откровение

Только когда наступил первый час ночи, Руслан и его команда вышли из здания. Снова у выхода поджидала толпа нетерпеливых фанатов, с которыми он и сфотографировался, и даже умудрился немного поболтать. Потом они все мирно разошлись. Менеджеры стали одновременно вызывать себе такси, а кто-то героически пошёл искать электросамокаты и машины каршеринга. Руслан ждал своего водителя, не убирая изо рта электронную сигарету и беспрестанно выдыхая пар через рот и ноздри. Рядом с ним стояли пьющий из жестяной баночки энергетик Женя и доедавшая купленный в круглосуточном продуктовом онигири Даша. В какой-то момент у неё зазвонил телефон, отчего она испуганно вздрогнула, а когда взглянула на номер входящего звонка, удивлённо вскинула брови. — Кто там? — спросил Руслан, от внимательного взгляда которого не ускользнула эта деталь. — Да неизвестный какой-то, — коротко ответила Разумовская, смахнув иконку принятия вызова, и поднесла смартфон к уху. — Да? Тушенцов и Калинин быстро переглянулись. В воздухе почему-то моментально повисло напряжение. Только бы это не было очередной новостью об отмене какого-нибудь концерта. — Нет, я не дома, — голос Даши дрогнул. — Зачем ты пришёл? Уходи оттуда. Снова эта неприятная тишина. Было слышно, как в трубке у Разумовской мужской голос безостановочно что-то говорил, и с каждым его словом Даша всё больше и больше поджимала губы. — Если ты не съебёшь, я полицию вызову, — Разумовская очень хотела звучать твёрдо, но было видно, как её саму затрясло от сказанного. — И дружкам своим передай то же самое. Руслан смотрел на Дашу очень удивлённо, осознав, что, видимо, прямо сейчас его менеджер говорила со своим бывшим молодым человеком, а вот Женя только тяжело вздохнул. Он, в отличие от Тушенцова, прекрасно знал всю подноготную Разумовской и её бывшего партнёра: тот до сих пор пытался вернуть всё так, как было до их расставания. Правда, только в моменты, когда напивался с друзьями в баре. Однажды Даша даже вызывала полицию, когда в три часа ночи этот ненормальный со своими не менее ненормальными товарищами принялись долбиться в её дверь. Они только предупреждением участкового отделались тогда, что было ужасно несправедливо. — Ты мне ещё угрожать будешь?! — возмутилась неожиданно громко Разумовская в телефон. И это было последней каплей, когда Руслан ловко выхватил у неё смартфон из рук и начал очень грубо сыпать угрозами человеку на том конце провода. Тушенцов даже слова не дал вставить нетрезвому идиоту, который действительно собирался поджидать Дашу в подъезде у входа в её квартиру. Поток проклятий и наездов, приправленных искромётными нецензурными выражениями, полился в адрес обидчика Разумовской, которая смотрела на это зрелище широко раскрытыми от шока глазами и на комичный манер очень медленно, буквально по малюсенькому кусочку, доедала свой онигири, держа его двумя руками. Когда Руслан пригрозил своими несуществующими знакомыми в полиции и обязательной физической расправой, раздались гудки. Тушенцов вернул Даше телефон и снова затянулся электронкой, как ни в чём не бывало. — Тварь ёбаная, — Руслана даже не потрясывало после всего потока негатива, который из него вышел. Он был спокоен как удав. — Он тебе что-то сказал? — усмехнулся Женя. — Промямлил извинения и поклялся, что удалит её номер, — Тушенцов кивнул в сторону Даши, которая скомкала в руках упаковку от онигири и потянулась к мусорке. — Вот же изворотливый гандон, ещё и не со своего телефона набрал. — Он всегда так делал, — менеджер достала из кармана своей чёрной толстовки электронку и затянулась леденящим горло вишнёвым паром, — после очередного похода в бар. — Ты бы хоть слово об этом сказала, мы бы с ним разобрались сразу после первого же подобного инцидента, — Тушенцов развёл руками, а потом постучал себя ладонями по груди. — Мне бы было спокойнее жить, зная, что у моих менеджеров всё в порядке. — Очень мило с твоей стороны, — вся та приятная радостная усталость, которую излучала Даша после концерта, испарилась за считанные минуты. Теперь она выглядела просто уставшей и даже