Поймай северное сияние

Нет таких слов, говорящих о том, что

Первая любовь — это что-то на прошлом.

Разбитые сердца белой лентою лечены,

Первая любовь — это что-то на вечном, но…

      Ранний подъем никогда не был сильной чертой характера Майка. Особенно, когда этому предшествовала долгая дорога на поезде и машине, эмоциональная встреча со старыми друзьями и отбой заполночь.       Электронный будильник в одной из гостевых комнат, которую занял Майк, противно запищал в семь утра, и он на автомате зашарил рукой по тумбочке в поисках кнопки. На привычном месте ее не оказалось и пришлось с сожалением открывать глаза. Взяв трезвонящую коробушку в руки, Майк сморщился и начал крутить будильник в руках. Дурацкая кнопка никак не находилась, но бить чужое имущество было бы ужасным решением, поэтому Майк открыл заднюю крышку и вытащил батарейку. — Наконец-то, — простонал Майк и отбросил будильник на матрас.       Развалиться на кровати, когда за окном только начинает заниматься рассвет, могло быть блаженным утренним времяпрепровождением для кого-нибудь с режимом жаворонка. Но точно не для Майка.       Майк даже не сова. Он голубь. Он мог спать когда угодно и сколько угодно. Поэтому не прошло и пяти минут, как Майк снова провалился в дрему, раскинув руки в стороны. Дом за ночь нагрелся, и ноги больше не мерзли в носках под одеялом. Было приятно осознавать сквозь сон, что не нужно собираться на работу, запихивать в непроснувшийся организм завтрак и плестись до метро. Зачем вообще Лукас настоял на раннем подъеме? Они приехали на неделю — еще успеют накататься.       В дверь аккуратно постучали. Майк этого не слышал. Дверь со скрипом открылась, и тихие шаги проследовали к кровати. Что-то загородило Майку свет от окна, и он довольно улыбнулся сквозь сон. Затем на него что-то подуло, будто открыли окно, впустив ветер. Еще раз. И еще, уже сильнее. Майк отмахнулся от неприятного ощущения и перевернулся на бок. Послышалось тихое хихиканье двух голосов. Дуновение закончилось, но теперь Майк ощущал на себе пристальный взгляд.       Сон больше закономерно не шел. Он открыл один глаз, и в ту же секунду испуганно подскочил на кровати, уставившись на источник раздражителя. Кажется, он позорно взвизгнул, увидев прямо перед собой Джейн с грозным выражением лица и поднятой в узнаваемом жесте рукой. И только потом спросонья вспомнил, что у подруги давно не было сил. — Что я тебе сделал, чтобы так меня будить? — Майк облегченно выдохнул и заметил второго человека у входа в комнату с камерой в руках. — Макс!       Та разразилась уже ничем не сдерживаемым смехом, и Джейн последовала ее примеру, завалившись на матрас. Майк закатил на девушек глаза и уткнулся лицом в подушку. — Ты неисправим, — сквозь смех сказала Джейн. — Как часто ты опаздываешь на работу? — Поверь, он делает это регулярно, — вместо Майка ответила Макс. — Выключи камеру! — взвыл Майк, бросив в Макс подушку. — А если бы я спал голым? — Тогда наша идея оказалась бы еще смешнее, мне даже жаль.       Майк раздраженно взвыл, спрятав лицо в ладонях. За что ему достались настолько несносные друзья? — Вставай, Майк, мы только тебя ждем. — Да зачем нам так рано ехать на гору? — Нам нужно в прокат, потом купить ски-пассы и разобраться, на какой трассе вы будете нас учить, — отчеканила Макс, явно проинструктированная Лукасом или Дастином. — Поднимай задницу, Уилер, сколько можно дрыхнуть? — Семь утра! — Почти восемь!       Джейн потянула его за рукав пижамы, побуждая покинуть теплую постель. Спорить было бесполезно.       Внизу уже действительно все собрались к моменту, когда Майк спустился в столовую, сразу одетый в лыжные штаны и легкую флисовую водолазку. На столе его приветливо ждал завтрак и дымящаяся кружка со свежим кофе. Дастин жевал хлопья, читая что-то в своих бумажках с работы, которые он взял даже в отпуск. — Где твои очки? — Майк повернулся на голос Уилла, взяв за теплые бока кружку с ароматным кофе.       