KK situationship

Прошло несколько дней после первого испытания. Половина школы стала ходить со значками «Поттер — вонючка», хотя, по мнению Кэт, никакой здравомыслящий человек, не достигший нужного возраста, не стал бы просить кого-то бросить своё имя в кубок. Да и достигший тоже. Более того, Дамблдор же не идиот, чтобы оставлять для детей такую простейшую лазейку. Даже Фред с Джорджем первым делом попробовали сделать именно так — попросить старшекурсников положить их бумажки — и что вы думаете? Конечно, их задницы ещё долго горели синим цветом в качестве наказания за нарушение правил. Ненавидеть мальчика, у которого после объявления его имени было лицо, как у мертвеца, было не столько безрассудно, сколько бессмысленно. Но почему-то понимали это не все, и Кэт было действительно за него обидно. Она даже пыталась поговорить с ним, но тот всё время находился в прострации и ни на что не реагировал, поэтому девушка просто засовывала ему в руки некоторые конспекты и учебники, которые могли бы помочь. Ей даже удалось пихнуть Гермиону, чтобы та тоже разгадывала, как нормально послушать подсказку в золотом яйце. Загруженная новой работой, Кэт витала в облаках и с учебником под рукой шла по коридору. — Красотка наша! Куда путь держим? — эти раздражающие голоса близнецов заставили девушку закатить глаза. — На травологию. Слышала, вас выгнали с урока за слюнешипучки? Рыжие братья весело переглянулись и расхохотались. — Там у нашего парня от них пошла изо рта пена, — сказал Фред. — Прям как извержение вулкана, — продолжил Джордж, и они снова рассмеялись. Кэт покачала головой и улыбнулась им. — Как же мало вам для счастья надо. — Это точно. — Только мы хотели ещё попросить тебя… — Нет. Нет. И ещё раз нет! — захныкала брюнетка, продолжая уверенно шагать вперёд, пока за ней плелись два придурка. — Вы что, если вдруг кто-то из старшин, особенно Макгонагалл, узнает, что это я вам эти гадости создаю, меня отчислят к чертям. Я и так слишком сильно рискую. — Ну, в последний раз, Кэт, правда! — умоляюще произнесли они в унисон. — Вы какой раз уже мне это говорите. — Просто послушай. Мы с Фредом подумали, как круто было бы сделать красивый костюм, который через два часа превращается просто в красные стринги! Девушка вдруг остановилась и повернулась к ним в шоке. — В стринги? Вы серьезно? — Нам нужен один экземпляр. Мы просто не можем найти лучше артефактора, чем ты. — Такого просто не существует! — Так, перестаньте мне в уши ссать, друзья мои. И кому вы такие костюмы хотите сделать? — Как кому? Слизерину в аренду сдавать будем, конечно! Особенно если костюмы будут выглядеть идеально и стоить дёшево, кто-то точно не устоит. А потом как будут радоваться их дамы, только представь, — близнецы прыснули со смеху, толкая друг друга локтями. Кэт задумалась и вспомнила, как многие из них неприятно вели себя по отношению к ней. Всегда смотрели сверху вниз на другие факультеты, да и к тому же большинство из них носило значки, угнетающие бедного Поттера. Последней каплей стало, наверное, что слизеринцы старались заманить Крама в свою компанию, якобы поддерживая его, а на самом деле поносили его за спиной, смеясь над его искренностью и наивностью — Я возьму за это 70 галеонов. И ещё мне нужно будет посоветоваться с Томасом. — Ну Кэт! Что так дорого? Давай 50, — заныли они. — 75. — 60. — 80. — Ладно! Хорошо. 