Где сердце выбирает

      Тишина. В этот раз в саду ни единого звука, даже малейшего шороха не доносится до слуха. Но что самое главное — ни одного постороннего голоса. И Дана может прикрыть глаза, чтобы насладиться этой приятной пустотой вокруг, и одновременно вновь ощутить странное единение с этим местом.       Вчера ей не удалось прийти сюда, но сегодня отказываться от возможности прогуляться в этом месте было нельзя. Тем более скоро девушке предстоит присутствовать на общем собрании, где будет Фурий с Сомнусом. А это не самое приятное событие. К нему ещё нужно подготовиться. И сад стал тем самым местом, где можно было расслабиться и собрать свои мысли во что-то более-менее понятное.       Но в голове у Даны сплошной завал. И статуя, будто заглядывающая в самую глубину женской души, путает всё ещё больше.       Тревожный взгляд проходится по каменной фигуре, которая продолжает гордо возвышаться над всем садом целиком. Дана чувствует, как каждый её взор на Астрею, заставляет сердце биться быстрее. Но причину такой странной реакции своего тела не понимает.       — Что это за ощущения… — очень тихо, будто боясь спугнуть эту приятную тишину, говорит девушка. Она опускает глаза на свои ладони, разглядывает их, словно пытаясь отыскать ответ. Но ничего так и не находит. Только очередные вопросы, загадки и тайны. Казалось бы, клубок секретов должен уже распутываться, но с каждым разом он закручивается только сильнее. И Дана не знает с чего ей стоит начать, чтобы найти хоть какие-то ответы.       Вздохнув, она поднимается со скамьи. Ей уже пора возвращаться, но покидать сад от чего-то тяжело. Девушку будто связывают с этим местом какие-то тёплые воспоминания, которые играют на ностальгии, не давая уйти. Но всё это звучит настолько неправдоподобно, что хочется рассмеяться.