Уилл стоял рядом и составлял помытую посуду. На нем явно был один из лыжных костюмов Лукаса или его отца. Ярко-желтые штаны с синими лампасами и расстегнутый на горле светлый пуловер.       Перед лицом Майка щелкнули пальцами, привлекая его внимание. — Майк, — Уилл позвал друга. — Доброе утро. — А, да. Доброе, — Майк тряхнул головой, все еще просыпаясь, и сел за стол. — Я надел линзы. На горе с очками будет тяжело.       Уилл смерил его оценивающим взглядом и, удовлетворенный ответом, улыбнулся. Он сел рядом, чтобы допить свою порцию кофе. Остальные суетились рядом, собирая вещи. — Вы уже выбрали, на чем хотите научиться кататься? — Майк затолкал в себя остывшую яичницу. — Я хочу лыжи, — подала голос Джейн, перебирая на диване в гостиной очки и шлемы, которых у Синклеров был целый магазин. — На двух отдельных ногах как-то привычнее. — Я тоже, — Уилл откинулся на спинку стула и взглянул на Майка. — Посмотрим, какие из вас с Дастином учителя.       Дастин рядом уронил смешок и продолжил делать пометки в бумажках. — Да оторвись ты уже от работы, — Майк потянулся через Уилла к Хендерсону, чтобы выхватить первый попавшийся листок, но друг оказался проворнее.       Недовольно фыркнув, Майк бросил попытки отвлечь главного трудоголика Партии и хотел было сесть доедать свой завтрак, но почувствовал, как Уилл аккуратно придерживает его за поясницу. Точно, он буквально навалился на друга в попытках достать Дастина. Неловко повернув голову к Уиллу, Майк почти столкнулся с ним носами и торопливо сел на свое место. Рука с поясницы исчезла. В последний момент Майк успел заметить, как пахнет дезодорант Уилла и что он пользуется бальзамом для губ. Конечно, пользуется, они собираются весь день кататься, и никто не хочет заработать обветренное лицо и потрескавшиеся губы, включи голову, Уилер!       Сам курорт находился в пятнадцати минутах езды от дома Синклеров. Спустя час, который все потратили на подбор инвентаря в местном прокате и возню у касс перед центральным подъемником, Партия наконец в полной готовности стояла у подножья горы и спорила о том, откуда они начнут обучение.       Джейн жаловалась Уиллу на неудобные лыжные ботинки, Дастин щурился от солнца, разглядывая гору, заполненную туристами, а Макс была поглощена тем, чтобы заснять на камеру, как Лукас и Майк почти начали ругаться, споря о том, на какой из двух ближайших траволаторов они пойдут, чтобы показать Уиллу и девочкам основы катания. На небе не было ни единого облака, и солнце заливало светом все вокруг, отчего снег сверкал и делал картинку еще более яркой.       Майк перестал спорить с Лукасом, понимая, что это все равно ни к чему не приведет, и просто направился в сторону правого, самого короткого ленточного подъемника, перехватывая в руках сложенные лыжи и палки. — Трасса буквально называется «Easy», что еще тебе нужно? — ворчливо фыркнул Майк, и на этом спор окончательно заглох. — Эй, лыжи в руки и пойдемте!       Макс поймала в кадр, как Уилл подавил улыбку, так и просившуюся на лицо, пока он наблюдал за привычным поведением своих друзей. На этом она отжала кнопку съемки и сложила камеру в футляр, а затем отдала ее Лукасу, потому что бесконечно падать сегодня планировал точно не он.       Механическая движущаяся дорожка была действительно короткой, всего пару сотен метров, и она идеально подходила для того, чтобы набить первые шишки на снегу. На ней не надо было надевать лыжи и сноуборды, не надо было хвататься за страшные бугели или неуклюже прыгать перед приближающимся креслом. В самый раз.       