70 так 70. Меркантильная ты, — фыркнул Фред. — По рукам. И сделайте, чтобы никто не узнал, что я как-то замешана в этом. Заказ приблизительно через пару недель сделаю, потому что сейчас и так загружена сильно, — девушка с победной ухмылкой пожала руки двум рыжим клоунам и направилась на занятие. Выйдя со своим лучшим другом из теплицы и вытирая руки, которые были испачканы в земле, о мантию, Кэт решила заговорить с ним о Викторе. — Слушай, мне нужен совет. — Ого, ну-ка? Это про Крама, да? — Всё-то ты знаешь. Мы с ним не контактировали уже сколько… Месяц? А шёл он достаточно уверенно вначале. — Ну, Кэт. Ты же понимаешь, что кубок выбрал его одним из чемпионов, а это значит, что он с того момента уже начал быть перманентно занятым, — однокурсник деловито снял очки и протёр круглую оправу. — Это твоя теория. А моя теория, что после случая, где я заставила его лезть под стол, он просто посчитал меня дурой какой-то. — Вы же виделись в столовой потом, нет? — И что? Мы ещё в библиотеке постоянно вместе допоздна засиживались, но не разговаривали. — И он всё ещё сверлит тебя взглядом, так? — Ну, теперь, наверное, с мыслью, что я больная на голову, — на этих словах Томас резко остановился и слегка ударил по плечу подругу. — Ай. Эй, говнюк! — Хватит накручивать себя, влюблённая ведьма. — Да не влюблена я. — Да-да, мне ещё расскажи, конечно. Ни о чьём мнении ты так раньше не переживала. Почему ты сама к нему не подойдёшь? — Да ты что… Чтобы я… Чтобы он подумал, что я такая же, как и те девочки, что хвостом за ним ходят? И у них там слишком сильное женское общество, у меня заказы перестанут брать, если увидят. — Ну тут тебе решать, что тебе важнее. — А если я не хочу ничего решать, Том? Я даже не понимаю, есть ли у меня какие-то шансы. Я думала, что мы начнём общаться после того случая. Но он больше не подходил ни разу. Я даже просила Гарри передать ему мазь от ожогов после этого железнобрюхого… Сильно он его… Э-э… Что ещё? — Вопрос в том, передал ли он. Могла бы и сама это сделать. — Я тебе ещё раз говорю, что я не хочу навязываться. Мне нечем его заинтересовать. Он знаменитость, а я… Я даже не знаю, может, у них там в Болгарии так не принято. И вообще просто у нас с ним очень интересная история знакомства, поэтому я всё время об этом думаю. Может, мы бы были хорошими братишками. Братанчиками. Брателло. Броски. — Теперь ты объективно его во френдзону кидаешь. Стой, — она с грустными глазами обернулась на Томаса. Однокурсники стояли в коридоре, окружённые толпой детей, покинувших классы. Девушка в очередной раз проигнорировала тот факт, что чувствовала чужой взгляд на себе, потому что, очевидно, много кто в этом людном месте мог на неё смотреть. Парень подошёл к Кэт поближе и положил руку ей на макушку с ободряющей ухмылкой. Он был выше неё, но несильно. На его щеке проявилась неглубокая ямочка — верный знак того, что сейчас будет какая-то тёплая речь. — Если он не поторопится, то такую конфетку ухватит кто-то другой. — Ой, да прекрати, Томас. — Просто успокойся, возможно, он собирается с мыслями. Надо ещё подождать. В крайнем случае, мы что-нибудь придумаем, да? — Умеешь же ты быть не сукой, — брюнетка по-доброму улыбнулась и обняла друга, на что тот охнул, обхватив её руками. — Мы с Алисией сошлись, — прошептал он ей на ухо. — Кто бы сомневался, ты этими книгами по Квиддичу обложился так, будто сам собрался играть. — Ну всё, всё, отстань, вонючка, — засмеялся русый парень, отстраняясь и заглядывая в синие озёра его лучшей подруги с первого курса, — она тоже поняла, что была не права и что этот спорт, ну, не для всех. Я вот больше шахматы люблю. — Как она тебя ещё такого заучку терпит? «Конь на Е5 и не жульничай, я всё вижу», — Кэт перекривляла когтевранца, который часто перебарщивал, когда пытался запугать противника. На шестом году с ним уже никто не хотел играть, кроме неё и Алисии. — Да кто бы говорил. Если бы кто-то не менял фигурки местами… — Меньше надо на женщину свою пялить. — Это невозможно в моём случае. Кэт умилилась тому, как её однокурсник всегда отзывался о своей партнёрше. Они и вправду последние два года были неразлучны, хотя оба с характером. — А ты романтик, Томи. Кстати, близнецы такую идею накинули. Мне нужна помощь с поиском нужных заклинаний или, может, рун. Ты же ходил на