Семь Лет спустя

На ночной улице Нью-Йорка было шумно: мигали красно-синие маячки, по рации доносились обрывки переговоров. Эспозито неподалеку оформлял Тисдейла. Беккет, наблюдая за этим, наконец позволила себе расслабиться. Услышав за спиной шаги Касла, она обернулась. На её лице промелькнула едва заметная, непривычно мягкая улыбка. — Ну, вот и всё, — неловко произнесла она. — Ну зачем же так, — Касл подошел ближе, засунув руки в карманы. — Может, мы… поужинаем или выпьем кофе? — Зачем, Касл? Тебе нужен ещё один трофей? — Кейт чуть склонила голову, глядя на него с вызовом. — А может, он нужен тебе? Беккет на секунду задумалась. Касл ей определенно понравился — его ум, его детская непосредственность и то, как он читал её мысли. Но впускать гражданского, тем более такого эксцентричного, в свой закрытый мир? Нет, слишком рискованно. — Было приятно познакомиться, Касл, — она официально протянула ему руку, ставя точку. Касл заметно огорчился, его энтузиазм на миг угас. Он пожал её ладонь в ответ. — А жаль, было бы классно. Беккет прикусила губу. Глядя в его разочарованные глаза, она вдруг решила оставить ему крошечную лазейку. Потянувшись к самому его уху, она прошептала: — Ты даже не представляешь, как… Она резко развернулась и ушла к своей машине, эффектно покачивая бедрами и ни разу не оглянувшись. Позже, тем же вечером, Касла накрыло такое вдохновение, что строчки летели на экран быстрее, чем он успевал их обдумывать. Несколько глав за час — рекорд даже для него. — «И она скрылась в тени аллей...» Касл с коротким стуком захлопнул ноутбук и произнес в пустоту кабинета: — Нет, я так это не оставлю! Семь лет спустя Ричард Касл сидел в своем кабинете, полностью погруженный в новый файл. На экране мигал курсор — писатель как раз набрасывал первые черты своего следующего героя, полицейского-новичка, решившего сменить жизнь в зрелом возрасте. Раздумья прервал резкий хлопок. Кейт вошла в кабинет и с возмущенным видом бросила на стол рукопись его последнего романа. — Ты нас убил?!! — Эй, концовка открыта, — Рик нехотя оторвался от экрана и поднял руки, защищаясь. — В этой книге «они» ранены, но не убиты. Мы не «они», Кейт. — Рик, ты даже не переделал наши имена в книгах! — она возмущенно указала на страницы, где мелькали фамилии их друзей и близких. — Кто «нас» спасёт? — Ты сама согласилась, Кейт. И не только ты — все согласились, — он хитро прищурился, напоминая о том дне, когда он официально получил «добро» от всей компании. — Лейни, Монтгомери, ребята, даже Джина с Мартой. Вы все дали мне карт-бланш. А что касается спасения... у них есть Люси, она вполне может вызвать скорую. Кейт сложила руки на груди. Семь лет жизни с этим человеком научили её многому, но он всё равно умудрялся её удивлять своей дерзостью на бумаге. — Ты семь лет выставлял меня стервой, чтобы прихлопнуть в конце? Ненавижу тебя, Рик. Касл плавно поднялся из-за стола и подошел к ней вплотную, глядя в глаза так же, как в ту их первую встречу. — А ты семь дней не соглашалась на свидание, Кейт. Помнишь? Беккет замерла. Вся её напускная ярость моментально испарилась, уступив место мягкой, понимающей улыбке. — А ты, оказывается, злопамятный, — негромко произнесла она. Рик, мягко улыбнувшись, притянул жену к себе и поцеловал. Гнев Кейт окончательно растаял в этом жесте. — Я подумал, что пока хватит писать о нас, — негромко произнес он. — Ты моё вдохновение навсегда, Кейт, и это не изменится. Но я решил сделать перерыв