Матура.exe

      Стелла никогда не боялась врагов. Стеллароны? Пф-ф. Легион Антиматерии? Скука. Но то, что предстало перед ней сейчас, заставило её верную биту слегка завибрировать, будто та хотела сбежать в подпространство.       Коридор болгарской гимназии пах мелом, старыми учебниками и безысходностью. Стены были обклеены плакатами: «Матура 2026 – твоят пропуск за бъдещето! , а над дверью в кабинет горела кроваво-красная надпись: Държавен финален изпит. Стелла практически слышала, как её Эйдолоны и световые конусы хором закричали: «Беги, дура!»       — Пом-Пом, — прошептала она в пустоту, — почему я в болгарской школе? Разве Звёздный экспресс совершил экстренный прыжок в систему среднего образования?       Вместо утешительного бормотания проводника в её голове раздался беспощадный голос из динамика:       — Внимание! Абитуриенты! Матурата по БЕЛ започва след пет минути. Моля, заемете местата си според разпределението!       Стелла вздрогнула. Нет, это определённо не Звёздный экспресс. Это, мать его, филиал ада в отдельно взятой системе координат. Она судорожно сжала биту, которая теперь больше напоминала ей костыль калеки, нежели грозное оружие. Вокруг неё, затапливая сознание гулом, текли потоки абитуриентов — бледных, с красными от недосыпа глазами и зажатыми в руках листами с надписью «Служебна бележка».       — Еба, — выдохнула Стелла, пробуя местное ругательство на вкус. Слово показалось ей на удивление подходящим. Именно это она и чувствовала, глядя на закрытые двери кабинетов.       Рядом с ней возникла девица с таким потерянным видом, будто её только что вырвали из гиперсна.       — Ти от А-87-ма ли си? — спросила незнакомка, нервно теребя прядку волос. — Тая матура... майка си е ебало.       Словно подтверждая её слова, неподалеку взорвался громким матом какой-то парень, судя по всему, внезапно осознавший, что забыл дома не только черную гелевую ручку, но и последние остатки самообладания.       — Кво? — Стелла не сразу поняла вопрос, обращенный к ней. — А, нет. Я... Я, кажется, вообще не отсюда.       Она попыталась вспомнить хоть что-то из болгарской грамматики, которую ей вколачивали... стоп, ей никогда не вколачивали болгарскую грамматику! Это знание просто появилось в её голове, словно вредоносный вирус после посещения сомнительного сайта в гиперсети. Воспоминания о сражениях с Легионом Антиматерии меркли перед перспективой написать эссе на тему «Образът на страдащия човек в литературата».       Нет, ну это пиздец, — пронеслось в голове у Стеллы. И, что самое ужасное, она не была уверена, на каком именно языке она это подумала.

***

      БЕЛ: Бездна Еретической Литературы       Двери распахнулись, и толпа понесла Стеллу в кабинет, словно щепку в бурном потоке. Её посадили за третью парту у окна, из которого открывался «живописный» вид на облупившуюся стену соседнего здания и старый кипарис. Прямо перед ней, на доске, мелом было выведено: ДЗИ по БЕЛ, 20 май 2026 г.       На парту, словно надгробная плита, лег экзаменационный пакет. Стелла, повинуясь всеобщему движению, вскрыла его. Внутри оказался тест, от вида которого у неё задергался левый глаз.       Первая часть, 22 вопроса. Ну, это ладно. Просто выбери правильный вариант из четырех. Справится даже космический енот, особенно если этот енот — она. Сложные думи, пъл и кратък член, преобразуване на пряка реч в непряка...       Она быстро защелкала ручкой, почти не задумываясь. Пока не дошла до вопроса № 14. «Коя от посочените двойки думи са пароними?» — прочитала она. Пароними? Стелла замерла. В её голове возникла картинка помеси броненосца с папоротником. Черт, я не знаю, что такое паронимы! С какого перепуга я должна это знать?!       — ...ть твою мать, — в сердцах прошептала она, с тоской вспоминая своих друзьях. Вот бы они сейчас тут оказались. Хотя нет, Зеле бы уже воодушевленно строчила эссе на пять листов, Броня бы взломала школьную базу данных, а Вельт... Вельт бы просто нарисовал комикс про безысходность бытия болгарского школьника.       Вторая часть, 16 вопросов со свободным ответом, стала настоящим испытанием. Нужно было вставить пропущенные буквы, расставить запятые, а потом еще и написать «кратък аргументативен текст» на тему важности чтения в эпоху интернета. — Ааааа! Сега вече ми се еба майката! — тихо, но с чувством прорычал кто-то с задней парты, очевидно, тоже добравшись до этой части.       Стелла была полностью с ним солидарна. Помучившись с аргументацией, она наконец добралась до раздела III. Ей надо было написать есе по проблем, заложен върху откъс от «Железният светилник» на Димитър Талев.       Железный светильник? Я не знаю, что это такое! — безмолвно кричала Стелла, тупо глядя в приведенный отрывок. Ну, Талев так Талев. И она, как могла, принялась выдавать на-гора все, что её «вирусные знания» могли предложить по этой теме. Получалось, прямо скажем, так себе.

