Ревность.

      После ночного инцидента с Астарионом, Уилл старался не отходить от Натрезимы не на шаг, каждый раз яростно оспаривая её решение оставить его в лагере. Особенно его злило то, что несмотря ни на что она продолжала поить вампира своей кровью. Лаэзель на его осторожное замечание ответила лишь: "Если кровь делает его сильнее, то пусть себе развлекаются, главное, чтобы ко мне клыки не совал!" Гейл так же не одобрял едва ли не еженочное посещение вампиром палатки тифлинга, но это было её решение, и на любые намеки девушка реагировала весьма резко. Шэдоухарт придерживалась той же позиции, что и гитьянки, вопреки их постоянным разногласиям, в этом вопросе они были единодушны. Однако, Уилл не находил себе места, когда видел как бледный эльф открыто флиртует и подшучивает над тифлингом, у темнокожего колдуна буквально скулы сводило при взгляде на довольного собой Астариона, выходящего под утро из шатра их лидера. Быть может она находит эту его особенность чем-то экзотическим и привлекательным? Столько раз он хотел задать этот вопрос, но то сам вампир ошивался поблизости, то ситуация не располагала. А теперь ещё и выяснилось, что его отца похитили фанатики Абсолют. Проблемы начинали копиться, нарастая словно снежный ком: Карлах, беженцы, отец. Человек разрывался между желанием немедленно отправиться на поиски герцога и необходимостью защитить беженцев. Если он отправится за отцом, его вряд ли кто-то осудит, поняв ситуацию, но весь отряд останется здесь, разрабатывать план атаки на гоблинский лагерь и поиски друида. Все эти мысли не давали Уиллу уснуть, кивнув дежурившей в ночной тени гитьянки, мужчина вышел на берег реки. Как он не поворачивал дилемму в своей голове, как не пытался ускорить её решение, ничего не получалось. - Тоже не спится? - Её тихий голос прозвучал совершенно неожиданно, он так увлекся размышлениями, что не заметил как она пришла. - Под довольное шипение Астариона плохо спится, - он сказал это быстрее, чем осознал. - Прости, это просто неудачная шутка. - Ничего, - тифлинг опустилась рядом с ним, обвив ноги своим хвостом, совсем близко так, что их колени соприкасались. - Я знаю, что вы не одобряете то, что он пьет мою кровь. Но это делает его сильнее, чем любой из нас. - Не поспорить, - Уилл повернулся к девушке, невольно залюбовавшись её замысловатыми узорами татуировки, покрывающей середину лица от корней волос до подбородка. - Он же того гурца, охотника на монстров, буквально пополам разорвал. - Да, - девушку передернуло то ли от воспоминаний, то ли от налетевшего прохладного ветерка, - это воспоминание явно войдет в мой список самых отвратительно-ярких, сразу после подсаженной личинки. - И все же ты ему веришь, почему? - Этот вопрос волновал Клинка уже очень давно, мужчина пристально смотрел на тифлинга, пытаясь по выражению лица понять её мотивы. - Он пришел ко мне, - Натрезима, не отрываясь смотрела на водную гладь, как будто впадая в транс, - мучимый голодом, он не хотел этого делать, но такова его природа. Ты просто не знаешь что с ним было раньше, как он жил. Я хочу помочь Астариону, если моя кровь дает ему силы бороться за свою жизнь, то мне не жалко поделиться. - Ты не боишься, что он... ну, потеряет контроль? - Мужчина говорил неуверенно, явно боясь сказать лишнего и как-то обидеть собеседницу. - Астарион контролирует себя лучше, чем мы думаем, - тифлинг повернулась лицом, их взгляды встретились. - Спасибо, что так переживаешь за меня, но он и правда не причинит нам вреда, я уверена. - Для того и нужны друзья - беспокоиться и переживать, - человек тепло улыбнулся. - Можно тебя обнять? По-дружески? - Конечно, Уилл, - Натрезима улыбнулась, очень осторожно кладя голову ему на плечо, чтобы не зацепить своими рогами. - Не по-дружески, кстати, тоже можно. - Осторожнее, - обвившая её плечи сильная рука на мгновение вздрогнула. - Я ведь могу понять буквально. - Я кормлю собой вампира, - весело произнесла тифлинг, шутливо проведя пальцем по колену мужчины. - Что я могу вообще знать об осторожности?! - Действительно, - с улыбкой согласился Уилл, стойко игнорируя её подначки. - Я просто хотел, чтобы ты знала - ты мне не безразлична. - Я знаю, - узкая ладошка легла на его согнутое колено. - Ты мне тоже дорог. Наша встреча не была случайной, каждый в этом лагере важен для меня. Я рада, что ты здесь со мной, Уилл. - Я тоже, - сердце в груди пропустило удар, но Клинок Фронтира не позволил распуститься цветку нежности внутри себя, слишком уж длинный "хвост" за ним волочится. Никто из них не заметил горящих кроваво-красных глаз и выщеренных клыков неподалеку...       