немного грустной. — Я бы на него давно заявление написал, — сказал невзначай Женя и быстрым движением сжал жестяную банку, чтобы тоже выбросить её. — Это пиздец, — Руслан снова сжал губами свою парилку и повернулся на Дашу. — Всё, короче, ты никуда не поедешь на свою Тимирязевскую, а завтра мы вместе пойдём в полицию катать заяву на этого еблана. Женя агрессивно закивал, предварительно достав из своего кармана подик, а вот Разумовская только слегка качнула головой. Спорить сейчас у неё не было сил. Головой она прекрасно понимала, что ей бы не было достаточно простоя заявления — она с большим удовольствием задушила бы этого придурка голыми руками. Они ещё немного постояли, раскуривая свои парительные аппараты и обсуждая, какими люди бывают кончеными, а потом наконец из-за угла выехала машина Тушенцова. Женя попрощался с Русланом и Дашей, крепко их обняв, а сам остался стоять под уличным фонарём в ожидании своего такси класса комфорт-плюс до Коммунарки. В этот раз Тушенцов усадил Дашу на место за водителем, и они вдвоём, одновременно обессиленно упав головами на спинку заднего сидения, задремали. Поездка в машине продлилась не больше двадцати минут, а для них она вообще пролетела за секунду, как будто бы они моргнули медленнее обычного. Поблагодарив водителя, рэпер и его менеджер выбрались из машины. Дорога до квартиры Тушенцова заняла не очень много времени, но всё равно на фоне усталости даже ожидание лифта в холле ощущалось по-другому. Само стеклянное здание как будто никогда и не спало. В железной кабине вместе с Русланом и Дашей ехала группа подростков, которые были в самом весёлом расположении духа. На их фоне Тушенцов и Разумовская в чёрных кофтах с капюшонами и чёрных штанах выглядели так, будто ехали исполнять поручение криминального авторитета где-то на крыше этого небоскрёба. Благо, им нужно было раньше выходить, чем этой шумной компании. — Я, честно говоря, со вчерашнего дня ничего не убирал, — сказал Руслан, когда открывал дверь в свою квартиру. — Поэтому не пугайся. — Ты меня мусором не напугаешь, — улыбнулась Разумовская, и они зашли внутрь. На самом деле, всё было не так уж и плохо. Весь мусор был аккуратно собран в пакеты и стоял в коридоре. В гостиной, правда, мебель стояла немного криво, ну и на кухне — гора немытой посуды в раковине. Ничего такого уж и страшного. — Ты голодная? — спросил Руслан, когда они прошли в кухню, и открыл холодильник, в котором обитали только бутылки с разными алкогольными и другими напитками. — Эм-м-м, могу заказать пиццу. — Я не очень хочу есть, — ответила Даша спокойно. — Я бы выпила. Тушенцов кивнул и молча достал из холодильника бутылку мартини и бутылку содовой. Он и сам был не против расслабиться, однако немного боялся, что уснёт после первого же глотка. Пока он наливал им в стаканы напитки, Даша очень по-хозяйски подошла к одному из шкафчиков и, открыв дверцу, извлекла из глубины пачку чипсов. — Эй, — улыбнулся Тушенцов. — Ты же сказала, что не хочешь есть. — Ты вчера сам всем хвастался, что у тебя здесь годовой запас, — менеджер демонстративно открыла упаковку и отправила хрустящий картофельный ломтик себе в рот. — Правда, все гости вчера этот годовой запас и съели… — Не хочу знать, что здесь было вчера, — посмеялся Руслан. Даша всё равно хотела пересказать все вчерашние события, несмотря на наигранное сопротивление Тушенцова. Конечно, он хотел узнать все новости и сплетни, которые благополучно проспал. Руслан поставил стаканы с алкоголем на кофейный столик перед диваном в гостиной, а потом метнулся за бутылками, чтобы обязательно наполнить стаканы снова, когда они выпьют первую порцию. Разумовская же уже забралась на диван и села на бок, подобрав под себя ноги и положив голову ухом на мягкую спинку дивана. Руслан сел напротив неё, полностью повернувшись к ней корпусом и сложив ноги в позу лотоса, а потом стянул с себя толстовку, оставшись в своей чёрной концертной футболке. Так они трепались без остановки чуть больше часа. На стоящем напротив дивана телевизоре Руслан запустил фоновый проигрыш музыки, который