Domenica Inc.

Февраль 2003 Почему у Луче не получается думать раньше, чем что-то делать? Сколько раз она уже ошибалась так. И в этот раз, кажется, тоже, только мозг у нее включился совсем поздно. Может, все не так и плохо? Но что-то сейчас все идет неважно, раз она об этом думает, пока Тони целует ее. Он еще и слюней напустил… Отвратительно. Томми так никогда не делает. Только если Томми такой хороший, почему она от него ушла? Она уже месяц живет во второй квартире, вместе с Тони, потому что рассорилась с Томмазо в пух и прах — он казался ей абсолютно несамостоятельным и безответственным, и он уж слишком сильно воспринимал ее как должное. Ну уж нет, она явно достойна большего. И вот Тони давал ей большее — цветы, открытки, одежда… Томми даже не обращал внимания на эти подарки, он вообще не думал, что Луче может от него уйти. Самоуверенный мямля. А Тони, особенно в сравнении с его ролями, казался ей просто замечательным. Во время съемок он был грубым, где-то на грани с отвратительностью, но сразу же после них становился вежливым и нежным. Особенно по отношению к Луче, конечно же. Но вот они уже несколько недель живут вместе, и дальше этого «вежливый и нежный» впечатления далеко не ушли. За эти недели она ему почти не говорила ничего кроме самых базовых слов, а он, кажется, разговаривал и того меньше. Сначала ей казалось, что они просто уставшие и слишком много времени проводят на съемках, но даже в выходные дни они особо не общались. Корси даже стала ловить себя на мысли, что Тони скучный, и она скучает по разговорам с Томми. Возможно, ему и говорить не о чем. Они с таким трудом в итоге дошли до секса, просто потому что Тони будто подрастерял свою привлекательность, которая ощущалась раньше, да и работа… Только сейчас кончился этот слюнявый поцелуй, и Тони сразу же полез рукой ей в трусы, резко тер ее член, и даже не смотрел ей в лицо. Луче лежала, смотрела в потолок, и вообще не могла понять, что не так. Почему ей так тяжело завестись? Конечно, она уже несколько месяцев на гормональной терапии, ее либидо снизилось, но не исчезло совсем. Но в любом случае, механически же все происходит — Тони мастурбирует ей, разве этого недостаточно? Но от этого ей скорее неприятно, он слишком резко двигает рукой чем скорее натирает кожу, а еще она почему-то холодная. Томмазо всегда был нежнее. Действовал очень медленно аккуратно… Стоп, почему она вообще думает о нем в такой момент? Теперь Тони еще и начал говорить. Он называет ее шлюхой, сучкой, трансухой, и от этого желание пропало вообще. Он что, просто повторяет те же самые действия, что и во время съемок? Это как-то по-плохому стыдно, будто Тони совсем… Тупой. Луче берет его за руку и отводит от своего члена, на что Тони поднимает брови от удивления и говорит: — Мы же только начали, что не так? Продолжим же?.. — Э-э… Нет, я больше не хочу. — Корси сползает с кровати, берет свои футболку и шорты, чтобы одеться. — Прости, это, наверное, все из-за таблеток… — Но я только завелся! — он хватает ее за руку и тянет к себе. — Ты что, оставишь меня так? — Подрочи, Господи, ты не ребенок. — фыркает Луче, эти его слова совсем ее отвращают, и она убирает свою руку. Быстро одевшись, она уходит к себе в комнату. Тони, слава Богу, не идет за ней вслед. Луче берет в комнате телефон и сигареты, а затем идет на балкон. Ей хотелось позвонить Серене, потому что она единственная, кто может дать жизненный совет. Время уже позднее, а она все равно звонит. Увы, но подруга, по всей видимости, уже давно спит. И после этого Луче стало понятно, как она одинока в этом моменте. Ей не с кем поговорить сейчас. А все потому, что она совершила ошибку. Просто пиздец какую огромную ошибку. Господи, она клюнула на последнего долбоеба, заскучав в отношениях с Томмазо! И где она теперь? Слезы так и наворачивались на глаза, но от рыданий Корси сдерживалась как могла, пыталась успокоиться курением. Это ужас. Какая же она тупица, что решила уйти от Томмазо, что выбрала Тони… Сам того не осознавая, он был прав, когда называл ее шлюхой. И ведь она понимала, что виновата сама, она ведь сама выбрала уйти от Томми, сама захотела быть с Тони, и сама же отказалась сейчас от него. Вот только вряд ли у нее уже получится вернуться к Томмазо, он явно ее не примет снова. Он, конечно, размазня, но явно не до такой степени. Как ей вообще в голову пришло разрушить отношения, которые длились уже почти четыре года? Абсолютная дурость. Так что кто тут еще тупой, вспоминая Тони. Луче отвлеклась от самообвинений, когда услышала, что кто-то открывает дверь на балкон. Тони что, поперся за ней? Но нет, это оказался Тананай. Как его там по-настоящему зовут, Альберто? Не так и важно. — А… Я могу уйти. — сказал Тананай, увидев, что он тут не один. — Нет, нет, можешь остаться. — Луче быстро вытирает слезы, и, кажется, Тана замечает это. — Что-то случилось? — кажется, они впервые говорят друг другу что-то кроме приветствий. Луче вообще не общалась ни с кем из квартиры, ее немного пугали эти люди, а Роза кошмарно выбешивал своими несмешными шутками про то, что Луче «на самом деле» парень-гей. — Все нормально. Я просто… Сама виновата. — она снова затягивается сигаретой, и старается не смотреть на парня. — Звучит как-то совсем ненормально. — Альберто поджигает свою сигарету и тоже курит. Он продолжает смотреть на нее, ощущение, что сейчас взглядом просверлит. Луче не выдерживает этого, и начинает рыдать в голос. От стыда она закрывает лицо руками. Почему она не может сгореть прямо на месте? Внутри она уже просто пылает от чувства ужаса от самой себя. Она чувствует, как к ней подходит Альберто, приобнимает, гладит по голове. — Ты не виновата… Я не знаю, что случилось, но явно твоей вины там нет. — говорит он. Ох, милый Тана, если бы ты только знал…