Не забывай меня, мой милый демон...

      — Какого дьявола! — выругался Кроули.       Он ринулся к окну, чтобы взглянуть на причину внезапно оборвавшейся связи. Но за окном заливало настолько сильно, что невозможно было разглядеть ничего, кроме мечущихся в панике силуэтов людей.       Он щелкнул пальцами, чтобы остановить этот дождь и разогнать темные тучи, но раздался звук чуда, и ничего не изменилось.       — Давай я попробую, — подоспел архангел.       Он вдохновленно взмахнул рукой, издавая похожий мелодичный звук, но по-прежнему устранить внезапно явившуюся бурю не выходило.       — Странно, — всерьез удивился Азирафаэль, переводя взгляд на демона.       Тот щурил глаза, вглядываясь в фигуры за окном. Он заметил, что на улице стало еще мрачнее: все гирлянды, вывески, фонарные столбы по одному выключились. Темнота достигла и книжного, и в один момент в нем также потух весь свет.       — Прекрасно, — саркастично заметил Кроули.       Он сложил руки на груди и развернулся в противоположную сторону от окна. Морщинка на его переносице свидетельствовала о том, что он о чем-то всерьез задумался.       — Кажется, начинается, — спокойно сообщил демон, не меняя своей позы.       Азирафаэль взмахнул пальцами, и в книжном вновь зажегся свет.       — Это просто непогода, — попытался успокоить его архангел, хотя, кажется, и сам сомневался в своих словах.       — Нет, — покачал головой Кроули. — Все из-за него. Сегодня гроза, завтра потоп, землетрясение, воскрешение мертвых, а затем БУМ...и конец всего сущего.       Демон весь встрепенулся от ярости, понимая, что шутки закончились, и пора бы уже всерьез что-то предпринимать.       — Так ведь по канону? — спросил он у архангела.       Азирафаэль сглотнул. Он надеялся, что все эти предзнаменования не наступят без вмешательства Иисуса. Но, похоже, ему ничего делать и не нужно было, само его присутствие на Земле запускает этот процесс автоматически.       Единственный способ остановить все эти ужасы — вернуть его на Небеса, причем по его собственному, непоколебимому желанию.       В этот напряженный момент у двери раздался звон колокольчиков. Похоже, что путники, наконец, вернулись с прогулки.       — Вот это ливень, — восторженно заговорил Иисус, рассматривая себя с ног до головы.       Мюриэль также улыбался, встряхиваясь и снимая с себя всю влагу при помощи чуда.       Когда они оба оказались внутри, дождь снаружи чуть замедлился, но не прекратился, и свет вновь вернулся на улицы Сохо.       — Нам нельзя выпускать его отсюда, — подметил Кроули, подходя к Иисусу.       Он оглядел его с ног до головы, применяя чудо, чтобы высушить его костюм.       — Спасибо, мистер Кроули, — поблагодарил парень. — Но что значит не выпускать?       Демон был настроен серьезно, ему уже не хотелось церемониться с этим парнем и что-то объяснять ему. На самом деле он хотел просто взять его, связать и запереть в комнате, чтобы он больше не высовывал оттуда свой нос. Но, к сожалению, проблему бы это никак не решило.       — Иисус, оставь нас наедине, пожалуйста, — вмешался Азирафаэль, замечая как накаляется обстановка рядом с демоном.       Иисус с подозрением взглянул на них двоих, однако не ослушался приказа.       Пока парень поднимался на второй этаж, Кроули не сводил взгляд Мюриэль, намекая, что ей бы тоже следовало удалиться.       — Наедине — это вдвоем, — добавил демон. — Без тебя!       — Я никуда не пойду, — возразил Мюриэль. — Вы оба замышляете что-то нехорошее!       Вот тут Кроули уже действительно не на шутку разозлился. Воздух в помещение стал плавиться, вокруг него можно было заметить легкие искорки, а его тело было готово вот-вот разразится молнией.       — Мюриэль, оставь нам, пожалуйста, — вежливо вмешался Аэрафаэль, выдувая прохладный воздух из легких, чтобы понизить градус вблизи демона.       Кроули немного вздрогнул, почувствовал щекочущий холодок на своей шее. Он удивился, но это помогло ему немного сбавить пыл.       — Нет, — твердо встал на своем ангел. — Вы меня не обманете в этот раз, я должен сообщить о вас высшим силам небес!       Он пытался говорить уверенно, но его выдавали сжатые кулачки и нелепое перешагивание с ноги на ногу. Мюриэль был преданным служителем небес, чистым и наивным ангелом. Однако именно он уже успел познакомиться с жизнью людей многим больше, чем все остальные, поэтому, вероятнее всего, он тоже не хотел конца света, пусть пока еще не совсем догадывался об этом.       — А что дальше? — уже спокойнее заговорил Кроули. — Взгляни на этих людей.       Кроули указал на окно.       — Неужели все эти люди заслужили смерть? Я чертов демон, но даже мне не плевать что с ними будет, — разразился он. — Неужели ты хуже меня?       Азирафаэль вздрогнул от проникновенным слов Кроули. Легкая улыбка невольно коснулась его губ. Он с нежностью посмотрел на своего демона, и любовь заполнила все его сердце.       Мюриэль растерялся. Он стоял и хлопал глазами, не зная что ответить мистеру Кроули.       — Но…все давно предрешено, мы не можем…       — Вообще-то как раз мы и может, — возразил архангел. — Мы, разумеется, не станем подвергать тебя опасности, это только наше дело, но, прошу, не выдавай нас.       Мэриэль отвел глаза в сторону, не разжимая кулачков.       — А как же Иисус? — обеспокоился ангел. — Что будет с ним?       — Я не дам его в обиду, — подмигнул демон. — Хватит с парнишки страданий.       Мирюэль совсем запутался. Он и правда успел познакомиться с миром людей совсем недавно, но уже успел проникнуться ему. Да, употреблять чай и прочие горячие напитки все еще не тянуло, но все эти книги, которые он читал и за которые он ухаживал, все они говорили о том, что люди — самые интересные существа, которых придумал бог. И вся их прелесть заключалась в том, что они прекрасны вместе со всеми своими грехами, пороками и «неидеальностью». И именно такой ангел, как Мэриэль, понимал, что губить их и правда не самая хорошая идея.       — Я же просто писарь 37 ранга, — решился он. — Меня, наверное, даже слушать никто не станет.       — Ох, спасибо тебе, — облегченно вздохнул Азирафаэль.       Кроули, кажется, тоже наконец пришел в себя, ощущая, что за эти полчаса в нем будто что-то переменилось. Ему думалось, что он влез в эту историю только потому, что ад назначил его главным, а также потому, что Земля казалась ему удобной для хорошей, безмятежной жизни. Но сегодня он почувствовал что-то больше, словно причину была не только в этом.       Его пугало это ощущение, но в то же время будто расставляла в его голове все по своим местам.       Он взглянул на архангела и ощутил в груди что-то теплое и приятное. Он еще был не готов полностью принять эту теплоту, но, кажется, больше не хотел от нее отказываться.       К сожалению, желание все вспомнить еще не пробудилось в нем, но он был как никогда близок к этому.