падать, так как слишком быстро встал. Его сильная рука обвилась вокруг тонкой талии, а другая схватила Фавина за руку. Он пытался помочь, совершенно не осознавая того, что физический контакт был слишком сильным. -!!! Однако, как только он прикоснулся и ощутил тепло тела Вина, пояс халата ослаб, позволив ему полностью распахнуться, обнажая настолько роковое очарование, которого не могло быть даже у некоторых женщин. Полностью обнаженное тело приковало на мгновение к себе взгляд Панчая. У Фавина было мужское тело, как ни посмотри, но его нежная и гладкая кожа, кажется, была способна притягивать человеческие руки. Панчай потянулся, чтобы запахнуть полы халата и осторожно коснулся его кожи. Фавин тотчас же вздрогнул, как будто по нему прошла волна электрического тока, он задрожал и издал стон от удовольствия, а Чай не мог не опустить взгляд, отметив стройные ноги и даже уязвимые интимные места, к которым вели едва заметные светлые волосы. Всё это выглядело соблазнительно и маняще… В общем, Панчаю пришлось в результате оторваться и вежливо отвернуться. -Я даже недостоин взгляда... Вин почти начал кривить губы, но вовремя остановился. Вместо этого его рот изогнулся в ухмылке и в то же время он протянул свою руку, чтобы схватить руку противника, которая поддерживала его тело. Та самая рука, к которой прикасалась некая женщина, заставила парня неосознанно схватить ее. -Может ли Кхун Вин стоять самостоятельно? – спросил Чай вежливым голосом и просто посмотрел в окно, из которого он мог видеть темное ночное небо. Он произносил это так, будто делал это только из чувства долга. И Вин на мгновение лишился дара речи. Но в этот момент Фавин почувствовал подавленность и одышку собеседника, так что… он довольно усмехнулся. Ухмылка у него была точно такая же, как у его брата. -Кхун Вин! Ноги, которые раньше были устойчивыми, вдруг подкосились и тому, кто поддерживал его, пришлось быстро притянуть стройное тело в свои руки. Когда Панчай перевел прищуренный взгляд, чтобы посмотреть на красивое и мужественное лицо, то обнаружил, что… На лице Вина появилась озорная улыбка, и модель очаровательным голосом произнёс: -Меня это достало уже. «____» Вин знал, что Панчай помогает ему, потому что должен. Ответственность для него своего рода ограничение, и он не стал бы нарушать приказы. Поэтому он поднял руки и уперся в его широкие плечи, а затем продолжил движение вверх, но не стал обхватывать шею Панчая. В это время его тело было плотно прижато к нему. -Отведи меня в кровать, — прошептал Вин и уткнулся лицом в его широкие плечи. Его нос учуял слабый мужской аромат, напоминающий о силе, мужестве и рвении. Если бы не запах дешевого парфюма, то этот аромат точно был бы в несколько раз лучше. Женский запах заставил Фавина еще сильнее прижаться к Панчаю, и он сказал шепотом так, что Панчай был бессилен отказать: - Быстрее… Фавин не удивился, когда мужчина нагнулся и поднял его на руки. Он чувствовал, что телохранитель широким шагом направился прямо к мягкой постели, но это движение отличалось от намерения брата Сина поднять и бросить его на кровать, а также от всех мужчин, которые подминали его и отпечатывали на его теле клеймо... - Сделано. – произнёс Чай, хотевший казаться равнодушным, только что уложив хрупкого парня на мягкий диван, после чего он тут же попятился, но... — Я пролил вино. – произнёс Вин, ухватив мужчину за рукав, и Панчаю пришлось посмотреть на него. -Что? Вин улыбнулся и посмотрел на мужчину, который был удивлен его словами, а затем указал на темные винные пятна на своей груди, которые только что высохли. Панчай прищурился и взглянул на него, а затем отступил назад и встал рядом с кроватью. -Я возьму полотенце и немного воды. Сказав это, телохранитель удалился в ванную со спокойным и бесстрастным лицом, взял полотенце поменьше, намочил его в воде и отжал. Хотя руки, выжимающие полотенце, прикладывали немало