После того вечера многие в лагере стали замечать "особые" разговоры между темнокожим колдуном и лидером отряда, а кое-кто особо наблюдательный так же отмечал жадный собственнический взгляд на болтающих со стороны вампирского отродья. Сама же Натрезима не делала ничего необычного, так же заботясь о нормальной обстановке в лагере в те редкие вечера, когда там появлялась. Уилл все чаще ловил себя на том, что украдкой рассматривает тифлинга, её фигура так и манила его, иногда он так засматривался, что пропускал мимо ушей, когда к нему обращались. Часто колдун ощущал себя очень неуютно, словно его преследовал чей-то взгляд, но никого "поймать за руку" не удавалось. Очередной раз любопытная и, не в меру обеспокоенная судьбой застрявших в Роще сородичей по мнению Лаэзель и Астариона, Натрезима умудрилась сцепиться с теневыми друидами, переманивших Кагу на свою сторону, но все закончилось лучше, чем ожидалось. Судя по всему тифлинг активно пользовалась возможностями паразита или знала заклинание "Чтение мыслей", поскольку пусть и с трудом, но убедила нового Верховного друида отвернуться от Тени и вернуться к свету Сильвануса. После короткого, но весьма кровавого боя, Астарион снова отличился, друиды прервали ритуал, позволив беженцам никуда не торопиться, а дождаться, когда дорога станет чуть менее опасной. От таких хороших новостей Зевлор полез обниматься, прокружив "спасительницу" пару кругов, чем заработал три пары ревнивых взглядов, понимающе усмехнулся и что-то прошептал на ухо выглядевшей довольной Натрезиме. Девушка засмеялась, игриво взглянув в сторону своего отряда, сегодня состоящего преимущественно из мужчин. Девушка определенно рисуясь чмокнула тифлинга в щеку, из-под ресниц наблюдая за парнями: Астарион выказывал свое неодобрение даже больше, чем обычно, Гейл держался более спокойно, всего лишь поджав губы, за себя же Уилл не мог ручаться, но надеялся, что и он успешно скрыл свой недостойный порыв дать Зевлору по морде за фривольности. На вопрос Гейла куда же они отправляются теперь, Натрезима в веселой манере ответила, что "мальчики могут быть совершенно свободны", сама же направилась к Каге, после стычки с друидми Теней эти двое кажется нашли общий язык. Уилл решил подождать лидера, уютно устроившись в тени, рядом со священным кругом и кажется задремал. Разбудила мужчину красивая мелодия, доносившаяся с небольшого уступа позади сверху, приглядевшись он заметил двух тифлингов. Рассердившись на себя за слабость, Клинок Фронтира пошел на звуки мелодии, на ходу превращавшуюся в песню. Один из голосов он с удивлением узнавал - пела Натрезима. Поднявшись, колдун увидел двух увлеченно поющих девушек-тифлингов, их голоса были прекрасны, дополняли друг друга, пусть и песня выходила довольно печальной. Под конец исполнения Альфира разрыдалась, вцепившись в собственный хвост, а их храбрый лидер кинулась её успокаивать, обнимая за плечи и что-то тихо говоря. Клинок Фронтира не мог похвастаться такой же чуткостью и поспешил вернуться в лагерь, по дороге заглянув к торговцу.       Вечер начался с яростной перепалки Лаэзель и Шэдоухарт, как всегда остановленной их лидером, которая отметила, что близка к тому, чтобы "утихомирить" их обеих на пару часов силой. Поскольку спорщицы уже готовились ко сну, ни на одной ни на другой не было доспеха и оружия при себе, зато Натрезима стояла с двумя скимитарами наголо, злобно сверкая глазами. Она ненавидела разборки между членами отряда и пресекала такие вещи на корню, иногда довольно жестко. Когда наконец все успокоились и разбрелись по палаткам, Уилл решил, что его маленький подарок может поднять настроение лидеру. Он нашел её на том самом берегу, где несколько дней назад в трудную минуту нашла его она. - Шумные у нас девчонки, - он подошел сзади к сидевшей на поваленном бревне тифлингше, предусмотрительно держа руки за спиной. - Не то слово, - Натрезима даже не обернулась, лишь опустила голову на колени, тихонько зарычав. - Да от вампира проблем меньше, чем от этих двух. Я так устала их разнимать, кто бы знал. - Понимаю, - мужчина приблизился и протянул причудливо украшенную лютню, - быть может это поднимет тебе настроение? - Откуда... - фиалковые глаза округлились в удивлении, но потом улыбка озарила лицо. - Спасибо, Уилл. - Девушка встала и порывисто обняла колдуна. - Я слышал как ты помогала Альфире, - Клинок буквально таял от внимания, давно уже он не позволял себе ни с кем вот так просто общаться, о романтике так и вовсе не помышлял, но эта невысокая девушка будила в нем давно задушенные желания. - Почему ты не сказала, что ты бард? - Я не просто бард, - девушка нежно перебирала струны, приноравливаясь к новому инструменту. - Я принадлежу школе Мечей. Думаю, ты знаешь кто это такие? - Боевые барды, - мужчина понимающе кивнул головой, - среди них часто можно встретить ассасинов высокого класса. Погоди... Поэтому ты ничего о себе не рассказывала! Вместо ответа девушка виновато улыбнулась. Теперь многое встало на