Try Me / Попробуй меня (Чай/Вин)

[Ты видел фотографии, которые я разместил?] -Нет, где ты их выложил? [В электронном письме, отправленном утром. Открой его.] Во второй половине дня, когда Фавин увидел, кто ему позвонил, он даже не пытался скрыть усталость. Вин подошёл к столу, включил компьютер и услышал самодовольный голос. Это был Инь Тай Лан, тот самый фотограф. [Открой, посмотри, и тогда ты увидишь, что я совсем на другом уровне, чем те, кто фотографировал тебя. ] Я не хочу видеть. Вин тайком вздохнул, но всё же зашёл в электронную почту, а затем открыл самое последнее письмо, которое только что мелькнуло на экране, и увидел фотографии, на которых он позировал в разных позах несколько дней назад. В этот момент на экране появилось изображение Фавина в знакомой белой рубашке, пуговица которой была расстегнута, так что один рукав был свободен и наполовину свисал с плеча, обнажая бледную нежную кожу, как произведение искусства. Однако лицо модели было совсем не как у благожелательного бога-мужчины, а скорее как у дьявольского сатаны, с глазами, полными ослепительных эмоций. Он не выглядел страшным, наоборот, был обаятельным настолько, что от него невозможно было оторвать глаз. Да, Тай Лан не сделал ничего возмутительного, когда пришел в тот день в дом Фавина. Мужчина просто хотел запечатлеть его нынешнее выражение лица и эмоции на фотографии. Тай Лан никогда не говорил, что хотел заняться с ним сексом, то, что он хотел, было большей потребностью, чем простой секс. А заставило его забыть о потребностях нижней части тела желание фотографировать. Вин никогда не соглашался фотографироваться в постели, а сам Тай Лан однажды сказал, что секс-фотографии — это просто вульгарное чтиво, ему нужно было нечто более продвинутое. Но юная модель так и не понял источник вдохновения идей этого человека. В тот день фотограф сказал, что согласен уйти, в обмен на три или четыре снимка. Это был простой обмен и Вин без колебаний согласился. Так что в той комнате ничего не произошло, он просто позировал для фото. Но Вин не мог не признать, что навыки этого человека действительно соответствовали его репутации. Именно поэтому он так не хотел уходить. Фавин заметил выражение своего лица, он даже не предпологал, что мог показать такие ​​сильные эмоции. Все его эмоции, чувства и растерянность были отчетливо видны на фотографиях. Глядя на них, чувство осознания того, что его тело было покрыто очевидными отметинами, снова заставило Вина бессознательно протянуть руку, чтобы скрыть давно исчезнувшие следы пальцев на его шее и следы засосов Панчая. Очень жаль, что только один человек может заставить тебя показать такое выражение лица, Вин. В течение многих лет он думал, что достаточно скрывал свои эмоции, но когда увидел фотографии Тай Лана, то понял, что ему нужно быть более осторожным, особенно перед подчиненным брата. [Ты посмотрел их?] Хриплый голос фотографа на другом конце телефона тут же стер все мысли. [После того, как эта работа будет закончена, ты должен вернуться в Корею. Там далеко можно пойти, а здесь у модели нет будущего, ты же понимаешь, Вин. ] Как он мог не понимать того факта, что в корейской модной индустрии можно было пойти дальше и развиваться лучше, чем в Таиланде. Если он останется здесь и не станет актером, его будущее в индустрии моды будет весьма туманно. -Спасибо за ваше предложение, я подумаю об этом еще раз, – ответил Вин, но ему было наплевать на непрекращающиеся уговоры и он повесил трубку, равнодушно швырнув телефон на стол, хотя слова Тай Лана всё ещё отдавались в его сердце. Дело было не в будущем его карьеры, потому что Вин знал, что причина, по которой он решил поехать в Корею, была не в том, чтобы развиваться в индустрии, а в том, чтобы избежать боли, и ему было неважно, куда ехать. Важным фактором в принятии решения об отъезде являлась не работа, а его сердце. То же самое было и сейчас, исход этого инцидента являлся ключом к тому, останется он или нет. Тук-тук. -Извините, Кхун Вин. Фавин на мгновение был застигнут врасплох, потому что, когда