Сверхъестественное. И всё-таки она охотница.

«Когда придёт мой смертный час» Сирены скорой помощи разрывали ночь, будто напоминая, что время уходит. На обочине трассы оставалась искорёженная «Импала» — её блестящий кузов теперь был вмят и покрыт кровью. Внутри машин скорой помощи — охотники, каждый со своей болью и страхом. ⸻ Больница. Приёмное отделение. Двери распахиваются. Врачи и санитары встречают их, как буря. Каталка с Дином выкатывается первой. Его лицо бледно, губы посинели, дыхание едва уловимо. Один из врачей кричит: — Он уходит! Немедленно в операционную! Подключите кислород, готовьте дефибриллятор! Рядом с ним на другой каталке — Джейн. Лоб рассечён, кровь заливает лицо, руки дрожат. Она пытается подняться, но её мягко, но жёстко прижимает санитар: — Лежать! Не двигайтесь! — Нет! — Джейн, срываясь на крик, тянется вперёд, будто силой воли способна дотянуться до Дина. — Дин! Слышишь?! Держись! Не смей! Но Дин не реагирует. Его глаза закрыты, и он словно уже далеко. Сэм выбегает из машины следом. Рука в крови, губа разбита, но он даже не замечает своих ран. Он бросается за каталкой брата: Сэм: — Дин! Я с тобой! Не сдавайся, слышишь?! Врач (отталкивая Сэма): — Отойдите! Дайте нам работать! Сэм делает шаг, но его останавливают. Он разворачивается, видит Джейн — её уносят в другую сторону. Она кричит: Джейн: — Сэм! Не дай ему… не дай ему уйти! — её голос ломается. Сэм протягивает руку к ней, будто обещая удержать их обоих. Сэм: — Держитесь! Вы оба! — выкрикивает он, прежде чем двери в операционную захлопываются, разрезая их взгляд и надежду. Джон появляется последним. Он идёт, прихрамывая, с кровью на лице и тёмной решимостью в глазах. Он видит, как сына увозят, как Джейн слабеет на каталке, и лишь сжимает кулаки. Джон (шепча сквозь зубы): — Чёрт возьми…  В его голосе впервые за долгое время звучит страх. БОЛЬНИЦА, ПАЛАТА 🏥 Дин стоит в коридоре, ошарашенный. Прохожие — врачи, медсёстры, пациенты — проходят сквозь него, словно он призрак. Он в больничной одежде, без ран, но чувствует, что что-то не так. Он медленно возвращается в свою палату. Дин (шёпотом, в шоке): — Что, чёрт возьми?.. Он входит в палату и замирает. На кровати — его собственное тело, неподвижное, подключённое к аппаратам. Рядом сидит Джейн. Она сидит рядом на стуле. Сэм стоит у окна, уткнувшись в телефон, стараясь держаться, но видно, что он на грани. Дин (подходит ближе, пытаясь привлечь внимание): — Джейн? Эй… эй, смотри на меня! Я здесь! Он наклоняется к ней, почти на колени падает рядом со стулом, пытаясь заглянуть в глаза. Но Джейн не реагирует. Джейн (едва слышно, в сторону тела Дина): — Ты ведь справишься Винчестер, я знаю.. Ты не можешь нас бросить. Дин (с отчаянием, шепчет прямо ей в ухо): — Я не бросил вас! Я же здесь! Чёрт… Он протягивает руку, почти касается её плеча — но пальцы проходят сквозь, как через воздух. Дин срывается. Дин (громче, злой и напуганный): — Джейн! Ну же, смотри на меня! Я здесь, чёрт возьми! Джейн вздрагивает, будто почувствовала что-то, но не смотрит. Губы её дрожат. Она отводит взгляд, прикрывая лицо рукой. Сэм подходит и кладёт ей руку на плечо. Сэм (тихо, устало): — Мы его вытащим. Дин слышит, стискивает зубы и смотрит на обоих — на брата и на Джейн, которые скорбят над его телом, даже