Эмоциональный навигатор

Машина плавно скользила по наполненным светом улицам, рассекая потоки машин. Маргарита сидела, напряженно вцепившись в ремешок сумочки. Ее пальцы то и дело тянулись к телефону, который вибрировал от входящих звонков. Арсений заметил, как она поморщилась, увидев имя на экране, и быстро сбросила вызов. — Все в порядке? — спросил он, не отрывая взгляда от дороги. — Это… — Маргарита вздохнула, вновь сбрасывая вызов, — Мой бывший, — ее голос звучал напряженно. — Может, стоит ответить? — осторожно поинтересовался Арсений, — Вдруг что—то важное? — Нет, — девушка покачала головой, — Просто… Он не понимает намеков. Да и прямой текст не для него, — она печально усмехнулась. Телефон продолжал вибрировать в руке. Маргарита уже собиралась вновь сбросить звонок, но пальцы замерли в воздухе. — Дай—ка мне, — Арсений протянул раскрытую ладонь. Волконская молча передала ему телефон. Мужчина принял вызов. — Алло, — его голос звучал спокойно и уверенно, — Слушаю. На том конце провода, видимо, удивились. Девушка затаила дыхание, не в силах пошевелиться. — С вами говорит человек, который не позволит тревожить Маргариту. То, что между вами было, осталось в прошлом, — Арсений бросил беглый взгляд на свою спутницу, — И я, как ее мужчина, не позволю вам нарушать ее покой, — не дожидаясь отвела, он сбросил вызов и передал телефон девушке. — Что ты делаешь? — Я защищаю твое спокойствие, — просто ответил мужчина, сворачивая с главной дороги, — Ты не заслуживаешь этого постоянного давления. Маргарита не знала, что сказать. С одной стороны, его поступок тронул ее, с другой — мужчина явно вышел за рамки их отношений. Она не могла предположить, насколько для него важны слова и их значение, но в себе была уверена и понимала, что лишних поводов и надежд давать не готова, а значит, необходимо на берегу решить все возникшие вопросы. — Но… Мы же не… — она запнулась, не в силах закончить фразу, осознавая, как глупо сейчас звучат ее слова. — Знаю, — вздохнул Попов, — Но это не меняет того факта, что я не хочу, чтобы кто—то причинял тебе боль. Несколько мгновений Маргарита молча смотрела на Арсения, чувствуя, как ее эмоции вступили в схватку — благодарность и смущение, радость и неуверенность. Мужчина выглядел убедительным в своих словах и действиях. И девушка задумалась, может действительно его поступок поможет наконец—то отделаться от надоедливого бывшего, и придавать особое значение форме, в которой Арсений постарался помочь, не стоит. — Спасибо… — наконец прошептала она, — Куда мы едем? — поинтересовалась она, мечтая поскорее отделаться от чувства неловкости, захлестнувшего ее следом за благодарностью. — Знаешь, что говорят умные люди? — он на секунду отвлекся от дороги и одарил Маргариту нежной улыбкой, — Кофе — лучшее лекарство от ненужных мыслей. Девушка впервые за день с облегчением выдохнула, звонки действительно прекратились. Она почувствовала, как тепло разливается в груди. В этот момент стало понятно, что с Арсением рядом можно расслабиться, не боясь быть уязвимой. С каждой минутой, проведенной с ним в компании это ощущение только усиливается, что одновременно радовало и пугало. Через пятнадцать минут они сидели в уютном кафе с видом на Неву. К столику подошел официант, чтобы принять их заказ. — Мне, пожалуйста, капучино с соленой карамелью, — уверенно произнес Арсений. — Соленую карамель в кофе? — Маргарита не смогла сдержать смеха, — Ты серьезно? — А что такого? — приподнял бровь мужчина, — Это очень вкусно. — Нет, спасибо, — Волконская поморщилась, — Кофе должен быть кофе. Максимум — молоко. — Ну вот, — он сделал вид, что обиделся, — А я думал, ты готова к экспериментам. — Только не с кофе. Это святое. Официант принес их заказ — два круассана, ее простой капучино и его экзотический напиток. Арсений сделал глоток и довольно зажмурился. — Видишь? — он протянул ей чашку, — Попробуй. — Нет уж, спасибо, — девушка отмахнулась, — Я лучше посмотрю, как ты наслаждаешься своим... Кулинарным шедевром. Они рассмеялись, и