Я целовала тьму, а она целовала меня в ответ. (I Kissed the darkness, and it Kissed me Back)

Глава 3. Я проснулась от радостного крика Гарри. — Девчонки, вы всё пропустите! Просыпайтесь! Хагрид привёл единорогов. Они неподалёку, за изгородью. Занятия ещё не начались, а все уже там. Он перевёл дыхание. — Гермиона, скорее! И выбежал. Я сорвалась с кровати, натянула первую попавшуюся сорочку и вылетела следом. На улице царил хаос. Ученики Хогвартса — кто в домашних штанах, кто в пижаме, кто накинув мантию на голое тело — толпились у высокой изгороди, которой вчера здесь не было. Все смотрели туда. Все хотели увидеть первыми. Я протиснулась сквозь плечи, локти, вздохи. И увидела их. Единороги. Они не были маленькими. Хагрид говорил, что им около шести месяцев — ещё жеребята, которых можно воспитать под себя. Но они казались взрослыми, сильными, древними. Их шкура переливалась в утреннем свете: белые, серебристые, золотистые, один — угольно-чёрный. Гривы струились, как вода. Рога были острыми и длинными — я не могла отвести взгляд. Хагрид расхаживал за изгородью, гордый, как отец. Бросал в загон живую рыбу из огромной корзины, и единороги ловили её на лету. Гарри и Рон уже добрались до самого края и совали руки сквозь щели, пытаясь дотронуться хоть до одного. Я стояла чуть поодаль и улыбалась. Как маленькая девчонка, которой показали чудо. А потом я почувствовала на себе тяжёлый взгляд. Драко стоял в десяти шагах. Он был помятым, сонным, совершенно не готовым к этому дню. На нём — растянутые спортивные штаны, белая майка, местами застиранная. Волосы торчали в разные стороны, под глазами залегли тени. Он смотрел на меня. Не отрываясь. Я вспомнила всё, что рассказала Люси. Про отца. Про мать. Про то, как он хотел уйти. И я улыбнулась ему. Сквозь силу? Нет. Сквозь что-то другое, что я ещё не умела называть. Помахала рукой. Как Гарри. Как Рон. Как другу. Он смутился. Нахмурил лоб. И отвернулся. И только тогда я опустила глаза. Увидела свои голые ноги. Короткую сорочку, которая едва прикрывала ягодицы. И осознала, что он — видел. Щёки вспыхнули. Я сжала губы, развернулась и почти побежала обратно в домик. В груди колотилось что-то огромное и непонятное.

❀ После завтрака мы наконец собрались в голубых мантиях. Драко появился, когда все уже собрались на поляне. Голубая мантия сидела на нём идеально. Волосы уложены. Но круги под глазами никуда не делись. — Неужели сам Драко Малфой соизволил явиться на занятия? — раздалось из толпы. — Иди к чёрту, толстяк, — бросил Драко, не повышая голоса. Выплюнул жвачку и даже не посмотрел в сторону обидчика. Я стояла в стороне и почему-то уже не удивлялась. Вообще ничему, что касалось его. А потом началась драка. Высокий парень — на две головы выше Драко — толкнул его в плечо. Драко отшатнулся, но не упал. Только зло зашипел: — Вам давно не набивали морду? — Кажется, тебе нужно подправить смазливое личико, — парень подошёл слишком близко. — Ублюдок, который думает, что ему всё позволено. Драко вопросительно поднял бровь. И получил удар в челюсть. Я ахнула вместе со всеми. Драко ответил — резко, грязно, выкрикнул слово, которое приличные девочки не должны знать. Но его уже били впятером. Он упал на землю, и они начали бить его ногами по животу. Никто не вмешивался. Хагрид был с единорогами. Снейп ещё не пришёл. Я смотрела на это, и внутри что-то оборвалось. Не потому, что это был Драко. А потому, что это было несправедливо. Пятеро против одного. И никто, никто не сказал ни слова. — Хватит! — я рванула вперёд. — Хватит! Рон схватил меня за руку, но я вырвалась. Гарри что-то крикнул вслед, но я уже не слышала. Я встала между Драко и ними. На моих глазах выступили слёзы — не от страха, а от отвращения к тому, что люди могут быть такими. — Вы что, не видите? — голос дрожал, но я говорила громко. — Он один. А вас — пятеро. Оставьте его в покое. За спиной я услышала, как Драко прохрипел