***

      Девушка зашла в гостиную, когда все уже собрались и активно что-то обсуждали. Этому она была не очень рада, ведь не хотела обращать на свою персону слишком много внимания. Но в итоге все, кто находился в комнате, сразу же повернули головы к выходу.       — Доброе утро, — как можно спокойнее поприветствовала всех Дана, даже умудрившись нацепить на своё лицо улыбку. Хотя при взгляде на Фурия она тут же исчезла.       — Доброе утро, Дана, — голос Рафаила прозвучал из глубины комнаты. Мужчина стоял возле рояля, держа руки в карманах. На его лице, до этого не отражавшее никаких эмоций, появилась улыбка.       Дана смутилась. И хоть этого показывать она не хотела, уголки её губ всё же слегка приподнялись.       Первой темой для обсуждения были сновидения Одри. А точнее то, помог ли ей Сомнус прошлой ночью справиться с ними. Для Даны этот разговор имел особое значение из-за собственных кошмаров. Но в какой-то момент всем её вниманием завладела жуткая кукла в руках оценщицы. Игрушка не выглядела безобразной, но что-то отталкивающее в ней точно было.       — Это задание не для тебя, Микаэль. Оно для вашей оценщицы.       Когда Дана смогла оторвать свой взгляд от куклы, то услышала голос Фурия. И, подняв на мужчину свои глаза, увидела на его лице язвительный оскал.       — Я выбирал его очень тщательно, Одри, — начальник продолжал свою издёвку, не обращая внимания на угрюмые взгляды остальных. Давид так и вовсе поднялся со своего места, готовый к словесной конфронтации. — Нужно будет разобраться с одной сектой. Справишься?       Дана сразу заметила напряжение, повисшее в воздухе, и обернулась к подруге, смотря на неё со всем пониманием. Но Одри никак не показывала того, как внутри что-то неприятно кольнуло, пробуждая детские воспоминания. Она смотрела на Фурия со слегка сведёнными к переносице бровями и взглядом, в котором чётко отражалась уверенность. Уверенность в самой себе и своих собственных силах.       — Справлюсь, — с неким вызовом произнесла оценщица, на что получила одобрительную ухмылку Давида и гордый взгляд Микаэля.       Некоторое время в комнате держалась тишина. Фурий и Одри продолжали смотреть друг на друга, будто безмолвно меряясь силой. Но пару секунд спустя мужчина словно сдался, кивнув ей, и с хищным прищуром перевёл свои глаза ну другую. И тут в его голове будто созрел план.       — Дана, я думаю, и тебе следует пойти.       Тут уже всколыхнулся Рафаил. И, видимо, Фурий именно этого и добивался. Он заметил краем взгляда, как ангел сделал несколько шагов в его сторону, явно недовольный этим предложением.       — Ей там нечего делать, — неожиданно подал голос Кассиэль. И, наверное, ему показалось, что сказанное им прозвучало грубовато, потому что через секунду он поспешил объясниться. — Мы не знаем, нужна ли она зверю. А если всё-таки нужна, то он наверняка захочет заполучить её. Поэтому Дане лучше оставаться здесь, пока мы всё не выясним.       — Она и не обязана ходить на задания, — Микаэль поднимается с кресла, видимо, собираясь покинуть комнату. Он спокоен, впрочем как и всегда, но глаза выдают его истинное настроение. Архангел раздражён. — Не нужно впутывать её во всё это. Тем более сейчас, когда мы сами запутаны последними событиями. Вопросов возникает всё больше, но ответов нет.       — Так ищите ответы, Микаэль, — сквозь зубы проговаривает Фурий, явно оставшийся недовольным тем, что его в чём-то попрекают. — Это ваша работа.       Мужчина выходит из гостиной первым, даже не став дожидаться своего напарника. Сомнус же явно с наслаждением наблюдал за перепалкой между бессмертными, в голове делая свои выводы. Но и он не стал задерживаться в комнате, медленными шагами направившись к выходу. Напоследок мужчина взглянул на Рафаила и, хитро улыбнувшись, вышел прочь.       — Одри, — Микаэль обратился к коллеге, — если ты не хочешь идти на это задание, то можешь остаться. Мы понимаем, что тебе будет сложно вновь оказаться внутри всего этого.       Но девушка явно была настроена утереть нос Фурию, а потому даже и не думала отказываться. Если он думал, что сможет так легко напугать её, то сильно ошибся.       — Нет, я пойду с вами, — твёрдо сказала Одри.       Её уверенный ответ вызвал удовлетворительную улыбку у всех коллег, которые были очень горды за девушку. В особенности был горд Давид и показал это, поцеловав Одри при всех. И хоть остальные и так знали, что этих двоих связывают романтические отношения, такое прилюдное проявление чувств было впервые.              