с этим моментом в их отношениях что—то менялось. Утро для Маргариты выдалось трудным, будильник подвел, куча звонков от Алексея, пасмурная погода за окном, но был во всем этом хаосе светлый момент по имени Арсений, который обещал «чистые пруды с кристальной водой эмоций» и пока что справлялся с этой задачей на все сто процентов. Разговор тек легко и непринужденно, они делились своими взглядами жизнь, он действительно вел ее по эмоциональной дороге навстречу чему—то новому. — Знаешь, — Маргарита отпила свой обычный капучино, — Я вчера закончила первую главу. — И, о чем она? — его глаза загорелись интересом. — О любви, — она помедлила, — О том, как важно быть честным с собой. — Покажешь? — он наклонился ближе. — Может быть, — Волконская улыбнулась, — Если пообещаешь не смеяться над моими экспериментами с писательством. — Ты такая хитрая, — Арсений слегка прищурился, — Тебе, значит, смеяться можно… — заметив смятение во взгляде девушки, он искренне улыбнулся, — Обещаю, — подняв руку, как при клятве, добавил мужчина, — Никаких насмешек, только интерес. Они снова рассмеялись, и Маргарита поняла — возможно, ее взгляды на кофе и его эксперименты с карамелью — это не так уж важно. Главное — общий язык, которого, как ей казалось, они достигли в достаточно короткий срок. А если Попов и дальше продолжит удивлять в своем понимании ее души, то стена, которую Маргарита возвела при их первой встрече, точно рухнет. — Кстати, — девушка посмотрела на напиток Арсения, — Может, все—таки попробовать? — Вот это уже похоже на прогресс, — он протянул ей чашку, — Добро пожаловать в мир необычных вкусовых сочетаний. Она сделала маленький глоток и на мгновение замерла, пытаясь разобраться в своих ощущениях. — Знаешь, — произнесла Маргарита, — А ведь это… Интересно, — помедлив, добавила она, — Пожалуй, в следующий раз я закажу именно такой кофе. Их мирную беседу прервал женский голос. — Арсений? Это же вы, правда? — поинтересовалась молодая блондинка. Они обернулись и увидели группу девушек, которые явно были фанатками Попова. — Привет, — он улыбнулся своей фирменной улыбкой, — Да, я. — Можно автограф? Фото? — посыпались вопросы. — Конечно, — он поднялся из—за стола, — Только быстро, я здесь не один. Пока он раздавал автографы и позировал для фото, Маргарита наблюдала за происходящим с легкой усмешкой. Фотоссесия затянулась дольше, чем она ожидала. Девушки оказались очень настойчивыми и хотели запечатлеться в самых разных комбинациях. Для себя Волконская заметила один, как ей показалось важный и интересный, момент — Попов совсем не касался девушек, он охотно улыбался, сверкал глазами, но не придерживал их за талию или плечо. А еще, судя по всему, девушки были к этому готовы и поэтому, не рассчитывая на объятия с кумиром, даже не предпринимали попыток в данном действии. — Спасибо большое, — защебетала одна из девушек, протягивая Маргарите визитку, — Мы в агентстве работаем, если захотите модельную карьеру. — Спасибо, но… — начала Волконская. — Обязательно подумаем над вашим предложением, — перебил ее Арсений, заметив, как Маргарита закатила глаза, но кивнула. Поклонницы, радостно обсуждая Арсения и его спутницу, покинули кафе. Волконская смотрела на мужчину с прищуром, но уголки ее губ все же стремились вверх. — И что это было? Тебе не кажется, что они решили, что мы пара? — скрестив руки на груди, поинтересовалась девушка. — А это так плохо? — он пожал плечами. — Для меня — да, — она нахмурилась, — Я не люблю, когда меня принимают за кого—то другого. За сегодняшний день про них, как пару, речь шла второй раз, и это вызывало странные ощущения. — В любом случае, это их выводы, — уверенно ответил Арсений, — Лично я ни слова по этому поводу не сказал, — напомнил он. Маргарита тяжело вздохнула, понимая, что Попов прав, и он действительно ничего не говорил этим девушкам об их отношениях. Она посмотрела на визитку в своей руке. — Собираешься меня в модели запихнуть? — усмехнулась девушка. — Только если ты сама захочешь, — он