The Gap Theory

Эрен сейчас уютно устроился в своей «яме» в углу дивана, погрузившись в мир GTA V, наполненный оружием и проститутками. На следующий день после того, как он съехал из общежития и вернулся домой, он сразу же продолжил игру с того места, на котором остановился. Его желудок бунтовал из-за того, что последние двенадцать часов он набивал его огромными количествами пиццы и Dr. Pepper, но лето длится не так уж и долго — нужно наслаждаться им, пока есть возможность! — И я позвонил в компанию, и мне ответила очень милая дама, которая сказала, что они ищут как минимум пятнадцать стажеров на это лето! Это буквально идеальная возможность! — ВПЕРЕД! — закричал Эрен, наклонившись вперед, как будто хотел, чтобы его машина ехала быстрее. — Эрен, ты меня вообще слушаешь? — спросил Армин, а затем начал махать рукой перед лицом Эрена. Это оказалось большой ошибкой, поскольку только вдохновило Эрена броситься к полу, чтобы сесть прямо перед телевизором. — Если у меня закончится время, клянусь... Армин закатил глаза и обошел Эрена, чтобы выключить Xbox. На мгновение Эрен продолжал нажимать на кнопки, но, осознав, что экран черный, широко раскрытыми глазами с полным отвращением уставился на скучающие глаза Армина. — Ты предатель... ты понимаешь, что наделал? — А ты понимаешь, что мы теперь в колледже и не можем проводить все лето, играя в видеоигры? — Летние каникулы только сегодня начались, Армин! А ты уже сидишь у меня дома и донимаешь меня по поводу чего-то, что не имеет значения! Армин вздохнул, хотя еще не сдался. — Эрен, ты мой лучший друг и я пытаюсь тебе помочь. Нам понадобится опыт, когда мы будем устраиваться на работу в будущем. — Нам всего девятнадцать! Я не собираюсь устраиваться на работу в ближайшее время, и ты тоже! — возразил Эрен. К этому моменту его руки так вспотели от мысли о том, что придется перепроходить эту миссию на время заново, что джойстик выскользнул из его рук и громко упал на пол. Он быстро поднял его и извинился перед ним, пообещав, что у них с джойстиком будет много времени, чтобы побыть вместе, как только Армин уйдет. Блондин медленно и нарочито покачал головой, опустив взгляд на беспорядочную кучу смуглых конечностей на полу, которую он называл своим лучшим другом. — Жалко. — Хорошо. Тогда уходи. — Хорошая попытка. Я имел в виду, что A&E Corporation нанимает стажеров на лето, и мы с тобой собираемся подать заявки. — Но... — Это идеально подходит нам, так как я учусь на факультете бизнеса, а ты — на экономическом. — Ладно, но... — И платят шестнадцать долларов в час, Эрен. Мы не найдем работы с более высокой зарплатой, чем эта. — Подумай об этом... — И завтра у них открытые собеседования, так что будь готов, потому что нам нужно быть там в девять утра. — АРМИН! — крикнул Эрен. — Подожди! Армин кивнул и терпеливо встал. Он собирался дать Эрену шанс выкрутиться из этой ситуации, но блондин был твердо намерен не дать Эрену упустить эту возможность. Ему уже удалось уговорить Микасу, приемную сестру Эрена, изучающую финансовое дело, тоже подать заявку, и когда он предложил эту идею Эрену, она решила, что убеждать его пусть берет на себя он. Эрен был упрям, как осёл, когда дело касалось тяжёлой работы и дисциплины, и, боже упаси, когда кто-нибудь давал шатену советы о том, что ему делать — зачастую Эрен любил поступать ровно наоборот и делал это специально, просто из вредности. Нет, Эрен Йегер ещё не был готов повзрослеть, но это было очень плохо. Его двое друзей были на пути к взрослению и не собирались оставлять его позади. — Нууу, — протянул Эрен. — Вообще-то... у меня завтра прием у стоматолога. — Попробуй ещё раз, лжец. — Мне не на чём доехать. Армин покачал головой. — Я поговорил с твоей мамой, и она с удовольствием разрешит тебе взять её машину. Если не хочешь садиться за руль, то либо я, либо Микаса можем тебя подвезти. Эрен раскрыл рот от удивления. — Она тоже? — Да, Эрен. Это называется «взрослеть»! — Но я не хочу взрослеть! — заныл Эрен. Он попытался продемонстрировать немного искренности, бросив джойстик и уползая на диван, чтобы вернуться в свою зону комфорта. — Если серьезно, я не думаю, что готов к этому. Я проучился на экономике всего год и едва освоил Excel. Я