Майк поймал на себе взгляд двух Байерсов, когда все поднялись наверх. — У меня что-то на лице? — Кто-то говорил о веселье, но пока ты только злишься, — пряча за перчаткой улыбку, поддела Джейн, и Уилл ткнул ее локтем в бок, но это только еще больше усугубило ситуацию.       Подруга уронила смешок, и Майк, закатив на них глаза, начал показывать, как надевать лыжи, и зачем вообще нужны палки. Лукас и Макс отошли от них подальше, чтобы привыкнуть к сноубордам и уже начали практиковаться в балансировке. Легче всех среди новичков на горе было Мэйфилд — борд мало чем отличался от скейта или серфа, который она успела освоить в Калифорнии. Разве что вместо волн или асфальта, под ногами теперь снег и нужно сообразить, как сделать гравитацию своей помощницей, а не врагом. — Давайте я покажу вам, на что нужно обращать внимание, когда вы учитесь кататься, — Дастин с легкостью развернулся на лыжах, объезжая Джейн и Уилла, чтобы оказаться чуть ниже их, лицом к склону.       Проблема была в том, что из Дастина все-таки оказался отвратительный учитель. Он начал со сложного: классический ход, коньковый ход, какая-то техника «плуга» и бла-бла-бла. Все, что получалось у Байерсов, это неуклюже сползать по горе и заваливаться в снег при первой же попытке поставить лыжи ровно. — Как только я ставлю лыжи, как ты показываешь, я лечу вниз и не могу остановиться, — Джейн упала в снег и развалилась поперек трассы, выравнивая дыхание. — Научиться сжимать банку колы силой мысли было легче. — Ты преувеличиваешь, — рассмеялся Дастин и потянул подругу за руку наверх. — Давай вместе. Я поеду задом наперед и буду смотреть и показывать, как поворачивать.       Просить Джейн дважды не нужно было. Она действительно хотела поскорее понять основы и начать получать удовольствие от нахождения на горе. Рыхлый укатанный снег быстро прилипал к яркой одежде и морозил руки, но это было трудно заметить, когда поглощен процессом и заставляешь мозги работать по-новому.       Майк наблюдал за тем, как Уилл кое-как остановился на середине трассы и оперся на палки, воткнутые в снег. Шапка у него съехала набок, волосы под ней растрепались, но тот не обращал на это внимания, пытаясь сообразить, как кататься по инструкции Дастина. От обилия информации он пока, видимо, только еще сильнее запутался. Взглянув вниз, Майк с сожалением заметил, что Макс уже спустилась первый раз под контролем Лукаса, и они уже направлялись на второй подъем. Майк плавно проскользил до одного уровня с Уиллом и остановился, оказавшись чуть ниже него по склону. — Я не понимаю ни слова из объяснений Дастина, — пожаловался Уилл ему. — Он постоянно говорит про наклон тела, какие-то градусы, постановку ног, а я устоять-то на них не могу без палок, не говоря уже о том, чтобы поехать.       Майк еще раз посмотрел, как неподалеку Дастин размахивал руками, словно регулировщик на перекрестке, командуя Джейн отставлять ногу, наклонять корпус и прижимать палки к телу. Тем не менее, у нее действительно начинало получаться, и Майк заметил победную улыбку на лице девушки.       Неожиданно вспомнилось, что ему самому тяжело давалось обучение, хоть Майку и было восемь — может, девять — лет. Но мама учила его кататься проще — Майк никогда не думал о куче правил и пресловутых градусах наклона к горе. Главное понять, что делать ногами и равновесием. Майк снял свои палки с запястий и протянул свободную руку Уиллу: — Давай сюда конец своей палки, — Уилл непонимающе уставился на него. — Зачем? — Мы будем учиться по методу Карэн Уилер.       Майк увидел, как друг не сдержал ухмылки от комичного названия, и принял конец одной из палок Уилла, перехватив ее чуть выше стоп-кольца. — Смотри, мы поедем зигзагом, — он повернулся к спуску и провел пальцем воображаемый маршрут. — Сначала доедем до дерева на краю трассы, там научимся поворачивать, и доедем до того столба, понял?       