он услышал стук в дверь, за ним последовал голос человека, которого он меньше всего хотел видеть в этот момент... высокого молодого телохранителя с настороженным выражением лица и трудночитаемыми эмоциями. - Если ты вошел до получения разрешения, то с чего бы тебе беспокоиться? Модель повернул стул лицом к Панчаю, сложил руки на груди и улыбнулся уголком рта, что заставило вошедшего опустить голову в ответ на суровые слова модели, а его внешний вид был далек от тех рекомендаций несколько дней назад. -Извините. Если подумать об этом… сколько прошло времени? Прошло много дней с тех пор, как Вин вернулся в дом своего брата, а Чай вел себя как обычно. -В чем проблема? Фавину было всё равно, что эти пронзительные глаза смотрели на его фотографию на экране. Если Панчай не совсем идиот, то он должен был догадаться, кто сделал такое сексуальное фото... Кроме того, это не то, что нужно было немедленно закрывать, потому что за эти годы он показал ему намного больше, а это были всего лишь несколько фотографий, и они не заставят его предстать в глазах Чая в лучшем свете. Панчай распрямил сжатые руки и повернул голову, чтобы оглянуться. — Я здесь, чтобы извиниться, Кхун Вин. — Разве ты не извинился перед тем, как войти? Фавин нахмурился и спросил с большим интересом, но Панчай продолжал говорить о своих делах: — Я пришел просить вашего разрешения помочь мистеру Пакину в его работе. -Ну и что? -Если Кхун Вин сегодня никуда не поедет, я могу помочь Кхун Пакину с его работой? Их глаза встретились, а затем Фавин усмехнулся. — Чей ты телохранитель? Сам Чай знал, что ему нелегко будет получить разрешение, потому что Фавин всегда продолжал мстить ему в любое время. Слова об игрушке ясно объясняли, что всё, что он делал в прошлом, возвращалось к нему одно за другим. - Кхун Вина. -Хорошо, тогда ты должен знать, что телохранитель должен быть там, где хозяин, если только... Панчай сразу понял свою судьбу, и следующие слова были не тем, что он был бы рад слышать. Но красивые глаза сияли особым смыслом так же, как когда Пакин пытался кого-то разыграть. К сожалению, это был он. -Что хочет сделать Кхун Вин? Вин злобно улыбнулся: -Поцелуй мои ноги. «____» После того, как голос модели затих, вся комната погрузилась в тишину и только две пары глаз молча смотрели друг на друга. У Панчая расширилась глаза, как будто он не мог поверить в то, что услышал, а затем вернулись к своему первоначальному спокойствию. Глаза Фавина вызывающе заблестели, хотя он знал, что не получит того, чего хочет. Поцелуи означают подчинение и верность. Люди с таким достоинством точно этого делать не будут. -Ты можешь это сделать? – поддразнил Вин, а затем снова повернулся к экрану компьютера, двигая мышкой, чтобы проверить электронную почту, как будто то, что он сказал ранее, было просто просьбой о стакане апельсинового сока. -Важные подчиненные Кхун Пакина определенно не будут следовать требованиям простых людей, таких как я. Когда-то маленький Фавин очень долго просил Панчая вместе отпраздновать его день рождения, но не мог получить утвердительного ответа, разве теперь Чай просто так откажется от своего достоинства, чтобы выполнить его просьбу? Ни за что. - Простите, пожалуйста. — Эй…- начал было Вин, однако он не мог издать и звука, потому что телохранитель шагнул вперед и повернул его стул так, что они снова оказались лицом друг к другу. Вин думал, что он обязательно получит ответ, который разобьёт его сердце, но, этого не произошло. Чай опустился на колени, затем нежно схватил его босые нефритовые ступни. -Только не говори мне, что ты собираешься это сделать? Такой человек, как Панчай? Фавин очень хорошо знал в своем сердце, что каждое слово, которое он сказал, было от того, что он был сильно поражён, глядя на мужчину перед собой. Щёлк... Тело Фавина тут же онемело, а сердце почти перестало биться, потому что по глазам Панчая было понятно, что он серьёзен. Чай опустил голову, и горячее дыхание опалило босые ноги, расстояние между его носом и ступнями Вина было совсем небольшим. Модель опешил, он