Драма вампира 2

На следующий день, ранним утром, образовался туман что окутывал улицы а так же моросил дождь, его капли стучали по асфальту, создавая мрачную симфонию, когда Ниц с Банши и отрядом из пяти вампиров прибыли к огромному поместью. Они остановились у входа, где массивные деревянные двери с искусной резьбой выглядели неестественно зловеще под смутным светом. - Будьте на стороже, возможно противник ещё здесь — Проговорил Ниц, подходя к дверям, он взглянул на Банши что стоял возле него и спросил: - Ты точно уверен, что тут был "Алая нить" ? Но только успев договорить, Банши с ухмылкой до ушей, тут же толкнул дверь, она с глухим скрипом отворилась. Они прошли чуть вперёд, в помещениях царила полная тишина, прерываемая лишь каплями дождя, падающими с крыши. Однако то, что они увидели дальше, заставило их замереть. - Да, это определённо он! — Воскликнул Банши, потирая руки. В зале было разбросано множество тел, словно они были брошены здесь неосмотрительно, как куклы после игры. Каждый из них был изуродован: торс, руки и ноги были разорванные в клочья, а вокруг валялись ошмётки одежды и мяса. Ужас находился в жутких деталях — конечности были изогнуты под неестественными углами, а на полах заливал поток уже загустевшей крови, напоминающий реки, уносящие свои воды в неведомое. Ниц почувствовал, как горло сужается от отвращения, но он стремился сохранить хладнокровие. Это было не время для проявление слабины. В отличие от остальных вампиров, охваченных ужасом, его лицо оставалось спокойным. Один щуплый мужчина из отряда, смотря на эту мясорубку и чувствуя стойкий запах, выбежал на улицу извергая из себя недавно переваренную пищу. В это время Банши, полный непонятного веселья в лице, словно встал против всей атмосферной тяжести, излучая легкость даже в этот кошмар. Его смех эхом раздавался по пустым залам, что только добавляло контраст между ужасом и неуместной радостью. Это поведение вызывало недоумение у остальных вампиров, которые пытались привести свои эмоции в порядок. - Переполняет смертью! Ах-ха-ха-ха! Все эти девять часов в пути были не напрасны! — Он кружился на месте, разведя руки в стороны. Ниц пытался перешагивать останки, осматривая следы порезов и бойни, не обращая на парня никого внимания. Когда мысленно всё обдумал, он взглянул на вампиров из отряда что шли за ним: - Вряд-ли, он ещё тут, так что разойдитесь и начинайте опознавать трупы, если не сможете кого-то опознать зовите Банши или же просто ставьте прочерк, но всё же, не расслабляйтесь. - Есть! — Воскликнули они одновременно и разошлись по разным частям здания. Оставив Ница и Банши в зале где и было больше всего тел. - Что скажешь? Кто-то из трупов поведал тебе о деле? Банши резко прекратил крутится на месте, разглядывая трупы. "Даже слишком". Заявил он приближаясь в припрыжку к мужчине. - Он появился неожиданно. Устроил спектакль и... БАМ! БАЦ! ХРЯСЬ! А-А-А НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ! БОЖЕ СПАСИ, НЕ-Е-ЕТ! СКИДЫЩ! — Драматично вопил паренёк, кривя рожицы. Ниц же наблюдая за ним, с каменным лицом, пытался сложить пазл в голове. - Что-то ещё? - Хм....хм, хм, хм... — Банши начал ходить по трупам, задумчиво тря рукой свой подбородок, пытаясь расслышать среди криков духов, что-то полезное. И тут его интерес зацепился за тело девочки, что аккуратно лежало в целости и сохранности, со сложенными руками на груди. - Вот оно! Вот оно! Он перескакивая с ноги на ногу, радостно сел на корточки рядом с телом и положил свою ладонь на её макушку головы. Медленно пробираясь сквозь тела, мужчина встал позади него и скрестил руки, наблюдая за этим сумасшедшим, ожидая что он снова будет нести околесицу, иногда посматривая на тело девочки, словно жалея её. С губ паренька, вырывается тихое хихиканье. "Он был не один". Он становится прямо и разворачивается лицом к мужчине. - Не один? Значит и на этот раз он был с помощниками... Это был тот кто помог "Алой нити" сбежать с территории академии? - Точно не знаю, однако... Это была женщина. - Женщина? Капитан упоминала что у него была сестра... занятно. Заметив очередную улыбку до ушей и покачивания из стороны в сторону, мужчина вздохнул и сказал: - Говори, я же вижу что ты, нашёл что-то ценное. - Я увидел её лицо. Лицо той женщины, ох... оно было полно печали и надежды что спасёт эту девочку! — Он начал обнимать самого себя, словно эта ситуация его заводила. Не смотря на поведение паренька, Ниц был в приподнятом настроении, ведь наконец-то, они нашли подсказку. Ведь зная внешность помощницы "Алой нити" они вскоре выйдут и на него самого, используя её как