откровение

Близился ноябрь. Работа над альбомом была в самом разгаре, а билеты на туровые концерты уже разлетались с невероятной скоростью. Все сроки горели, люди в команде носились со встречи на встречу, созвоны не прекращались ни на день. Пока Тушенцов больше занимался именно музыкой и продумывал своё концертное шоу, его команда очень плотно занималась переговорами с площадками и оформлением всей логистики. Никто не осознавал до конца, что скоро, вот совсем скоро начнётся тур. Даша постепенно приходила в себя. Время, конечно, лечило, хоть и не с такой скоростью, которую всю обычно ожидают. Раны на сердце так или иначе постепенно затягивались, а боль стихала и уже не была такой острой. К тому же, теперь Разумовская особенно чутко улавливала то, с каким беспокойством к ней относились друзья и коллеги, а ещё с каким особенным неравнодушием, мимолётно проскакивавшим в течение обычного рабочего взаимодействия друг с другом, с ней общался Руслан. А их контакт в последние месяцы был действительно плотным, ведь работа ни на день не прекращалась.

♪───●◎●───♪

Конец ноября. Выпуск новой коллекции мерча. Куча прикольных шмоток, аксессуаров и, конечно же, эксклюзивная бензопила с уникальным дизайном. Буквально в течение нескольких дней покупают целых пять бензопил, во что не верит даже сам Руслан, но такова статистика. Пока взлетели продажи, альбом дальше делается, а тур продолжает организовываться. За пару дней до тридцать первого декабря Руслан выложил у себя в телеграм-канале пост о том, что альбом готов. Даша и Женя об этом оттуда и узнали, а уже потом Тушенцов им лично отписался, что сдал готовые одиннадцать треков лейблу и теперь может курить бамбук до конца января. На самом деле, со его ненормальным графиком и сбитым напрочь режимом дня рэпер был близок к тому, чтобы буквально делать это, только в Таиланде. И всё же не бамбук, а кальян. После наступления нового года Руслан и вся его команда немного выдохнули. Тушенцов буквально в первых числах января улетел в отпуск, прихватив с собой Дашу и ещё пару менеджеров из команды. Женя со своей девушкой исчезли с радаров на Мальдивах. Всем очень нужно было отдохнуть, и пока альбом готовился к выпуску на всех площадках, его автор со своими друзьями и командой жесточайше кайфовал в Бангкоке. Тушенцов и Разумовская ещё больше сблизились за эту поездку. Они довольно много вместе выпивали, могли даже на нетрезвую голову начать друг к другу подкатывать, но ни во что серьёзное это не вытекало, только если в шуточки со стороны других менеджеров команды или же друзей Руслана. Только один раз такая манера общения немного вышла из-под контроля.

