Лезвие доверия

Сердце Гарри неприятно сжималось, словно кто-то сжал его в ледяном кулаке. Он сидел за гриффиндорским столом, но его взгляд постоянно скользил по залу, выискивая среди слизеринцев знакомую фигуру. Астрии нигде не было видно, и это беспокойство грызло его изнутри сильнее, чем холодный ветер за окнами Хогвартса. -Неужели она решила вообще не появляться на этом празднике? Это еще больше подозрительно — прошептал он Гермионе, когда Дамблдор приблизился к Кубку Огня. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки под столом. После всей истории с Грюмом и его странной флягой, отсутствие Миллор казалось слишком значительным совпадением. Поттер чувствовал это нутром — она что-то знала. Но Астрия была здесь. Она пряталась в самой гуще слизеринцев, небольшой тенью среди своих однокурсников, настолько искусно сливаясь с толпой, что разглядеть ее было практически невозможно. Пламя в Кубке Огня внезапно изменило цвет, выбросив в воздух первое имя. Гарри даже не вздрогнул — его внимание было приковано к той плотной группе слизеринцев, где, как он подозревал, скрывалась девушка. -Она там, я чувствую. Зачем она прячется, если все равно пришла? — пробормотал он себе под нос, не отрывая глаз от темной фигуры, мелькавшей за спинами ее сокурсников. Его сердце бешено колотилось, когда пламя выбросило четвертое имя — "Гарри Поттер". Воздух в Большом Зале застыл, став густым и тяжелым, как сироп. Парень замер на месте, не в силах пошевелиться, и в этот момент краем глаза уловил движение среди слизеринцев — Астрия выглянула из-за спин однокурсников, и на мгновение их взгляды встретились. Затем она снова скрылась, но в ее карих глазах за очками он успел заметить что-то — не удивление, не радость, а скорее... подтверждение. -Что за черт... Я же не бросал свое имя в Кубок. Кто это мог сделать? — он резко вскочил с места, чувствуя, как тысячи глаз уставились на него. Кожа на затылке заныла, а в горле пересохло. Ему пришлось идти к остальным участникам турнира. Каждый шаг по проходу между столами давался с трудом, будто он шел по колено в патоке. Седрик Диггори уже стоял на подиуме — настоящий представитель Хогвартса. Рядом с ним Виктор Крам из Дурмстранга, а затем Флёр Делакур из Шармбатона. Гарри снова искал взглядом слизеринку, и на этот раз она уже не пряталась — стояла немного в стороне от основной группы слизеринцев и смотрела прямо на него. В ее взгляде не было ни осуждения, ни насмешки — только равнодушная отстраненность, которая резала больнее открытой враждебности. -Не могу поверить, что это происходит. Кто-то специально подставил меня, и она точно знает больше, чем показывает — пронеслось у него в голове, когда он остановился рядом с Седриком. Он стоял под прицелом тысяч осуждающих взглядов, сжимая кулаки под мантией. Рон даже не смотрел в его сторону — отвернулся к стенке, будто Гарри стал прокаженным. А Астрия... Астрия просто наблюдала. И в этом равнодушии было что-то настолько неправильное, что Гарри почувствовал жгучую необходимость добраться до истины. Когда церемония закончилась и ужин подошел к концу, Поттер тихо вышел из зала и прижался к холодной каменной колонне у выхода. Его сердце все еще бешено стучало, а в висках пульсировала кровь. -Она точно пройдет здесь. Я должен добиться от нее ответа сегодня — прошептал он, чувствуя, как камень колонны холодит его спину даже через ткань мантии. Он ждал несколько минут, которые показались вечностью. Наконец из зала начали выходить ученики, и среди группы слизеринцев он заметил Миллор — она шла немного позади всех, опустив голову и стараясь быть как можно менее заметной. Когда основная группа прошла мимо, Гарри вышел из-за колонны и преградил ей дорогу. -Мы должны поговорить. Ты знала, что мое имя окажется в Кубке, не так ли? Астрия остановилась, но даже не вздрогнула от неожиданности. Она медленно подняла на него взгляд, и в ее карих глазах не было ни тени волнения. -Не знала— ее голос прозвучал ровно и холодно, как лед на Черном озере. Гарри не отступил, продолжая смотреть прямо на нее. Его собственный голос прозвучал тверже, чем он ожидал -Я тебе не верю. Ты пряталась целую неделю, знала про странности Грюма и сейчас опять молчишь. Что ты скрываешь от меня? Она вздохнула, и в этом вздохе была такая усталая терпимость, будто он надоедливый ребенок, а не человек, которого только что втянули в смертельно опасный турнир. -Поттер, я тебе повторяю, я не