Микаэль зовёт Кассиэля и Одри в кабинет, чтобы обсудить некоторые детали по их заданию, а Давид, ссылаясь на какие-то срочные дела, также покидает гостиную. Давящая атмосфера в комнате тут же утрачивает своё негативное влияние, сменяется на что-то более интимное, когда Рафаил и Дана обмениваются трепещущими взглядами.        Женские глаза опускаются на чужие губы, которые совсем недавно целовали её. Щёки постепенно покрываются румянцем, вспоминая вчерашний вечер.       — Прекрасно выглядишь, — искренний комплимент, сразу застающий девушку врасплох. Она поднимает взгляд, в котором приятное удивление, и примечает на мужском лице почти незаметное смущение. Видимо, ангел понял, куда именно она смотрела пару секунд назад. — Тебе хорошо спалось?       Дана кивает, хотя ночь на самом деле выдалась практически бессоной. А всему виной был Рафаил, который просто не покидал её мыслей. Только девушка закрывала глаза, как перед ними возникало лицо ангела.       — А мне, к сожалению, поспать почти не удалось, — с улыбкой говорит мужчина, кидая взгляд на мольберт, стоящий в углу. Всю ночь Рафаил провёл тут, пытаясь выплеснуть свои эмоции на холсте. Но ничего так и не получилось. Всё, о чём он мог думать, была Дана. Уже которую ночь она не даёт ему сомкнуть глаз. И это по-настоящему удивляет, ведь у ангела никогда ещё такого не было.       Девушка проследила за мужским взглядом и, заметив небольшое полотно, прикрытое белой тканью, встала с дивана. Она неуверенно подошла к мольберту и стянула с него плотную материю, тут же удивлённо раскрыв глаза.       — Это… я? — робко спрашивает Дана, не отрывая своего взгляда от холста. На нём всего лишь набросок с ещё недоработанными деталями и мелкими исправлениями, которые были оставлены для дальнейших часов работы. И даже несмотря на то, что рисунок не был готов даже наполовину, девушка сразу узнала себя. И от этого у неё перехватило дыхание.       — У меня не очень получаются портреты, — Дана чувствует на своей шее чужое дыхание и поворачивается. Рафаил, смотревший на свою работу из-за женского плеча, мгновенно переводит глаза на неё. А на его лице играет слабая улыбка, за которой кроется очередное волнение. Мужчина не хотел, чтобы кто-то видел его творение. Тем более, чтобы это видела Дана. — Руки сами стали рисовать твой образ… Он уже который день не выходит из моей головы.       Приятное откровение заставляет уголки губ подняться вверх, пока мужское лицо, наоборот, принимает более серьёзное выражение. И когда девушка это замечает, то воздух в груди предательски обрывается.       Рафаил не врал.       Дана ещё раз взглянула на холст и, почувствовав дикое желание прикоснуться к нему, потянулась рукой к своему портрету. Мягко провела пальчиками вдоль аккуратных карандашных линий, будто стараясь повторить движения ангела, и делала это максимально осторожно, чтобы ненароком не размазать чёткий контур.       — У тебя талант к искусству, — честно говорит девушка, вспоминая, как Одри упоминала о том, что Рафаил много времени проводит за игрой на разных инструментах. Особенно на скрипке. Только вот сама Дана ни разу ещё не слышала, как ангел на чём-то играет. И теперь у неё появилась настоящая потребность увидеть это своими глазами.       — Никакой талант не поможет мне передать всю твою красоту на холсте, — уверенно отвечает мужчина и перехватывает чужую ладонь, чтобы оставить на ней еле весомый поцелуй. — Но, даже несмотря на это, я очень надеюсь, что когда-нибудь ты попозируешь мне.       Дана не может оторвать свой взгляд от зелёных глаз и выдаёт тихое, но отчётливое «хорошо». Она чувствует, как в голове пропадают все здравые мысли, стоит ей подумать о том, как Рафаил будет разглядывать её, чтобы максимально точно перенести женский образ на бумагу. Девушка уже представляла, каким будет мужской взгляд в этот момент: внимательный, медленный, изучающий каждую линию, каждую тень на коже. В животе проснулись бабочки — беспокойные, горячие, нетерпеливые. Сердце, казалось, билось слишком сильно. Настолько, что ещё пару секунд — и оно бы просто выпрыгнуло из груди.       — Рафаил, — вдруг из-за двери послышался голос Микаэля. Через мгновение архангел уже стоял на пороге гостиной. — Мне нужна твоя помощь.       — Иду, — не сводя глаз с девушки, ответил Рафаил. Его пальцы отпускают женскую ладошку, поднимаясь к румяной щеке, и мягко проводят по ней. И уже обращаясь к девушке, он вновь подаёт голос: — Ты будешь в своей комнате?       — Я буду в саду.       Мужчина кивает, ещё на долю секунды задерживая свой взгляд на красивом лице, а после шагает к двери. Микаэль, который стал свидетелем весьма личной сцены, сделал вид, будто бы ничего не видел. Но некоторые переживания всё-таки успели возникнуть в его голове.