Уилл кивнул, собираясь с силами. — Ставь лыжи ровно поперек горы и чу-уть-чуть поверни носки, чтобы гравитация потянула тебя по диагонали вниз. Я поеду впереди и буду задавать скорость.       Получив второй кивок, Майк медленно двинулся задом вниз по склону и внимательно начал наблюдать за движениями друга. Скольжение получилось ровным, и Уилл проехал больше, чем получалось до этого. — А теперь самое главное, — начал Майк, не прекращая движение. — Все на самом деле просто. Хочешь повернуть направо — отводи левую пятку в сторону. Хочешь налево — правую пятку в сторону. Давай.       Майк отпустил палку Уилла и резко спустился ниже, выровняв лыжи, а потом остановился, наблюдая за попыткой. Первое неуверенное движение Уилла заставило его повернуть от края трассы и двинуться вниз в противоположном направлении. Майк следовал за ним, не мешая сосредоточиться. Второй поворот тоже получился и, хоть скорость была совсем маленькая, Уилл скользил по склону плавно, без паники, и на его лице постепенно расцветала улыбка. Поэтому, когда Майк понял, что они доехали до конца, он уже хотел было похвалить друга, но тот в последний момент споткнулся о собственную палку, воткнувшуюся в снег, и рухнул в снег. Но следом послышался смех. — Получилось, Майк! — раздалось снизу, и Майк, открепив лыжи от ботинок, подошел к Уиллу и протянул ему руку, чтобы помочь встать. — Я ни разу не упал, ты видел? — Видел, — Майк даже не заметил, что откровенно любуется другом, стряхивая с его шапки снег и наконец поправляя ее на волосах. — Ты молодец.       Поймав сияние в глазах Уилла, Майк подумал о том, как же здорово, что он додумался сагитировать всех на поездку в Стоу. Когда еще у них получится вот так встретиться без повода всем вместе и провести несколько дней вне своей привычной рутины? — Мы тоже видели! — Джейн легко подбежала к брату, привыкнув к негнущимся тяжелым ботинкам. — Еще пару таких спусков, и мы сможем подняться куда-нибудь повыше. — Но нам не стоит забывать, что здесь есть сложные трассы, поэтому не уезжайте без нас, а то будете спускаться на задницах, — Дастин поднял лыжи и палки, брошенные Джейн неподалеку, и подошел к остальным. — Ну, что? Поднимаемся? — Да, — хором ответили все, и они пошли к подъемнику.       Так они спустили еще несколько раз, отрабатывая технику и неминуемо собирая шишки, стоило потерять равновесие или запаниковать от случайно набранной скорости. Когда стрелки часов перевалили далеко за обед, вся Партия решила подняться на трассу повыше, чтобы посмотреть на открывшийся вид и попробовать более длинный маршрут. Макс очень быстро освоилась на борде и уже пробовала ездить в более сложных техниках с перекантовками, потому что спускаться «елочкой» ей было неудобно из-за слепой зоны с левой стороны. Джейн и Уилл привыкли к постоянному напряжению в ногах и тоже захотели новых ощущений.       Шестой подъемник вел на промежуточную высоту спусков к западной трассе, с которой открывался завораживающий вид на заснеженную природу, а домики курорта казались крошечными, точно игрушечными, с такого расстояния. — Встаньте вместе, я хочу это заснять, — крикнула Макс, бросив борд на снег, чтобы снять с шеи Лукаса камеру. — Дастин, давай быстрее!       На этот раз в кадр попали все члены Партии, собравшиеся разноцветной кучкой на фоне открывшегося вида. По бокам их объезжали люди, хвойный лес зеленел за их спинами, а вдалеке был виден горизонт и дорога, тонкой серой лентой, петляющая между вершинами гор. Как с картинки журнала «Атомик», которые Джейн разглядывала в доме Синклеров. — Уилер, лицо попроще сделай! — Мне солнце слепит! — Так надень очки!       Майк издал страдальческий стон, но очки действительно натянул, чтобы не начинать опять препираться с Макс. Он воткнул перед собой лыжи в снег и закинул руки на плечи Уилла и Лукаса, стоящих рядом.       