Черный Принц (The Black Prince)

– ♛♛♛ –

Кровь гуще воды

Но оба чувствуют одинаково, когда твои глаза закрыты

Джекейрис       Сегодня прибывают Старки, и Джейс никогда так не нервничал как в этот момент. Он часто задавался вопросом, какими они являются, и в детстве тайно мечтал отправиться в Винтерфелл и исследовать Стену. На Юге он окружен галантными рыцарями и красноречивыми людьми, которые распространяют слухи о тебе и говорят любезности в твоем присутствии, и он жаждал попасть в место, где люди могли бы просто говорить прямо. Север был полон закаленных воинов и магии Первых Людей, которая всегда его завораживала.       Он стоял рядом со своей семьей, нервно поправляя дублет и игнорируя удивленные взгляды Эйгона. Краем глаза он заметил, как Эйгон и Хелейна обменялись многозначительным взглядом, свидетельствующим об их близости, и слегка улыбнулся. Возможно, их натянутые отношения налаживались, и они пытались подружиться. В конце концов, Хелейна была соучастницей Джейса в попытке исправить и восстановить династию Таргариенов, прежде чем они сгорят дотла. Эйгон постепенно вливался в их семью и неуклонно становился любимым дядей Эйгона, Визериса и Джоффри.       Люк был гораздо более насторожен, и Джейс пристально смотрел на него, когда тот стоял рядом с Бейлой и Рейной. Он вдруг осознал, что с момента прибытия в Королевскую Гавань он не проводил много времени со своими сестрами и братьями. Он проводил все свое время либо на заседаниях Малого совета, либо пытаясь достучаться до Зеленых. Он задался вопросом, не обижаются ли они на него, но затем покачал головой и отогнал эту мысль, понимая, что такие размышления ему ни к чему.       Процессия остановилась, когда перед ними появилась сотня стражников из Винтерфелла, все верхом на лошадях. Это были высокие, злобные на вид, суровые бородатые мужчины. Джейс на мгновение замер, как завороженный. Только во время войны южане могли увидеть северян или пообщаться с ними. Ну, во время войны и редких королевских турниров и пиров. Высокий мужчина спешился с большого черного боевого коня. На его плече висел плащ с меховой подкладкой, скрепленный серебряной булавкой в виде головы лютоволка. Он был гораздо выше всех остальных, даже Отто Хайтауэра. Он был мускулист, как Джейс никогда раньше не видел. Он видел подтянутые мышцы, он видел массивные, выпуклые мышцы, но никогда не видел такого сочетания обоих типов. Казалось, что руки Крегана Старка были размером с голову его матери.       У Крегана были каштановые волосы, коротко стриженные и выбритые по бокам, а на макушке — более длинные. У него были темно-фиолетовые глаза, которые на первый взгляд казались серыми. По коже его рук тянулись темные чернила, поднимаясь к шее. «Лед», самый большой меч из валирийской стали в Вестеросе, был засунут в ножны у него на боку, и тогда взгляд Джейса опустился ниже. За ним, словно ангел смерти, следовал лютоволк, почти такой же огромный, как боевой конь Крегана. Его шерсть была черна как смоль, а глаза — неземного, почти светящегося фиолетового цвета. Джейс чуть не задрожал, когда волк устремил на них свой умный взгляд, словно оценивая, кто может представлять угрозу для Крегана, а кто — нет.       — Лорд Старк, — просто сказала Рейнира, первой придя в себя и обретя самообладание, и она склонила голову.       — Наследница престола, — ответил Креган, преклонив колено перед королевской семьей, пока ему не велели подняться.       — Где ваша мать, лорд Старк? — спросил Деймон, переходя сразу к делу. Креган на мгновение иронично ухмыльнулся.       — Она хотела эффектный выход, мой принц. — просто сказал Креган, бросив взгляд на лес. Все последовали за ним, и из леса вышли Визерра Таргариен Старк и та, кто, судя по всему, была ее дочерью, Элейна.       