и сплюнул кровь. — Я не нуждаюсь в твоей защите, Грейнджер. Я не ответила. Сердце колотилось где-то в горле. — Гермиона! — Гарри и Рон подбежали ко мне. — Новая подружка Малфоя? — прошипел один из парней. У меня не было сил отвечать на эту глупость. — Вам лучше уйти, — сказал Рон, заслоняя меня. И тут сзади раздались тяжёлые шаги Снейпа. — Разойдитесь все! Что здесь произошло? Драко лежал на земле в крови, но уже пытался встать. — Драко с мальчиками дрались, а Гермиона пыталась их разнять, — сказал Гарри. — Они напали на него без причины, — добавила я, нервно поправляя волосы. — Впятером. Драко наконец поднялся. Шатаясь, он подошёл ко мне. Ближе, чем следовало. — Тебя не учили, что маленькие девочки не должны встревать в драку? — прошипел он. — Тем более ты… Грейнджер. Он наклонился к самому моему уху. — Я уже говорил тебе: оставь меня в покое. Рано или поздно мне это надоест. Я почувствовала его дыхание на шее. Всё тело напряглось. Я сглотнула — громко, наверное, даже он услышал. А потом я зачем-то посмотрела на его ссадины. На разбитую губу. На кровь на подбородке. И поняла, что не могу его бросить.

❀ В тот день практику отменили. Мы снова разбирали теорию — повадки, характеры, как не бояться. Драко просидел всё занятие в углу, ни с кем не разговаривая. Я ловила себя на том, что смотрю на него слишком часто. Вечером мы собрались в доме у мальчиков. — Гермиона, я не могу поверить, — Рон ходил из угла в угол, взъерошенный и злой. — Зачем тебе понадобилось заступаться за него? Я молчала ровно три секунды. — Мне есть что рассказать. И я рассказала всё. Про отца, который умер. Про мать, которая умирает. Про то, как он хотел уйти из Хогвартса, а Снейп уговорил остаться. Гарри слушал, не перебивая. Потом сказал тихо: — Даже Малфой может сломаться. Рон молчал. Долго. Потом буркнул: — Это ничего не меняет. Он нас ненавидит. — Он никого не подпускает к себе, — поправила я. — Это не одно и то же. Рон отвернулся. Но не ушёл. Мы собрали корзину. Конфеты — все, что были у мальчишек. Тёплый плед. Мазь, которую когда-то давно дала мне мама — она разбиралась в травах, и эта мазь заживляла мгновенно. Я взяла её в руки и подумала: «Мама, сейчас ты помогаешь не мне. Ты помогаешь ему». Мы шли до его дома пятнадцать минут. Я несла корзину, Гарри — плед, Рон — своё плохое настроение и согласие, которое он сам не мог объяснить. — Он нас пошлёт, — буркнул Рон в темноту. — Первым меня. — Меня вторым, — добавил Гарри. — А я буду стоять за вами, — сказала я. — И скрещивать пальцы. Гарри постучал. Тишина. Постучал ещё раз. Ничего. Рон пнул дверь ногой. — Мы что, просто так час собирали это всё? Неужели можно быть настолько эгоистичным ? - сказала я . И тут из темноты за нашими спинами раздался голос. Хриплый, усталый, насмешливый. — Ты права, Гермиона. Поэтому вам стоит уйти. Драко стоял за углом дома. Видимо, возвращался от Снейпа. Ключи от двери блестели в его руке. — Драко, мы… мы принесли тебе кое-что, — сказала я. Так тихо, что сама себя не услышала. Он сделал вид, что не слышит. — Малфой, мы хотим помочь, — сказал Гарри. — Поддержать. Драко усмехнулся. — Та самая компания отважного Гарри, Рона и Гермионы. С чего бы вдруг? Думаете, я поверю? Мне не нужна поддержка. Уж точно не от вас. Он уже взялся за ручку, чтобы закрыть дверь. Но Рон успел поставить ботинок между дверью и косяком. — Ну уж нет, чёртов ублюдок. Я согласился сюда прийти только из-за Гермионы. Мы как идиоты собирали тебе эту корзину! Он кивнул на меня. — Хотя я говорил, что ты не способен на благодарность. Катись ты к чёрту, Малфой. Рон отвернулся. Я вздохнула и уже была готова уйти. — Опять дело рук Гермионы Грейнджер? — вдруг усмехнулся Драко. Я почувствовала, как щёки заливает жаром. Они всегда краснеют, когда он говорит моё имя. Драко вздохнул, развернулся и ушёл в дом. Но дверь оставил открытой. Это значило: «Заходите. Только не говорите, что я вас звал».