Майк на самом деле терпеть не мог фотографироваться, но привычка матери документировать каждый шаг своих детей выработала в Майке смирение по этому поводу. Но лицо попроще, как сказала Макс, сделать было тяжело, и он просто всегда неловко поджимал губы в нелепой улыбке и показывал два растопыренных пальца в кадр, потому что на большее его фантазии никогда не хватало.       Удовлетворившись результатом, Макс закончила снимать, и все принялись обуваться. Майку хотелось разок спуститься с горы самому, чтобы проветрить мозги и вспомнить, каково это, когда ветер бьет в лицо, а под лезвиями лыж плавится и разлетается в стороны снег. В обычной жизни Майк страдал от своих нескоординированных движений, мог врезаться в угол мебели или больно приложиться мизинцем о неудачно подставленный стул. Но, катаясь в горах, в нем просыпался неожиданный скрытый талант ловко управляться с собственным телом и порой ловить ощущение, чем-то похожее на полет. Майк действительно любил это чувство.       Оторвавшись от остальных, он остановился на обочине белой сверкающей трассы и перевел дыхание. Ветер шумел в ушах, а щеки раскраснелись, и он расстегнул куртку на горле, чтобы было не так жарко. Он хотел подождать, пока остальные спустятся к нему, и продолжить катание уже вместе.       Но в следующее мгновение его неожиданно сбили с ног, и он повалился в сугроб, чудом не вывернув себе ничего. В него явно кто-то врезался, хотя он специально отъехал подальше от основного движения, чтобы не мешаться. Отплевавшись от снега, Майк уже собирался рявкнуть на не смотрящего по сторонам человека, но, повернувшись, столкнулся с испуганным и виноватым взглядом незнакомой девушки. — Извините, ради Бога, — затараторила девушка, торопливо сползая с Майка в сугроб рядом и отстегиваясь от своего сноуборда. — Я отвлеклась и не заметила вас, когда хотела развернуться.       Девушка смущенно встала на ноги и протянула Майку руку, помогая ему подняться следом. Она была симпатичной. Темные волосы, подстриженные в короткое каре, тонкие, аккуратные черты лица и пронзительно голубые глаза, которые на ярком солнце казались почти светящимися изнутри. Она отпустила руку Майка и неловко поправила волосы, заинтересованно рассматривая своего случайного пострадавшего. — Я просто только учусь кататься и не всегда вовремя отрываю взгляд от ног, хотя мне уже сто раз сказали, что смотреть вниз вообще не нужно.       Милая, подумал Майк, чем-то похожа на Холли, если бы та была старше лет на пять. — Все в порядке, — откашлялся он. — Никто не пострадал, так что можно не волноваться. — Я Кортни, — улыбнулась девушка, расслабившись после того, как Майк наконец подал голос. — А ты? — Майк.       Сразу захотелось оглянуться в поисках друзей. Они спускались медленнее, чем он предполагал. Уже собираясь из вежливости попрощаться, чтобы избежать продолжения неуклюжего диалога с незнакомкой, Майк проверил крепления, но тут рядом с ним резко затормозили Лукас и Макс, хитро улыбаясь. — Вот ты где, — Лукас упал на снег, разглядывая девушку снизу вверх. — Привет! — Привет, — Кортни дружелюбно улыбнулась, надевая обратно борд на ноги. — Твои друзья? — Д-да.       Майк снова заозирался по сторонам и с облегчением заметил, что остальные тоже подъезжали к ним, создавая скопление людей на краю трассы. — Ого, Майк, ты кого-то сбил? — Дастин оценивающе взглянул на незнакомку и хитро покосился на друга. — Не я-… — Это я по сторонам не смотрю, простите.       Кортни смутилась столь пристальному и незапланированному вниманию, но от глаз всех не укрылось, что она была явно заинтересована в Майке. Тот в свою очередь взглянул на Уилла, который не сказал ни слова, и с удивлением заметил, что друг наблюдал за ним. Майк столкнулся с ним взглядами, и Уилл, опомнившись, отвернулся, сделав вид, что ему невероятно интересно, как люди проносятся мимо него по снегу.       