хотел остановить Панчая, но не мог издать ни звука, Вин только крепко сжал губы, а руки бессознательно сжались в кулаки, костяшки пальцев побелели от силы, а плоть на его груди ужасно пульсировала… Его тело окаменело и превратилось в камень, как будто оно было проклято, а человек, наложивший проклятие, что-то говорил: -Если это приказ, Кхун Вин... РРРРРррррррр Чёрт! В этот момент звонок телефона нарушил зловещую атмосферу и заставил Вина очнуться от оцепенения. Красивое личико чуть дернулось, чтобы прийти в себя, потом скривилось, он взял неумолкающий мобильник и, не глядя на звонившего, нажал кнопку ответа. Что ты имел в виду сейчас? Вин не осмеливался гадать или догадываться, потому что это привело бы только к разочарованию. [Вин, это папа. ] -Да. Фавин вежливо ответил, хотя его разум был ещё не на месте и лишь немного достоинства помогло ему успокоиться. [Папе нужна твоя помощь кое в чем. Друзья папы сегодня вечером устраивают вечеринку, но мы не можем прийти. Ты собираешься пока остаться в Таиланде, так что займи место своего отца и отнесись к этому как к встрече со старшими. ] - Хорошо, где это? Вин едва расслышал детали на другом конце линии, он только быстро согласился и повесил трубку, прекрасно зная, что за ним наблюдал Панчай. Поэтому он сжал руки вместе, чтобы вернуть себе рассудок. И вот, когда Вин повернулся и снова посмотрел на телохранителя, на его красивом лице была только насмешка: -Какая жалость, - сказал он, прежде чем встать, - Я ухожу сегодня вечером. Ты не сможешь помочь своему любимому мистеру Пакину. Ты счастлив? Тебе не нужно целовать ноги такому человеку, как я, против своей воли. – произнёс Фавин, а затем направился к гардеробу, но не дойдя до него… — О, ещё кое-что, — сказала он, как будто только что вспомнил, и тут его глаза стали ужасно холодными. -Даже если ты пожелаешь опустить голову, я никогда не забуду, что ты сделал со мной... Его глаза ярко вспыхнули, а затем подчеркнули следующие слова: -Да... Пи'Чай. Закончив говорить, Вин без колебаний вошёл в гардеробную, дав понять Панчаю, что всё это было просто для развлечения. Даже если Чай целовал ему ноги, это была всего лишь месть человека с черным сердцем. Как и говорил Вин, его больше не заботило то, как он относился к Панчаю в прошлом. Всё, что ему было нужно, это крутить эту игрушку вверх ногами! А сам Чай просто опустил голову, скосив глаза, чтобы посмотреть на экран компьютера, на котором всё ещё были сексуальные фотографии, сделанные тем мужчиной. Явная злодейская ухмылка хозяина на фото напоминала ему, как он относился к нему и выражение его лица заставило телохранителя ещё крепче сжать кулаки. — Я знаю, что это не имеет смысла, – произнёс он, а затем повернулся и вышел из комнаты. … Обычно Фавин не любил носить официальные костюмы. Даже те, что он носил на работе, чаще всего были легкими, поэтому мало кто видел его одетым таким образом. В глазах окружающих Вин часто представал веселым человеком, ничего не воспринимающим всерьез и целыми днями бездельничающим, но сегодня это впечатление должно было быть стерто. -Это Вин? Ты стал таким взрослым, что я даже не понял, что это ты. Если бы увидел тебя просто на улице, я бы не знал, что это мой племянник. — Давно не виделись, дядя. В этот момент взоры всех людей, пришедших на благотворительный вечер в честь празднования 60-летия одной дамы, обратились на молодого человека только что вошедшего в зал, и все увидели, как он шёл, чтобы поприветствовать виновницу торжества. Фавин, отказавшись от модной одежды, был одет в темный элегантный костюм. Но он не мог носить формальные костюмы, которых было в изобилии, поэтому сам согласовывал фасоны, так что было похоже, что он идет по подиуму в Нью-Йорке, а не в роскошном отеле в центре Бангкока. Даже волосы, которые зачастую были распущены и закрывали лоб, он собрал назад, открывая гладкий и круглый лоб, который выглядел красиво и очаровательно. Вин профессионально улыбнулся, приподняв уголки губ, и это сделало его ещё более ослепительным. Он выглядел не как модель, а как