усилий, отражение в зеркале в этот момент показывало человека со стиснутыми зубами и свирепым лицом. Однако, в считанные секунды это всё просто исчезло, и на его месте появился человек, который считал свой долг - своей жизнью. Панчай вернулся в спальню полный возбуждения, он использовал всю свою волю, чтобы рассеять его, но когда подошел к кровати, то увидел... как на краю лежал обнаженный Вин на боку и смотрел на него в упор. Чай слегка сжал кулаки, но это не помешало ему хорошенько разглядеть вогнутую талию и ягодицы, четко очерченные оттого, что Фавин лежал на боку, обнажая все своё тело с одной стороны. Хотя стройные ноги хорошо закрывали часть между ног, можно было представить, что любой мужчина сойдет с ума от фантазии и желания протянуть руки и засунуть их под эти стройные ноги. Но это... это было не про него... - Полотенце. -Протри меня. Пусть даже Вин произнёс это вызывающе, но молодой охранник должен был покорно продвинуться вперед. Две пары пронзительных глаз переплелись, и если у одного был дразнящий взгляд, то другой старался казаться спокойным. В то же время запах тела, указывающий на сильное желание, пронизывал всю комнату, но... — Я думаю, Кхун Вину лучше самому всё протереть. – произнёс Чай тихо и положил влажное полотенце рядом с подушкой. — Ты хочешь не подчиниться приказу? – игриво спросил лежащий на кровати красавчик и поднял брови, а молодой охранник повернулся, встал возле кровати и вежливо ответил: - Меня разыгрывать совсем невесело. Он понимал, что все это просто игра для юной модели, чтобы повеселиться. Тогда Вин ответил с улыбкой: -Интересно. После этого он взял полотенце и положил его на свою прекрасную грудь, чтобы протереть, а затем начал медленно проводить им с одного плеча на другое, словно зная, как пробудить чье-то желание… Но этим человеком был точно не тот, кто стоял рядом с его кроватью. -Если Кхун Вин собирается спать, я поставлю бутылку вина обратно, – сказал вежливо телохранитель, а Фавин покачал головой: — Боишься, напьюсь в постели? -У Кхун Вина завтра работа. -Ох, хорошо. Вин кивнул и посмотрел, как Панчай шагнул вперед, чтобы взять бутылку вина, а затем пододвинулся и сел у изголовья, глядя на человека, который остановился, чтобы оглянуться. -Тогда я... — Хочешь, чтобы я сразу заснул, как твои старые друзья? - осторожно произнёс Вин, остановив шаги охранника у двери. А потом... как же он мог не увидеть, что губы телохранителя тесно сжаты. - Я сказал, что дразнить меня неинтересно… Завтра попрошу кого-нибудь разбудить вас в 7 утра, я припаркуюсь и буду ждать к 8 утра. А сегодня спокойной ночи. – проговорил Панчай, как автоматический робот, а потом слегка поклонился, развернулся с бутылкой вина в руке и направился к двери комнаты. Хлоп… Дверь снова закрылась. Остался только Фавин, у которого была на лице улыбка, но потом эта улыбка исчезла и раздался низкий хриплый голос: — Но я… я ни разу тебя не обманул, - прошептал Вин несуществующему человеку в комнате, потому что этот человек никогда не хотел его слышать. Затем он снова упал на кровать, крепко сжал в руках мокрое полотенце и протащил его от груди вниз к нижней части тела. Приподняв голову над подушкой он посмотрел вверх на потолок, а после... закрыл глаза. Единственное, что пришло ему на ум, это момент, когда он вспоминал прикосновение Панчая к своему телу. Вину показалось, что он видит отпечатки ладоней на своей талии, чувствует прикосновение его рук, даже прикосновение его длинных ног. Его белые руки невольно сжимали мокрое полотенце крепче, и постепенно раздавались всхлипы, смешанные со стонами. -Ха... э... ах... - звучали спровоцировавшие страсть стоны, тело слегка смыкалось, ягодицы ритмично поднимались и опускались, а слезы... текли из-под закрытых век, которые слегка подрагивали, и он хрипло постанывал: -Чай... эм... Пи... Чай... Имя человека, который никогда не обратит свой взгляд на молодого хозяина.