не подозревая, что он в двух шагах. Дин (шёпотом, почти срываясь): — Чёрт, ребята… я здесь… я жив… Джон сидит у кровати Дина, выглядит измученным и задумчивым. Входит Сэм, сжимая кулаки. Он явно на взводе. Сэм (на повышенных тонах): — Ты что-то скрываешь! Я это чувствую, отец. Ты ведёшь себя так, будто у тебя уже есть какой-то план, и ты не собираешься нам ничего рассказывать. Джон (сдержанно, почти холодно): — Сейчас главное — Дин. Всё остальное потом. Сэм (шаг вперёд, злится): — Да хватит! Мы должны бороться за него вместе, а ты… ты ведёшь себя так, будто уже всё решил сам! Джон медленно поворачивается к Сэму. Его взгляд жёсткий, голос ровный, но в нём сквозит сталь. Джон: — Сэм. Я сказал: потом. Дверь тихо приоткрывается. Входит Джейн, неслышно для них. Она застывает у порога со своим телефоном в руках, слыша последние слова Джона. Её глаза сужаются — она чувствует, что он что-то замышляет. Она смотрит на него пристально, но не вмешивается, понимая, что момент слишком напряжённый. Сэм отводит взгляд, но явно кипит внутри. Сэм (сквозь зубы): — Ты снова всё решаешь один. Как всегда. Джон не отвечает. Он снова переводит взгляд на неподвижного Дина. В комнате повисает тяжёлая тишина. Камера задерживается на лице Джейн. Она кусает губу, будто готова что-то сказать, но в итоге молча выходит, оставив отца и сына наедине. ——— ПАЛАТА. НОЧЬ.🌌 Дин, как дух, стоит у своей кровати. Аппараты тихо пищат. Джейн заснула прямо в кресле, но её пальцы всё ещё крепко сжимают его ладонь. На её лице следы слёз. Сэм спит в коридоре, а Джон где-то исчез. Вдруг в палате появляется девушка — светловолосая, с мягкой улыбкой. Она выглядит совершенно не по-больничному — простое платье, спокойное выражение лица. Дин сразу настораживается. Дин (щурясь): — Кто ты, чёрт возьми? Тесса (спокойно, мягко): — Можно сказать, друг. Я здесь помочь тебе… отпустить. Дин (саркастично усмехается): — Отпустить? Ты серьёзно? Это как раз не в моём стиле. Тесса смотрит на него с лёгкой грустью, но без осуждения. Тесса: — Твоё время пришло, Дин. Это не твоя вина. Ты сделал всё, что мог. Дин (напрягается, злой): — Нет. Нет, не время. Ты ошибаешься. Он резко оборачивается к креслу, где Джейн спит, всё ещё держась за его ладонь. В её лице — усталость и тревога. Дин застывает, его голос срывается. Дин (тихо, но твёрдо): — Особенно, когда там… у меня есть ради кого остаться. Тесса поворачивается, смотрит на Джейн, и её улыбка становится ещё мягче, почти сочувственной. Тесса: — Ты привязан к ним... Но, Дин, ты должен понять — нельзя вечно цепляться. Каждый должен идти своей дорогой. Дин (жёстко, с вызовом): — Может, и так. Но моя дорога — не здесь. Не пока они меня ждут. Тесса смотрит на него внимательно, её глаза полны печали и понимания. Тесса (шепчет): — Ты упрямый… как всегда. Дин делает шаг вперёд, словно готов защищать своё право остаться. ——— ЗАБРОШЕННОЕ ПОМЕЩЕНИЕ БОЛЬНИЦЫ. Затемнённая комната, потрёпанная временем: облупившаяся краска, старые каталки, пыль. На полу — начертанные защитные символы, свечи. Джон стоит в центре, в руках у него Кольт. Его лицо сосредоточено, взгляд мрачный. Он почти не моргает. Джон (глухо, но твёрдо): — Давай. Я знаю, что ты меня слышишь. Появись. Воздух сгущается, свечи начинают дрожать. В углу возникает