хочу работать в статистике, но на данный момент у меня нет никаких знаний. Я буду бесполезен. Армин присоединился к Эрену на диване, все еще надеясь убедить его подать заявку. — Это именно то, что нужно компании, Эрен. Им нужны «чистые листы», которые легко поддаются влиянию и обучению. Ничего страшного, если у тебя нет практических знаний. Все, что нужно, — это интерес и увлеченность. Об остальном позаботятся они, и все, что они попросят тебя сделать, сначала объяснят. В этом и заключается смысл стажировки. — Ладно, — вздохнул Эрен. — Но что, если я не справлюсь? — Тогда тебя уволят, но я сомневаюсь, что это произойдет. Ты не так некомпетентен, как тебе кажется. — Армин, ты явно меня не знаешь. Однажды, когда я был пьян, я кинул стакан сока на кровать вместо телефона. — Ах да, — вспомнил Армин, хихикая при этом. — Ты был из-за этого очень расстроен, да? — Расстроен — это еще мягко сказано. Я плакал как ребенок. — Вот почему тебе не стоит напиваться. Выпить — это нормально, но напиваться — это табу. — Теперь я это знаю, но Эрен Йегер не очень хорошо учится на своих ошибках, — заявил Эрен, стараясь не звучать гордо из-за такой отрицательной черты. — Ты станешь лучше учиться на своих ошибках, — пообещал Армин. — Это часть взросления. — Наверное... — И знаешь, что еще является частью взросления? — Устроиться стажером с Армином и Микасой в A&E Corporation? Армин улыбнулся и погладил Эрена по голове. — Вот это настрой! — Кстати, зная мою склонность к выпивке, разумно ли мне работать там? Разве это не пивоварня? Я буду в своей стихии, понимаешь. Армин натянуто улыбнулся. — Это корпоративный офис, Эрен. Штаб-квартира, если хочешь. Там пиво не варят. Извини. Эрен вздохнул, осознав, что, вероятно, лишился чего-то волшебного, и попытался еще глубже погрузиться в свою яму. — Значит, в девять утра, верно? — Верно. Хочешь, я заеду за тобой и Микасой? Эрен кивнул. — Тебе придется. Я буду слишком уставшим, чтобы водить машину... и у меня, вероятно, будет похмелье. — Не смей саботировать себя! Это огромная возможность и шанс на всю жизнь, и если ты не постараешься изо всех сил, то я скажу Микасе, и ты знаешь, что она с тобой сделает, и не проси меня о помощи, потому что... — Не буду! — рассмеялся Эрен. — А где, кстати, Микаса? — Гм, она твоя сестра. — Да, но лето на дворе, и я проспал до четырех часов дня, так что вполне возможно, что она уже на другом конце страны, а я об этом даже не подозреваю. Армин вздохнул и драматично откинулся на диван. — Эрен-н-н, что мне с тобой делать? — Любить меня. — Иди люби себя сам. — Лучший совет, который ты дал мне за весь этот день, — сказал Эрен, вставая и снова включая Xbox. Он улыбнулся через плечо Армину, который все еще валялся на диване. — Если ты встанешь, не мог бы ты сходить на кухню и принести мне еще одну двухлитровую бутылку Dr. Pepper? Я умираю от жажды. — Если я и вернусь с чем-то, то это будет психиатр, чтобы ты мог поговорить с кем-нибудь о своей зависимости. — Значит... никакого Dr. Pepper? Армин глубоко вздохнул. — Я принесу. Это меньшее, что я могу для тебя сделать, раз ты согласился прийти завтра на собеседование. — Спасибо, детка-а-а. Эрен вернулся к игре, как только Армин ушел, но благодаря его напутственной речи о взрослении и поиске работы он не мог полностью погрузиться в нее. Его мысли были слишком заняты размышлениями о том, что придется каждый день вставать и идти на... работу. Иногда он не понимал Армина и Микасу. Да, он восхищался их стремлением усердно работать и добиваться успеха, но разве не слишком рано гоняться за такими стремлениями? Эрен только что научился стирать свою одежду, а Армин и Микаса уже были готовы устроиться на настоящую офисную работу. Конечно, Эрен понимал, что стажировка — это не то же самое, что полноценная работа, но все равно это не могла быть легкая работа. Мало того, он не чувствовал себя достаточно квалифицированным. На самом деле, он был исключительно неквалифицирован, поскольку ни дня в жизни не работал. Армин и Микаса оба умудрились удержаться на работе в местном кинотеатре почти всю школьную жизнь, в то время как Эрен даже не удосужился делать домашнюю работу. Его родители пытались вовлечь его в внешкольные