***

      Дана не знала, сколько времени прошло с момента, как она вернулась в сад. В этот раз ей пришла идея захватить с собой ещё и книгу, которую ей дал Рафаил, и теперь она наслаждалась чтением в тишине. Периодически девушка всё же поднимала взгляд на статую Астреи, чтобы вновь рассмотреть каждый миллиметр каменной фигуры. Но сколько бы Дана ни смотрела на неё, сколько бы времени ни тратила, никаких ответов она не находила. И в какой-то момент ей и вовсе начало казаться, что всю эту странную связь с этим местом и статуей она сама себе напридумала.       На улице заметно стемнело. Девушка, почувствовав небольшую усталость, закрыла книгу и тяжело вздохнула. Почти весь день проведя в саду, она так и не сумела найти даже самую маленькую подсказку. И теперь, собираясь уходить, Дана по-настоящему задумалась о том, что никакой невидимой нити, связывающей её с этим местом, просто нет.       Поднявшись со скамьи, девушка услышала странные звуки от куда-то сверху. Казалось, что сюда стремительно приближалась огромная птица, у которой были не менее большие крылья. Над головой послышался резкий свист, пронзивший слух, и Дана зажмурилась. В этот же момент она почувствовала, как нечто приземлилось прямо за её спиной.       Открыв глаза, девушка медленно развернулась и испуганно застыла на месте. Перед ней, отряхивая свои плечи, стоял высокий мужчина. В его взгляде, который с интересом проходился по женской фигуре, читалась надменность, а губы были растянуты в почти незаметную ухмылку. Но Дану напугало совсем не это.       За мужской спиной, словно надёжная защита, растянулась пара тёмных крыльев. Мощные, напоминающие когти хищной птицы, они затмевали собой весь свет и отбрасывали на землю грозную тень. Девушка стояла неподвижно, боясь шевельнуться, и наблюдала за тем, как демон, в последний раз встрепенув своими крыльями, сложил их. А через секунду они и вовсе исчезли       — Кто вы? — Дана делает осторожный шаг назад, испытывая настоящий страх перед незнакомцем. А он же, наоборот, был предельно спокоен. Но на долю секунды в его глазах блеснуло удивление, которое почти также быстро потухло.       — Ты… человек? — проигнориров чужой вопрос, мужчина сразу задаёт свой. Вот только ответа на него он явно не ждал. И без этого понял, что перед ним стоит обычная смертная. — Что такая, как ты, делает здесь?       Демон всего за несколько шагов подходит почти вплотную к Дане, заставляя её поднять голову, чтобы не прерывать зрительного контакта.       — Красивое личико, — ухмыляясь, он тянет свои пальцы к женскому лицу, вот только девушка не даёт прикоснуться к себе. Она дёргает головой в сторону и пятится, крепче сжимая книгу в своих руках. Мужчина, заметив это, вскинул брови от изумления. — Вокруг тебя куча бессмертных, а ты читаешь это?       Позади слышатся торопливые шаги, на которые Дана сразу обращает внимание и поворачивается. Облегчённо выдыхает, когда видит Рафаила и Давида, приближающихся к ним.       — А я думаю, кого сюда могло занести, — Давид улыбается, но в его улыбке больше яда, чем радости. — Для чего ты на этот раз пришёл, Антари?       — Всё за тем же, — названный демон отходит от девушки, но периодически продолжает кидать в её сторону короткие взгляды. И с видимым любопытством следит за тем, как она подходит к ангелу, который не сводит с неё своих глаз. — Все ждут тебя в аду, Давид.       — В последнюю нашу встречу я говорил тебе, что не собираюсь возвращаться. Повторить ещё раз? — в голосе слышится усталость. — Меня не интересует ни ад, ни его трон. И ты прекрасно это знаешь.       С лица Антари сходит ухмылка. Его накрывает дикое нетерпение и усталость от очередного отказа, но причину такого нежелания возвращаться домой он по-прежнему не понимает. Это раздражает куда сильнее, чем постоянное «нет».       — Объясни мне, почему ты так держишься за это место? — задаёт вопрос в лоб, хотя получить правдивый ответ даже не расчитывает. — Почему не хочешь вернуться туда, где тебя по-настоящему ждут?       — Я не думаю, что должен тебе что-то объяснять.       — Ты нам нужен, Давид. Ты нужен своему отцу.       — Нет, — короткий, чёткий отказ звучит почти механически и раздражает ещё сильнее, не оставляя ни пространства для торга, ни надежды на объяснение. Антари сжимает челюсти, ощущая, как внутри поднимается глухое раздражение. — Я не изменю своего решения. Так что можешь больше здесь не появляться.       — Посмотрим, — демон быстрым движением расправляет крылья и, пару раз взмахнув ими, готовится взмыть в небо. Буквально на мгновение его глаза находят женское лицо, на котором уже нет никакого испуга. Дана удивляется, когда их взгляды пересекаются, и ей кажется, что на мужских губах появляется малозаметная улыбка. Вот только разглядеть её не получается. Антари рывком отталкивается от земли, сразу пропадая между тёмными тучами, которые уже успели окутать всё небо.