улыбнулся, — Но знаешь… Может, это и не такая плохая идея? — Даже не начинай, — она покачала головой, — Лучше расскажи, как часто тебя так узнают. — Не так часто, как хотелось бы моим агентам, — он усмехнулся, — Но достаточно, чтобы я научился быстро прятаться в толпе. Девушка понимающее кивнула, отмечая, как же трудно быть известной личностью. Казалось бы, банальный перекус в кафе, но он может обернуться получасовой автограф—сессией и нужно иметь довольно много самообладания, чтобы вытерпеть избыток внимания с улыбкой и ни разу не закатить глаза, как это сделала Маргарита, наблюдая за происходящим действом пару минут назад. — Дальше у нас какие планы? — поинтересовалась девушка, допивая свой кофе. — Такие, где нет никаких фанаток, — он взял ее за руку, — Только мы и немного неожиданностей. Ты доверяешь мне, Марго? — Сегодня — да, — кивнула Маргарита, слегка сжав его теплую ладонь в ответ. К нужному месту они прибыли через сорок минут дороги. Время пролетело незаметно, музыка расслабляла, небо, будто подстраиваясь под настроение Маргариты, показало пару ясных участков нежно—голубого цвета. Но напряжение возникло вновь, в момент, когда девушка осознала, что они находятся у ворот конного клуба. Арсений внимательно наблюдал за ней и заметил, как ее пальцы сжали край сиденья, будто пытаясь найти опору в хрупкой реальности. Мужчина вышел из автомобиля, обогнул его и открыл пассажирскую дверь. В нос моментально ударил запах сена и кожи, сердце забилось быстрее. — Пойдем? — спросил он, протягивая руку Волконской. Она медленно кивнула, чувствуя, как в горлу подступает ком. Двенадцать лет. Двенадцать лет она избегала даже мысли о лошадях. Но сейчас, глядя на высокие ворота, за которыми виднелись знакомые силуэты грациозных животных, она почувствовала, как внутри что—то дрогнуло. Откуда Арсений узнал о той части жизни, которую она постаралась оставить в прошлом, уточнить Маргарита не решилась. Но нашла в себе силы выйти их машины и последовать за мужчиной, уверено ведущего ее к крытому манежу. — Ты уверен, что это хорошая идея? — голос звучал неуверенно, Маргарита рассматривала лошадей, — Я не сидела в седле много лет. И последний мой опыт... — Боишься? — Арсений приподнял бровь. — Не думаю, что стоит мучать себя и животное, — она скрестила руки на груди, вновь выстраивая броню. — А я вижу… — он кивнул в сторону гнедой кобылы, — Соня ждет тебя. — Я тоже лучше подожду, — Волконская сделала шаг назад, но уперлась спиной в ладонь мужчины. — Ну же, не трусь, — Арсений легко подтолкнул Маргариту, — Ты боишься показать мне свою истинную натуру? — он попытался перевести их разговор в шутку. — Мою натуру лучше не будить, — она усмехнулась, чуть поведя плечами, — А то мало не покажется. — О, я как раз хочу увидеть твою бунтарскую сторону, — Пойдем, Марго, — он схватил ее за руку. — Даже не думай, — отступила Маргарита, — Я лучше здесь постою, понаблюдаю за тобой. — Смотри, она не кусается, — Попов уже гладил кобылу, которая ласково жалась к его руке, — В отличие от некоторых. — Какой же ты нахал, — голос девушки звучал твердо, но сдержать улыбку у нее не получилось. — Это одна из моих лучших черт, — он подмигнул, — Ну что, идешь? — Это не значит, что я сяду верхом, — она все—таки подошла ближе и протянула дрожащую ладонь к гладкой шерсти, чувствуя, как напряженные мышцы животного подчиняются ее прикосновению. — А я и не настаиваю. Просто любуйся. — Вот именно этим я и занимаюсь, — Маргарита не отрывала взгляда от лошади. — Знаешь, — Арсений наклонился ближе, — Ты сейчас выглядишь… умиротворенной. — Не льсти себе, — Волконская отмахнулась, — Просто эти создания вызывают доверие. — Как и некоторые люди, — мужчина, улыбнувшись, подмигнул. — Только не ты, — она рассмеялась, — Ты слишком самоуверен. Лошадь фыркнула, ее горячее дыхание смешалось с прохладой воздуха. Маргарита улыбнулась, обернувшись, чтобы проверить, как сидит седло. Взгляд уловил Арсения, который, наблюдал за девушкой, ведя за поводья вороного коня. Его светлые