Древние Руны, да? — Я тебя внимательно слушаю. Девушка допоздна сидела в зале для самостоятельной подготовки, чтобы не мешать своей соседке по комнате звуком волшебной швейной машинки. Она мастерила ранним заказчикам платья и костюмы на Святочный бал: сейчас в её пальцах сверкала красная ткань с пайетками. Совмещая маггловскую технику дизайна одежды с магией, брюнетка в два раза быстрее справлялась с делом. Например, платье из этого материала будет казаться горящим при быстром перемещении, что означало, что заказчица, которая в нём будет танцевать, буквально станет огнём вечера. В помещении осталась только Кэт, окружённая светом нескольких свечей. В какой-то момент она уже третий раз зевнула и поняла, что пора ложиться спать. Поэтому брюнетка собрала свою книгу «Сделай это сама» и сборник «Дизайн или как создать полезные свойства у одежды» и с помощью палочки спрятала все наработки в один из шкафчиков для хранения. Вышла из комнаты девушка, уже когда от силы пять человек можно было встретить в главном холле. По дороге она положила свои книги в синюю сумку, расширенную заклинанием. Уже клонило в сон. Из окна виднелся белый сверкающий месяц на чистом звёздном небе, а запретный лес оборонительно стоял и шевелился от лёгкого ветра. Около одной из колонн Кэт неожиданно схватили за запястье и затащили в один из тёмных безлюдных в это время проходов Хогвартса. Её спина слегка ударилась о стену, пока вялый мозг обрабатывал, что только что произошло. Перед ней стоял он. Темноволосый, недавно побритый и массивный мужчина, который был всего на год старше. Его вороные брови были сдвинуты, как будто он пребывал в ярости. Большие ладони оказались на камне по двум сторонам от головы опешившей когтевранки, которая не могла выдать никакую реакцию из-за своей сонливости, только потёрла свои глаза обратной стороной ладони. Его смуглая кожа сливалась с темнотой ночи, делая его слегка незаметным. Лишь глаза сверкали диким чёрным цветом, отражая все невысказанные чувства. — Виктор? — удалось пропищать брюнетке. Она снова стала нервничать, потому что парень вёл себя слишком странно. — Ты меня пугаешь. Но его хмурый облик давил своей энергией, заставляя девушку немного сжаться, хотя расстояние между ними, по сути, определял только Крам. — Что у вас с этим парнем? — но тут Кэт смутилась и задумчиво закусила внутреннюю сторону щеки. — С каким парнем? — Ты знаешь, о ком я говорю. Вы с ним… Встречаетесь? — Я не понимаю, про кого ты говоришь, — девушка посмотрела ему прямо в глаза, стараясь показать свою искренность, но болгарин как будто только сильнее разозлился. — Он прикасался к тебе сегодня в холле. И часто это делает. — А…Томи? Ну, да, мы дружим, — Кэт пожала плечами. Её всё ещё напрягало, как близко к ней стоял дурмстранговец. — Всё? Допрос закончен? — Томи, значит…– пробормотал он. Кэт попыталась наклониться, чтобы пройти под его рукой и освободиться от этого сексуального давления, но парень моментально передвинул ладонь по стене ниже. Его мышцы напряглись, и бицепс стал откровенно выпячивать под очередной тренировочной водолазкой. Сегодня только она прикрывала его грудь, что ещё сильнее смущало брюнетку. — Собралась бегать от меня, Кэт? — прохрипел Виктор, наклоняясь к её уху и вдыхая сладкий запах виноградных духов девушки. — Почему он тебя обнимал? Вы очень близки с ним. — Я не понимаю, в чём проблема. Если в Болгарии так не принято, то это не значит, что никто не может проявлять физический контакт не в романтическом плане, — Кэт нахмурилась, смотря в глаза Краму. — Этот парень делал это явно не с дружескими намерениями. — Перестань это так говорить! Прям чтец мыслей. — Как ты думаешь, вот это я делаю по-дружески? — он внезапно придвинулся ещё ближе и наклонился к открытой коже шеи девушки, касаясь её носом и обдавая горячим дыханием. Реакция