♪───●◎●───♪

Довольно громкая попсовая музыка гремела в пляжном баре люксового таиландского отеля. Посетители сидели за резными столиками и развлекались, кто как мог. Фонарики гирлянд и шелестящие пальмы дополняли чудесную курортную атмосферу, что пропитала это место до самого основания. Запах морской свежести и тропических фруктов смешивался с различными ароматами курительных приспособлений посетителей. Кругом стоял перманентный шум, состоящий из беспрестанного говора на разных языках и звона стаканов. Этот фоновый звук парадоксально никак не препятствовал вести беседы, если ты находился со своим собеседником на расстоянии хотя бы вытянутой руки. Деревянная барная стойка с характерной резьбой по краю, подсвеченная снизу, отбрасывала тёплый свет на лица. Даша, в лёгком пляжном белом платье с открытыми плечами, сидела на высоком стуле, подперев одной рукой подбородок, а второй — медленно вращая за ножку бокал с ярко-оранжевым коктейлем и кубиком манго в качестве украшения. Рядом с ней достаточно близко сидел Руслан, в своей красной майке и чёрных шортах, а в руках он держал наполовину пустой бокал пина колады, украшенный долькой ананаса. Они, сидя друг к другу полубоком, в очередной раз болтали обо всём на свете, периодически задерживая друг на друге взгляд дольше обычного. Беседа текла хоть и плавно, но весьма стремительно, когда объектами обсуждений успели побывать и их общие знакомые, и знаменитости, и выдуманные персонажи из разных вселенных. — Как же хорошо, — вздохнула Даша. Девушка чуть прикрыла глаза и смотрела бездумно перед собой. Все заботы были поставлены на паузу, и это ощущение опьяняло сильнее алкоголя. — Однозначно, — Руслан взял свой стакан и отпил через трубочку немного коктейля. — Интересно, наши уже завалились спать? — Надеюсь, — Даша слабо посмеялась. — На завтра у ребят были грандиозные планы. — Заебись, — Тушенцов усмехнулся. — А сегодня многочасовых активностей им было мало? — Да ладно тебе, — Разумовская искренне улыбнулась. — Я весьма приятно утомилась. — Наконец-то это приятное утомление, — проговорил с доброй иронией Руслан и очень вкрадчиво посмотрел на Разумовскую. — Я вижу радостный блеск в глазах. — Да-да, — Даша наклонилась к своему бокалу и, поймав губами трубочку, сделала несколько глотков. — Сейчас по тебе и не скажешь, что не так давно ты с телефона несколько часов подряд не слезала, — Тушенцов очень внимательно прищурился, наблюдая за манипуляциями с трубочкой в губах своего менеджера. Его разгорячённый алкоголем разум уловил в этих маленьких действиях некий одурманивающий подтекст. Да и губы красиво блестели… — Сочту за комплимент, — кивнула Разумовская, а потом вновь опустилась головой к трубочке. — Отпуск идёт мне на пользу, это правда. — Я рад это слышать, — почти по слогам произнес Руслан. — Не зря мы притащили тебя сюда подальше от работы. — Мне, знаешь ли, грех жаловаться на условия работы, — Даша вновь сделала глоток. — Ну коне-е-ечно, — Тушенцов закатил глаза. Он прекрасно знал, что даже его добрые отношения со всеми менеджерами не умаляют то огромное количество работы, которую они выполняют и параллельно тратят миллионы единиц своих нервных клеток. — Я работаю на очень хорошего человека, между прочим, — невозмутимо добавила менеджер. — Да ладно, на кого? — притворно удивился Руслан и чуть наклонился ближе к менеджеру. Щёки его уже давно горели пьяным румянцем, а улыбка не сходила с лица. — А не скажу, — Разумовская надула губы, а потом взяла ими в плен несчастную трубочку своего коктейля. — Наверное, невероятно талантливый артист, да? — Тушенцов ненамеренно коснулся коленки своего менеджера под стойкой, но отдёргивать свою ногу не стал. — О да, конечно. Очень харизматичный, — Даша отставила свой бокал. — Иногда, правда, бывает невыносимым, но я привыкла. — Неправда! — Руслан в шутку возмутился, а потом резко потянулся за бокалом Разумовской, чтобы быстро поднести его к своему лицу. — Эй! — девушка подалась вперёд, не скрывая своё волнение за украденный из-под носа коктейль, но Тушенцов аккуратно отклонился назад, удержав равновесие, чтобы избежать падения со стула. Руслан показательно посмотрел на уровень выпитого фруктового коктейля и негодующе покачал головой. — Ты вообще пьёшь или просто соломинку сосёшь, а? — он сделал глоток оранжевого алкогольного напитка прямо из