Визерра сидела на спине белоснежного жеребца, судя по всему, одетая в охотничью одежду, а Элейна — на спине серого лютоволка, который по размеру напоминал животное Крегана. Пасть лютоволка была окровавлена, и казалось, что между его огромными зубами застряли остатки мяса после охоты. Элейна спрыгнула со спины волка и помогла матери слезть. Визерра плавно подошла к ним, и возраст ничуть не затронул ее красоту. Не зря ее считали самой красивой из дочерей Джейхейриса и Алисанны.       — Племянники, — просто сказала она, холодно глядя на них ледяным взглядом. — Племянница.       — Тетя Визерра, — радушно сказала Рейнис. Визерис и Деймон повторили приветствие.       — Нам есть о чем поговорить, — строго сказала она, а затем посмотрела на булавку на одежде Отто. — Ты. Пошли слуг, пусть принесут вино и пирожные в зал Малого Совета. У меня и моей семьи есть что обсудить.       — Вы не можете мне приказывать… — начал рычать Отто, но холодный взгляд Визерры и умоляющий взгляд Визериса заставили его передумать.       — Иди, — просто сказала она, а затем отвернулась от него, словно он был неважен. Джейс с трудом сдержал смех.       — Я Джекейрис, — сказал Джейс, разряжая напряжение и представляясь. Он иронично кивнул в сторону лютоволков. — Они очень красивые.       — И устрашающие, — пробормотал Эйгон под нос. Креган громко рассмеялся.       — Ты ездишь на драконах, а лютоволков считаешь устрашающими? — спросил он своим глубоким, хриплым и столь северным голосом.       — У тебя тоже есть способность летать на драконах. Может, в ближайшие дни устроим твой первый полет? — улыбнулся Джейс в ответ. Креган посмотрел на него на мгновение, прежде чем склонить голову.       — Должен признать, из всех драконов я всегда отдавал предпочтение Кровавому Змею, — просто сказал Креган, и Деймон ухмыльнулся.       — Вижу, Караксес и я известны даже на Севере, — высокомерно сказал Деймон, заставив Визерру фыркнуть, а Крегана хмыкнуть в ответ на это.       — Принц Деймон, мать всегда рассказывала мне истории о своем брате Эймоне и Кровавом Змее. Боюсь, это не имеет к вам никакого отношения. — Его тон был вежливым, а взгляд — невинным, но озорство в его глазах подсказал Джейсу, что это было совсем не так. Рейнис от души рассмеялась.       — Рассказываешь истории об Эймоне и Бейлоне, да, тетя Визерра? — спросила Рейнис, и Визерра фыркнула.       — Они были моими братьями, конечно, я рассказывала своим детям сказки на ночь о них, — просто ответила она.       На мгновение воцарилась тишина, в воздухе витала ощутимая неловкость, и Джейс воспользовался моментом, чтобы оглядеть семью Старков. Они производили поистине устрашающее впечатление. Каждый из них был высоким и исключительно красивым. Но не в экзотическом смысле, как Таргариены с их ангельскими чертами лица, странными белыми волосами и фиолетовыми глазами. Их красота кричала об опасности. Если Таргариены были огнем, вспыльчивыми и импульсивными, то Старки — льдом. Они были терпеливы, холодны и смертоносны. Их черные как смоль волосы переливались разными оттенками на солнце, их бледная кожа была гладкой, как фарфор, и покрыта черными татуировками на руках. Волосы Элейны ниспадали свободными волнами до пояса, а у Крегана были коротко подстрижены. Креган был одет в одежду из валяной кожи и обычную белую тунику, а Элейна — в охотничью одежду в цветах Дома Старков. У них были только характерные для валирийцев пурпурные глаза, а также нос и скулы матери. Джейс был погружен в свои наблюдения, он не знал, что Креган Старк пристально смотрит на него, оценивающе прощупывая его взглядом.       — Мой принц, — грубо сказал Креган с сильным северным акцентом. — Мы сейчас направляемся в зал Малого совета.       