А вот Кортни, видимо, оказалась не из робких. — Может, в качестве извинений я приглашу тебя вечером в какой-нибудь бар у подножья? Дай свой-… — У меня нет телефона, — резко выпалил Майк, хотя сотовый телефон в девяносто шестом был почти у каждого молодого американца.       Кортни опешила. — Майк, что ты-… — начал возмущенно шипеть Дастин, но Майк предупреждающе стукнул его палкой по ноге. — Прости, но мы хотели бы продолжить кататься.       Не ожидавшая настолько резкого отказа, Кортни покраснела до кончиков ушей и, сконфуженно попрощавшись, отъехала от Майка и остальных. Среди друзей повисла неловкая пауза, Макс переглянулась с Уиллом, а Дастин шокированно уставился на Майка. — Какого черта, чувак? — он был в недоумении. — Ты вообще ее видел? Да она же идеальная! — Да-астин… — протянул Майк, не желая выслушивать в очередной раз нравоучения по поводу отношений. — Нет, не отмахивайся, — Дастин не отступал. — Когда у тебя последний раз вообще была девушка? Два года назад или больше? — Лилиан была в девяносто третьем, — поправил Лукас, все еще валяясь на снегу. — Три года назад, Майк! — Я не хочу это обсуждать, — взвился Майк, снова против воли возвращаясь взглядом к Уиллу. Но он все так же молчал, делая вид, что его вообще здесь нет, а Джейн, стоящая рядом, наоборот, внимательно наблюдала за Майком и его попытками свернуть неудобный разговор. Ну почему сбить должны были именно его? — У тебя уже кто-то есть? — не унимался Хендерсон. — Может, тебе кто-то нравится? Майк, да как так можно, ты останешься единственным холостяком среди нас! — Даже если мне кто-то нравится, я не собираюсь говорить об этом, ясно тебе? — не выдержал Майк и в ту же секунду пожалел о своем порыве.       Потому что на него еще более удивленно уставились пять пар глаз, и даже Уилл вскинул брови, повернувшись к нему. — Ладно, Уилер, уймись. Не будем мы к тебе лезть, — Макс хлопнула его по плечу и махнула всем рукой, чтобы продолжить спуск.       Майк остался на обочине один, когда Джейн последней отъехала от него, перед этим еще раз нечитаемо посмотрев ему в глаза и мягко потрепав по руке. Он искренне надеялся, что вся эта ситуация замнется, и никто не будет докучать ему с вопросами о его болтливом языке. Может, Майк и понимал, что ему хватило одного дня, проведенного с Уиллом, чтобы окончательно прийти к выводу, что ему нравится его лучший друг, который был давным-давно влюблен в него в школе, но это не значит, что он имел моральное право об этих чувствах распространяться.       Его целью было разобраться в себе, а не кадрить друга, с которым прожил бок о бок столько, сколько вообще себя помнил. Выбирая между сохранением дружбы — которая и так пережила кризис после того, как ему проболтались о влюбленности Уилла на выпускном — и мизерным шансом получить взаимность, Майк определенно выбрал не рисковать.       Первая любовь не способна жить больше десяти лет.       Она затирается, как старая игрушка, оставленная на полке в детской, смазывается со временем, как след от потекшей ручки, и забывается, перекрытая жизнью, которая не останавливается ни на минуту и продолжает идти своим чередом.       Майк прекрасно это понимал, и не собирался даже в мыслях нарушать тот уютный невинный мир, выстроившийся между ним и Уиллом за всю жизнь. Раньше Майк сделал ему больно, не заметив, что в действиях, словах и сердце Уилла было спрятано намного больше, чем дружеская преданность. Теперь Майк добровольно пожинал плоды своей слепоты, слишком поздно осознав, что попросту никогда не смотрел на свою привязанность к другу под другим углом.       А за свою тупость порой нужно платить той же монетой.