приманку. - Отлично, тогда осталось тут прибраться и разузнать личности жертв. Я оставлю наших здесь а мы с тобой скорее вернёмся и доложим капитану. Ты в подробностях опишешь внешность той женщины, и мы нарисовав её автопортрет... Пока Ниц пытался донести казалось бы важные слова до паренька, тот уже сидел на полу и игрался, держа в своих руках, чужие головы. - А ну положи это! — Быстрым шагом мужчина подошёл к нему и отобрал головы, словно игрушку у ребёнка. Пока он клал их обратно, Банши уже нашёл себе новую "игрушку" в качестве чей-то руки. "Вот же..." Хмуро пробормотал про себя мужчина, он уже не мог терпеть этого поведения. Пока паренёк был отвлечён рукой, мужчина подошёл к нему сзади и ловким ударом ребром ладони в боковую часть шеи, вырубил паренька. - Боже правый, наконец-то тишина...  Двенадцать часов спустя. В комнате, наполненной тусклым светом, Ниц и Банши осторожно переступили порог кабинета Лизы. Громоздкий письменный стол был завален отчетами и разными документами. Лиза, с серьезным выражением лица, возвела взгляд от своих бумаг и вопросительно посмотрела на вошедших. Ниц принялся методично и подробно докладывать обо всем случившемся. Его уверенный голос разнесся по комнате, затопляя пространство конкретикой и фактами. Банши, стоящий рядом, периодически вставлял свой неуместный бред, на что девушка не обращала внимания. Закончив, они пригласили вампира, обладающего уникальным талантом создавать рисунки по описанию. Банши, затаив обиду на Ница, словно ребёнок, начал давать неправильное описание из-за чего рисунки были сюрреалистичными. И каждый раз, приходилось начинать заново. Решая больше не слушать его, Лиза грозно ударила кулаком по своему столу, от чего Ниц и художник слегка подпрыгнули на месте. Она дала понять чтобы паренёк прекращал этот цирк. Закатив глаза, Банши всё же решает послушаться её, начав увлеченно описывать женщину, которую увидел в воспоминаниях девочки. Он говорил о чертах ее лица, глазах, волосах и одежде, не упуская ни одной детали. Вампир ловко водил карандашом по листу бумаги, быстро и точно воплощая услышанное в изображение. Постепенно на бумаге возник портрет женщины — ее загадочный облик словно ожил, выходя за границы простого изображения. Когда рисунок был завершен, Лиза взглянула на него и в первую секунду застыла. Затем внезапно ее лицо изменилось, выражая смеси узнавания и потрясения. Она без колебаний выхватила листок из рук вампира и крепко сжала его, словно удерживая что-то очень важное и личное. - Вы были правы, Ниц. Я узнаю её, это его сестра... — Она Снова начла рассматривать рисунок, проводя по нему кончиками пальцев, на её лице начала проскакивать грусть. «Я думала она умерла тогда... Такая взрослая, красивая...». Ниц заметил еле уловимую улыбку на её лице, девушка конечно рассказывала о своём прошлом, но он не думал что она до сих пор с теплотой вспоминает о тех днях. Вампир что нарисовал автопортрет, решил им не мешать и ушёл, оставив их. - Мне убить её и посмотреть воспоминания? — Спросил Банши качаясь на стуле в углу кабинета. Девушка покачала головой в стороны, не желая видеть как бывшего члена её семьи убивает поехавший. Она села обратно за свой стол, и выровняв спину посмотрела на мужчину. - Ниц, будьте добры, покажите этот рисунок всем солдатам и прикажите найти её, а также принести живой... желательно целой.. - Вас понял, мне рассказать об этом прессе, чтобы и обычный народ нам помог? - Не нужно, ведь увидя себя в газетах и на плакатах, она со своим братом могут просто-напросто сбежать или же как-то скрыть свою личность, как делали до этого. Лучше держать народ в неведенье, пусть в газетах напишут про очередную бойню что в одиночку устроил "Алая нить" хотя этот случай, всё равно наведёт много шуму. - Понятно, я доложу солдатам. Что-то ещё? Лиза перекинула свой взгляд на Банши что легкомысленно качался на стуле, пропуская мимо ушей их диалог. Тяжело вздохнув она проговорила: - Знаю, это не легко, но пожалуйста, попробуйте направить его в нужное русло. Хоть я его ненавижу, но признаю способности которыми он обладает. В этом деле его навыки очень помогут... точнее уже помогли. Мужчина усмехнулся: — Ну, я постараюсь, если только я не убью его, защищаясь от его резких психов. - Надеюсь на это... — Устало ответила девушка.  