сопровождался плавной сменой каких-то абстрактных картинок на большом плазменном экране. Их окутывал приглушённый свет, создаваемый самым неярким режимом освещения напольных ламп. Со стороны, где сидела Даша, располагалось панорамное окно во всю стену, из которого всё так же открывался вид на играющую огнями фантастически красивую ночную Москву, которая никогда не спит, ну и на соседние здания, в которых по-прежнему кипела ночная жизнь и тоже переливались огоньками разных тонов окна. Со стороны же, где сидел Руслан, тянулся коридор в спальню и ванную, а так как свет в этих комнатах был выключен, складывалось впечатление, что Тушенцов сидит на фоне беспросветной тьмы. Но Разумовскую это не волновало. Она смотрела только на своего собеседника и в какой-то момент после третьего стакана мартини поймала себя на мысли, что любуется им. Ей очень нравилось, когда его достаточно грубый образ растворялся, и вот она уже говорила не с дерзким и острым на язык артистом, а с добрым и забавным парнем, который третий раз за час спрашивал, не заказать ли ей всё-таки что-то из еды. Слово за словом — они вновь вернулись к обсуждению бывшего Даши. Она в очередной раз очень подробно рассказала, как именно они расстались, а потом — как он её донимал уже после разрыва отношений и как она единожды вызывала полицию. Тушенцов слушал это и чувствовал, как внутри у него всё переворачивается. Всё это происходило у него под носом, а он был не в курсе. Было немного обидно это осознавать, но он понимал, что делиться подобным даже с очень близкими людьми может быть очень непросто. — Ты так спокойно об этом рассказываешь, — недоумевал Руслан. — Мне кажется, я бы ёбнулся, если бы мои бывшие так меня доставали. — Да он очень редко до такого опускается… Ну и я о нём особо не думаю, знаешь ли, — Даша говорила чуть медленнее из-за того, что уже довольно прилично выпила. — Не представляю, как о таком можно не думать, — Тушенцов помотал головой. — Достаточно просто влюбиться в кого-то другого, и бывшему уже не будет места в голове, — мягко улыбнулась Даша. — И ты влюблена? — Руслан немного выгнул одну бровь, будто не верил своим ушам. — Да, — Разумовская звучала очень уверенно. — Мне кое-кто очень сильно нравится, только вот у меня смелости не хватает ему об этом сказать. — Серьёзно? — нетрезвый Тушенцов будто узнал какую-то сплетню, с которой никак не мог смириться. — И кто это? — Боюсь, если я сейчас скажу, он точно меня услышит, — Даша наигранно закатила глаза и снова улыбнулась, но теперь эта улыбка имела оттенок самого настоящего смущения. Тушенцов сначала бешено осмотрелся вокруг, будто ожидал, что сейчас на него откуда-нибудь кто-то да выбежит, но потом, сведя брови, медленно опустил голову. — Погоди, ты говоришь обо мне? — Тушенцов не мог поднять головы, усиленно анализируя в мыслях всё-всё услышанное. — А о ком ещё? — усмехнулась Разумовская и, оставив свой стакан на кофейный столик, снова легла ухом на спинку дивана, пристально смотря на сидящего напротив Руслана. — Именно о тебе и говорю. — Да ты прикалываешься, — не поверил ей Тушенцов и наконец взглянул на своего менеджера, немного глупо улыбаясь. — Вовсе нет, — Даша тихо вздохнула. — Думаю, я это поняла ещё в тот день, когда поцеловала тебя на барной стойке… — В Бангкоке, — договорил за неё Руслан. — Как… забавно. — Да, только это не шутка, — Разумовская устало прикрыла глаза, — а вполне себе реальные чувства, из-за которых я, возможно, сейчас же буду уволена с должности менеджера за нарушение рабочей этики. — Ты за кого меня принимаешь? — Тушенцов тоже отставил свой стакан с мартини на кофейный столик, а сам невольно придвинулся ближе к своему менеджеру, всё ещё не находя в себе силы взглянуть на неё уверенно. — Я бы не стал тебя увольнять, даже будь эти чувства невзаимными с моей стороны. — Так они взаимны? — Даша приоткрыла глаза и умиротворённо посмотрела на рэпера. — Ну… Э-э-э… Да… — Руслан всё же поднял голову и посмотрел Разумовской в глаза. — И довольно давно. Даже до поездки в Таиланд. Да даже, наверное, до твоего расставания… — Вот