стакана и довольно облизнулся, поставив коктейль обратно на стойку ровно между собой и Дашей. — Он же такой вкусный! — Я, может, люблю растягивать удовольствие, — менеджер вздёрнула нос, после чего ловким движением руки сорвала уже с бокала Руслана дольку ананаса и отправила себе в рот. — Э-э-э! — Тушенцов забавно всплеснул руками. — Я хотел его сейчас съесть! — Это месть за покушение на личное пространство, — Разумовская дожевала сладенький сочный кусочек ананаса. — Ах так?! — было очевидно, что Руслан только разыгрывает гнев. Он ловко снял своими пальцами кубик манго с края бокала своего менеджера и запрокинул голову, чтобы на кинематографичный манер уронить кусок тропического фрукта в рот. И у него это получилось, но ровно через мгновение он ощутил, как женские руки весьма сильно обхватили его шею, а на тело навалились, сопровождая это тихим вскриком. Тушенцов опешил, проглотив сладкий кубик мякоти, практически его не жуя. Тёплый тропический воздух будто застыл между ними. Даша, сама для себя неожиданно вскочившая со своего места и обхватившая шею Руслана, вдруг осознала, что её порыв привёл их в положение, где его губы оказались в нескольких сантиметрах от её. Его глаза, обычно полные озорства, теперь были широко раскрыты от удивления. В них мелькнуло и что-то новое — возможно, лёгкая растерянность. Этим действием Разумовская будто сорвала с него маску уверенного в себе шутника, который сейчас даже двух слов не мог связать. Её руки слегка дрожали, но она не отпускала его, мягко повиснув, как маленькая обезьянка на дереве. Вокруг шум не утихал ни на секундочку, где-то вдалеке плескались волны, кричали чайки, но в их маленьком мире звучало только прерывистое дыхание. Тушенцов медленно опустил руки на её талию, его пальцы слегка сжали ткань платья, будто проверяя реальность происходящего. Тут не нужны были слова. Руслан чувствовал, как её дыхание, сладкое от ананаса, смешивалось с его собственным, подслащённым вкусным манго. Он больше не мог — или не хотел — сопротивляться. Его веки медленно опустились, когда он решился сократить оставшееся расстояние… Их губы встретились — сначала неуверенно, почти случайно, будто они упали друг на друга. Но затем что-то щёлкнуло. Даша крепче обхватила его шею, а Руслан притянул её ближе к себе. Вкус манго, ананаса и чего-то совершенно нового. Когда они отпрянули друг от друга, оба красные и немного запыхавшиеся, Тушенцов первым нарушил тишину, стараясь вернуть привычную лёгкость и непринуждённость их разговора: — Ананас и правда был ничего такой, — сказал он, стараясь совладать с собственным дыханием. — Экзотический микс. — Ха... Хочу электронку с таким вкусом, — вздохнула Даша, тоже желая поскорее отвести разговор от только что случившегося поцелуя, и села обратно на свой стул. — Очень интересное сочетание. Руслан с ней согласился, а потом допил свою пина коладу залпом. Ему хотелось сказать хоть что-то, ведь внутри все эмоции выкрутились на максимум, однако его отвлёк телефонный звонок из мессенджера. Руслан нехотя взял трубку: — Да? Ну и что? — лицо у него сразу стало не очень довольным, а потом он закатил глаза. — Ну вы и долбоёбы забывчивые, конечно. Даша хихикнула. У неё было лишь одно предположение, какое событие Руслан может так комментировать. И она была счастлива, что событие случилось именно сейчас и спасёт её от возможного неловкого разговора. Когда рэпер положил трубку, то умоляюще взглянул на Разумовскую. — Они все, абсолютно все оставили свои карточки от номеров внутри комнат, — Тушенцов тяжело вздохнул, конечно, говоря о паре своих друзей. — Как они вообще дожили до своих лет? — Думаю, нам нужно им помочь, — Даша вновь спрыгнула с барного стула и принялась поправлять платье. Тушенцов, оставив под бокалом немаленькую купюру в качестве чаевых бармену, направился вместе с Разумовской по направлению к зданию отеля. Они шагали рядом, но друг друга уже никак не касались. Единственное, что напоминало о произошедшем, это ананасово-манговое послевкусие во рту и лёгкий мандраж в теле. Не было понятно, как часто каждый из них об этом вспоминал и вспоминал ли вообще. На следующее утро это казалось просто слишком реалистичным сном, который был чересчур хорош, чтобы быть реальностью. Но ни у Руслана, ни у Даши не хватило смелости заговорить об этом. Это был их тропический обет молчания.