привлекательный наследник бизнесмена. Вин очень хорошо знал, что его внешний вид будет привлекать людей всех полов, так как было легко привлечь внимание мужчин и не сложно привлечь внимание женщин, ему просто нужно было выбрать, что надеть. -Находится ли дядя всё ещё в добром здравии? -Есть некоторые сложности, как обычно для пожилых… там болит, тут болит... А как отец? - Папа в порядке, он попросил меня передать, что сожалеет, что не смог прийти сегодня на праздник. Дядя, пожалуйста, простите его, - извинился перед ним Вин, а затем рассмеялся и сказал: - Он только попросил меня присутствовать, чтобы никто не посмел рассердиться. -С тобой встретиться гораздо труднее, чем с отцом, - пожаловалась дама, что хотела его видеть. - Правда, Вин, ты почти никогда не посещаешь мероприятия в Таиланде, ведь так. Ты не только известен, как единственный племянник дяди Понга, но и твой отец тоже известный человек, так что его наследник представляет интерес для многих людей. -О, дорогая, ты только что приехала. Ты помнишь Вина? В это время главная виновница вечеринки по случаю дня рождения также подошла поучаствовать в разговоре. Услышав вопрос, пожилая женщина в роскошном вечернем платье распахнула глаза, потом её улыбка стала шире и она радостно ответила: -Помню. А я то думала, кто это? А это был Вин. Сколько лет мы не виделись? Ты был маленьким, а теперь так вырос. Слышала, что ты модель за границей, но в жизни ты красивее, чем девушки из моей семьи, - заулыбалась тётя, - И даже красивее фотографий, которые мы раньше видели. Женщина взяла ладони Вина и ласково сказала: — О, послушай, кое - кто хочет с тобой познакомиться, - она немедленно повела Фавина в небольшую группу, которая только что подошла. — Твой отец как-то сказал, что Вин не знает здесь многих людей, так что позже я представлю тебя лично. Вин просто хотел поздороваться и планировали тайно уйти, но похоже, так у него точно не получится. К тому же, ему показалось…хотя, возможно, Вин просто сам себе надумал, но он не мог отделаться от ощущения, что двое старших, должно быть, объединили усилия с его отцом, чтобы выманить его. Отец хотел, чтобы он был частью бизнеса, но мама хотела, чтобы он делал то, что хочет, чтобы он мог иметь ту свободу, которая теперь у него была. Но в зависимости от ситуации эта свобода уходила и исчезала. Его телохранитель пошел в другую сторону, но внимательные глаза Панчая по-прежнему смотрели на хозяина и не отрывались от него. Он, казалось, был готов бежать в любой момент, если что-то пойдет не так. Ты вписываешься в этот мир... Глядя своими зоркими глазами на Вина, в голову Панчая пришла мысль. Чем больше его пронзительные глаза видели выражение Фавина, улыбку и умную манеру приспосабливаться, чтобы войти в круг общения, даже если он был незнакомым, тем больше он считал, что Кхун Вин прекрасно подходил для такого мира. Панчай знал или точнее, знал лучше, чем родители Кхун Вина, что он не собирался возобновлять контракт с агенством в Корее, а это означало, что Кхун Вин вернется, чтобы принять положение единственного наследника, и Чай не имел права касаться этого человека. Нет… он не имел на это права с самого начала. Однако такая мысль заставила его сжать кулаки. В этот момент его острые глаза загорелись, когда он увидел, что один из гостей банкета прижался к хозяину, его длинные ноги чуть не рванули в сторону Вина, но он вовремя остановился, потому что Фавин легко принял прикосновение того человека, и повернувшись, непринуждённо болтал с ним. Если Панчай правильно помнил, у этого человека... когда-то был роман с Вином. С момента инцидента с Сином несколько лет назад, его обязанностью стало следить за связями Фавина, будь то в Таиланде или Корее. Так что неудивительно, что он знал все его истории любви. Но это потому, что он следовал приказам, чувствовал вину или потому что хотел? Чай запретил себе узнавать. Он старался максимально отстраниться, но чем дальше отдалялся, тем ближе подходил к Фавину. Происходящее между ними должно было закончиться, но так и не закончилось, ни