как, — девушка смущённо отвела взгляд в сторону, а щёки её постепенно стал заливать лёгкий румянец. — Значит, предположения Жени были верны. — Жени?! — повысил голос Руслан в несерьёзном возмущении. — Что он тебе сказал? — Что, возможно, ты ко мне тоже неровно дышишь, — Разумовская вжала голову в плечи и зажмурилась, как будто ей стало очень неловко. — А я ему столько про тебя говорила, даже стыдно. — Ясно всё с Женей, — Тушенцов несдержанно рассмеялся. — Всё это время играл в сваху. — Хорошо сыграл, получается, — Даша тоже посмеялась и придвинулась так, чтобы своим лицом очутиться напротив лица Руслана. — Ты разве не рад? — Очень рад, — мгновенно ответил Тушенцов и неконтролируемо подался головой вперёд. Это был очень чувственный поцелуй, в который они вдвоём вложили эмоции, до этой секунды таившиеся где-то очень глубоко в душе. Полное трепета и какой-то даже будто подростковой робости касание губ заставило их тела одновременно вздрогнуть. Волнение стало осязаемым и прокатилось дрожью под кожей от макушки куда-то вниз до самых пяток. Разумовская с нежностью положила две свои ладони на щёки Тушенцова и аккуратно их погладила, медленно углубив поцелуй. Голова немного кружилась от осознания, что теперь их такому томному взаимодействию совершенно ничего не препятствовало. Специфический привкус мартини играл на их языках, из-за чего казалось, что от этого поцелуя ещё сильнее пьянеешь. Руслан с небольшой напористостью вновь подался теперь уже всем телом вперёд и просто повалил своего менеджера на диван, нависнув над ней и немного вжав в сидение. Никогда они ещё не были друг к другу так близко. А на этом расстоянии она казалась такой маленькой и хрупкой, что было даже немного страшно сделать лишнее движение. Девушка лишь обхватила своими тонкими руками массивную спину Тушенцова и стала беспорядочно водить своими ноготочками незамысловатые узоры по его футболке. Этот невероятный коктейль, приготовленный из смущения и возбуждения, одномоментно потёк по их венам, медленно утягивая сознание в мир получения физического удовольствия. Правда, они были чересчур уставшими для того, чтобы более ярко реагировать, поэтому каждое их вздрагивание было целиком и полностью пронизано своего рода умиротворением, а не типичной для подобных обстоятельств неконтролируемой страстью. Поцелуй стал очень неспокойным, а нараставшее нетерпение было головокружительно приятным, и каждой секундой хотелось насладиться сполна. Даша положила свою руку на затылок Руслана и легонько погладила пальцами по нему, когда почувствовала, что его рука уверенно забралась ей под толстовку и задержалась на талии, проведя пальцами по рёбрам, будто по клавишам. Разумовская невольно выгнулась от этого прикосновения, явно показывая, что ей хотелось большего. Парень резко отпрянул от неё, вытащив руку из-под её толстовки, и двинулся назад. Приняв быстро сидячее положение на диване, он лёгким рывком за руку потянул Дашу на себя, и спустя секунду она уже сидела на нём, перекинув через него ногу и положив обе свои руки на его широкие плечи. Ещё секунда, и толстовка Разумовской была аккуратно снята и откинута на подлокотник. Да, Тушенцов и прежде видел своего менеджера без одежды, когда они, например, были в том же Бангкоке и загорали на пляже в купальниках да плавках, но прямо сейчас эта нагота имела невероятно сильный чувственный подтекст. Их бережное отношение к прикосновениям друг друга плавно вытекло в очередной поцелуй, правда, теперь Руслан немного несдержанно провёл своими губами по раскрасневшейся щеке Даши и медленно опустился до шеи, где тонкая кожа подверглась мягким укусам. Разумовская тут же начала очень сбивчиво дышать, запрокинув голову к потолку и закрыв глаза. А когда с её тела исчез её чёрный лиф и чувствительную кожу на груди усыпали почти невесомые лёгкие поцелуи, она изумлённо опустила голову, носом уткнувшись в макушку Руслана. Щёки менеджера горели, и она, снова вздёрнув подбородок, стала кусать свои губы от сильного возбуждения, из-за которого начала непроизвольно ёрзать на месте, тем самым давя на штаны