♪───●◎●───♪

Когда все вернулись в Москву из своих отпусков, работа почти мгновенно свалилась на голову. Пока Руслан погрузился в последние подготовительные мероприятия перед выпуском альбома, Даша и Женя не слезали с телефонов. В Москве раскупили все билеты, и было принято решение назначить вторую дату для столичного концерта. И, судя по полетевшим продажам, это было то, в чём фанаты действительно нуждались. В конце января наконец-то вышел альбом. Долгожданное музыкальное сокровище, которое все так долго ждали. Многие треки, а особенно фиты, которые оказались неожиданными даже для команды Руслана, сразу поднялись в русскоязычных чартах практически до топовых. Наверное, премьеру можно было считать успешной.

♪───●◎●───♪

В день выхода альбома Даша и Женя приехали в Москву-Сити и притащили Руслану бенто-тортик с изображением обложки выпущенного альбома в качестве поздравления. Тушенцов весь растрогался, торжественно задул воткнутую в центре торта свечку, а потом они просидели у него в квартире до поздней ночи, распивая пару бутылок крепкого алкоголя и раскуривая все свои курительные аппараты. Чудесный был вечер, и именно сегодня оба менеджера изъявили желание остаться у Тушенцова на ночь. Даша, правда, уснула на диване в гостиной ещё до того, как это решение было принято, а вот Женя и Руслан продолжили сидеть на кухне какое-то время, допивая алкоголь и доедая микроскопические остатки торта. Они перешли на полушёпот, ведь гостиная и кухня были совмещёнными, а им не очень хотелось разбудить Разумовскую своими беседами. Впервые Руслан решил поднять ту тему, которая его в данный момент немного волновала. До этой секунды трезвый ум не позволял ему даже заикнуться об этом, а сейчас обстоятельства очень удачно складывались и располагали к небольшому потоку откровений. Ночная Москва за панорамным окном, хороший друг за столом напротив, стакан с крепким напитком в руке — почему бы и не поговорить по душам? Конечно же, Руслан никак не мог забыть ни одного эпизода взаимодействия с Разумовской в этом пресловутом Таиланде. Один вопрос его только беспокоил, надумал ли он себе всё или у него и его собственного менеджера могло бы что-то получится? Руслан очень боялся делать хоть какой-то первый шаг, ведь при появлении даже намёка на какую-то романтику в их с Дашей общении всё могло в теории прийти к тому, что он может потерять отличного менеджера. Вряд ли Разумовской будет комфортно работать, зная о том, что она симпатична Тушенцову и что она не может ответить взаимностью. — С чего ты, блять, решил, что это невзаимно?! — полушёпотом воскликнул Женя и отпил из своего стакана. — Мне кажется, только дурак ещё не понял, что между вами что-то есть. — Значит, я дурак, — Руслан драматично положил руку на лицо, а затем сжал пальцами свою переносицу. — Да ты издеваешься, — Калинин закатил глаза. — У вас буквально идеальные условия для того, чтобы сблизиться. Совместимые характеры, относительно схожие интересы, что ещё нужно? — Я бы не хотел рушить её комфорт работы со мной, — Тушенцов поджал губы. — А о своём комфорте ты подумал? — Женя покачал негодующе головой. — Предпочтёшь мучить себя в неведении или рискнёшь, сделав первый шаг? — Да как-то это слишком… — Руслан посмотрел в сторону дивана в гостиной, где как раз спал объект их обсуждения. — Даша точно не из тех, кто решит уволиться из команды, если ты хотя бы намекнёшь на чувства, как мне кажется, — Калинин не прекращал слегка качать головой, будто в голове у него играла клубная музыка. — По моему скромному мнению, из вас получилась бы хорошая пара. — Да почему ты в этом так уверен? — возмутился в шутку рэпер. Женя немного перегнулся через стол, чтобы