последовала незамедлительно. Кэт прижала подбородок к ключицам, сьёживаясь, и возмущённо со всей силы толкнула мужчину двумя руками в грудь, стараясь дать себе пространство. — Что ты творишь, Крам? — ей удалось отодвинуть его от себя на несколько шагов. Дышать стало куда свободнее. Он продолжал со злостью в позе и дёргающимися от потоков воздуха ноздрями пожирать её взглядом. — Когда человеку хочется развить взаимоотношения с другим субъектом, он не пропадает на месяцы и не думает, что кто-то ему что-то должен! А затем не домогается до женщины в каком-то тёмном углу. То, что ты сейчас сделал, было крайне непозволительно. Да и вообще какое тебе дело, а? С кем я обнимаюсь, как я обнимаюсь. Мы никто друг другу, не забывай это, Крам. Болгарин заметил, что когда она злилась, то начинала звать его по фамилии. Его сердце как будто сжалось на последних словах Кэт. Она ведь не имела это в виду? Действительно ли они никто друг другу? Действительно ли у неё не было того же чувства с самой первой их встречи? Ему не хотелось принимать это, Виктор не верил, что девушка могла просто так бросаться подобными фразами. Весь этот месяц прошёл бессонными ночами в попытках подготовиться к первому испытанию, Каркаров лично изнурял ловца тренировками, где спокойно мог изуродовать его тело, а потом залатать зельями даже не в медицинском крыле Хогвартса, а в случайной подсобке. И почему-то Кэт не замечала, что он всегда был рядом, даже когда он запрещал себе о ней думать: в библиотеке их отделял только стеллаж, а в коридоре — несколько жалких метров. И только после хорошего выступления Виктор, разочарованный, что Кэт так к нему и не подошла и не поздравила его, ни слова не сказала, решил подойти к ней в холле. Ведь она даже мальчишку-четверокурсника потрепала по голове; тот почему-то относился к нему слишком хорошо, даже поделился лечебной мазью, после которой быстро исчез волдырь на животе, хотя они были соперниками. Его не радовал ни одобрительный кивок директора, ни хлопки по спине от однокурсников. Виктор пытался понять, почему был так огорчён, когда увидел её не одну. Как же она лучезарно улыбалась какому-то другому парню. Он промолчал, анализируя слова знакомой, и с новой волной какого-то раздражения сделал уверенный шаг к девушке, намереваясь вернуть всё на прежнюю позицию. Но она шустро вытащила палочку из внутреннего кармана чёрной мантии и направила её на него, останавливая следующие действия. В тот момент Кэт уже окончательно проснулась и начинала понимать, что её безопасности угрожали. Короткие волосы встали ёжиком на её голове, щёки приобрели пунцовый цвет, а колени начинали подрагивать. Кэт старалась скрыть свой испуг за маской буйного быка, который готовился напасть при малейшей угрозе. Брови Крама поднялись в ошеломлении, и, похоже, именно в ту секунду он понял, что переборщил. — Отойди. — Кэт. — Я сказала, отойди, — тело девушки уже замерло в оборонительной стойке. Виктор упрямился, но сам палочки не доставал, будто не желая ещё сильнее напугать когтевранку. Его взгляд приобрёл печальный оттенок, и он слегка отодвинулся от прохода. — Кэт, я… — Вообще не хочу больше с тобой разговаривать. Ещё раз ко мне прикоснёшься, я не посмотрю на то, что ты мне… — брюнетка сглотнула, — Уже неважно. Кэт стала лицом к нему отходить от него в коридор. В проходе белое свечение луны скользило по древним камням замка, показывая, наконец, лицо Крама. Он будто тоже был напуган. На его шее виднелся еле заметный шрам, причем гигантский и неграмотно исцелённый, наспех. Портман осознала, что понятия не имела, чем он действительно занимался всё это время. И только когда она перестала его видеть, Кэт развернулась и побежала в башню своего факультета. Уже там её настигло облегчение, что Виктор не ринулся за ней и что никто не увидел слёз, размазанных по веснушчатому лицу.