Частота прикосновений

Женя приходит на площадку, как обычно - за несколько часов до начала. Проверяет пульт, кабели, частоты. Всё в порядке. Всё идеально. Наушники на месте. Внутри - тишина. Но сегодня она замечает что-то необычное. Когда проходит мимо группы осветителей, разговор стихает. На секунду. Потом возобновляется, но уже тише. Девушка не придаёт этому значения. Мало ли о чем говорят. Потом она встаёт возле окна. К ней никто не подходит. Это нормально. Так всегда. Но сегодня Женя чувствует взгляды. Короткие, быстрые, которые отводятся, когда она поднимает голову. Девушка сжимает кружку с кофе. Смотрит в окно. "Мне показалось". Рядом встает Варя - не напротив, как в техничке, а в паре метров, чтобы не привлекать внимания. Женя краем глаза смотрит на неё. -Ты чего сегодня?- тихо спрашивает Петрович. -Ничего. -Выглядишь... напряженной. Женя не отвечает. Варя не настаивает. Но когда Женя уходит из столовой, она слышит обрывок фразы за своей спиной: -.....её, шаманка эта, всё время к ней липнет... Женя замирает. Не оборачивается. Идёт дальше, ускоряя шаг. В наушниках - тишина. Но она не спасает.

***

Варя замечает не сразу. Сначала - просто шёпот за спиной, когда она проходит мимо. Она привыкла к сплетням. На "Битве" их всегда много - кто с кем спит, у кого роман с продюсером, кто на самом деле шарлатан. Петрович обычно не обращает внимания. Но сегодня шёпот - другой. Имя в нём - Женя. -....ну да, она же всё время к ней ходит... ....а та молчит, как рыба, но видно же... Варя останавливается. Поворачивает голову. Две ассистентки, заметив её взгляд, замолкают и отводят глаза. Она не говорит ни слова. Просто идёт дальше. Но внутри - холодок. Не за себя. За Женю. Шаманка знает, как та реагирует на чужое внимание. Как сжимается, когда на неё смотрят дольше двух секунд. А сплетни - это взгляды, помноженные на слова. Для Жени это пытка. Варя ищет её взглядом на площадке. Находит - у пульта, в наушниках, с прямой спиной. "Она слышала",- понимает шаманка. - "Она всё слышала". Петрович хочет подойти. Сказать: "Не слушай их". Но останавливает себя. "Не дави. Она сама". Варя идет к площадке, садится возле стены, закрывает глаза. Пытается настроиться на съёмки. Но мысли не слушаются.

***

Вечером Женя не идёт в техничку. Вечером, когда съёмки заканчиваются, она собирает рюкзак и выходит на улицу. Не оглядывается. Садится в метро, едет домой. В вагоне пусто. Она смотрит в тёмное окно, видит своё отражение - уставшее, бледное. "...экстрасенс эта, всё время к ней липнет..." Девушка прокручивает фразу снова и снова. И злится. На сплетниц. На себя. На Варю - за то, что та вообще существует и подходит к ней. "Правильно говорят. Что я делаю? Зачем я остаюсь с ней в этой техничке? О чём я думаю?" Она не хочет признаваться себе в ответах. Затыкает мысли. Надевает наушники - пустота. Всегда пустота. Дома Женя не ест. Не перебирает инструменты. Просто сидит на кровати, сжавшись в комок, и смотрит в стену. Телефон молчит. Варя не пишет - они никогда не переписывались, у Жени даже её номера нет. "Так даже лучше. Легче забыть". Но внутри - противный, липкий холод. Потеря. Она засыпает с мыслью, что в следующий раз не пойдёт в техничку. Никогда больше не пойдет.

