the vixen & the fox

Футбол стал регулярным воскресным мероприятием для Майклсонов (всех Майклсонов, включая Финна и Сейдж, к большому неудовольствию Кола), точнее, американский футбол, потому что это, казалось, было в духе американцев. И поскольку он, его братья и сестры технически были американцами, поскольку родились здесь задолго до того, как эта страна стала называться Америкой, они решили принять ее. Скаллк тоже приняли участие, и это превратилось в большое барбекю на плантации, и по какой-то причине Винсент пригласил другие шабаши, что привело к тому, что Марсель пригласил вампиров, и появились волки Хейли. Это была грандиозная вечеринка, Кол, честно говоря, был просто счастлив, что ему не пришлось готовить, потому что жители Луизианы умеют готовить. Столько вкусной еды, что он, наверное, растолстел бы, если бы у него не было так много чертовой работы. Человеческие будни стали более привычными, особенно когда Ребекка решила, что это их семейное дело. Кол пришел в восторг, только когда Давина принесла ему афишу фестиваля «Джаз и наследие» в Новом Орлеане, после этого Кол влюбился в музыкальные фестивали. Он бы, наверное, бросил все свои обязанности и просто потащил Давину посмотреть на это. Еще был Октоберфест, Кол затащил на него Ника, очевидно, потому, что это был фестиваль немецкой культуры, они отлично провели время и выпили столько чертового пива, что Кол никогда бы не признался, что провел часть времени в кустах. Давина и девочки из Жатвы пришли в восторг от группы Boo, и это превратилось в чертову вечеринку, это было одно из тех ведьмовских мероприятий, которые никто не считал ведьмовскими, и на которых девочки из Жатвы должны были присутствовать. Но Кол мог честно сказать, что ему еще никогда не было так весело. Марсель затащил их всех на Национальный фестиваль жареных цыплят, и это было весело, Колу и Бекке меню понравилось больше, чем другим их братьям и сестрам. Девушки из Жатвы были обязаны посещать занятия по музыке и искусству Вуду, на которые он пошел из чистого любопытства, но также из-за музыки и искусства, и эти две вещи привлекли его внимание, Ник пришел ради искусства. Или чтобы уберечь Кола от неприятностей, он не был уверен, из-за чего именно. Кол, Хенрик, Калеб и Кай придумали, как ловить рыбу в протоке, и это было весело, пока Кай не наткнулся на чертову акулу. Акула! Колл даже не хотел знать, как сифон это сделал, или какая сила заставила акулу найти Кая, все, что он знал, это то, что он никогда не видел, чтобы они все бежали так быстро. В перерывах между учебой Калеба и работой Кола они с Калебом по-прежнему развлекались другими спортивными играми. Соглашение между волками Полумесяца, вампирами и Девятью Ковенами оказалось удачным, что озадачило Кола, потому что внезапно у него не стало рабочей силы из числа мигрантов, волки Хейли хотели работы, домов, безопасности, и их вполне устраивало обрабатывать землю и держаться особняком. На плантации становилось все оживленнее, все каджуны говорили на креольском, французском и английском или на смеси этих трех языков, и Кол, честно говоря, понял, что Давина нужна ему только как переводчица, потому что он не успевал за языками. Джексон ничем не мог помочь, потому что Альфа-волк ясно дал понять, что презирает необходимость иметь дело с Майклсонами, но он также не мог пойти против Хейли, если хотел получить шанс с ней. Чего Кол не предвидел в будущем Альфы, потому что Ребекка была готова женить Элайджу на Хейли, и ничто не могло ее остановить, потому что у Кола были все кинжалы его брата, и он спрятал их там, где Ник никогда бы их не нашел, к большому раздражению Ника. Единственной существенной переменой в жизни Кола, помимо того, что его братья и сестры внезапно захотели уделять ему время и внимание (что было странно), было то, что он стал акушером в Девяти Ковенов. Кол не афишировал, что он акушер, он просто не бегал по округе в поисках женщин, которым он мог бы помочь! Кол знал, что Хейли не распространялась о его акушерстве, потому что, честно говоря, она не общалась с ведьмами за пределами Скаллка. Бонни не могла рассказать, потому что не знала. Это была не Фрея, потому что ей было бы все равно, это были не Килин и не Джо, и Кол знал, что Давина ничего бы не рассказала, потому что у нее не было на то причин. Оставались еще три девушки из Жатвы, и Кол знал, кому из них он стал акушером: Моник. Но Моник не могла просто так сказать это в разговоре, нет, она сказала это в магазине Кэти Чапман, где ведьмы подслушали их разговор, и внезапно он стал известным акушером! Кол не хотел, чтобы его знали как акушера, он не хотел иметь к этому никакого отношения, помогать Хейли и Моник — это одно. Он не хотел, чтобы его вызывали в дом Регента для разговора со старейшинами Девяти Ковенов о том факте, что он был акушером. У Кола была своя жизнь, или, по крайней мере, он думал, что у него есть своя жизнь, и постоянные роды не были… это просто не представляло для него интереса, не говоря уже о том факте, что он был мужчиной, что обычно заставляло женщин чувствовать себя некомфортно. Кол не питал иллюзий по поводу того, насколько необычным он был в этой области, но он также знал, почему занимается акушерством, и поэтому не отказывал женщинам. То, что он был ведьмаком, каким-то образом заставляло другие Ковены хотеть, чтобы он помогал их женщинам, и Кол понимал это, но это не означало, что ему это нравилось. На всякий случай он получил государственную лицензию, просто на всякий случай. Килин и Джо были единственными, кто помогал ему в этом нелегком процессе, в конце концов, Кол просто позволил Нику заставлять людей подчиниться, так что у Кола были документы и лицензия. Беременность Хейли протекала гладко, он надеялся, что они успеют к концу ноября или началу декабря, когда у нее должны были родиться дети, но он был не настолько глуп, чтобы думать, что дети будут делать то, что он хочет. Вот почему он, она, Килин, Джо, Элайджа и Ник разработали план родов. Поскольку дети были разнополыми, Колу не хотелось везти Хейли в больницу, но он согласился с Джо и Килин в том, что кесарево сечение, возможно, необходимо. Они с Хейли не были в восторге от этого, но это была общепринятая реальность. Беременность Моник протекала не так уж сложно, слава богам за УЗИ. Это был всего один ребенок, никаких отклонений от нормы, и она была здоровой молодой девушкой, активной, удивительно уравновешенной и умевшей заботиться о себе. В обозримом будущем у нее не было ничего необычного. Хотя Кола так и подмывало подразнить Хенрика за то, что он упал в обморок во время ультразвукового исследования, он этого не сделал, потому что оба подростка выглядели потрясенными происходящим. В их с Давиной побочном проекте «Исследование смертности вампиров» было четыре испытуемых. Вампир поневоле, которого он ненавидел — Надя Петрова, еще были Стефан Сальваторе, Елена Гилберт и Аларик Зальцман. Появление питомца его матери стало для него шоком, но Аларик больше всего на свете хотел вернуть себе человечность, и Кол признавал, что хотел вампира, которого можно убить, потому что неубиваемые были теми, с кем он был связан. Обращение Стефана и Елены к нему и Давине стало шоком для его организма, потому что он подозревал, что он был последним человеком, с которым они хотели бы иметь дело. Тем не менее, они оба казались отчаявшимися, а Колу не хватало добровольцев, которые не были бы его сестрой или заключенным. Они с Давиной были близки, он знал это, ему просто нужно было выяснить, за что его мать изначально планировала убить