Тушенцова. Парень сам был очень возбуждён, поэтому эти неспокойные телодвижения на его штанах очень давили на зону паха, и он периодически отрывался от нежной кожи, чтобы горячо на неё выдохнуть. Руслан как будто не мог насытиться тем, что теперь имел возможность касаться этого вздрагивающего тела. Ему всё ещё не верилось, что это реально. Собрав все свои силы, парень прижал девушку одной рукой к себе, и поднялся с дивана. Разумовская вовремя успела обхватить своими дрожащими ногами его корпус, а руками — его шею. Только сейчас она осознала, насколько же Тушенцов сильный, раз с такой лёгкостью смог удержать её тело. Летящим шагом он донёс Дашу до кухонного стола, куда быстро усадил её и потом требовательно стянул с неё штаны и нижнюю часть белья. Теперь она сидела перед Русланом полностью обнажённая и пыталась прикрыться руками, но он очень мягко взял её за запястья и сжал их вместе: — Ты такая красивая, — сказал он на выдохе, и это прозвучало так мелодично, будто бы это было реальной строчкой из самой лиричной песни. Разумовская улыбнулась, а глаза её блаженно засияли. Она тоже не могла им налюбоваться, правда, его лицо в очередной раз исчезло, когда Руслан опустил свою голову, чтобы холодным кончиком носа коснуться мочки уха Даши. Она немного поёжилась от этого действия, а побежавшие мурашки усилили возбуждение на несколько порядков. Не думала она, что Тушенцов будет так много себя вкладывать в такие маленькие действия, каждое из которых она замечала и очаровывалась. Менеджер наконец стянула с Тушенцова футболку и хотела её отложить подальше, но не успела, потому что почувствовала настойчивые прикосновения между своих ног. Пальцы Руслана достаточно ловко скользили сверху вниз и обратно, равномерно распределяя женскую влагу по всей чувствительно коже. Разумовскую пробила сильнейшая дрожь, она выгнулась всем телом, сладко простонав, а несчастная футболка, которую она держала в руке, подверглась очень сильному сжатию её пальцев. Руслан умилительно усмехнулся, приятно удивлённый такой яркой реакцией, а сам снова провёл своими татуированными руками по талии Даши, чуть придвигая к себе, чтобы девушка не упала на стол. Но парню самому уже было очень тяжело сдерживать себя, поэтому он, всё же на некоторое короткое время отпустив её тело, приспустил свои штаны с бельём и очень плавно, но до самого упора вошёл. Руки снова вернулись на талию и очень крепко её сжали, а его ухо правое было тут же оглушено очень громким вскриком удовольствия. Немного грубоватые ритмичные движения сопровождались звуком ударов кожу о кожу и тихим скрипом стола, на котором и происходило всё это непотребство. Даша, уже бросив измученную футболку Тушенцова куда-то в сторону, так крепко обхватила своими руками его шею, что вот-вот могла бы его просто задушить от переизбытка эмоций. Девушка очень звучно и разгорячённо дышала в его губы, которыми периодически он буквально нападал на неё, чтобы снова украсть у неё поцелуй. Вся та нежность, с которой протекала их прелюдия, будто после нажатия рубильника окрасилась из пепельно-розового в ярко-красный на этом холсте с изображением самого настоящего сладострастия. Оба находились в каком-то не совсем нормальном беспамятстве. Она стонала, он, так-то, тоже, хотя иногда из его горла вырывался звук, напоминающий нежное рычание. Разумовская в какой-то момент прокусила Руслану нижнюю губу до крови, а потом принялась извинительно зализывать эту ранку, содрогаясь с каждым разом сильнее от того, что он в неё входил. Этот мимолётно возникший железный привкус подействовал немного отрезвляюще, но Тушенцов никак не менял свой темп. В какой-то момент он значительно ускорился, а потом резко вытащил и окропил бедро своего менеджера белёсой жидкостью. Даша посмотрела на Руслана совершенно бездумным и диким взглядом. Конечно, она-то своего пика удовольствия ещё не достигла. Но ей не пришлось даже ничего говорить, потому что проворные пальцы Тушенцова снова плавно скользнули к самой чувствительно точке её изнемогающего от возбуждения тела, но не коснулись её очень дразняще, а