занятия, но он был слишком большим неудачником, чтобы заниматься спортом, слишком нетерпеливым, чтобы играть в такие игры, как шахматы или «Подземелья и драконы», и слишком не имел слуха, чтобы играть на каких-либо инструментах. Единственное, в чём он был хорош, — это сидеть без дела и играть в видеоигры... На самом деле, это не совсем так. Поскольку он всё время сидел дома, мать заставляла его готовить и убирать, когда сама не могла, так что у него были некоторые навыки, но, кроме этого, он был практически бесполезен. К сожалению, до сих пор это его не беспокоило. Сама мысль о том, что придется носить красивую одежду и ходить в офис, где от него будут ждать, что он действительно будет усердно работать, пугала его. Микаса и Армин всегда твердили: «Если мы можем, то и ты можешь», но Эрен в этом не был так уверен. Он не был чем-то особенным. Он был просто обычным парнем, который, вероятно, слишком много играл в видеоигры, не получал достаточно витамина D и ел слишком много пиццы. Но... он очень увлекался статистикой и любил анализировать данные и искать тенденции. Если бы ему разрешили заниматься тем, что ему нравится, он, по крайней мере, проявил бы интерес к обучению. Может, этого будет достаточно? В конце концов, он не тупой. Ленивый, неловкий и, наверное, немного избалованный? Да. Но тупой? Нет. В конце концов, он предположил, что все, что он может сделать, это стараться изо всех сил. Если бы его взяли на работу, отлично: Армин и Микаса были бы так горды и счастливы, и они могли бы быть вместе летом, так как в аду не было шансов, что их не возьмут на работу. Но если бы его не взяли на работу, ну... его друзья были бы разочарованы. Армин пытался бы убедить его найти другую работу, Микаса, вероятно, призвала бы его заняться хобби, а его родители постоянно приставали к нему из-за того, как плохо лежать в постели весь день. Однако, как только они бы закончили приставать к нему весь день, по крайней мере, он мог бы играть в GTA V до тех пор, пока его глазные яблоки не сгорели от того, что он постоянно смотрит в телевизор. Говоря о GTA V, он действительно должен вернуться к ней. В конце концов, эти временные миссии не завершатся сами по себе.

——————

Леви спокойно сидел в своем кабинете, попивая чай, который все еще был горячим. На протяжении многих лет ему было довольно неудобно спускаться по восьми лестничным пролетам на кухню только для того, чтобы заварить чашку чая. Таким образом, долгая прогулка вдохновила его принести чай в свой офис, то есть он установил причудливую маленькую чайную станцию в углу большой комнаты, в комплекте с мини-холодильником и красивым темно-коричневым дубовым столом, на котором находились все его любимые виды чая, чайный диффузор, чашки и электрический чайник. Хотя он никогда этого не показывал, он очень гордился своей маленькой областью. Ему нравилось проводить время за ним и вдыхать богатый аромат Дарджилинга и Ассама каждый раз, когда он открывал дверь своего офиса. До сих пор Ханджи приставала к нему из-за того, что он отказывался выходить из кабинета, как только появлялся в здании каждый день ровно в семь тридцать утра, но именно для этого на его двери и был замок. Леви не мог решить, что хуже: когда Ханджи сидела прямо в его кабинете и замучивала его болтовней, или когда Ханджи стояла прямо за дверью, громко дышала и произносила жуткие фразы вроде: «Я слышу, как ты дышишь, Леви». Даже сейчас он чувствовал ее присутствие — пол, казалось, всегда гудел, как только она выходила из лифта. И кабинет Леви всегда был ее первой остановкой. Уже полностью измотанный долгим рабочим днем, уставший мужчина поставил чашку с чаем на блюдце и наблюдал, как жидкость внутри колышется. Да, Ханджи точно идет. — ЛЕВИ. Он даже не вздрогнул от внезапного голоса за дверью. — Ле-е-еви-и-и, открой! У Ханджи новости! ЛЕВИ? Леви, я знаю, что ты там. Леви, Леви, Леви, Леви, Ле-А-А-А! Когда Ханджи врезалась в пол, Леви перешагнул через нее и направился обратно к своему столу, намереваясь снова сесть и продолжить наслаждаться чаем. День подходил к концу, и хотя работа технически была закончена, ему иногда нравилось задержаться и выпить чашку чая перед тем, как идти домой. Так он также мог избежать пяти