сейчас, ни тогда. Вероятно, потому что отношения между ним и Вином никогда не имели формального начала и никогда не должны были иметь. Если бы не тот факт, что сопротивление Панчая сломалось в неподходящий момент. Убирайся, и убирайся подальше Чай! Вы должны быть подальше друг от друга, настолько далеко, чтобы не могли увидеть друг друга, далеко от... Думая так, он со всех ног перебежал на другую сторону зала и направился прямо к Фавину, который выделялся среди всех, несмотря на то, что он был одет в темный костюм, как и многие другие. Проходя мимо гостей, наблюдающих за сценой, где ведущий мероприятия выражал благодарность всем высоким гостям, присутствовавшим сегодня на банкете. Несмотря на то, что Панчай знал, что бегать по банкетному залу неприлично, он не мог заставить себя беспокоиться об этикете, потому что... -Извините. Он протянул руку и вежливо коснулся руки Фавина, встав между хозяином и другим человеком. -Он такой же быстрый, а его нос такой же чувствительный, как и у его хозяина, – произнёс мужчина средних лет. Его глаза были жестокими, как у змеи, а голос был настолько холодным, что сжималось сердце... Это был злейший враг Пакина. Чай был немного зол на себя, что не проверил список гостей заранее, а там был такой человек… иначе он попросил бы Кхун Вина отменить участие в этом мероприятии или привести с собой больше людей. Увидев Нопа в сопровождении нескольких человек, Чай должен был быть более внимательным. В то же время он оттолкнул Фавина на шаг назад. -Давно тебя не видел, как твой хозяин? Он в основном… с этим мальчиком? – спросил Ноп. Дзинь! Тяжёлый воздух мгновенно окутал всех присутствующих, так как даже самые глупые могли понять, о каком мальчике шла речь... о Графе. Полгода назад Пакин провел нелегальные гонки на частном острове, но из-за этого человека мероприятие было почти сорвано, а Граф чуть не погиб. Несмотря на то, что Чай забрал жизнь доверенного лица Нопа, который был его правой рукой, злые глаза, в которые он смотрел, были такими не из-за потери его подчиненного, а из-за унижения. Это происшествие заставило его и Пакина согласиться, что они должны защищать тех, кто с ними связан, поэтому Панчай должен был следовать за Вином на каждом шагу. Они не знали, кто будет следующей целью, но было несомненно то, что враги никогда не сдадутся. Собака, которая любила проказничать, как бы она ни разговаривала по-человечески, всё равно оставалась собакой. -Мой хозяин - очень хорошо, но я думаю, что мистер Ноп -нет. Чай говорил вежливо и саркастически смотрел на мужчину, хотя его змеиные глаза горели. -Подарок, который сделал Кхун Понг*, был слишком большим. (П/П:* Понг Пакин – отец Пакина . Прим. Ив) Отец Пакина не только угрожал словесно, потому что предварительный тендерный проект Нопа очень сильно облажался, как сказал г-н Джонс, он также заставил его потерять сотни миллионов в качестве напоминания младшему поколению о старших, чтобы Ноп мог ясно видеть своё место. Но независимо от того, прекратил ли он ответные действия, те, кто пытался достать Понга, потеряли свою силу. Однако противник не сдался, встретив такого врага, как Пакин. -Тогда мистер Ноп не должен хотеть ещё один подарок. Щёлк. Когда в зале приглушили свет, чтобы спеть песню в честь дня рождения именинницы, два человека, смотрящие друг на друга, сделали атмосферу настолько жуткой, что все вокруг одновременно попятились подальше от них. -Кхун Вин. В этот момент на плечо молодого телохранителя легла рука, и Вин легонько толкнул его, заставив повернуть голову и оглянуться, а затем Чай встретился со взглядом, который приказал ему отойти в сторону, и, в конце концов, ему пришлось согласиться и отойти. Панчай покачал головой, как бы говоря, что для Вина было бы слишком опасно показывать своё лицо. -Приношу извинения Кхун Нопу от моего имени, – вежливо произнёс Вин с улыбкой, когда двое мужчин отказались уступать друг другу, он выступил вперед, чтобы действовать как координатор. - Сегодня хороший день, я думаю, что не следует говорить о вещах, которые заставляют людей