в этой истории. Поэтому и концовка открыта. — Перерыв тебе явно нужен, писатель, — она отстранилась, глядя на него с иронией. — Что вообще Калеб Браун делал в лофте? Ты хоть сам понимаешь, насколько это было притянуто за уши? Касл на мгновение задумался, потирая подбородок и глядя в потолок. — Эээ. Не знаю. Может, месть? — Ему бежать надо, поджав хвост, — парировала Беккет, со скепсисом выгнув бровь. — Зачем ему рисковать всем ради мести? Логика, Рик! — Ладно, ладно, — он примирительно поднял ладони. — Признаю, последние работы вышли не самыми удачными. Наверное, я просто перегорел. Поэтому у меня есть идея нового персонажа. Хочу попробовать писать о полицейских офицерах в форме. Обычные патрульные, понимаешь? Другой ритм, другой взгляд на город. Кейт прищурилась, в её голосе послышались шутливые нотки. — И ты найдешь новую музу? Старая тебе окончательно приелась? — Кейт, не ревнуй. Зачем мне новая муза? — он обхватил её лицо ладонями. — Ты сама мне всё расскажешь. Я ведь видел то твоё очаровательное фото в форме, когда ты только начинала. Этого образа мне хватит еще на десяток романов. — Рик, не зли меня, — она легонько толкнула его в плечо. — Ты на страницах своих книг городил столько препятствий, вводил бывших жен, каких-то других парней, создавал драму на пустом месте... И всё это при том, что в жизни ты обрюхатил меня через месяц после нашего знакомства! Рик расплылся в своей самой обезоруживающей, мальчишеской улыбке. — Не говори, что ты не рада этому. Беккет посмотрела в сторону двери, за которой слышались голоса их детей, и её взгляд потеплел. — Сейчас рада. Но тогда я была совсем не в восторге, поверь мне на слово, парень. — А наши бывшие? — Рик лукаво прищурился. — Я просто боялся слишком быстро свести книжных героев. Проклятие «Лунного света», помнишь? Стоит паре сойтись — и интерес зрителя падает. К тому же, это я тебя застал за спаррингом с тем копом из отдела ограблений. — Вот именно, Рик. За спаррингом. А не за сексом, — Кейт закатила глаза, напомнив ему о его чрезмерной ревности. — Но спарринг — это так эротично! — Касл всплеснул руками. — Мы с тобой, между прочим, ни разу не занимались этим в спортзале. А потом тот врач, который смотрел на тебя как на леденец, когда тебя ранили в руку... Беккет вздохнула и подошла еще ближе, положив руки ему на плечи. — Рик, мне не нужен никто, кроме тебя. Я умудряюсь дружить с двумя твоими бывшими женами, а ты сделал мне в книге парня на целый год из врача, который видел меня всего несколько дней в больнице. — Говорю же, так лучше для маркетинга, — пробормотал он, хотя в его глазах читалось признание собственной неправоты. — Ты уверен? — Кейт скептически изогнула бровь. — Продажи книг после нашего воссоединения на страницах не упали. Зачем ты свадьбу испортил нам в сюжете, Рик? У нас ведь была такая милая церемония в жизни. Выражение лица Касла мгновенно изменилось. Взгляд стал глубоким, полным нежности и тех самых воспоминаний, которые он берег только для себя одного. — О да... — прошептал он. — Ты, беременная Джейком и Рисом, маленькая Лили в роли цветочницы... Я никогда этого не забуду, Кейт. И я даже не пытался повторить это на бумаге. Потому что это было неповторимо. — Неповторимы только твои сюжеты в книгах, — Кейт иронично хмыкнула, продолжая ревизию его творчества. — Первая книга про Никки Хит только вышла, а ты уже вводишь сумасшедшего, помешанного на мне, который взрывает мою квартиру? — Зато это была одна из