На следующий день. Солнце ярко светило в небе, рассекая остатки дождевых облаков, которые только что укрывали город. Утро было свежим и чистым, воздух наполнялся ароматом мокрой земли и зелени. Джерт и Рэн медленно шли к школе держа по сигарете, которые они с неким удовольствием закурили, восстанавливая привычный ритуал перед началом учебного дня. Они обменивались глупыми историями переходящими в философский разговор. Войдя в класс, они сразу почувствовали напряженность в воздухе. Класс был заполнен шёпотом и переживанием. Ученики обсуждали последние события, которые потрясли академию. Резня, произошедшая на днях, оставила глубокий след в сердцах вампиров и обсуждалась во всех местных газетах. Заголовки красочно описывали ужасы происшествий, а чёрно белые снимки с места преступления и вовсе вызывали мурашки по всему телу. Джерт и Рэн недовольно переглянулись, когда разговоры о трагедии затопили класс. - Ты что-то об этом знаешь? — В шутку спросил Джерт, будто Рэн причастен к этому. - Бл*ть а чё я то сразу? - Ну учитывая твои связи, я бы не удивился - Может тогда сдашь меня куда надо, умник? - А что, давно пора — Джерт подмигнул и с ухмылкой уселся за своё место. Рэн фыркнул в его сторону и так же уселся на своё место, внезапно он ощутил волну напряжения, пронзившую его раздумья. Он вспомнил о встрече с Константином, о которой они договаривались. Он знал кто устроил резню, ведь всё это уже происходило в новелле. Встреча должна была состояться уже через месяц, и Рэн понимал, что ему нужно быть к ней готовым. Константин был сложным человеком и, зная его по новелле, от него можно ожидать чего угодно. После трёх основных уроков, пришло время для дополнительных заданий, которые вел Йохан. Рэн чувствовал себя совершенно неудобно, зная, что ему снова придется терпеть своего «врага». Он сидел на своем месте, постукивая пальцем по столу в ожидании начала занятия. В его голове крутилось множество негативных мыслей о будущем и это не давало ему сосредоточится. В классе был найден момент, когда Рэн решил выпустить пару злых шуток, задав Йохану провокационные и глупые вопросы, надеясь таким образом подорвать его авторитет. Однако Йохан всегда оставался спокойным и уверенным, он мгновенно реагировал на провокации, задавая задачи, требующие глубокого понимания материала. Как правило, за его фразами скрывался умный и остроумный подход, который только больше бесил Рэна. С каждым новым заданием, которое Йохан предлагал классу, Рэн все больше начал запутываться. Он знал, что, если не начнет активно участвовать, это может привести к дополнительным проблемам. Мысленно он не раз ругал себя и Йохана, слово за словом "Сука! Грёбанный выпендрёжник! Я твою мать *бал! И надо было же мне вякнуть... правильно говорят, молчание — залог успеха" Уже вечером находясь в своей комнате, в тёплом свете лампы, Рэн сидел за своим рабочим столом, окружённый беспорядком, который часто сопровождал его творческий процесс. На столе разложены листы бумаги, некоторые из них исписаны каракулями и эскизами, другие – отмечены формулами и заметками. Рэн был одет только в лёгкие хлопковые штаны, которые облегали его фигуру. Несмотря на непринуждённый стиль, он был сосредоточен, его мозг работал на полную мощность. Лист бумаги перед ним был украшен линиями и углами, каждое уточнение и каждая деталь всегда вызывали в нём лёгкий перфекционизм. Он старательно визуализировал механизм, не забывая о конструкции и эргономике – важно было учесть, как оружие будет лежать в руках. Тишину вечера нарушал забавный шорох – это был Рурури, парень иногда бросал на него взгляд, его раздражение перетекало в легкую улыбку. Рурури то останавливался, с интересом уставившись на чертёж, а то снова начинал носиться по комнате, перепрыгивая с одного предмета на другой, словно искорка, не ведающая усталости. «Не мешай, шавка!» – отозвался Рэн, чуть вздохнув, когда собака вновь запрыгнула ему на стол, едва не сбив с бумаги карандаш. Самодовольное выражение на мордочке духа как будто говорило, что этот вечер был посвящён только ему, и он не собирался уступать Рэну ни одной минуты. - Ещё чего, ты сам призвал меня чтобы потренировать время моего прибытия. — Проворчал дух. - Да но, съ*би по хорошему, пока твои яйца на месте — Рэн помахал рукой, прогоняя его со стола. - И снова ты грубишь, как всегда! — Дух недовольно посмотрел на него, а потом заметил его чертежи. — М? Что это за странная вещь, похожая на оружие. Недовольство Рэна сменилась на гордость и хвастовство. - Недавно я научился создавать металл и придавать ему форму, хоть и с трудом... Однако, я собираюсь часто практиковаться и попробовать создать это, ведь я знаю каждую деталь и принцип работы. Дух заинтересовался впредь невиданным ему устройством, после чего поинтересовался есть ли у этого название. Коварная улыбка до ушей слегка напрягла духа, после чего Рэн ответил: - Пистолет «Беретта» Продолжение следует...