***

Дома Петрович не может уснуть. Она ворочается с боку на бок, смотрит в потолок, считает минуты до рассвета. "Женя ушла сегодня не попрощавшись. Не зашла в техничку. Я заходила - пусто". Варя не хочет признавать, что это её задевает. Но задевает. Шаманка прокручивает в голове услышанные сплетни. "Липнет". Какое дурацкое слово. Она не липнет. Она просто... сидит рядом. Потому что Жене не с кем больше сидеть. Потому что в этой чёртовой студии она единственная, кто не пытается от неё что-то получить. Или Варя ошибается? Петрович садится на кровати, включает свет. Долго смотрит в одну точку. "Может, они правы? Может, я действительно лезу? Она не просил. Она четко сказала: "Не надо" - когда я хотела помочь. А я всё равно приклеила этот пластырь. Всё равно прихожу в техничку. Всё равно...." Варя не додумывает. Встаёт, идёт к окну. Смотрит на чужой город, на одинокие фонари. "Я не хочу ей мешать. И не хочу, чтобы ей было больно из-за меня". Петрович принимает решение - на следующей съемке не подходить. Не заходить в техничку. Дать Жене пространство. Решение кажется правильным. Но внутри - пусто.

***

Через несколько дней Женя приходит на площадку, как обычно - за несколько часов до начала. Проверяет пульт, кабели, частоты. Всё в порядке. Наушники на месте. Она не ищет Варю взглядом. Заставляет себя не искать. В паузе перед съемками Женя занимает привычное место - у стены, рядом с окном. Никто не подходит. Варя входит, в руках стакан с кофе, встаёт далеко - у двери, через весь зал. Не смотрит в её сторону. Женя чувствует пустоту там, где обычно было чужое присутствие. Глупое, нелогичное чувство. "Ты сама этого хотела",- напоминает она себе. Во время большого перерыва девушка идет за новыми батарейками. В коридоре встречает двух ассистенток. Одна смотрит на неё, толкает другую локтем. Они замолкают, проходят мимо. Женя сжимает батарейки в руке. Идёт дальше. Вечером, после смены, она не заходит в техничку. Собирает рюкзак, выходит в коридор - и сталкивается с Варей. Та стоит у стены, как будто ждёт. Жена замирает. -Привет.- тихо говорит Петрович. -Здравствуйте. -Ты... не заходила в прошлый раз. Это не вопрос. Констатация. -Нет. Пауза. Длинная, тяжёлая. Варя смотрит на неё - не в глаза, на плечи. Женя чувствует этот взгляд. Ей хочется убежать. -Я слышала, что говорят.- наконец говорит шаманка. Женя не отвечает. -Мне плевать. -А мне нет.- вырывается у Жени. Громче, чем она планировала.- Мне не плевать. Меня не касаются... сплетни. За четыре года работы тут никто не обращал на меня внимания. А теперь... Она замолкает, закусывает губу. Варя не перебивает. Ждёт. -Теперь они смотрят. На меня. Потому что ты... потому что ты заходишь.- Женя не может закончить фразу. Сжимает лямку рюкзака. -Хочешь, я перестану?- голос Вари ровный, спокойный. Без обиды. Без давления. Женя смотрит в пол. Свои ботинки. Липучки затянуты ровно. Она хочет сказать "да". Так будет правильно. Так безопасно. Так она сможет снова стать невидимкой. -Я не знаю.- шепчет она.

***

Петрович возвращается домой с тяжёлым сердцем. "Я не знаю". Три слова, которые оставляют пространство. Не "да", не "нет". Просто - пауза. Варя сидит на кровати, смотрит в стену. Внутри - борьба. Она могла бы решить за Женю. Сказать: "Ладно, я отойду". Это было бы проще. Для неё - тоже. Меньше думать. Меньше волноваться. Но она вспоминает, как Женя сидела на подоконнике в заброшенном цехе. Как сказала: "Я не умею быть слабой". Как не отводила взгляд, когда было больно. "Она хочет, чтобы я осталась. Просто боится. Как всегда". Шаманка не знает, правильно ли она понимает. Она не умеет читать чужие мысли - только чувства. А чувства Жени запутаны, закутаны в несколько слоёв страха и перфекционизма. Но одно Варя чувствует точно: если она уйдет сейчас, Женя останется одна. Не с кем будет молчать в техничке. Никто не принесёт ей чай. Никто не приклеит пластырь. И это будет правильно? Правильно - оставить человека одного с его болью? Петрович не знает. Она ложится, выключает свет. Долго смотрит в потолок. Решение приходит не сразу. Оно приходит под утро, в том полубредовом состоянии между сном и явью. "Я не буду давить. Я не буду навязываться. Но если она придёт в техничку - я буду там. Я не уйду первая". За окном начинается рассвет. Серый, холодный, чужой. Варя закрывает глаза и засыпает.