нервничать. Ноп на мгновение замер, а затем рассмеялся. -Это точно, сложно распознать важного человека за один раз. - Важным человеком должна быть хозяйка банкета, а не я. Вин сменил тему, поскольку не хотел, чтобы с ним что-то случилось, ведь он сегодня пришёл сюда вместо отца. Хотя ему было интересно, почему Панчай был злее, чем обычно. Фавин всегда знал, что нельзя подливать масла в огонь, особенно в бушующий огонь. Работа по подливанию масла явно принадлежала Кину… — Нет, для меня было честью познакомиться с вами. Когда Ноп осмелился шагнуть вперед и схватил его за руку, Вин изо всех сил сдерживал себя от резких слов, а стоящий рядом Чай также сильно вздрогнул, но модель протянул руку и схватил его за костюм, чтобы помешать вмешаться. Чирк…. Прикосновение губ к тыльной стороне ладони было настолько отвратительно, что Вин хотел избавиться от него, не говоря уже о человеке, который обидел Графа. Однако он подавил все свои эмоции, улыбнулся и вежливо помахал руками. Но... -Жаль, что что-то настолько прекрасное попадает не в те руки... Когда его глаза встретились с таинственными глазами человека, который это прошептал, тело Вина мгновенно онемело и он инстинктивно почувствовал опасность, поэтому снова отдернул руку и на этот раз Ноп легко её отпустил, улыбнувшись. Но как мог Вин, окруженный такими людьми, не знать... это было предупреждение. Готов Ноп отомстить Пакину или нет, он должен был стать одной из целей, но не как личность, а... как объект. -Извините, к сожалению, у моего хозяина есть кое-какие дела, мы должны уйти первыми. Чай снова прервал его и на этот раз Фавин ничего не опроверг, а отступил и выглядел сожалеющим о своем грубом поведении, а затем он повернулся и быстро вышел из зала, даже не попрощавшись с организаторами мероприятия. Сейчас было лучше всего убежать от этой ядовитой змеи. Чай и Вин уже ушли, но незваный гость всё ещё внимательно наблюдал. Было видно, как улыбка на лице этого человека медленно превратилась в мрачное выражение, а уголки его рта дернулись от гнева: -Однажды я заставлю этих сопляков молить о пощаде! - вырвалось рычание из его горла. -Хорошо следите за ними, особенно за Панчаем, этой собакой Пакина, которая хранит все секреты своего хозяина. -Однако наши люди только что были... Ноп оглянулся назад, заставив всех своих подчиненных тут же заткнуться. Его подчиненные, посланные вслед за Пакином, никогда не возвращались… все, без исключения, особенно те, кто был отправлен на остров Пакина, не говоря уже об их костях, даже их души не могли быть найдены. -Я приказываю проследить, чтобы они ничего не пропустили. Ноп обернулся и снова посмотрел в прежнем направлении, показывая сердитый вид. Я должен отомстить этим ублюдкам!!! *** Покинув то место, Чай, который последовал за Фавином, взял его за руку и быстро пошел, ведя хозяина к припаркованной машине. Но Вин ничего не сказал. Открыв заднюю дверь, Чай сильно толкнул его. -Это больно, – сказал низким голосом Вин и нахмурился. Панчай совершив это, не отреагировал на слова Вина, потому что, как только он поднял глаза... — Кхун Вин знает, что он сделал? – его глаза были полны гнева. - Я просто сказал привет. Вин признавал, что он был безрассуден, думая, что он родственник Пакина и Ноп ничего ему не сделает, но по выражению глаз мужчины боло очевидно, что он так не думал. Фавин сам был одной из их целей. -Но господин знает, что он сделал, - сказал сердито Чай, так что Вин глубоко вздохнул: -Не волнуйтесь, я не собираюсь класть шею на разделочную доску, чтобы заставить вас страдать, мистер телохранитель. -Это не так. Чай неодобрительно нахмурился, но это вызвало гнев в сердце Вина. - Не так, что? Я всего лишь паразит, не так ли? Я уже знаю это. -Кхун Вин! -Что, что я сказал не так? Я всего лишь брат Кина, о котором ты должен позаботиться... Ммм! В этот момент Фавин, выражавший свой гнев, застыл и его глаза расширились. Потому что Панчай наклонился к нему, приблизился и... закрыл его рот поцелуем, чтобы заглушить слова, что не хотел слышать от Фавина, который ничего не понимал.