часовых пробок, но это почти не стоило того, учитывая, что Ханджи заглядывала к нему каждый день, чтобы его раздражать. Тот факт, что кому-то всегда было что сказать другому, каждый божий день, по-прежнему поражало его. — Ты просто будешь валяться здесь весь день или тебе есть что мне сказать, идиотка, — пробурчал Леви. Хотя он постоянно оскорблял Ханджи, называя её идиоткой, тупой, дурой и всеми прочими ругательствами под солнцем, он никогда не имел это в виду всерьёз. В конце концов, Ханджи была его... (вроде как) подругой. Мгновенно оправившись от падения, Ханджи вскочила и через долю секунды уже стояла перед столом Леви. — Ооо, это самое длинное предложение, которое ты произнес за весь день! — Тс, не привыкай. Главное, чтобы ты побыстрее убралась из моего кабинета. — Ааа, Леви! Не будь таким ворчуном! Тебе лучше взбодриться, потому что завтра тебе придется делать то, что ты так ненавидишь! Леви не ответил утвердительно, и он не стал бы, потому что уже знал, о чем говорит его коллега. — Нет. — Да ладно тебе, Леви! Мы ожидаем огромного наплыва людей! Ты же не оставишь Эрвина и меня одним проводить собеседования со всеми этими молодыми людьми, правда? — Я тебе там не нужен. У меня есть работа. Вся чертова компания не может просто остановиться ради собеседований. — Но с тобой это пойдет гораздо быстрее! — заныла Ханджи, наклонившись над столом Леви так, как он это ненавидел. — Убирайся, — прорычал Леви, думая о следах от рук, которые она оставит. — И мне не нужен какой-то гребаный стажер. — Ладно, может, тебе и не нужен, но многие из этих молодых людей хотят получить опыт! Кто знает? Может, мы захотим нанять некоторых из них, когда они закончат колледж! — Это не молодые люди. Это дети. А я с детьми не работаю. — Мы знаем, ворчун, мы знаем. Леви начал быстро пить чай, чтобы он не остыл, а Ханджи продолжала смотреть на него своими огромными глазами лани, надеясь получить хотя бы какое-то согласие на запланированные на завтра мероприятия. Хотя они были коллегами и считали друг друга равными, Леви технически был начальником Ханджи, будучи со-генеральным директором. Однако такие вещи не нуждались в его одобрении. Его со-генеральный директор Эрвин имел столько же полномочий, сколько и он, по всем вопросам, и ему было разрешено дать свое согласие на проведение открытых собеседований. Тем не менее, Леви технически мог бы отменить свое решение, если бы захотел это сделать, но он этого не сделал. Хотя он никогда бы не признался в этом, у него была плохая привычка импульсивно увольнять людей за небольшие ошибки, и компании не помешало бы несколько дополнительных рук. Проблема заключалась в том, что, по его мнению, эти дополнительные руки не должны принадлежать кому-то моложе тридцати лет. Это был корпоративный офис, а не детский сад. — Что-нибудь еще тебе нужно мне сказать? — спросил Леви, проведя рукой по волосам, чтобы убрать их с лица. В этот момент он начал заметно волноваться. Его ОКР говорило ему, что его обычное время ухода из офиса приближается, и он готов идти. — Пожалуйста, ты мог бы завтра помочь с собеседованиями? — умоляла Ханджи, сжимая руки в ожидании. — Ну-у-у-у-у-у-у-у-у? — Нет. Мужчина встал и надел пиджак, прежде чем спуститься вниз на кухню с намерением помыть чашку. Ханджи шла за ним, ноя о том, что он отказался помочь с завтрашним фиаско, но Леви игнорировал ее, погрузившись в мысли. Ханджи знала, что он бывает здесь каждый день в семь тридцать утра. Ханджи также знала, что не в его стиле просто так пропускать любые корпоративные мероприятия, какими бы скучными и ненужными он их не считал. Возможно, он мог бы заглянуть вниз, чтобы оценить этих сопляков и посмотреть, есть ли у кого-то из них тот потенциал, который он ищет, но, кроме этого, он не был заинтересован в том, чтобы с кем-то из них знакомиться. Он сможет выделить достойных за считанные секунды, и, если ему захочется, он, возможно, даст Ханджи и Эрвину пару советов о том, кого им стоит нанять. То есть, если он вообще потрудится выйти из своего кабинета. У него было полно звонков, на которые нужно было ответить, и отчетов, которые нужно было прокомментировать и проверить. — ...