***

Дома, в своей постели, Женя наконец может думать. Теперь она в своей квартире. На привычной кровати. Рядом - стол, стул, на спинке которого висит чёрный свитер. Она сидит, обхватив колени, и смотрит на наушники. Варя спросила: "Хочешь, я перестану?" Женя не ответила. Не смогла. Потому что если сказать "да" - это ложь. Если сказать "нет" - это страшно. Она перебирает в памяти их разговоры. Их молчание. Пластырь, приклеенный чужими пальцами. Чай на пульте, который после первого раза она больше не выливала. "Что ты ко мне привязалась? - хочется спросить у Вари.- Зачем тебе это?" Но ответ Женя боится узнать. Через несколько дней снова съёмки. Там снова будет Варя. И техничка будет пустовать, если Женя не придёт. Она берёт наушники. Надевает. Внутри - тишина. "Пойду. Посмотрим. Если она там будет... я не уйду. Не сразу". Девушка ложится, выключает свет. Засыпает с мыслью, что через несколько дней, может быть, всё изменится. Или не изменится ничего.

***

Съёмки заканчиваются поздно. Женя стоит у пульта, перепроверяет частоты - в третий раз, хотя всё и так идеально. Люди расходятся. Голоса стихают. Хлопают двери. Она медлит. Собирает рюкзак медленнее, чем обычно. Перекладывает инструменты с места на место - от большего к меньшему, металл к металлу, пластик к пластику. Наушники на шее. Не включены. Девушка не была в техничке три дня. Три дня делала вид, что ничего не изменилось. Но внутри - ныло. Противным, липким, невыносимым чувством, которое она не хотела называть. "Она, наверно", перестала приходить",- думает Женя.- "Я же не сказала "да". Я не сказала ничего. Она подумала, что я не хочу". Рюкзак застёгнут. Пора идти. Женя не выходит из-за пульта и идёт к выходу. Мимо коридора, где поворот на техничку. Останавливается. Смотрит прямо. Не сворачивает. Делает шаг. Ещё один. Она в коридоре. Дверь технички прикрыта, но не заперта. Изнутри - тусклый свет. Женя замирает. "Она там". Сердце колотится где-то в горле. Женя не знает, что сказать. Не знает, зачем пришла. Не знает, чего хочет. Она не стучит. Просто открывает дверь. Варя сидит на полу в техничке. Спиной к стене, вытянув ноги. На коленях - кружка с чаем, давно остывшим. Она здесь уже полчаса. Шаманка ждала. Не говорила себе, что ждёт - но ждала. Когда дверь открывается, Петрович не вздрагивает. Медленно поднимает голову. Женя стоит на пороге. Рюкзак за спиной, наушники на шее. Лицо бледное, глаза - как у зверька, который забежал в ловушку и не знает, бежать или замереть. -Привет.- тихо говорит Варя. -Здравствуй. Женя не заходит. Стоит, сжимая лямку рюкзака. Петрович видит, как побелели костяшки. -Я... не хотела мешать.- говорит Женя. Голос хриплый,- Увидела свет... -Ты не мешаешь. Пауза. Тишина густая, почти осязаемая. Варя смотрит на неё - не в глаза, на плечи. Они подняты. Сильно. -Заходи,- говорит шаманка. Не "заходи, пожалуйста". Не просьба. Просто разрешение. Женя делает шаг. Потом ещё один. Останавливается у стены, не садится. Варя не торопит. Берёт кружку, ставит на пол. Они молчат. Вентиляция гудит где-то наверху. За окном - темно. Петрович ждет минуту. Другую. Потом говорит: -Я не знала, придёшь ли ты. Женя молчит. -После того разговора в коридоре... я подумала, что, может, тебе нужно время. Я решила не заходить. Чтобы не давить. -Я заметила.- тихо отвечает Женя.- Ты не заходила. -А ты не приходила. Женя сжимает губы. Варя смотрит на неё. На этот свитер - в этот раз чёрный, не серый. На хвост, туго затянутый. На наушники, которые висят на шее. -Я скучала.