ее. Кол порылся в своих воспоминаниях, но, кроме заклинания, которое он использовал, опираясь на свою скудную память и догадки, они были чертовски близки. Надя по-прежнему оставалась их подопытным кроликом, несмотря на то, что она ненавидела их, угрожала им смертной казнью и так далее, все это забавляло Кола. Давина работал над сочетаниями трав, которые использовала его мать, и внимательно изучала их, он снова изучал руны, потому что там было что-то такое, чего они с Давиной просто не замечали. Октябрь был просто потрясающим, и когда наступил ноябрь, он был искренне удивлен тем, как быстро пролетело время. Было 13 ноября, когда он в одиночестве просматривал книги, пил кофе и слушал джаз на виниле, который был просто божественным творением, серьезно, он не мог отрицать совершенства винила. Он бы выпил бренди вместо кофе, но эта работа была утомительной, а поскольку он работал с Хейли над планом ее родов, пока она была на постельном режиме, он был чертовски измотан. Волчица видела, как по крайней мере один из детенышей опустился, изменение ее веса было серьезным показателем, и ей это не нравилось. Как бы то ни было, до сих пор его ночь была утомительной, поскольку это была относительно спокойная ночь, хотя он и обдумывал мельчайшие детали того, что ему нужно было сделать для ферм, а не для акушерства или колдовства. И он всегда ненавидел цифры, но сейчас, читая эти бухгалтерские книги и пытаясь разложить все по полочкам у себя в голове, почувствовал, что у него закружилась голова. Лился джаз, а ночь была тихой. Ему нужны были две вещи и побольше кофе. — Кол? — Чей-то голос нарушил его сосредоточенность, заставив поднять голову и увидеть Хейли, держащуюся за живот, с выражением абсолютной боли на лице. — Либо что-то действительно не так, либо пришло время, — прорычала она от боли, схватившись за дверную ручку, а затем тихо всхлипнула. — Черт, — пробормотал он, пытаясь удержать Хейли в вертикальном положении. Ее хватка причинила еще больший вред его рукам, когда она закричала и вцепилась в него. — Полегче, дорогая, полегче, как давно ты так себя чувствуешь? — С сегодняшнего дня, — захныкала она, когда он помог ей опуститься на диван. — Хорошо, и ты не сказала мне, почему? — Спокойно спросил он. — Я думала, что это не серьезно, но стало еще хуже, прогулки с Элайджей не помогли остановить это, а потом, когда я была в ванне, — она выпрямилась, поморщившись. — Весь день боль усиливалась, и моя спина просто сводит меня с ума, но когда я была в ванне, то почувствовала, как что-то случилось, я подумала, что описалась, и пахло мочой, — сообщила она ему. — Все в порядке, дорогая, — пообещал он. — Я позвоню Элайдже, я знаю, что он вел дела с Ником в Квартале. — Только не Клаусу! — Захныкала она. — Я не буду звонить Нику, — пообещал он. Хейли объяснила ему, что ее волк и волк Клауса, похоже, конфликтовали, и она почувствовала желание никогда не быть слабой рядом с ним. Очевидно, роды были для Хейли слишком уязвимым процессом, чтобы хотеть, чтобы Ник был рядом. Кол знал, что Ник будет рядом, даже если он будет где-то полизости, а не с Хейли, потому что с волками и их инстинктами шутить нельзя. Хейли всхлипнула, и он ушел, позвонив Давине, которая была одной из помощниц Хейли, и которая, возможно, смогла бы успокоить Хейли. — Сейчас неподходящее время, — поприветствовал его Элайджа. — Скажи это отродям Ника, — пробормотал Кол. — У Хейли схватки, так что, что бы вы двое ни делали, заканчивайте. У вас есть тридцать минут, — сказал Кол. — ЧТО?! — Крикнул Клаус на фоне громкого шума. — Ей по-прежнему нужен только Элайджа, но пока ты здесь, ты можешь патрулировать территорию, — заверил Кол своих братьев. Кол повесил трубку, прежде чем они успели возразить, и направился обратно к Хейли. — Дорогая, не