мужчина в дорогом костюме — глаза вспыхивают жёлтым. Это Азазель. Улыбка самодовольная, взгляд насмешливый. Азазель (растягивая слова, с усмешкой): — Джон Винчестер. Ну наконец-то. Я уж думал, ты так и будешь тянуть. Джон (жёстко, без лишних слов): — Я хочу сделку. Азазель (делает вид, что удивлён): — Сделку? С тобой? А разве ты не тот упрямый охотник, который мечтал стереть нас с лица земли? Джон (напрямую, не давая увиливать): — Жизнь моего сына. В обмен — моя душа. Азазель поднимает брови, наклоняет голову, будто смакуя каждое слово. Азазель: — Интересно… Но что же мне ещё перепадёт за такую щедрость? Джон сжимает Кольт, протягивает его вперёд. Джон (с холодной решимостью): — И Кольт. На лице Азазеля появляется довольная, почти звериная улыбка. Он делает шаг ближе, медленно, будто растягивая удовольствие. Азазель (шёпотом, наслаждаясь): — Ах, Джон… вот это действительно по-отцовски. Сын в обмен на всё самое дорогое, что у тебя есть. Душа и оружие. Он протягивает руку. Джон напрягается, но не отводит взгляда. Азазель (с ухмылкой): — Согласен. Свечи гаснут, воздух в комнате словно вскипает. Сделка заключена. ПАЛАТА. УТРО. Солнечный свет пробивается сквозь жалюзи. Аппараты всё так же мерно пищат. Вдруг Дин делает глубокий вдох, его глаза открываются. Он моргает, дезориентирован. Дин (хрипло, едва дыша): — Что… чёрт возьми?.. Джейн, дремавшая у его кровати, вскакивает, почти не веря своим глазам. Джейн: — Ты вернулся… Господи, я думала, что ты..  Дин (пытается улыбнуться, но голос слаб): — Да ну… меня так просто не свалишь. В этот момент дверь открывается, входит Сэм. Увидев брата в сознании, он выдыхает, глаза расширяются от облегчения. Сэм (почти шёпотом, в улыбке): — Дин… Чёрт… ты очнулся. Дин (усмехается сквозь слабость): — Не скучал без меня? Сэм смеётся сквозь слёзы. В этот момент дверь снова открывается. Входит Джон. Джон: — Сэм, принеси-ка мне стакан кофе. Сэм уходит. Джон садится к Дину. Джейн пристально смотрит. Джон: — Я хочу, чтобы ты знал… я горжусь тобой. (наклоняется ближе, шепотом) — Заботься о Сэме. Он шепчет что-то Дину на ухо. Лицо Дина застывает, он потрясён. ⸻ Коридор. Коридор больницы пуст, тусклый свет дневных ламп режет глаза. Джон выходит из палаты Дина, его шаги тяжёлые, но уверенные — будто он уже всё решил. Он останавливается, опирается на стену. Лицо искажает боль — и не только от ран, но и от тяжести решения, которое он только что принял. Его дыхание сбивается, грудь словно сдавливает. Врачи замечают, как он пошатнулся. Медсестра (вскрикивает): — Доктор! Быстро сюда! Джон слабеет, колени подгибаются. Его руки пытаются ухватиться за стену, но пальцы соскальзывают. Он падает на холодный пол. К нему бегут врачи, суета, крики: Врач: — Давление падает! Готовьте дефибриллятор! Камера задерживается на лице Джона. Он открывает глаза — и в этом взгляде нет страха, только усталость и странное облегчение. Он понимает, что цена заплачена, и Дин теперь жив. Последний вдох. Тишина. Врачи вокруг, но становится ясно — вернуть его не удастся. ⸻ Палата. Сэм возвращается. Дин сидит на кровати, глаза полны слёз. Джейн молча опустив голову рядом. Сэм: — Что? Что случилось? Дин (едва выдавливает): — Папа сказал мне кое-что… перед тем, как умер. Сэм потрясён. Садится, не веря услышанному.