***

      Рафаил провожает Дану до спальни, параллельно с этим отвечая её вопросы. А накопилось их довольно много. Особенно после встречи с неизвестным для неё демоном.       — Давид является сыном бывшего сатаны, — объясняет ангел, пропуская девушку в комнату, и проходит следом. — Сейчас на небесах многие демоны бунтуют, потому что хотят видеть у престола законного наследника, кем считают Давида. Но ему это не очень-то неинтересно.       — Почему? — Дана встаёт возле стола, откладывая книгу в сторону. — Неужели ему не хочется занять своё место? Не хочется вернуться домой?       — Дана, мы находимся среди людей уже очень давно. И, можно сказать, что именно здесь наш дом.       Рафаил неосознанно задумывается о том, какой была бы его судьба, останься он на небесах. Если бы зверя никогда не существовало. Смог бы он тогда спускаться к людям — или прожил бы вечность, не покидая рая? А может быть, без зверя не было бы и его самого? Ведь Рафаил был создан именно ради этого мгновения: в нужный час сразить зверя, ценой собственной жизни уничтожить его. Сделав последний вдох, он пал бы следом за врагом. Таково было его истинное предназначение.       Подняв свои глаза, мужчина встречается с открытым и по-детски доверчивым взглядом Даны. Она молчала. Ждала, пока ангел вновь заговорит. И даже не предполагала, какие мысли в эту секунду разрывали его голову.       Сейчас, когда перед ним стояла девушка его мечты, Рафаил впервые задумался о смерти. И это напугало его, потому что он больше не был готов так легко расстаться с собственной жизнью. А предназначение уже не имело такого большого значения, ведь в мужском сердце поселилась та, что перечеркнула собой всё прошлое ангела. Будто бы до встречи с Даной, Рафаил вовсе и не жил. А может, так и было.       Все эти мысли взволновали мужчину и он, поддавшись эмоциям, быстро подходит к девушке, впиваясь в её губы неожиданным, но чувственным поцелуем. Руки крепко обнимают тонкую талию, словно ангел боится, что Дана захочет оттолкнуть его. Однако она, всего на секунду растерявшись, довольно прикрывает глаза и охотно жмётся плотнее к мужскому телу.       — Хочу, чтобы ты знала, — сквозь поцелуй говорит Рафаил, чувствуя, как бешено и в унисон стучат их сердца, — до тебя в моём сердце не было места ни для кого другого. И я даже мечтать не мог о том, что когда-нибудь встречу человека, который пробудит во мне такие чувства.       Слова, сказанные так неожиданно, стали для девушки самыми желанными, ведь и она совсем не надеялась встретить в этом месте любимого мужчину. А сейчас, когда перед ней стоит Рафаил, влюблённо разглядывающий её лицо, Дана не может и не хочет думать ни о чём другом. Будто все проблемы, давящие на неё, внезапно испарились.       — А я мечтала найти такого человека. И нашла, — ответное признание заставляет мужские губы растянуться в робкую улыбку. — Я чувствую себя такой счастливой, когда нахожусь рядом с тобой.       — Ты заслуживаешь быть счастливой, Дана.       — Как и ты, — тихо произносит она, чуть склоняя голову, и улыбается. Девушка смотрит ему в глаза, словно ища в них отражение собственных чувств, но вместо привычного тепла вдруг замечает иное. В самой глубине его взгляда прячется необъяснимая печаль, будто скрывая в себе затаённую боль. Она задевает внезапно и остро, отзываясь внутри тревожным эхом, и Дана отстраняется, делая шаг назад. — Что случилось?       Но ангел качает головой, не желая беспокоить своими мыслями, и вновь приближается к девушке. Его губы оставляют короткий поцелуй на щеке, после чего Рафаил говорит:       — Микаэль попросил меня проверить одно место, поэтому сейчас мне нужно уйти, — голос звучит неуверенно, будто слова дались ему с трудом и не несли в себе желания быть услышанными. Рафаил совсем не хотел уходить, тем более сейчас, но долг звал его. И противиться этому было невозможно. — Прости, что так резко покидаю тебя.       — Я всё понимаю, — Дана кивает, стараясь не выглядеть встревоженной поведением мужчины. Но всё же некоторые нехорошие мысли завладевают ей. И сейчас, когда ангел покидал спальню, девушке казалось, что он бежит именно от неё.

***

      Готовясь ко сну, Дана снова и снова возвращалась мыслями к взгляду Рафаила — тому самому, которым он смотрел на неё в последние минуты их встречи. Ей всё сильнее казалось, что ангел что-то утаивает. Не из-за холодности, не из-за равнодушия, а из-за боли, которую бережно прячет внутри. И от этого становилось особенно мучительно: почему он не может довериться ей, почему не позволяет разделить с ним его переживания? Мысль о том, что между ними стоит невидимая стена, отзывалась болезненной тоской.       Из переживаний вырывает писк мобильного телефона. Дана выходит из ванной комнаты, бегая глазами по спальне в поисках источника звука, и хмурится. Уже достаточно поздно для сообщений. Но недовольство быстро сменяется удивлением, когда девушка прочитывает смс с незнакомого номера.             «Доброй ночи, мисс Миллер. Это Малек Синнер. Мы имели возможность познакомиться в агентстве несколько дней назад. Я был бы рад встретиться с Вами и обсудить один вопрос, который, полагаю, может представить для Вас интерес. Надеюсь, моё предложение не покажется Вам неожиданным. Буду ждать нашей встречи.»