хочешь пойти в свою комнату? — Осторожно спросил он у нее. — Нет, я в порядке, — захныкала она. — Хорошо, дорогая. Я собираюсь поставить чайник, важно, чтобы ты пила жидкость, и я могу дать тебе несколько трав, которые помогут, — сказал он, отводя ее волосы в сторону. — Пока меня не будет, Давина будет с тобой, — пообещал он. — Хорошо, — кивнула она. — Я сейчас вернусь, — пообещал он. Отправив сообщение Давине, он пошел на кухню, чтобы приготовить для нее чай, прежде чем позвонить Килин и Джо. — Килин, — ответила она запыхавшимся голосом. — Ты нужна в большом доме, так что мне все равно, чем вы с сестрой занимаетесь, тащи свою задницу сюда, у Хейли схватки. Я позвоню Джо, — сказал он, вешая трубку. Он поставил кипятиться чайник, пока готовил травы, и позвонил Джо. — Привет, Кол, — поздоровалась она, и в ее голосе прозвучало что-то похожее на смех. — У Хейли схватки, Элайджа и Клаус едут, они будут здесь через тридцать минут, так что… что бы ты ни делала, пожалуйста, будь здесь через двадцать, — сказал он, вешая трубку. Кол закончил заваривать чай для Хейли, доведя его до температуры, пригодной для питья, взял воду, затем приготовил кружку кофе для Давины и вернулся в свой кабинет. Хейли стояла на коленях, обхватив пуфик, а Давина гладила ее по спине. Музыка все еще играла, но он заметил, что Давина сменила ее на что-то более мягкое. — Держи, дорогая, — сказал Кол, подходя к Хейли. Она взяла кружку. — Маленькими глотками. Давина, дорогая, все необходимое в моей комнате, пожалуйста, принеси, — тихо сказал он. Давина ушла, и он занял ее место, проводя рукой по ее спине и плечам. — Сколько времени это займет? — Спросила его Хейли, покачивая бедрами, пытаясь устроиться поудобнее. — Столько, сколько потребуется, — ответил он. — Это не ответ, — простонала она. — Это единственный ответ, который у меня есть, дорогая, — ответил он. — Я видел, как у матерей на это уходили дни или часы, я не могу сказать, сколько времени это займет, и я почти уверен, что любой мой ответ вызовет у тебя желание оторвать мне яйца, — сказал он. Она слабо рассмеялась, потягивая чай. Давина вернулась со всем необходимым и помогла ему справиться с Хейли. Давина ушла с Хейли, пока Кол готовил еду, а затем появилась Килин. Она выглядела взъерошенной и собранной на скорую руку, и ему не требовалось обостренных чувств, чтобы догадаться, что он прервал секс. Появилась Фрея, такая же растрепанная и наспех собранная. Кол ничего не сказал по этому поводу, да и не хотел. Вместо этого он отправил Фрею приготовить еще чая, а сам затащил Килин в комнату, чтобы та помогла присмотреть за детьми и матерью. Джо прибыла вскоре после этого, но Кол не пустил Аларика в дом, сказав вампиру, что тот должен уйти из-за крови. Джо была недовольна, но приняла это. Кол помог ей занести оборудование внутрь. Хейли вцепилась в Давину мертвой хваткой. Кол провел первый осмотр Хейли и заметил, что она быстро расширяется, и в этот момент появился Элайджа. Его костюм был немного перепачкан кровью, а волосы растрепаны, Клаус был в два раза более окровавленным и отвратительным, он стоял прямо перед кабинетом. — Я не хочу ничего знать, примите гребаный душ, вы оба, и переоденьтесь, сожгите это, когда мы закончим, — отрезал Кол. — У вас обоих есть пять минут, — прошипел он. Хейли вскрикнула от боли, когда ее тело сотрясла очередная схватка, и оба его брата поняли намек. Появился Марсель, и Кол указал на лестницу, Марсель тоже выглядел отвратительно: весь в крови и других жидкостях. Кол не хотел знать, что произошло, пока Хейли не родила. Элайджа появился снова, безупречно чистый, в спортивных штанах и рубашке, Ник был одет так же, и Кол пригласил Элайджу войти. Ник, казалось, был недоволен этим и был рад вытащить Марселя на