⠎⠀⠇⠳⠃⠕⠺⠾⠳

Мне всё уже не важно,

Я капитан отважный

Самых сухопотных кораблей

Среди асфальтовых морей

– Едь тише. Дорога же мокрая. Костя вытащил наушники из ушей и немного зажмурил глаза. Через всю Калужскую область шла огромная грозовая туча, хлестал дождь. На дорогу мог выехать только конченный самоубийца, вероятно, Андрея можно к таким отнести. Тот вцепился в руль, как в спасательный круг, и смотрел только перед собой, игнорируя стихию и чужое беспокойство. – У меня сестра на даче рожает, дебил. Одна. – Ты же вызвал скорую. Уж извини, но таким темпом мы рискуем как раз не доехать. Андрей только кисло ухмыльнулся и чуть-чуть газанул, разбрызгивая дождевую воду во все стороны. Они почему-то ехали не по Киевке, как обычно, а по одинокому двухполосному шоссе, затерявшемся в лесу. Костя, привыкший к одинаковым маршрутам, чувствовал себя явно не в своей тарелке. Он нежно любил Андрея, но в то же время слегка побаивался эту амбициозную хаотичную энергию, которая составляла саму суть парня. Обочину размыло в грязь, свет был только от фар. С тех пор, как они свернули сюда, машины перестали попадаться – людям просто нечего было тут делать в такое время и такую погоду. Костя вставил один наушник обратно и рассеяно выбирал песню в плеере. Сначала ему показалось, что музыка поможет хоть немного снизить страх, но потом решил, что одним ухом всё же надо слышать и стараться контролировать процесс, даже если он не за рулём. – Это короткая дорога. По ней до завода, потом ещё километров десять до Обнинска, а там рядом дача уже. Всё равно приедем позже скорой. – Больше не газуй..! – Я за рулём с пятнадцати лет. Костя только вжался в спинку сиденья – ему сейчас было абсолютно наплевать на водительский стаж. То, что Андрей сел за руль отцовской машины рано, а сдавать на права ездил в наглую прямо на ней, ни для кого не секрет. Вопрос в том, что существует миллион и миллион факторов, которые парень изменить самостоятельно никак не сможет. С неба льётся вода и попадает на асфальт, летняя резина делает огромное количество оборотов, снижается сцепление, закон трения тоже никто не отменял, и вот они уже летят в ближайшую канаву.

***

Костя не был трусом и таковым себя не считал, зато осторожный. Если есть инструкция или правила безопасности, их лучше изучить, перед тем, как что-то делать. Он знал сестру Андрея – Вику, она же Викуся. Девушка была всего года на два младше, но рано забеременела от какого-то студента. Мама же студенту жениться на беременной семнадцатилетней девчонке не разрешила, так Викуся осталась в гордом одиночестве и с огромным пузом, в котором оказался не один карапуз, а сразу два. Андрей долго злился на ту ситуацию, клял на чём свет стоит и сестру, и нерадивого ухажёра. Чуть не попёрся на предприятие, где работала мать студента, но его остановила собственная мать – воспитательным подзатыльником. Со временем Андрей смирился с ситуацией, даже гордился, что у него будут племянники. Хотя справедливо переживал, что Викуся ещё слишком маленькая, чтобы становиться матерью, и пока не понимает всей ответственности. Викуся и не понимала. Иначе очень сложно объяснить, зачем она на девятом месяце беременности неожиданно и совсем одна сорвалась на дачу. Ехала сначала в душной электричке "Калуга-1", а потом тряслась на автобусе-буханке. По выражению Андрея: "в такой толкучке даже я б родил". Пару дней у девушки всё было хорошо: стандартно гуляла до речки, тырила мамину клубнику с огорода. Сама мама по поводу дочери не беспокоилась, ей достаточно было позвонить вечером, чтобы убедить себя в безопасности мероприятия. Поэтому когда Викуся почувствовала, что что-то не то, первым делом позвонила брату. Во-первых, она была дико напугана и не понимала, что происходит. Воды и непрекращающаяся боль оказались тем ещё сюрпризом. Во-вторых, ей банально не у кого было попросить помощи, так как все соседи либо уже спали в силу пенсионного возраста, либо заперлись в домах. Встать и пойти в ночь, да ещё и в дождь, было рискованно, тут она сама сообразила. Костя и Андрей уже месяц снимали квартиру напополам. Так как оба считались бедными студентами, их маленькую нетрадиционную тайну никто не раскрыл. Именно поэтому, когда Андрей с выпученными глазами влетел на кухню и объявил, что сейчас же уезжает в ночь, поехать им пришлось вдвоём. Костя любил Андрея, дружил с Викусей, даже помогал ей выбирать пинетки для будущих детей, но сейчас искренне жалел, что не остался дома. Страх захватывал парня с ног до головы: руки все вспотели, а во рту наоборот пересохло, неровно бился пульс где-то в ушах. Он даже не знал, сколько времени уже длится адская поездка – посмотреть на часы означало нечаянно наткнуться глазами на спидометр, а тогда он точно сойдёт с ума. – Сколько нам ещё здесь ехать? Мы уже должны были проехать завод. – Да чёрт его знает.. Должны. Не знаю. Здесь дорога прямая, не свернуть никуда. Не могли же мы проехать. – Могли неправильно свернуть с Киевки. Какой это съезд? Тонкие брови Андрея нервно дёргнулись, а потом он на удивление плавно начал сбрасывать скорость, пока не остановился совсем. Костя с опаской потёр запястья – то, что происходит с его парнем называется состоянием аффекта, мало ли, что. – Да, блять. Мы едем прямо в СНТ "Звезда". И прёмся так долго, потому что не вперёд, а вбок. Я вспомнил. – Поворачивай. Хватит коротких путей, выезжаем на главное шоссе и уже по нему. Я тебя прошу! – Ну да, давай. Сейчас придётся газовать.