знала, всё? Я и не пряталась, в отличие от некоторых, я училась. Плечи Гарри на мгновение опустились, но он не отвел взгляда. Затем он чуть отошел в сторону, давая ей пройти, но все еще не веря ее словам. -Хорошо. Если ты действительно не знала, то ответь мне хотя бы на один вопрос — что странного в фляге Грюма? Ты же видела, как он пьет из нее каждый урок. Девушка замерла на месте, и Гарри заметил, как ее пальцы слегка сжали стопку книг, которые она держала. -Допустим — наконец сказала она, и в этом слове была осторожная уступка. Поттер наклонился ближе, понизив голос до шепота, чтобы никто из проходящих мимо учеников не услышал -Что в ней? Почему он никогда не выпускает ее из рук и пьет только из нее? Ты же слизеринка, Снейп много тебе рассказывает про новые зелья. Ты должна догадываться. Ее губы сжались в тонкую полоску. -Отвали, Поттер, не до тебя. Иди лучше турниру готовься и разгадывай первое испытание — она резко развернулась и ушла, не дав ему возможности ответить. Парень остался стоять на месте, глядя вслед ее удаляющейся фигуре. Его пальцы снова сжались в кулаки, но на этот раз в них была не злость, а скорее разочарование смешанное с пониманием. -Ладно. Я не буду больше тебя трогать сейчас. Но рано или поздно ты все равно мне все расскажешь — тихо сказал он ей вслед. Он не стал ее догонять. Просто стоял у колонны, провожая слизеринку тяжелым взглядом, пока она не скрылась за поворотом коридора. Затем тяжело выдохнул, запустил пальцы в растрепанные волосы и медленно побрел в сторону гриффиндорской гостиной. -Она чего-то боится. Я это чувствую. Нужно просто подождать подходящего момента — пробормотал он себе под нос. Библиотека пахла старыми книгами, пылью и чем-то неуловимо волшебным. Поттер сидел за столом, перелистывая уже пятую книгу о древних магических испытаниях. На его лице была написана такая концентрация и усталость, что казалось — он вот-вот упрется лбом в страницы и уснет прямо здесь. После вчерашней ссоры с Роном и бесплодного разговора с Астрией он чувствовал себя особенно одиноким. Только Гермиона оставалась с ним, помогая искать хоть какую-то зацепку о первом испытании. -Ничего не могу найти про то, что может быть в первом испытании. Неужели мы так и останемся в неведении до самого начала?— он отложил очередной фолиант в сторону и провел рукой по лицу. Гермиона вздохнула, перекладывая стопку книг на столе. -Может, стоит спросить у Седрика? Он же уже участвовал в отборе? Гриффиндорец только покачал головой. Спросить у Седрика означало признать, что он, Гарри Поттер, не справляется. А после всего, что произошло, это было последнее, чего он хотел. Именно в этот момент мимо их стола прошла Астрия. Она не замедлила шаг, не посмотрела в их сторону, просто бросила на ходу, словно случайную реплику -Драконы, Поттер, это драконы. Гарри резко поднял голову от книги, не веря своим ушам. Он вскочил с места, крича ей вдогонку, но стараясь делать это негромко, чтобы не привлечь внимание мадам Пимс. -Постой! Откуда ты это знаешь? Астрия, подожди! Она остановилась на пороге между стеллажами, не поворачиваясь к нему лицом. Поправила очки на переносице, и Гарри заметил, как ее пальцы слегка дрогнули. -Слышала, дурмстранговцы только об этом говорят. Все-таки в слизеринской области замка живут. Астрия сделала шаг, чтобы уйти, но Гарри уже подошел ближе, остановившись за ее спиной. Его голос стал тише, почти шепотом -Спасибо. Это действительно важная информация. Я знаю, ты не хочешь вмешиваться, но... я все равно благодарен тебе. Почему ты все же решила мне подсказать? Она резко повернулась к нему лицом. Ее карие глаза, словно шоколад, были чуть сужены, а нижняя губа слегка прикушена — признак внутренней борьбы, который Гарри уже начинал узнавать. -Я просто не хочу, чтобы ты погиб на первом же испытании. Не все слизеринцы хотят твоей смерти, Поттер. Запомни это. Не дав ему возможности ответить, она снова развернулась и быстро вышла из читального зала, ее мантия взметнулась за ней темным облаком. Поттер остался стоять между стеллажами, глядя вслед ушедшей Астрии. На его лице медленно появилась легкая, удивленная улыбка. Он прикоснулся к шраму на лбу, который совсем недавно ныл и беспокоил его, а теперь был спокоен. -Я и не думал, что все слизеринцы хотят моей смерти. Просто... спасибо тебе— тихо сказал он в пустоту и вернулся к столу, где Гермиона сидела с раскрытым от удивления ртом. -Она сама тебе подсказала? — прошептала