патрулирование. Был час колдовства, когда родилась первая девочка, с ней было легче всего, Кол передал ее Килин и Джо, которые быстро привели ее в порядок. Спустя несколько схваток родился второй ребенок, Хейли была измучена и отказывалась сотрудничать после рождения второго ребенка, плакала. Кол помог ей устроиться поудобнее с помощью Элайджи, когда она умоляла, чтобы это поскорее закончилось. Затем третий ребенок родился, Кол был осторожен, и в конце концов она появилась на свет, но Хейли была в панике, потому что она не плакала, из-за чего Элайджа крепко держал ее, когда она вцепилась в руку Элайджи. Килин была осторожна с ребенком. Однако Кол не смог сосредоточиться на третьем ребенке, потому что у Хейли внезапно началось сильное кровотечение, в то время как он работал так быстро, как только мог. Ник ворвался в комнату, выглядя диким и злым, вероятно, в нем взыграли волчьи инстинкты, Давина была той, кто прижал Ника к стене, сосредоточив всю свою магию на Нике, чтобы Кол мог работать. Килин помогла ему, и каким-то чудом четвертый ребенок тоже не плакал, а Хейли была слаба. Уже начинало светать, когда Кол пытался остановить кровотечение. Кол выругался, так как, казалось, не мог остановить кровотечение у Хейли, он чувствовал, как мать угасает, а затем ее тело полностью обмякло. — Хейли? — Голос Элайджи был безумным, отчаянным, с разбитым сердцем. Это отвлекло Кола, когда он посмотрел на Хейли, она была совершенно бледной, покрытой потом и обмякшей. — Хейли! — Рявкнул Элайджа. — Она ушла, — захныкала Килин. Кол посмотрел на Джо, а затем на Давину и Ника. — Хейли! — умоляюще произнес Элайджа, и Кол отстранился, обходя их. Сняв перчатки, он нащупал пульс у нее на шее, но он полностью исчез, заставив его упасть из-за потрясения. Хейли лежала мертвая, кровь больше не стекала на простыни, и она исчезла. — Кол? — Килин коснулась его плеча, и он уставился на нее. Магия Давины дрогнула, и он посмотрел на нее. Элайджа притянул ее к себе, казалось, у него были моменты беззвучных рыданий, и Кол почувствовал, как его охватило горе. Кол услышал, как Ник завыл и что-то разрушил, потому что раздался чудовищный грохот, и магия Кола смешалась с магией Давины, когда он почувствовал приближение бури. Кол не знал, как долго он просидел в шоке, но солнце уже взошло, когда Хейли, задыхаясь, вернулась к жизни, размахивая ногами. — Хейли! — Кол подполз к ней и Элайдже, пока она хватала ртом воздух, дико озираясь по сторонам. — Она… в крови, — Кол вскочил на ноги. — Что?! — Пролепетала Килин. — Гибриды, она… в ней кровь младенцев, ей нужно немного их крови… всего лишь капля, — пробормотал Кол, нашаривая иглу. Он не хотел терять Хейли, и это заставило его подойти к ребенку в люльке, так как младшие были слабее. Колл был осторожен, когда уколол крошечный пальчик, заставив Хейли злобно зарычать, и прошептал ребенку исцеляющее заклинание, прежде чем подойти к ней. Этого небольшого количества крови было достаточно для Хейли, он видел, как вены расползлись по ее лицу, прежде чем она приняла каплю крови и издала звук, который он никогда не смог бы определить. — Черт, дорогая, ты нас напугала, — пробормотал Кол. — Жжет, — прохрипела Хейли, когда Элайджа обнял ее. — Ник, дай Хейли немного крови, — рявкнул он на брата. — И мы отнесем ее в ее комнату. — Мои малыши! — Закричала она, дико озираясь по сторонам. — Все четверо в безопасности и здоровы, — сказала Джо. — Давай позаботимся о тебе и приведем тебя в порядок, и все пятеро будут в порядке, — заверила Джо. — Нам нужно покормить ее, прежде чем подпускать к ним, — пробормотал Кол.

***

В своем глубоком сне она ощутила прилив силы, когда новая сила хлынула в ее кровь. Она все еще спала, но чувствовала, как молодость и магия текут по ее венам, как никогда раньше.