❀ — Гарри, сделай чай. Рон, разложи сладости. А я… Я повернулась к Драко. — Ты не против? — спросила я, глядя на него снизу вверх. Он возвышался надо мной, даже когда просто стоял у стены. — Ты не отстанешь же, верно? Это было не вопросом. — О чём ты? — я опустила взгляд, чтобы не встречаться с ним глазами, и полезла в корзину за мазью. — Я просто хочу решить вопрос с… Он снял футболку. Я замерла. Не потому, что я никогда не видела голый мужской торс. А потому, что он был весь в синяках. Живот, рёбра, плечи — лиловые, жёлтые, чёрные пятна. Он был худощавым — не накачанным, как Гарри, а каким-то… острым. Руки, ключицы, линия челюсти. И эти круги под глазами стали ещё заметнее при тусклом свете. Я облизала губы — машинально, не думая. — Тебе стоит прилечь на диван, — сказала я, стараясь не смотреть ему в глаза. — Я всё сделаю. Он лёг, подпёр голову рукой и смотрел на меня. Не отрываясь. Я приблизилась к его лицу. Ссадина на скуле. Рассечённая бровь. Разбитая губа. Я наносила мазь кончиками пальцев — медленно, боясь сделать больно. Я чувствовала его дыхание на своей коже. Слышала, как он иногда затихал — и тогда мне казалось, что он тоже не дышит. Я запомнила каждую мелочь. Шрам над бровью. Родинку у виска. Морщинку в уголке глаза, которую я раньше не замечала. Я могла бы нарисовать его лицо по памяти. Закрыв глаза. — Гермиона, — тихо сказал он. Я замерла. — Я не хочу обижать тебя, поэтому скажу один раз и прямо. Он зашипел, когда я коснулась его живота — там синяк был самым большим. Я убрала руку. — Хочу, чтобы ты держалась от меня подальше. Мы из разных миров. И мне не нужны такие друзья, как ты… Гарри и Рон. Я продолжила обрабатывать синяки. — Я знаю тебя. Знаю твою жизнь. Ты отличница. Отличницы не дружат с плохими парнями. Он знал меня. Он правда знал меня. Мне казалось, что он едва помнит моё имя. А он… — Ты слышишь меня? — спросил он. Я встрепенулась. Наши глаза встретились. Так близко, что я видела своё отражение. — Я не хочу, чтобы ты была рядом, — проговорил он. Каждое слово — отдельно, чётко, как приговор. — Я и не хочу быть рядом, — выпалила я. — Я просто хочу помочь, когда кому-то плохо. Драко долго смотрел на меня. Потом вздохнул. Отвёл взгляд и больше не сказал ни слова. Я обработала его живот, рёбра, руки. Молча. Мальчики пришли с чаем, вареньем, конфетами. Они сели на полу у камина и говорили о завтраке, о Люси, о единорогах, которых видели утром. Рон даже пару раз пошутил, а Гарри засмеялся. Мы с Драко молчали. Я сидела на диване, положив голову на спинку, и смотрела на огонь. Он лежал рядом, на другом конце, и я кожей чувствовала, что он не спит. Он не был жестоким сегодня. Он был честным. Он не сказал «уйди». Он сказал: «Я не хочу тебя обижать». Он сказал: «Отличницы не дружат с плохими парнями». И оставил дверь открытой. Я закрыла глаза. В голове крутился один вопрос. Хотела ли я встретиться с тёмной стороной Драко? Или стоило закончить сейчас. За дверью шумел лес. Рон смеялся над чем-то своим. Гарри подливал чай. А я не знала ответа. АВТОР : Без ваших комментариев мне тяжело. Пожалуйста, напишите пару слов — это будет значить, что я не одна.