Джейс прочистил горло.       — Зовите меня Джейс, лорд Старк.       — Хорошо, — сказал Креган, оглядывая его с ног до головы так, что Джейс вдруг почувствовал себя не в своей тарелке рядом с ним. Он с трудом сдержал желание заерзать. — Джейс. Зовите меня Креган.       Джейс улыбнулся. Они вошли в зал Малого совета.       — Вы можете идти, — просто сказала Визерра Отто и Алисенте. — Это дело Таргариенов.       — И с чего вы взяли, что у вас есть право приказывать Деснице Короля и Королеве Семи Королевств покинуть зал? — Отто презрительно ухмыльнулся Визерре, которая оставалась хладнокровной и собранной. Ее лицо не изменилось ни на секунду. Оно было бесстрастным, словно высеченным из чистого мрамора.       — Возможно, у меня нет…полномочий, как вы так красноречиво выразились, чтобы приказать вам и королеве покинуть комнату, — согласилась она, склонив голову. — Но у меня есть право попросить тех, кто не является моей кровью, уйти. Это дело Таргариенов. — Ее голос был тверд, как камень, когда она говорила, а глаза ее непоколебимо смотрели в глаза Отто. Джейс заметил, что Алисента смотрит на своего мужа, словно пытаясь сказать ему, что он не может позволить члену своей собственной семьи так неуважительно обращаться с его женой, но Джейсу показалось, что Визерис будет добровольно оставаться в неведении столько, сколько ему удастся.       — Вы, андалы, просто не понимаете, как мы решаем дела, — просто сказала Рейнира, теперь устремив взгляд на Алисенту. — У нас, Таргариенов, в конце концов, есть свои странные обычаи.       — Отто, это касается семьи, — просто сказал Визерис, не отрывая глаз от своей тети.       — Моя дочь — ваша семья, — прорычал Отто, сжав челюсти. Визерис на мгновение извиняющимся взглядом посмотрел на свою жену.       — Кровная семья. Эймонд, Эйгон и Хелейна остаются, — просто ответил король, и поэтому Отто и Алисенте не оставалось ничего другого, как уйти. Визерра смотрела им вслед, пока они выходили, и не произнесла ни слова, пока их шаги не затихли и двери зала не закрылись. Она критически оглядела всех присутствующих.       — Если бы я знала, что мое отсутствие приведет эту семью к раздорам и междоусобной войне, — язвительно пробормотала она, — я бы всех вас повесила на стропилах.       — Тетя Визерра… — Рейнис открыла рот, чтобы вставить слово, но Визерра покачала головой.       — Я не хочу слышать ничего об этом, лекианна. — Визерра подняла руку. — Ты озлоблена на старого идиота, да упокоится он в Семи Адах, за то, что он обошел тебя в качестве наследника в пользу моего брата Бейлона, а затем еще раз во время Великого Совета. Я понимаю, — покачала она головой. — Но что сделано, то сделано. Прошлое ушло, а ты отдалилась от единственных людей, оставшихся с твоего детства.       — Но я… — снова начала она.       — Я еще не закончила, — резко сказала Визерра, и Рейнис вздохнула. — Все эти интриги, о которых я слышу, — презрительно сказала она, покачав головой. — Знаешь, к нам на Север доходят южные сплетни. Продать свою дочь в таком возрасте, чтобы выдать ее замуж за своего двоюродного брата? Интересно, чья это была идея, — презрительно усмехнулась она, и в ее словах явно проскальзывало скрытое оскорбление в адрес Корлиса. Джейс, Люк, Бейла, Рейна, Эйгон, Хелейна и Эймонд наблюдали за происходящим, по-разному реагируя — от шока до благоговейного молчания. Джейс заметил, что Креган просто смотрел на семью, сидящую за столом, с безразличным выражением лица, в то время как Элейна ухмылялась, словно ее слова подтвердились. Рейнира и Деймон смотрели вниз на стол, словно пытаясь сдержать смех — Хорошо, подумал Джейс. Следующими она займется ими — а Рейнис выглядела так, будто проглотила лимон. — Все эти интриги ради проклятого трона. — Она презрительно ухмыльнулась в сторону Рейнис, затем повернулась к Визерису. — А ты, — сказала она язвительно. — Гребаная Алисента Хайтауэр?       