верно, Леви? — Ты все это время болтала? — спросил Леви, входя в кухню, а Ханджи следовала за ним по пятам. — Боже, ты действительно зверь, пока не насытишься «90-дневным женихом», — пробормотала Ханджи. — Я не смотрю эту гребаную дрянь, — прошипел Леви. — Это все Петра. Хаджи недоверчиво прищурила глаза. — Но она мне сказала, что ты смотрел с ней одну серию. — Тс. Я этого не помню. — Ты же знаешь, что не стоит врать, ворчун. — А ты знаешь, что не стоит дразнить своего босса. Я тебя уволю. Ханджи рассмеялась, громко и шумно, и даже осмелилась положить руку Леви на плечо. — Ты бы никогда этого не сделал. Ты меня боготворишь. — Ты перегибаешь палку. Наконец она сдалась и направилась к выходу из кухни, как будто Леви мог по ней скучать. — Ладно, я оставлю тебя в покое. Пойду посмотрю, ушел ли Эрвин, а если он еще здесь, то просто буду донимать его. Пока-пока! Помыв чашку, Леви вернулся наверх, поставил её на место, схватил портфель и направился к выходу. Было уже почти полшестого — чуть позже, чем он обычно уходил, — и к этому моменту он был действительно голоден. Поскольку он был занят весь день, у него не было времени на полноценные приемы пищи, и он часто ел на ходу в течение дня. Обычно обед предоставляли потенциальные клиенты, заинтересованные в слиянии или пытавшиеся убедить их открыть дочернюю компанию за границей, в их стране. Конечно, все это делалось ради создания рабочих мест, но такой бизнесмен, как Леви, знал, что не стоит рассматривать дочерние компании в любой стране. У них уже был проект по открытию филиала в Гонконге в течение следующего года, и, просчитав все цифры, Леви был более чем воодушевлен перспективой получить солидную прибыль, воспользовавшись огромным рынком и храня весь доход в гонконгских банках, чтобы избежать уплаты налогов. Конечно, это не было незаконно, и все умные бизнесмены так поступали. Зачем платить налоги с дохода, если можно этого избежать? Леви хорошо помнил, как он узнал о том, как компании умудряются зарабатывать столько денег, когда он был студентом и впервые посещал курс по международной экономике. Именно тогда он решил выбрать экономику в качестве основной специальности и быстро подружился с Эрвином, который изучал бизнес в качестве основной специальности и экономику в качестве дополнительной. Позже Леви решил получить двойную специальность по экономике и бухгалтерскому учету, а также добавил бизнес в качестве дополнительной специальности к своей учебной нагрузке. После этого он поступил в аспирантуру, чтобы получить степень магистра по эконометрике, и без проблем быстро превратил ее в докторскую степень. Он был рад, что выбрал бизнес в качестве второго направления и посещал так много дополнительных курсов по бизнесу, потому что было приятно иногда ставить Эрвина на место, когда речь заходила об управленческих аспектах их компании. Однако у Эрвина был социальный и межличностный интеллект, о котором Леви мог только мечтать. Без него Леви наверняка потерпел бы крах, пытаясь открыть собственное дело. Даже идея открыть пивоварню принадлежала Эрвину по той простой причине, что «все любят пиво». Леви счел это нелепой затеей и настаивал на проведении обширных исследований, чтобы выяснить, что преобладает на рынке, но Эрвин сказал довериться ему. И он так и сделал, и теперь у них была корпорация, стоимость которой исчислялась миллионами долларов. Когда дело доходило до личных переговоров с другими конкурентами, он и Эрвин отлично ладили друг с другом, используя стиль «хороший полицейский — плохой полицейский» (причем Леви почти всегда играл роль плохого полицейского), и это срабатывало каждый раз. Учитывая характер собеседования и возраст детей, которые будут подавать заявки завтра, Леви определенно счел лучшим, чтобы Эрвин взял на себя как можно большую часть этого процесса. Хотя Леви знал, что он неспособен в таких вещах, особенно когда дело касается молодых, впечатлительных и легко обижающихся подростков, он не слишком стеснялся своей неспособности нормально общаться с ними. Скорее, он даже испытывал некоторое самодовольство по этому поводу. В конце концов, это не его вина, что он настолько умен и утончен, что не может поддерживать разговор с каким-то избалованным, играющим в Xbox, пожирающим пиццу идиотом...