очутиться у Тушенцова прямо над ухом, и очень неспокойно зашептал: — Если что, то, что я дальше скажу, ты никогда не слышал, но Даша после своего расставания столько раз к тебе чисто женский интерес проявляла, что мне даже не по себе немного было, — Женя звучал по-злодейски, откровенно сдавая свою коллегу с поличным. — Думаю, эта информация из проверенного источника в виде меня должна заставить тебя хоть немного задуматься. — Ещё ухо мне оближи, — Руслан тихо посмеялся и мягко оттолкнул Калинина от себя, чтобы тот так несдержанно в ухо рэпера не дышал. — Я тебя услышал. — Не вижу никаких препятствий, — улыбнулся очень довольно Женя и даже поднял за это стакан. Они вдвоём завалились спать на двуспальной кровати Руслана, когда уже наступили утренние часы. Сон накрыл их почти моментально, и они отрубились, лёжа пластом на слегка смятом одеяле. Спустя буквально несколько часов Даша пришла в себя. Она не сразу сообразила, где находится, но, осмотревшись вокруг, успокоилась и выдохнула. Поднявшись с дивана, она сладко потянулась и сразу же почувствовала, как во рту каждая клеточка языка иссохла без воды. Осмотревшись вокруг и не увидев поблизости никакой жидкости, она неторопливо направилась на кухню, где быстро опустошила полулитровую бутылку воды из упаковки таких же бутылок, что стояла на столешнице. Потом девушка прошлась до спальни Руслана и, увидев, как сладко спят Тушенцов и Калинин, прикрыла им дверь. Разумовская поставила себе чайник и встала у окна, смотря сверху на тихую и всё ещё погруженную в утреннюю зимнюю темень Москву. Было видно, как в некоторых жилых помещениях стеклянных зданий напротив тоже горел свет, а где-то можно было даже рассмотреть людей, которые продолжали, видимо, веселиться, доживая пока ещё вчерашний день. Сделав себе кофе, Даша наконец взяла в руки телефон и, сев за стол, стала проверять рабочую почту. Среди кучи стандартных писем её пока что заспанные глаза наткнулись на несколько сообщений с красными восклицательными знаками в теме письма. Разумовская открыла самое первое, и через пару мгновений её лицо вытянулось в искреннем негодовании: отмена концерта во Владивостоке из-за несостыковки с другими концертами. Менеджер не верила своим глазам. Ещё пару дней назад ей прилетела новость о том, что там продали последний билет, и на официальном сайте появилась красивая метка со словом «солд-аут». Теперь же всё за одну секунду рухнуло. В душе у Разумовской всё почернело от возникшего плохого предчувствия. Следующее письмо с аналогичной новостью от площадки другого города — Иркутск. Даша нахмурилась и даже отставила кофе подальше, чтобы от нахлынувших эмоций не кинуть бедную кружку в стену или в окно. В письме через слово представитель площадки извинялся, но по факту принёс новость, что технически шоу для этого концерта нельзя будет реализовать. И третье письмо с красной меткой было прямиком из Хабаровска — там просто закрылся клуб, в котором должен был проходить концерт. А Даша прекрасно знала, что там особо больше нет подходящих площадок, которые могли бы вместить в себя то количество людей, которое приобрело билеты. Кошмар. Разумовская схватилась за голову. Не могло такого быть, что в один момент, когда всё было почти готово, перспектива успеха дала настолько массивную трещину. Даша начала паниковать, но решила, что не будет пока что сообщать об этом Тушенцову — нужно было предварительно обсудить возникшие проблемы с командой непосредственно, не наводя лишней суеты и не накаляя панику. Она очень много сообщений настрочила в их рабочий чат, но, прекрасно понимая, что все ещё наверняка крепко спали, закрыла все приложения, отложила телефон и просто бездумно уставилась