***

      Математика: Цифровая Кальпа       Следующий день не принес облегчения. Стелла смотрела на лист с заданиями по математике, на котором плясали зловещие интегралы и логарифмы. Экзамен длился четыре часа. 180 минут ада. Вокруг нее сосредоточенно черкали и грызли ручки.       Её же мозг, привыкший к расчетам гиперпрыжков, наотрез отказывался понимать, зачем ей, покорительнице звезд, находить область определения функции с корнем в знаменателе. Это было сродни попытке объяснить Пом-Пом, что такое налоговая декларация.       — Курва! — в сердцах выплюнула Стелла, глядя на очередное уравнение.       Сидевшая рядом девушка, слегка позеленев, меланхолично кивнула, соглашаясь с её экспрессивной оценкой происходящего.       С геометрией дела обстояли не лучше. Стелла до последнего надеялась, что задача про «правилна триъгълна пирамида» окажется какой-то хитрой метафорой из области квантовой физики, но нет. Это была просто пирамида.

***

      История: Хроники Невыученного Прошлого       Третий день настал, и это была Матура по История и цивилизация. Стелла сидела, тупо глядя на карту Болгарии времен Второго болгарского царства, и пыталась понять, почему судьба так жестока.       — Съединението на България от 1885 г. и ролята на Захарий Стоянов. — прочитала она вслух, и каждое слово отдавалось в её голове погребальным звоном. Её «вредоносные» знания по болгарской истории были столь же полезны, сколь и зонтик во время метеоритного дождя.       Она нервно нарисовала на полях смайлик, очень похожий на разгневанного Блэйд.       — Мама ти д'еба... — устало и уже почти беззлобно прошептала Стелла, поняв, что от неё ожидают развернутого ответа про аграрную реформу 1946 года. Она кое-как накарябала пару абзацев про «национализацию» и «коллективизацию», используя тот же бессвязный поток сознания, что и на эссе по Талеву.

***

      Когда три дня экзаменационной пытки закончились, Стелла почувствовала себя так, словно её сначала переехал Звездный экспресс, потом Железный Светильник, а сверху ещё и добили многотомным собранием сочинений болгарских классиков.       Она стояла в том же коридоре, пропахшем мелом и безысходностью, глядя на плакат «Матура 2026 – твоят пропуск за бъдещето!» и тихо ненавидя все человечество.       Из кармана её форменного пиджака, который чудесным образом заменил её привычную броню, вдруг раздалось приглушенное бормотание.       — Стелла? Стелла, прием! Ты где?! Навигатор показывает, что ты в какой-то аномальной зоне с экстремально высоким уровнем... эм... образовательного стресса!       — Пом-Пом, — простонала Стелла, прижимая телефон к уху, — забери меня отсюда. Здесь... здесь была Матура.       — О, звезды! Это серьезно! — в голосе проводника послышался неподдельный ужас. — Держись, мы совершаем экстренный гиперпрыжок! И... Стелла?       — А?       — Ты как, сдала?       Стелла подняла голову, глядя на табло, где начали появляться результаты. Цифры бежали по экрану, сливаясь в одну сплошную полосу. Где-то там, среди сотен чужих фамилий, должна была быть и её, а напротив неё — безжалостные баллы из ста. Максимум сто, а проходной — всего тридцать. Всего каких-то жалких тридцать баллов, чтобы выбраться из этого ада. Но для неё, кажется, и это было недостижимо.       Она устало усмехнулась в трубку, чувствуя, как мир начинает расплываться перед глазами в свете приближающегося гиперпрыжка.       — Знаешь, Пом-Пом... И си еба майката.       Это был единственный ответ, который у неё остался.