Тепло наших сердец

— Это Петросян, отряд “Мск 1”. Код «Мария». Нам нужна немедленная эвакуация и медицинская поддержка в секторе 4-Б. У нас раненый, критическое состояние. На другом конце линии воцарилось молчание, которое длилось, казалось, вечность. Адель замерла, боясь, что её голос был слишком эмоциональным. — Адель? — голос изменился. Он стал менее официальным, в нём прорезались живые, человеческие нотки. — Черт возьми, вы живы. Это был Петр Гуменник. Ему было всего 24 года, но в этом мире он уже успел стать легендой среди тех, кто выжил. Глава отряда «Спб», человек с железным спокойствием и безупречной репутацией, он был не просто командиром — он был лучшим другом Аделии. Верный товарищ, который всегда спасал их в критические ситуации. — Петр, — выдохнула она, прикрыв глаза. — Нам действительно нужна помощь. Мы в промышленной зоне, старый склад. Нас зажали. — Понял тебя, — голос Гуменника мгновенно вернулся к командному режиму. — Не высовывайтесь. Мои ребята уже начали движение. Мы идем по вектору «Север-Запад». Будем у вас через сорок минут. Держитесь, ребята. Мы вас не бросим. Связь оборвалась. Макар и Саша переглянулись. Напряжение не спало, но в нем появилось новое измерение — проблеск надежды. — Значит, помощь будет, — сказал Макар, проверяя остаток патронов. — Но эти сорок минут станут для нас самыми длинными в жизни. Адель убрала передатчик. Она чувствовала странную смесь облегчения и тревоги. Она знала, что Петр придет, и знала, что его приход превратит их скрытное убежище в эпицентр боевых действий. Теперь им предстояло не просто ждать, а выжить в режиме ожидания, пока «Спб» прорубает им путь сквозь мрак. После того как Петр Гуменник подтвердил готовность отряда «Спб» выдвинуться, атмосфера в техническом отсеке склада изменилась. Надежда на спасение столкнулась с жестокой реальностью: у них не было времени на обычное ожидание. Соня, чье лицо было бледным от напряжения, почти не отходила от Изабо. Состояние раненой становилось критическим, и стандартных медикаментов, которые могли привезти боевики, было явно недостаточно. Адель снова взяла передатчик. Теперь это был не просто вызов о помощи — это была попытка выторговать чудо. — Петь, слушай меня внимательно, — голос Адели дрожал, но она старалась звучать максимально твердо. — Нам мало просто эвакуации. Изабо... она умирает. Нам нужен не просто медик, нам нужен Стивен Гоголев. Наступила тишина. Макар и Саша замерли, понимая, о ком идет речь. Стивен Гоголев был не просто врачом — он был легендой, человеком, который умел доставать людей с того света даже в условиях полного отсутствия стерильности и оборудования. Но он также был самым ценным ресурсом отряда «Спб», и его присутствие на поле боя было редкостью. — Адель, ты понимаешь, что просишь? — голос Гуменника в наушнике стал тяжелым, как свинец. — Стивен — это наш единственный шанс на стабилизацию медиков в штабе. Если я заберу его с собой сейчас, я рискую всей группой поддержки. — Если ты не пришлешь его, Изабо не доживет до вашего прибытия, — перебила его Соня, перехватив рацию. Её голос сорвался на крик, полный отчаяния. — Пожалуйста, Петр! Он единственный, кто сможет удержать её на этом свете! Макар сделал шаг вперед, положив руку на плечо Адели, призывая к спокойствию, но сам внимательно слушал эфир. Он знал, что Петр — человек долга, но он также знал, что Петр никогда не предаст Аделию. — Стивен уже в мобильном госпитале, — наконец произнес Гуменник после долгой паузы. — Я не могу гарантировать его безопасность, если мы попадем в засаду, но я дам приказ. Он выдвинется вместе с основной группой. Голос главы «Спб» стал жестким, отдавая приказы по другому каналу.— Ждите, мы скоро будем.. Рев двигателей разорвал тяжелую тишину заброшенного склада. Пыль взметнулась столбом, когда колонна бронированных внедорожников «СПб» ворвалась в периметр. — Живее! Загружайте их! — голос Петра Гуменника, обычно спокойный и расчетливый, теперь звенел сталью. Он спрыгнул с подножки ведущего джипа, мгновенно оценивая обстановку. Вслед за ним выскочил Влад Дикиджи, на ходу проверяя магазин автомата. — Петр, здесь жарко! «Мск» прикрывают тыл, но нам нужно уходить! — крикнул Влад, указывая на очертания зданий. — Петя, Влад я так рада вас видеть! — вскрикнул, Адель побежала к нему — Вы как раз вовремя. — Спасибо, ребята, что снова спасаете наши задницы. — с улыбкой сказала Саша, пока остальные погружались по массивным машинам. В это время внутри склада разыгрывалась драма. Изабо лежала на импровизированном носилках, ее лицо было бледным, как мел. Кровь, пропитанная металлической гарью, пропитывала бинты. Стивен Гоголев, чей статный силуэт казался незыблемым оплотом спокойствия посреди хаоса, опустился на колени рядом с ней. Его руки двигались с хирургической точностью, несмотря на тряску. — Держитесь, девушка. Только не вздумай уходить в тень, — негромко, но властно произнес Стивен. Он вводил препарат, его взгляд был сосредоточен на ране, пробитой арматурой. — Ты слишком хороша, чтобы закончить здесь. — Я Изабо.. — прошептала шатенка , сжимая его рукав. — Если я... не... — Замолчи, — отрезал он, и в его русых волосах отразился свет фонарей. — Ты будешь сражаться. Он посмотрел на Соню с большим уважением в глазах.— Ты большая молодец, для фельдшера сработала на ура! — Спасибо, что сам приехал, я понимаю как ты рискуешь, но кроме тебя никто не смог бы спасти ей жизнь. — Соня наконец-то чуть успокоилась, теперь когда эта медицинская легенда с ними, она может спустить этот груз стресса со своих плеч, теперь только переживания за Изабо. Конвой тронулся. Грохот колес по разбитому асфальту смешивался с тяжелым дыханием раненых.