в стол. Ей было очень неприятно осознавать, что двумя городами из трёх, а именно Владивостоком и Хабаровском, занималась она сама. Менеджер почувствовала очень сильную обиду за то, сколько сил и времени были, оказывается, потрачены впустую. Когда Женя проснулся и бесшумно пробрался на кухню в поисках хотя бы какой-то жидкости, Разумовская вывалила на него эти новости, даже не дав времени на то, чтобы тот окончательно проснулся. Калинин сначала не поверил в то, что услышал, поэтому невозмутимо выпил залпом целую полулитровую бутылку и только в момент, когда полез за второй, переспросил, правильно ли он всё понял. — Это пиздец, — сказал Женя и залил в себя ещё половину бутылки. И это было ещё мягко сказано. Минус сразу три города — ну это было сильно. И не так легко исправимо, как если бы отклеился только один город. Масштабы переделывания всего пугали уже на данном этапе. Руслану менеджеры пока ничего сообщать не стали, потому что сперва нужно было всё обсудить с командой. Было немного сложно разыгрывать перед проснувшимся уже ближе к полудню Тушенцовым абсолютное спокойствие, но они справились. Покидая стены его квартиры, они оставили шлейф лёгкой недосказанности для Руслана, который был уверен, что они в шутку что-то у него стащили из личных вещей.

♪───●◎●───♪

Долго скрывать эту новость не получилось, потому что буквально в течение следующей недели пришло ещё два письма с красной меткой — отмена в Красноярске и Омске. Как будто какой-то злодей открыл карту России и принялся кидаться дротиками с востока на запад, попадая чётко в те клубы и залы, где в больших городах были запланированы концерты. Причины были разные: как технические, так и просто организационные, когда представители площадок как будто назло не учли расписание других мероприятий. «Руки бы им всем вырвать», — прорычала Даша, когда они всей командой собрались в их небольшом офисе для того, чтобы хотя бы попытаться решить возникшие проблемы. Когда ещё и с юга пришло это письмо, а именно из Ростова-на-Дону, настал час бить настоящую тревогу. Женя взял на себя эту огромную ответственность — сообщить Тушенцову ужасную новость о том, что, скорее всего, с учётом всех отмен придётся переносить весь тур целиком. Под угрозу не попадали только столичные концерты и концерт в Санкт-Петербурге. Не очень утешительно звучало для тура, в который изначально входило больше двадцати городов. Безусловно, Руслан очень расстроился, когда Женя ворвался в его обычный вечер понедельника с такой печальной новостью, как возможный перенос целого тура. На дворе уже был февраль, вот-вот должны были начаться первые концерты, а тут бац — и всё испарилось, как по щелчку пальцев. Тушенцов ещё мог бы перенести без последствий новость об отмене в парочке городов, но, когда счёт пошёл на больше, чем несколько тысяч проданных билетов, нельзя было не взбеситься. Перед фанатами он не оправдывался, а просто на следующий день написал у себя в телеграм-канале всё, как есть: «Мне очень жаль, что тур перенесён, я сам ждал его больше года. Новые даты будут позже. Не знаю, что сказать, жду вместе с вами». И он действительно томился в ожидании, как и вся его команда, как и команда организаторов из GNG, как и площадки, которые ничего не отменяли и теперь переживали, что всё расписание сломается из-за возможного переноса всего. Тушенцов словил лютейший упадок настроения в считанные дни. Он особо не углублялся во все организационные детали, однако понимал, что куча работы просто накрылась медным тазом. Он даже перестал выходить на связь на протяжении пары дней, пока не пришёл в себя. К нему приехали Даша с Женей, переживая, что случилось что-нибудь серьёзное, но из