глаза скользили по ее фигуре, отмечая каждое движение. Маргарита почувствовала, как по спине пробежал легкий холодок, но дискомфорта он не вызвал. Попов стоял поодаль, наглаживая темную гриву своего скакуна. Волконская вновь перевела взгляд на Соню, которая была концентрацией спокойствия и поняла, чтобы нужно бороться. — Ну что, Арсений, — бросила Маргарита, натягивая перчатку, — Будешь стоять и смотреть или поступишь, как мужчина, и поможешь мне сесть? — она постаралась добавить в голос небрежности, прекрасно понимая, что это просто маска, за которой таится страх. Арсений предпочел не зацикливаться на словах, уверенно оставил коня и подошел к девушке. Его рука, горячая даже сквозь плотную ткань куртки, легла на ее талию. — Расслабься, — он помог ей забраться в седло, — Ты же прекрасно знаешь, как обходиться с лошадьми, просто отбрось все мысли. Первые минуты она действительно чувствовала себя неловко. Но постепенно страх отступал, сменяясь любопытством. — Видишь? — он шел рядом, — Не так уж это и страшно. — Пока рано делать выводы, — она старалась держаться прямо. Арсений оставил Маргариту и проследовал к своему коню, в седло он забрался одним плавным движением, что не могло не восхитить. Держался он прямо, конь подчинялся каждому движению. — Сколько ты занимаешься верховой ездой? — поинтересовалась Маргарита. — Я не занимаюсь, — улыбнулся мужчина, — Это шестой раз, когда я в седле. Мужчина восхищал с каждым днем все больше. Его предложение по возвращению вдохновения, подарок со смыслом, беседы и взгляды, сдержанность в ответах на язвительность, тонкое чувство юмора, еще и мастерство в вещах, которыми он почти не занимался. Они неспешно прогуливались по манежу. Размеренное цоканье копыт, редкое фырканье, запах сена и детства. Страх ушел на второй план, Маргарита ощутила легкость и даже позволила себе вольность — проехать рысью пару кругов. Кобыла не подвела, была сдержана и четко выполняла все указания. — Сколько раз за сегодня ты была готова нажать на «стоп»? — поинтересовался Арсений, когда, вдоволь накатавшись, пара следовала к машине, чтобы вернуться в город. — Раза… Три… — чуть задумавшись, ответила Маргарита, открывая пассажирскую дверь. — И что тебя остановило? — спросил мужчина, зеркально повторив ее действие. — Знаешь, на этот вопрос у меня ответа нет, — она слегка сморщила нос, — Наверное, интерес… Мне хочется узнать, что еще ты приготовил для моего вдохновения. — Всему свое время. Дорога домой заняла меньше времени, мягкий свет фонарей освещал лица. Арсений выключил двигатель, но Волконская не спешила выходить. Попов вновь обошел машину, открыл дверцу со стороны Маргариты и протянул ей руку. — Спасибо за прекрасный день, — тихо произнесла она, смотря в синеву глаз. Они стояли на тротуаре, и мужчина сделал то, чего девушка не ожидала — он приобнял ее одной рукой, нежно, но крепко, словно хотел передать ей всю заботу и поддержку. — Добрых снов, — прошептал он, касаясь губами волос. Маргарита замерла в объятиях, чувствуя, как сердце учащается, а щеки розовеют. Этот момент был неожиданным, но от чего—то казался правильным. Забота окутывала девушку теплым пледом, но ответить она была не готова. Арсений удивительным образом считывал ее настроение и, убрав руку, поспешил уехать, чтобы не смущать девушку. Оказавшись в квартире, не переодеваясь, так как эмоции переполняли, Маргарита уверенной прописью пополнила книгу новой записью: «Сегодня я вновь оказалась в седле. Кровь стучала в висках, как копыта той самой лошади, сбросившей меня двенадцать лет назад. Тело до сих пор помнит каждый удар копыт о землю, как от ярости дрожат мускулы. Сегодня я не позволила прошлому сломать меня. Лошадь — гнедая, горячая, но спокойная, несмотря на мою нервозность. Она чуяла мой страх, но подчинялась. «Не ты, так я» — прошептала и перешла на рысь. Запах кожи, пыли, волосы растрепались. Свобода. Страх больше не держит меня за горло. Я еду, держусь, не падаю. Спина не гнется, даже когда мир пытается сломать ее снова.».