***

Костя не сразу понял, что происходит, но когда Андрей резким рывком выкрутил руль и одновременно нажал педаль газа, машину уже чуть не занесло. Теперь казалось, что они едут как минимум раза в два быстрее, пусть даже Костя подозревал, что движение ускоряет больше страх в его голове. С каким-то опозданием он заметил, что они едут неправильно. В чём состоит сама эта неправильность, пришлось думать. Парень звонко хлопнул себя ладонью по лбу, на котором уже скопился влажной плёнкой пот. – Андрей, зачем ты едешь по встречке?! Боже, вернись на полосу! – Потому что я не успеваю. Здесь всё равно никого нет. Железный голос Мордвина транслировал одну простейшую мысль: от безысходности парень просто прёт на пролом, даже если понимает, что его глупые и опасные выходки не приближают к цели. Андрей думал о Вике, пытался как-то прикинуть время, приехала ли скорая, в курсе ли мать. Грязь на обочине только сильнее распалила воспалённый мозг. – А если машина скорой помощи не проедет? Там могло размыть дороги, они все в посёлке не асфальтированные. Костя промолчал. Он вообще не мог открыть рот и боролся с желанием закрыть себе глаза руками. В голову сразу пришло огромное количество жутких документалок с НТВ, где люди попадают во всякие страшные аварии и умирают ещё до приезда помощи. Парень любил смотреть такие материалы, но совершенно не хотел становиться их героем. Вот бы и у него был какой-нибудь повод, чтобы за адреналином не замечать агрессивной реальности. Мысль была кощунством по отношению к переживаниями Андрея и мучениям Викуси, но мораль немного отходит на задний план, когда твой пульс зашкаливает в течении длительного времени. Тальков вспомнил о наушнике и музыке и выключил плеер совсем. Он реагировал даже на то, как качаются деревья на ветру, воображая, что на них уже несётся какая-нибудь фура, а молнии на самом деле лишь отблески её фар. Костя чувствовал, как вместе со страхом рождается злость на Андрея. Почему он не может подавить свою панику, которой мешает всем вокруг? Зачем он стал искать какие-то укороченные пути, если не был в них уверен? Если бы сейчас они ехали по Киевке, были бы уже под Обнинском, а сейчас они даже ещё не в Калужской области! Костя не хотел ругаться. Во-первых, не любил, во-вторых, орать на любимого человека, когда у того сложная жизненная ситуация – слишком жестоко, а такое качество парню не свойственно. И всё же, лес до сих пор не кончился, на шоссе они так пока и не выехали, дождь не переставал лить. Влага упорно продолжала скапливаться во всех ямках и неровностях асфальта, где-то даже появились ручейки. Грозой наслаждался только лес, впитывающий каждой тропинкой живительные капли. Тальков сам не понял, что сорвался. – Прекрати ехать посреди дороги, съедь на полосу и сбавь скорость немедленно! Ты нас обоих угробить захотел, не иначе! Что, твоей сестре труп приятнее видеть, чем брата, или что?! Ты за неё не родишь и паникой не поможешь! – Заткнись, сбиваешь меня сейчас ты. – Прости, сбиваю с чего? Я вижу, что ты не в адеквате, тебе сейчас вообще водить нельзя. Андрей нахмурился и неожиданно ударил по клаксону. Резкий, но короткий звук полностью погряз в ударе грома, который последовал сразу за ним. От этого сочетания звуков стало совсем одиноко. – А ты зато ноешь! Тебе плевать, конечно, проще же жопу на диване греть. Хотя что я, откуда человеку, у которого нет семьи, знать что-то о беспокойстве за близких. – У меня есть семья! Ты это специально сейчас? На больное давишь? – Конечно-конечно. Ещё скажи, что это ты с ними не общаешься по собственному желанию, а не они с тобой. Костя же всегда хороший, правильный, а самое главное невиновный. Тальков болезненно сглотнул. Это же неправда. Они общаются с мамой и папой, да, редко, но общаются же! Никто не виноват, что взгляды на жизнь разные, когда-нибудь это всё переживётся и пройдёт, снова всё будет хорошо. Его родители умные люди, достойно живущие, найдут способ. – Я так про себя никогда не говорю. – Но думаешь, я уверен. Ты только и делаешь, что стремишься к расплывчатому идеалу, а больше вокруг себя ничего не видишь. – Ты почти прав, я бы предпочёл не видеть, как мы несёмся по встречке в грозу навстречу собственной смерти. Перепалка сошла на нет, оставив после себя тяжёлую душную атмосферу. Каждый чувствовал стыд за свои неправильные слова, но мириться тоже не спешил. Мысленно можно было успокоить себя тем, что дело не в упрямстве, просто лучше сначала сосредоточиться на Викусе, а потом уже разбираться со своими отношениями. Андрей победно улыбнулся, когда увидел долгожданный поворот на шоссе. Он опять же не стал перестраиваться, ожидая, что они легко встроятся в редкий поток машин. На радостях Мордвин ещё немного газанул, вытянув шею так, как будто помогал этим машине двигаться быстрее. Он даже не успел сообразить, когда из-за поворота показалась дряхлая семёрка. Навыки вождения с ранних лет действительно пригодились: Андрей успел рефлекторно провернуть руль, прежде чем машины столкнулись лоб в лоб, но семёрку бортанул. Их собственную машину занесло на мокром асфальте с траекторией в кювет. Последнее, что Андрей услышал перед оглушающим ударом – испуганный вскрик Кости.