серьёзного в его квартире их ждали только небольшая гора из упаковок уже съеденной еды из доставки и абсолютно грустный Руслан. Они очень удачно застали его в кульминационный момент его упаднического настроения, так что смогли своим приездом немного его отвлечь. У обоих у самих не прекращали трезвонить телефоны, но им тоже было необходимо немного отвлечься хоть на что-нибудь, чтобы головы не взорвались. Довольно часто у взрослых людей подобный повод так или иначе приводит к распитию алкоголя. Но Руслан не хотел переживать своё горе только наедине с менеджерами, поэтому через час к нему на квартиру ещё приехал Коряков со своей девушкой. Они привезли с собой ещё по бутылке водки. Эта милейшая парочка рассыпалась в словах утешения, обнаружив Руслана и двух его менеджеров в состоянии сильнейшего расстройства. Илья тут же включил режим проклятия всех, кто причастен к данному пиздецу, а его девушка, которая обыкновенно всегда выступала в роли излучателя позитивного настроения, тоже не скрывала своего сильного недовольства. Они стали с Ильёй разливать алкоголь по стаканам, когда Даша и Женя, перебивая друг друга, начали пересказывать чуть ли не по секундам все события, начиная с первого письма об отмене концерта во Владивостоке. Илья вместе со своей дамой с ужасом внимали услышанному, а Руслан только всё больше и больше расстроенно опускал взгляд. Хотелось поскорее залить печаль алкоголем. Очередная ночь, полная беспокойных разговоров, плавно сменила пластинку на утреннюю тишину. Коряков и его девушка под утро умчали домой, Женя в этот раз первый занял диван в гостиной, а вот Даша и Руслан совершенно случайным образом очутились у Тушенцова в спальне. Ничего такого, просто у Разумовской в один момент случилась беззвучная истерика, когда она упала своим лицом Руслану на грудь и зарыдала, не издав ни единого звука. Алкоголь и сильное огорчение слишком стремительно привели её к желанию разрыдаться на максимум. Собственно, это и произошло. Беззвучно потекшие слёзы растворялись в ткани его футболки, оставляя тёмные пятна, похожие на следы дождя на асфальте. Пальцы её сжимали ткань в районе его живота. Руслан замер. Его руки повисли в воздухе, а потом медленно опустились к её телу, когда одна рука легла между лопаток, а вторая мягко погладила затылок. Они так и стояли на кухне, где она дрожала и тёрлась носом о его футболку, а он неловко проводил пальцами по её волосам и ничего не говорил вслух. У него у самого глаза были на мокром месте от всего, что нахлынуло за последние несколько дней. Они стояли так, слившись в одно существо — её слёзы, его тепло, их общая усталость, и всё это приправленное ноткой алкогольного опьянения. Время как будто остановилось. И проблем как будто… никогда и не было. Стало ли легче из-за того, что они были рядом? Это мимолётное чувство удовлетворения их обоих очень расслабило, правда, став очередным поводом для того, чтобы они оба задумались о том, кем друг другу приходятся. Только… подумают они об этом гораздо позже. Через какое-то время Даша ослабила свою хватку и отпрянула, протерев тыльной стороной ладони свои слёзы с обоих глаз. Руслан увидел эти маленькие блестящие капельки на ресницах, которые так быстро были убраны грациозным движением руки, и грустно свёл брови. Тушенцов же не выпускал девушку из объятий, будто боялся, что она тут же упадёт и расколется, как фарфоровая кукла. Парень лишь плавно её развернул, чтобы направиться вместе в сторону спальни, а менеджер, будто призрак, безмолвно двигалась в ту сторону, куда направлял её хозяин квартиры. Очутившись на его кровати, они вдвоём, только коснувшись подушки, сразу же уснули. Нельзя было совсем уж падать духом.