были сразу же погружены внутрь. Даша была готова упасть спиной на стол, только бы ощутить это приятное давление ещё глубже, но Руслан второй рукой не давал ей потерять равновесие, держа девушку за талию. У него лишь немного устала рука, когда он почувствовал, как Разумовская вся внутри сжалась, а потом после яркого оргазма так сильно вздрогнула, будто всю поверхность её кожи одномоментно кто-то дразняще защекотал. Даша устало выдохнула и, когда Тушенцов убрал руку, поджала дрожащие ноги, очень сильно их вместе сведя. Руками она не отпускала шею Руслана, а щекой легла на его плечо. Тушенцов же просто стоял, чуть согнувшись, чтобы девушке было проще за него держаться, а сам руками быстро застегнул свои штаны и вновь вернул руки ей на талию. — Не думал я, что всё вот так вот будет, честно говоря… — признался он шёпотом на очень радостной ноте и снова взял её на руки, но на этот раз держа свои предплечья у неё на спине и под коленями. — Я тоже, — всё, что ответила Даша, и устало уткнулась своим носом в его шею. Руслан быстро отнёс её в спальню, где они вместе забрались под одеяло и вмиг уснули под покровом полной темноты. Прижимаясь друг к другу, они до конца не могли осознать случившееся. Утром у обоих после пробуждения первой мыслью будет то, что это был слишком реалистичный сон, однако не прекращавшиеся с ночи объятия всё же наведут на мысли об обратном. И ещё они наведут на мысли о том, что у их теоретических отношений, видимо, есть очень хороший шанс сделать этих двоих действительно счастливыми.

♪───●◎●───♪

После завершения тура у Руслана Тушенцова был небольшой перерыв в медийной деятельности, но вот очередное интервью, на запись которого он пришёл после успешных гастролей по стране, не заставило себя долго ждать. Как обычно, прозвучало очень-очень много вопросов о музыке, о совместных работах, о том, как вообще протекал тур. Потом парень-блогер, который проводил это интервью, стал спрашивать Руслана о вдохновении и, естественно, не мог не обойти стороной вопрос о личной жизни артиста. — Ну, личная жизнь на то и личная, чтобы о ней особо не распространяться, — довольно лаконично ответил Руслан, ведь интервьюер всё-таки был его хорошим знакомым, которого не очень хотелось на камеру слать нахуй. — Да, но хотя бы радует, что у тебя есть на неё время, — тут же среагировал собеседник, совершенно не желая вытягивать эту информацию насильно. Руслан выждал небольшую паузу и решил, что лучше сам скажет то, что захотят услышать потенциальные зрители, чем ведущий будет пытаться резко перевести тему: — Если это правда кого-то очень сильно волнует, то у меня есть девушка, — рэпер улыбнулся. — Я в этих отношениях счастлив, а остальная информация как будто и ни к чему. Интервьюер искренне поблагодарил Тушенцова за такое откровение, а потом даже серьёзно спросил, действительно ли это можно не вырезать. Руслан дал своё добро на то, чтобы весь этот кусок оставили. Так или иначе, люди, которые особенно пристально следили за его жизнью в соцсетях или же непосредственно в реальности, уже прекрасно знали, что он встречался с собственным менеджером. В этих отношениях было действительно своё очарование. И Руслан, и Даша очень сильно переживали за то, что возникшая романтическая связь сильно помешает работе, однако… она просто сблизила их ещё и в этой сфере. К тому же, в команде Тушенцова к этому союзу отнеслись с большим пониманием. Больше всех этой новости, естественно, радовался Женя Калинин. Весь поток добрых шуток на эту тему отпускал именно он, искренне умиляясь тому, как два влюблённых человека спустя столько времени наконец друг другу открылись. Если раньше перед выходом на сцену Разумовская просто от всего сердца желала Тушенцову удачи, то теперь нередко она утягивала его в нежный и очень волнительный поцелуй, в момент которого он мог очень крепко её обнять и даже приподнять от земли. Была в этом своя какая-то эстетика. Их отношения прекрасно существовали за счёт этой неповторимой химии, когда два уже довольно близких человека вдруг поняли, что просто созданы друг для друга.