Гермиона, когда Гарри сел на свое место. -Вот это правда неожиданно. Я всегда думала, что она просто ненавидит всех гриффиндорцев. Гарри наклонился к краю стола, улыбка все еще не сходила с его губ. -Она сказала, что дурмстранговцы только об этом и говорят. Значит, первое испытание действительно с драконами. Теперь я знаю, к чему готовиться. Он помолчал, потом добавил тише — И она все не так плохая, как ты думаешь. Грейнджер откинулась на спинку стула, сложив руки на груди. На ее лице было выражение скептицизма, смешанного с любопытством. -Ладно, хорошо, что она подсказала. Но это не значит, что ей можно полностью доверять. Давай лучше сосредоточимся на том, как тебе справиться с драконом. Поттер уже отложил книгу в сторону и сжимал свою палочку в руке. На его лице появилась решительность, которой не было еще несколько минут назад. -Яйцо. Надо украсть у дракона яйцо— сказал он, и в его голосе не было и тени сомнения. -Я знаю, что это опасно, но у меня нет выхода. Нужно придумать способ отвлечь дракона и достать яйцо. Он переглянулся с Гермионой, и в его зеленых глазах горел огонь, который она не видела со дня отбора. -Астрия не зря помогла мне, я не могу ее подвести. Они склонились над старой картой окрестностей замка, и Гарри уже видел перед собой не непонятную угрозу, а конкретную задачу. -Каждый дракон охраняет только свое яйцо. Надо просто придумать, как отвлечь его внимание достаточно надолго, чтобы успеть подобраться. Его пальцы провели по карте, останавливаясь на разных точках. -Я это сделаю, я точно справлюсь. День испытания встретил их холодным, промозглым утром. Гарри стоял за деревянной загородкой вместе с другими участниками, сжимая палочку в потной ладони. Воздух пах дымом и чем-то диким, первобытным — запахом, который мог исходить только от драконов. Он искал взглядом Миллор среди зрителей на трибунах. Сердце бешено колотилось, ударяясь о ребра, словно птица, пытающаяся вырваться на свободу. И наконец он нашел ее — она стояла в самом заднем ряду, почти скрытая тенью от балки, но ее взгляд был прикован к нему. -Ну, вот и началось. Надеюсь, она не зря мне подсказала, и я справлюсь с этим венгерской хвосторогой — прошептал он, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. Когда назвали его имя, Гарри глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бешеный ритм сердца. Он вышел на арену, и его сразу оглушил рев — оглушительный, первобытный звук, от которого задрожала земля под ногами. Венгерская хвосторога была огромной, ее чешуя переливалась на солнце, как черное золото. Она била крыльями о землю, поднимая клубы пыли, а из пасти вырывались клубы дыма и искры. Ее глаза, желтые и узкие, были полны чистой, неразбавленной ярости. Гриффиндорец быстро вспомнил план, который они придумали с Гермионой. Он поднял палочку, чувствуя, как дрожь в руках постепенно уступает место концентрации. -Акцио!— крикнул он, и сотни маленьких огненных вспышек заполонили арену. Дракон на мгновение отвлекся, и этого мгновения хватило. Гарри бросился вперед, чувствуя, как горячий воздух обжигает легкие. Его пальцы сомкнулись на золотом яйце — оно было тяжелым, шероховатым, и казалось, пульсировало в его руках. Он успел отбежать в сторону как раз в тот момент, когда дракон снова обернулся к гнезду. Рев, который последовал за этим, был таким громким, что Гарри почувствовал, как дрожат даже кости. Судьи сразу объявили, что он прошел испытание. Гарри стоял, тяжело дыша, с золотым яйцом в руках, и его взгляд снова нашел Астрию на трибунах. Она не аплодировала, не улыбалась открыто. Но уголки ее губ были чуть приподняты, а ее рука на мгновение поднялась в маленьком, почти незаметном жесте одобрения. Затем она развернулась и скрылась в толпе, прежде чем кто-либо еще успел это заметить.Но Гриффиндорец это заметил. Всё заметил. -Я справился. Она точно видит это— пронеслось у него в голове, когда он выходил с арены под оглушительные аплодисменты. Его пальцы все еще сжимали золотое яйцо, но в этот момент он думал не о турнире, не о загадке, которую предстояло разгадать, а о карих глазах, которые наблюдали за ним из тени. И о той тонкой нити понимания, которая начала протягиваться между ними, несмотря на все барьеры домов и предрассудков. Поможет ли Астрия Гарри с другими испытаниями ? Что между этими двоими происходит? Почему вообще Миллор решила помогать Поттеру? Союз слизеринки и гриффиндорца? Продолжение следует...