лучших сюжетных арок! — Рик азартно блеснул глазами. — Читатели были в ужасе и восторге одновременно. — Ага, как и в той, где писатель обезвреживает грязную бомбу, просто выдернув все провода разом? — Да, — он самодовольно кивнул. — И она тоже. Это был чистый адреналин. Кейт снова закатила глаза, не в силах сдержать улыбку от его неисправимой веры в собственный гений. — Ладно, писатель, ответь мне на другой вопрос. Как меня вообще взяли на работу в Министерство Юстиции, если по сюжету я была замужем за мошенником? Которого, если верить твоим книгам, арестовали за то, что он выдавал себя за агента ФБР? Проверку службы безопасности я бы завалила еще на входе. — Эй, ты сама рассказала мне о той пьяной поездке в Вегас! — Касл вскинул брови, оправдываясь. — Это был готовый сценарий, я просто не мог пройти мимо. — Да, Рик, я рассказала тебе про поездку, — Кейт мягко, но твердо перебила его, — но я не выходила там ни за кого замуж. Мы просто проиграли все деньги в рулетку и уснули в шезлонгах. А ты превратил это в юридическую катастрофу на десятки страниц. Она продолжала, и её бровь взлетела ещё выше: — А как тебе такой поворот: меня, известного копа в этой твоей вселенной, отправляют на работу под прикрытием? Ты уж определись, Рик: я муза знаменитого писателя или обычный офицер полиции? — Зато как напряженно! — Касл азартно взмахнул рукой, защищая свой сюжет. — Это лучший мой триллер за весь сериал. — Нет, Рик. Ты и в жизни мне закрыл дорогу для такой работы — после твоих книг меня в лицо знает каждый патрульный штата, — и сам ты никогда не будешь работать под прикрытием. И ещё... Ты, оказывается, стажировался в ЦРУ? Да ладно! Может, у тебя еще и отец — тайный агент? Касл на секунду отвел взгляд, застенчиво улыбнувшись. — Ну, я всегда мечтал об отце-шпионе. Почему бы мне это не написать, раз уж я пишу автобиографическую книгу? — Кроме имен, там ничего автобиографического нет, Рик. — Ты сама запретила писать о реальных делах, — напомнил он. — К тому же, они обычно такие скучные. Никаких грязных бомб и мировых заговоров. — А я тебе не наскучила? — Как ты могла такое подумать? — Рик посмотрел на неё с искренним возмущением. — Ну, ты не только нас чуть не убил, но и заставил жену уйти из дома ради какой-то непонятной «защиты». Ты забыл про моего отца? О том, что надавить на меня всегда можно через него? Рик виновато замер, потирая затылок. — Ээээ. Ну да. Честно говоря, я про него совсем забыл. — И то, что я бы никогда с тобой публично не разорвала отношения, зная о твоих двух разводах. Я не жестока, Рик. Тебя бы в прессе засмеяли в жизни, будь это правдой. Весь этот нелепый ЛокСат был ошибкой. Надеюсь, ты не будешь повторять это в других книгах. Касл медленно поднялся из-за стола и притянул Кейт к себе, обнимая за талию. — Ладно, Кейт, я постараюсь стать лучше. Обещаю. Может быть, лет через пятнадцать я продолжу историю сенатора Беккет и её мужа, обладателя Пулитцеровской премии, Ричарда Касла. — Ааа... Истории про путешествия во времени и параллельные миры, — Беккет рассмеялась, утыкаясь лбом в его плечо. — Удачи, Рик. Это хотя бы было забавно. Но хватит разговоров. Дети хотят кушать, пошли готовить. Скоро Алексис твою внучку приведет. Заканчивай свои наброски. Она мягко высвободилась из его объятий и направилась к дверям, но на пороге обернулась. — И, Рик... Я люблю тебя, несмотря ни на что. Касл улыбнулся — той самой улыбкой, в которой было всё их прошлое и всё их будущее. — Всегда.