Эймонд, Эйгон и Хелейна нахмурились. Особенно Эймонд, который яростно посмотрел на Визерису. Джейс пнул Эймонда под столом, и тот бросил на него гневный взгляд. Джейс кивнул в сторону Крегана, который теперь прищурился, глядя на одноглазого принца за то, как тот смотрел на свою мать. Джейс задался вопросом, где Креган раздобыл тот кинжал, который он теперь опасно теребил пальцами, не отрывая взгляда от Эймонда, который к тому времени уже придал своему лицу приветливое выражение.       — Визерра, это просто… — попытался объясниться Визерис.       — Я не хочу это слышать, — перебила его Визерра. — Это почти объявление войны на свадьбе Рейниры, — презрительно сказала она. — А ты ничего не сделал!       — Ты тоже ничего не сделала, — услышал принц, ответ своего отчима, он встретил взгляд Визерры. — Все эти разговоры о наших ошибках и о том, что мы сделали не так. Если ты так много знала и была так возмущена нашим поведением, почему ты не выползла из той норы, в которую сама зарылась? Почему ты не пришла раньше? — Температура в комнате резко понизилась. Визерра смотрела на Деймона с такой яростью, что Джейс почувствовал, как она прожигает его собственное тело, словно его нервы и вены были в огне.       — Возможно, моя мать не захотела приезжать сюда из-за того, как вы все обращались с ней, — язвительно заметил Креган. Деймон встретил его взгляд, и Креган немигающе уставился на него. Волк не собирался поддаваться давлению дракона. Ни сейчас, ни когда-либо в будущем.       — Мы ничего ей не сделали, — презрительно ответил Деймон. — Не говори о том, чего не понимаешь, волчонок. — Он откинулся на спинку кресла, а Креган наклонился вперед в своем кресле. Джейс не знал многого, но он знал, что язык тела Крегана — хотя на первый взгляд он казался вялым и беззаботным — был агрессивным. Так, как может выглядеть волк за мгновение до того, как он набросится на тебя и разорвет тебе горло зубами.       — Тщеславная Визерра Таргариен. Пустая, эгоистичная, жаждущая только трона, настолько, что готова была соблазнить своего брата после смерти его жены, чтобы его заполучить, — презрительно усмехнулся Креган. — История не благосклонна к женщинам, а дом Таргариенов, похоже, — тем более.       — Ни один из вас не протянул мне руку помощи после моего фактического изгнания на Север, чтобы выйти замуж за того толстого обжорливого лорда Мандерли. Почему я должна была быть той, кто вернется сюда? — презрительно усмехнулась Визерра. — Почему я должна была исправлять тот ад и беспорядок, который вы все устроили в этой семье? Посмотрите на них! — она указала на сыновей и дочь Визериса. Эймонд выглядел оскорбленным.       — Простите? — прорычал он. — Кто, черт возьми, ты такая…       Джейс вздохнул, сжимая переносицу. Креган ударил кулаком по столу, направив нож в сторону Эймонда.       — Будь осторожен в своих высказываниях о моей матери, принц Эймонд, — тихо сказал он.       — Не направляй нож на моего брата, — холодно возразила Рейнира. — Мы все здесь взрослые люди.       Джейс заметил, что выражение лица Эймонда изменилось с гнева на легкое потрясение, когда его взгляд переместился на Рейниру, которая пристально смотрела на Крегана.       — Как насчет того, чтобы мы все успокоились? — предложил Джейс. — Давайте не будем делать вид, что леди Старк не сказала правду.       — Твои дети одеваются в зеленое Хайтауэров, — резко сказала она. Затем перешла на их родной язык. — Они вообще знают высокий валирийский?       — Я свободно владею высоким валирийским, — прорычал Эймонд, а Визерра усмехнулась.       — Ты говоришь как мейстер. Не как настоящий Таргариен. Ты говоришь не так, как будто это твой родной язык, а просто как язык, который ты выучил. — Она повернулась к Рейнире: — А ты, — вздохнула она с разочарованием. — Я возлагала на тебя самые большие надежды. На тебя, женщину, которую назвали наследницей Железного Трона. На тебя, у которой все фигуры на доске кивасса были выстроены против тебя, и вместо того, чтобы укрепить свои позиции, ты сбежала на Драконий Камень.       Рейнира сжала челюсти и опустила взгляд, а затем, подняв глаза из-под ресниц, устремила на старшую женщину бурный взгляд.       — Если ты закончила перечислять наши недостатки и проступки и вести себя так, будто у тебя самой их нет, великая тетя Визерра, может, мы перейдем к другому? Мы же семья.       — Это так, — сказала Визерра, вновь обретя самообладание. — И именно поэтому я здесь. Эта семья находится на грани гибели, и если мы не объединимся, драконы погибнут, а Дом Таргариенов падет.       — Что вы имеете в виду? — вздохнул Эйгон, качая головой.       — Я уверена, что вы все знаете, что жена Крегана, Арра Норри, умерла при родах, родив его сына Рикона, — просто сказала она, и Джейс посмотрел на Крегана, но его лицо оставалось каменным.       — Да, — мягко сказала Рейнира. — Мне очень жаль.       — Ты казнила своего мейстера, — холодно произнес Эймонд. — Об этом говорили во всем Просторе, Старомест буквально кипел от гнева.       — Ты, конечно, знаешь все о Староместе, — язвительно сказала Элейна Старк, глядя на его зеленую одежду Хайтауэров, как будто она лично ее оскорбляла. — Не так ли? — Эймонд мудро проигнорировал ее колкость.       — Мейстер, — прорычал Креган, — вскрыл ей живот. Точно так же, как погибла ваша первая жена, Эймма.       Визерис и Рейнира напряглись.       — Ты позволил это? — тихо спросила она. Джейс знал, что смерть Эйммы — это рана, которая никогда по-настоящему не заживет для его матери, и он сочувствовал ей. Так же, как он теперь сочувствовал Крегану, потерявшему жену таким же образом.       — Мне даже не сказали, что у нее начались схватки, — грубо ответил Креган.       — Что? — Деймон раскрыл рот от шока. — Как тебе не сказали?       — Я отправился на охоту в тот день, — сказал Креган, его взгляд был устремлен вдаль, словно он находился где-то в другом месте. — Обычно они должны были послать стражника из Винтерфелла, чтобы передать сообщение; я был недалеко. Но мейстер никого не послал, и через пять часов после начала родов, когда они поняли, что ребенок повернулся не так, мейстер разрезал ей живот и убил ее.       — Кто дал на это разрешение? — спросил Джейс, не понимая всей серьезности ситуации.       — Никто, — холодно прорычала Элейна. — Он даже не сказал ни мне, ни моей матери, ни нашему брату Бейлону, что ребенок повернулся не так. Он зарезал Арру.       — Итак, — дрожащим голосом выдохнула Визерра, — как только мы поняли, что Крегану не сообщили, мы послали к нему гонца. Креган вернулся и собственноручно обезглавил эту серую крысу.       — Северное правосудие, — прошептал Люк. — Я слышал о нем.       — Тот, кто выносит приговор, должен и взмахнуть мечом, — торжественно произнес Креган, словно повторяя слова, которым тысячи лет. Возможно, так и было.       — Что было дальше? — неожиданно спросил Джейс.       — Мы послали за другим мейстером, северянином, который сказал, что его изгнали из Цитадели за поклонение «ложным богам», — презрительно заметил Креган. Это имело смысл: несмотря на недоверие, они не могли долго обходиться без квалифицированного мейстера. — Именно тогда мы провели свои исследования. Множество женщины из рода Таргариенов умирали при родах. Бейлон, мой собственный брат, умер от разрыва живота. Свидетелем был только мейстер, — просто сказала она. — Как так получилось, что у нас, женщин из рода Таргариенов, такие проблемы с родами?       — На что ты намекаешь, Визерра? — тихо спросила Рейнис.       — То, о чем здесь говорится, не должно выйти за пределы этой комнаты, — ответила она. Ее взгляд пристально устремился на Эймонда, Эйгона и Хелейну. — Я узнаю, кто об этом расскажет. — Они заерзали на своих местах, но Эймонд вызывающе посмотрел на нее, выпятив подбородок. Она кивнула. — Мейстеры постепенно убивают нас, в этом я уверена. Не подпускайте их к своим драконам, не подпускайте никого к драконам, кроме вас самих и хранителей. Для родов приглашайте акушерок, не связанных с Цитаделью и Староместом.       — Это нелепо… — начал Эймонд, но Визерра покачала головой.       — Ни один дракон не достиг размеров Вхагар и Балериона, почему? — спросила она. — Почему они не растут так, как раньше? Сколько членов нашей семьи умерло при родах? Или при других загадочных обстоятельствах, находясь в присутствии мейстера?       — Но Рейнира в порядке, она родила много здоровых детей, — возразил Визерис.       — Мейстер Герардис заслуживает доверия, — тихо сказала Рейнира. — Но это не значит, что все они такие.       — Не говоря уже о том, что у матери есть свои проверенные повитухи, — произнес Джейс. — Мейстер не особо вмешивается, как только у матери начинаются схватки.       — Это поэтому ты пришла сюда? — спросила Рейнис. — Чтобы предупредить нас?       — Чтобы объединить нас, — тихо сказала она. — На нас надвигаются враги. Если мы не будем держаться вместе, мы падем.       Эймонд сжал переносицу и оглядел комнату. Джейс знал, что ему здесь никто не нравится. На самом деле он презирал большинство людей в этой комнате, за исключением Хелейны, но он гордился своим валирийским происхождением, даже если и не был о нем так хорошо осведомлен, как ему казалось. Он гордился своим драконом, своими силами и своим статусом. Он не позволил бы никому угрожать этому, даже если бы ему пришлось работать с теми, кто, как он считал, его пренебрегал. Джейс заметил, что его взгляд задержался на Люке, который упорно смотрел на всех, кроме Эймонда. Джейс уставился на него, и Эймонд повернул взгляд в его сторону. Для всех остальных за столом это выглядело как их безмолвный разговор. Но они знали, что это был за момент, промелькнувший между ними. Не прощение, далеко не то. Вражда длилась слишком долго, чтобы исчезнуть в одно мгновение. Но это было временное перемирие, пока они не разгадают то, что было всего лишь неопределенным заговором, но тем не менее заслуживающим расследования. Эймонд открыл рот и посмотрел прямо на Рейниру, а не на своего отца.       — Нам нужно будет забрать Дейрона из Староместа, — просто сказал он. Рейнира улыбнулась холодной улыбкой, которую Джейс никогда раньше не видел на лице своей матери.       — Что ж, тогда валонкар, — сказала она Эймонду. — Не удостоим ли мы Старомест честью нашего присутствия на Вхагар и Сиракс?       — Удостоим, — просто ответил он.       — Я бы лучше сжег Старомест дотла, — добавил Джейс, высказав свои мысли по этому поводу.       Креган ухмыльнулся.       — Только если ты позволишь мне иметь честь сопровождать тебя, — просто сказал он, а затем пожал плечами, отвечая на недоверчивые взгляды своей семьи. — Если, конечно, это когда-нибудь станет возможным.       Напряжение, казалось, покинуло комнату, и все впали в какой-то безумный, полный скорби хохот. В конце концов, никто и не утверждал, что Таргариены в здравом уме. Только могущественны. Джейс посмотрел на свою семью, сидящую за столом, включая новых членов с Севера, и поклялся себе, что позаботится о том, чтобы они остались могущественными.