- говорит шаманка. Женя вздрагивает. Отводит взгляд. -Не надо... -Что - не надо? Говорить правду? -Не надо меня... жалеть. -Я не жале. Я скучаю. Это разные вещи. Женя молчит. Петрович видит, как она сглатывает. Как напряжены пальцы. -Ты можешь сесть.- предлагает Варя. Кивает на пол. Женя медлит. Потом опускается на пол - не рядом, в метре от Вари. Прислоняется к стене, обхватывает колени. Та же поза, что всегда. Шаманка поправляет кружку - не пьёт, просто переставляет с места на место. -Я не буду спрашивать, почему ты не приходила.- говорит она.- Я понимаю. -Правда?- голос Жени тихий, почти неслышный. -Правда. Ты испугалась. Не меня - того, что обо мне говорят. Что теперь про тебя говорят. Что из-за меня ты стала видимой. Женя молчит. Потом кивает - один раз, коротко. -Я не хотела, чтобы ты... чтобы у тебя были проблемы,- выдавливает она. -У меня нет проблем. -У меня тоже. Раньше не было. Варя смотрит на неё. На бледное лицо, на сжатые губы. На глаза, которые блестят - но не от слёз. От чего-то другого. -Женя. Та поднимает голову. -Мне не плевать на сплетни.- говорит Петрович.- Я их слышу. Но мне плевать на тех, кто их говорит. Если ты из-за этого хочешь, чтобы я перестала сюда ходить - я перестану. Долгая пауза. -Но если ты не хочешь - я останусь. И нам будет наплевать вместе. Женя не знает, что ответить. Слова застревают в горле - колючие, неповоротливые. Варя сидит в метре от нее и ждёт. Не давит, не торопит. Просто ждёт. "Скажи "да". Скажи "останься". Ты же хочешь, чтобы она осталась". Но внутри - холод. Страх. "А если они правы? Если она действительно.... не просто так? Если ей что-то от меня нужно? Что тогда?" Девушка смотрит на свои руки. Пластырь давно снят. Ладони зажили. Остались только розовые полоски - там, где была содрана кожа. -Я не умею...- начинает Женя и замолкает. -Что?- тихо спрашивает Варя. -Не умею верить. Что кому-то не всё равно. Что меня не используют. Слова выходят сами. Женя не сморит на шаманку. Смотрит в пол, на свои кроссовки, на шнурки, которые затянуты ровно. Варя молчит. Долго. Потом говорит: -А я не умею врать. Если бы я хотела тебя использовать - я бы уже сделала это. Экстрасенс, помнишь? Я вижу людей насквозь. Женя поднимает голову. -Не всех.- тихо поправляет она. Петрович почти улыбается. -Не всех.- соглашается она.- Тебя - не совсем. Ты закрыта. Как книга, которую заперли на сто замков. -Зачем тебе меня читать? -Я не читаю. Я просто... - Варя ищет слово.- ...просто сижу рядом. Это не одно и то же. Женя смотрит на неё долго. Пытается найти в её лице ложь, выгоду, что-то, что подтвердит её страхи. Не находит. -Если я скажу "останься"... что потом?- спрашивает Женя. Голос почти не дрожит. -Потом мы будем сидеть в этой техничке. Иногда разговаривать. Иногда молчать. Только... -Только что? -Только теперь ты будешь знать, что мне не всё равно. И это, наверно, страшно. Но я не буду торопить. Женя медлит. Внутри - страх. Липкий, тягучий, старый. Но сквозь него пробивается что-то ещё. Тёплое. Хрупкое. Непрошеное. -Останься.- тихо говорит она. Слово маленькое. Три слога. Падает в тишину и не разбивается. Варя кивает. -Остаюсь. Они сидят молча. Вентиляция гудит. Где-то хлопает дверь. Женя не надевает наушники. Чуть позже, собираясь уходить, Петрович протягивает ей маленький свёрток. -Что это?- спрашивает Женя. -Шоколадка. Я знаю, что ты не ешь сладкое. Но это... просто, чтобы было. Женя смотрит на ровно завернутую плитку в фольге. Потом прячет в карман. -Спасибо. Варя уходит. Женя остаётся. Сидит на полу, сжимая в кармане шоколадку. Наушники по-прежнему на шее. Она не надевает их. И долго смотрит на дверь, за которой скрылась Варя.