—

      Естественно, вечером никто не забыл о том, что Майк не умел держать язык за зубами. — Ну, что ж, Майкл, — по-деловому начал Лукас, устроившись рядом с ним на диване с кружкой горячего какао, который он сделал вместе с Джейн. — Рассказывай, кто эта счастливица? — Святая Дева Мария, за что, — Майк откинул голову на мягкую спинку и взмолился о помощи свыше. — Давайте вы просто забудете, что я сказал.       Теплый свет от зажженного камина и сладкий запах какао окутывал гостиную в уютную атмосферу рождественских фильмов, несмотря на то, что на календаре оставались считанные дни до конца февраля. После первого пробного дня, наполненного катанием, обедом на вершине горы и миллионом неловких падений в снег, все собрались в одной комнате, чтобы дать телу расслабиться и отдохнуть.       Макс отсматривала снятые за день видео на маленьком откидном экранчике камеры, Дастин снова держал на коленях папку с отчетами своего научного коллектива, а Джейн и Уилл устроились на пушистом ковре у дивана и обсуждали разницу подхода обучения Майка и Дастина. — Нет, Майк, серьезно, — не отрываясь от набора чисел и букв на бумаге, подал голос Хендерсон. — Сколько девушек у тебя вообще было за жизнь? Джейн в двенадцать, Лилиан в двадцать и… Как там ее-… — Мэри, — вставил Уилл, отвлекшись от разговора с сестрой. — Точно, Мэри на первом курсе университета, с которой ты выдал страйк-аут, и она тебя бросила, — Дастин никогда не стеснялся темы секса, что выводило Майка из себя за секунду. — О, Дасти-Бу, давай вспомним, как ты потерял свою горячо любимую Сьюзи, потому что она оказалась слишком консервативной для подросткового перепиха на летних каникулах перед выпускным классом?       Майк дернулся на друга, который порой не видел границ дозволенного при общении, а потому считал, что мог ответить ему в той же манере. Но его укол был воспринят совсем не так, как Майк того ожидал. Вместо привычных возмущений Дастин закрыл папку с отчетом и смущенно потер шею. — Ну, вообще-то… — он сбился, подбирая слова. — Я столкнулся с ней на конференции в Балтиморе месяц назад. — ЧТО?       Вопрос хором прокатился по гостиной от всех членов Партии, и они уставились на Дастина, сразу же потеряв интерес к загадочной «счастливице» Майка. — Мы созваниваемся на выходных, — продолжил Дастин. — Она живет в Коннектикуте, в двух часах езды от Бостона, пишет диссертацию на степень PhD, и она свободна. — Гонишь! — не выдержала Макс, перебив Дастина. — Та самая Сьюзи из мормонской Юты, у которой отобрали компьютер и не давали общаться с тобой после того, как эти двое, — она махнула на Майка и Уилла. — Ворвались в ее дом? — Та самая, — на лице Дастина проступила улыбка.       Все шокировано затихли, переваривая неожиданную новость. Дастин же откашлялся и смущенно посмотрел на Джейн. — Понимаю, что список гостей давно утвержден, и я собирался прийти без своего «плюс один», но я рассказывал Сьюзи о планах на март-… — Конечно, она может прийти с тобой! — Джейн даже не дала другу закончить предложение и подскочила с ковра, чтобы упасть на диван рядом с Дастином и заключить его в объятия. — Я буду очень рада наконец увидеть ее вживую! Погоди, вы уже прямо, ну, вместе? — Кажется, мы на пути к этому.       Больше за этот вечер никого не интересовала тема тайного интереса Майка. Правда порой он замечал на себе долгий взгляд Уилла или Джейн, но придавать этому значение не хотел.       Джейн могла расслабиться — еще одного «плюс один» на ее свадьбе в марте точно не будет.