свои места - её великолепное владение оружием, лидерские качества, умение строить едва ли не идеальные планы проникновения и внешне легкомысленный образ как идеальное прикрытие. - Я не выбирала такую жизнь, - словно оправдываясь, произнесла Натрезима. - В глубине души я даже рада, что меня похитили. Перспектива превратиться в иллитида, конечно, отвратительна, но пока есть шансы на исцеление, я буду стараться его найти. - Ты ничего не обязана объяснять, - колдун положил руку на плечо тихо всхлипнувшей девушке. Она казалась такой сильной, что он даже не задумывался о том какую ношу она взвалила на себя как лидер, что она несла в своей душе. - Ну перестань, ты самый прекрасный тифлинг, которого я когда-либо встречал. - Ты не знаешь о чем говоришь, - она встала и отвернулась, стараясь вытереть слезы как можно незаметнее. - Месяц назад Клинок Фронтира побрезговал бы со мной в одной таверне выпить... - А сегодня он готов отдать за тебя жизнь, - колдун обошел тифлинга и заглянул в глаза. - Мне не важно кем ты была раньше, ведь я вижу какая ты на самом деле. В её глазах ещё стояли слезы, когда личинка в голове Уилла зашевелилась, принимая связь: ...Мужчина смотрел на него возбужденным взором, маня к себе, но в твоих руках за спиной кинжал. Вспышка - кровь! Поднимая взгляд от распростертого тела, видит отражение в зеркале - Натрезима в невероятно сексуальном черном белье забрызганная кровью только что убитого человека... ...Пожилая женщина с материнской заботой манит за собой в каком-то полутемном помещении, увешанном алыми и багровыми занавесками, но стоит двери закрыться, как от добродушной старушки не остается и следа. Перед взором предстает высокая стройная дроу Ллос, отвешивая звонкую пощечину, отчитывая за плохо выполненную работу и давая новое задание - убить младенца, новорожденного наследника одного из богатых семей Врат Балдура. Отказ карается еще одним ударом и угрозой отправить её в дешевый бордель, где девушки прикованы к стенам. Вырваться из такого места - чудо, сравнимое исцелению от цереморфоза... ...Вспышка - над головой пролетают огромные щупальца... Связь прервалась, а Натрезима отвернулась и тихо побрела с берега, уверенная, что завтра ей предстоит многое объяснять остальным и скорее всего остаться одной. - Это ничего не меняет, - Клинок покривил душой, но сердце велело поддержать эту сгорбленную фигурку, что опустив голову медленно уходила во тьму. У него не хватило духу спросить, что стало с тем ребенком.       После того, как тифлинг ему открылась, колдун стал иначе смотреть на все принимаемые ею решения. То, что он увидел, ввело мужчину в глубокие раздумья - Натрезима как будто старалась загладить свои прошлые прегрешения, и несмотря на это, девушка всегда могла "показать клыки", если того требовала ситуация. Она не отказывала в помощи почти никому, ну кроме странной старушки Этель, когда её весьма настойчиво допрашивали два деревенских мужика. Тифлинг, лишь мельком взглянув на старуху, мгновенно обнажила скимитары с требованием рассказать где сестра этих несчастных, правда ничего не добилась этим и со злостью убрала оружие после исчезновения ведьмы. Братья же сломя голову кинулись на болота, несмотря на предупреждения и предложение если не разобраться с проблемой, то хотя бы присоединиться к отряду. Итог оказался плачевен - парней зверски убили, растащив останки по всей поляне перед чайным домиком. После такого судьба "тетушки" была предрешена: наплевав на её обещание вернуться ещё более сильной, Натрезима отрубила ей голову. В тот миг наверное весь отряд увидел её другую, тёмную сторону - она стояла на краю пропасти с головы до ног в крови своей и карги, с опущенных мечей так же стекала алая жидкость. Уиллу показалось, что тифлинг даже выдохнула, больше ей не надо скрывать от отряда свою натуру и свои умения. Лаэзель взирала на предводительницу с восхищением, уж кто-кто, а гитьянки не ожидала от "мягкотелой" тифлингши такой свирепости, Гейл пребывал в задумчивости, то и дело совершая магические пассы над телом карги. Астарион же смотрел на Натрезиму так, будто желал овладеть ею прямо здесь и сейчас - на залитых кровью камнях, на глазах у всех: его руки подрагивали, губы совершенно не прикрывали клыков, а взгляд жадно блуждал по фигуре. Стоило вампиру слегка податься вперед, как тифлинг круговым и явно позерским движением смахнула кровь с оружия и убрала скимитары в заплечные ножны: - Гейл, сожги здесь всё! - Слушаюсь и повинуюсь, о грозная госпожа, - волшебник как всегда лучезарно улыбался и шутил, раскидывая по логову карги бутылочки с алхимическим огнём. Стоило отряду подняться по полусгнившим доскам к водопаду, как Гейл начал читать заклинание "Огненный шар", метко запустив цепную реакцию взрывов. Скоро от этого места не останется даже воспоминания.