Summertime

      Что вы знаете о Николь Шоу?       Я расскажу вам.       Никки любила помогать бабушке Рози в саду, после работы она всегда спешила к ней и с удовольствием проводила там время. У нее были темно-зеленые глаза. Она была мисс «лучший кофе». Девушка не любила споры и не любила обсуждать машины.        Никки любила пляж, любила море и свежий воздух. Ей нравилось клубничное мороженое и солнце, которое согревало летними днями.        Она не любила школьные занятия, но любила читать. Ее любимым школьным предметом была — химия, а нелюбимым — математика.       Но, конечно же, я остановлюсь и не стану рассказывать все. Ведь что-то должно остаться между нами…

***

      Мне было четырнадцать, когда я впервые увидел Никки, она работала в кафе, вечерами я видел ее на прогулке с велосипедом. Но я никогда не видел ее в компании с кем-то.       Каждое лето я обещал, что познакомлюсь с ней, но почему-то до ужаса стеснялся и каждый раз откладывал эту идею.       Но в тот день, в библиотеке, когда мы столкнулись, я понял, что не хочу терять шанс. Мне казалось, что она нуждалась в друге. Так и оказалось.       Я не хотел расставаться с ней ни на минуту. Мы катались на байке, ходили гулять в лес к озеру, были на пляже и даже ездили на маяк. Мне хотелось, чтобы она запомнила это лето по-другому. Мне хотелось показать ей, что подростковый возраст — это не только работа на летних каникулах.

***

      Возле кафетерия в котором работала Никки было пусто и тихо. Небо было темно-синим, без единой звезды.       Я взглянул на часы.       Семь часов вечера.       Никки вышла через пару секунд. Она была уставшей, грустной, но с улыбкой на лице. Как бы девушка не уставала, она всегда пыталась выглядеть сильнее, чем была на самом деле.       Это привлекало. — Приве-е-е-ет, — протягиваю я, улыбаясь.       Никки поднимает уголки губ, но ненадолго. — Привет.       До определенного момента я думал, что у меня получится. Получится быть хорошим и верным другом, получится ничего не чувствовать, когда касаюсь ее, получится дружить и не ощущать при этом желания поцеловать…своего друга.       Но все обернулось против меня. Стоило Никки появится в моей жизни, и я понял, что не хочу ее терять. Но важно было не потерять насовсем, поэтому я не говорил о своих чувствах. Я просто был счастлив, что она рядом и все.       Но недавно что-то изменилось. В ее взгляде и прикосновениях, в ее голосе, он стал таким робким и таким тихим…я понял.       Она как я. Что-то почувствовала. И это было страшно. Я ведь обещал быть хорошим другом. — Поехали?       Никки кивнула. Я протянул ей черный шлем, касаясь нежной руки и почувствовал тепло, исходящее от нее.       Нам нужно было обсудить, нужно было поговорить о том, что происходило.       Мы мчались по трассе, Никки прижималась, обвивая руками мое тело. Она была так близка. Как всегда я старался быть аккуратным на дороге, сбавляя скорость на резких поворотах.       В последнее время я слишком много думал о Никки. Но ничего не мог с этим поделать.       Следующие мгновения были словно во сне.       Ослепляющий свет от машины.       Всё происходит настолько быстро, что сознание не успевает обработать происходящее. Возникает ощущение нереальности, будто это происходит не с нами.       Внезапная потеря контроля, звук скрежета, ощущение падения — всё это вызывает мощный выброс адреналина. Сердце начинает бешено колотиться, дыхание перехватывает, мысли.       После удара приходит острая физическая боль в области бедра и рук.

Никки…

      Дрожащие руки снимают шлем, освобождая вид на темную неосвещенную часть дороги. Где-то вдалеке лежит байк, его повреждения при таком освещении не заметны.       Ищу глазами что-то поистине важное и…нахожу.       Никки лежит недалеко от меня, она постанывает от боли и пытается подняться, но руки слишком слабые и возможно поврежденные. — Никки! — вырывается из меня крик.       Девушка поворачивает голову, она снимает шлем и испуганно смотрит в мою сторону.       Я пробую встать, боль пронзает правую ногу, как будто по колену с размаху ударили тяжёлым тупым предметом. Возникает ощущение, что кожа «горит», скорее всего, верхний слой кожи буквально стерся об дорогу. Каждое движение или попытка опереться на ногу вызывает прострел, от которого темнеет в глазах.       Соберись!       Качаясь, я стараюсь дойти до Никки. Расстояние становится меньше с каждым шагом, и я позволяю себе рухнуть рядом с ней.       Аккуратно беру ее лицо в свои руки и заглядываю в испуганные и заплаканные глаза.       Следующее, что я замечаю — кровь на ладонях, руках и ногах. Все в точности, как у меня.       Желание забрать ее боль заглушает во мне все.       Я целую холодные и соленые губы. Никки накрывает мои руки маленькими ладонями, ее касания почти невесомые, мягкие.       В груди разливается приятное тепло. Как же давно я этого ждал…       Дыхание Никки сбивается, я чувствую как дрожит ее тело. Прерываю поцелуй и утыкаюсь лбом об ее лоб. — Джастин… — шепчет она.       Я знаю. Знаю моя девочка. Прости меня. Прости, что из меня вышел отвратительный друг. Прости, что позволил причинить тебе боль. Прости, что подарил тебе первый поцелуй не так, как ты планировала.

Прости меня, Николь Шоу…