Огонь | страсть | любовь

После истории с пропавшими вещами Ана ещё несколько дней старательно избегала даже смотреть в сторону баскетбольного зала. Не потому что боялась. Скорее — ей было неловко. Она до сих пор не понимала, почему именно Аомине-сэмпай тогда вмешался. Большинство старшеклассников просто прошли бы мимо или, в лучшем случае, посмеялись бы вместе со всеми. А он помог. Спокойно. Будто это было совершенно естественным поступком. И именно это почему-то не выходило у неё из головы. В пятницу после уроков она снова задержалась в библиотеке. Учительница литературы попросила помочь расставить новые книги перед проверкой, и Ана согласилась почти с облегчением. Любая причина остаться в школе подольше казалась спасением. Когда она наконец вышла из библиотеки, коридоры уже почти опустели. Только где-то далеко, из спортзала, доносились привычные звуки: удары мяча об пол, скрип кроссовок и громкие голоса игроков. Ана поправила ремень тяжёлой сумки на плече и направилась к выходу. — О, великанша идёт. Она мгновенно напряглась. У лестницы стояли двое мальчишек из параллельного класса — те самые, что недавно подложили ей кнопку на стул. Оба улыбались с привычной, уже надоевшей наглостью. — Слушай, а тебе в баскетбол не предлагали играть? — усмехнулся один. — Ты бы вместо кольца стояла. Экономия на инвентаре. Второй заржал. Ана стиснула зубы и попыталась пройти мимо, опустив голову. Но один из них шагнул в сторону, перекрывая дорогу. — Эй, ты чего такая серьёзная? Мы же просто шутим. Она уже открыла рот, чтобы ответить, когда за её спиной раздался низкий, ленивый голос: — Вы домой не собираетесь? Мальчишки моментально замолчали и обернулись. По коридору шёл Аомине Дайки. Форма клуба небрежно висела у него на плече, волосы были ещё влажными после тренировки, а в руке он держал бутылку воды. Выглядел он уставшим, но при этом совершенно спокойным. — Да мы просто разговариваем, Аомине-сэмпай… — быстро сказал один из мальчишек. — Ага, — лениво протянул Аомине. Его взгляд медленно переместился с них на Ану, потом обратно. — Тогда разговаривайте где-нибудь в другом месте. Она домой идёт. Тон был ровным, почти скучающим. Но в нём чувствовалась такая уверенная сила, что мальчишки сразу сникли. — Ладно… пока, великанша. Они быстро спустились по лестнице, продолжая тихо перешёптываться. Ана раздражённо выдохнула. — Идиоты… — Ага, — спокойно согласился Аомине. Он сделал глоток воды и кивнул в сторону главного выхода. — Тебе в эту сторону? — Да. — Тогда пошли. Будто это было самым обычным делом на свете. Ана растерянно моргнула, но всё-таки пошла рядом. Сначала они шли молча. Она не знала, что сказать, а он, казалось, не чувствовал необходимости заполнять тишину. Через пару минут Аомине всё-таки заговорил первым: — Они к тебе часто пристают? Ана пожала плечами, глядя под ноги. — Не очень. Иногда. — Врёшь, — спокойно сказал он. Она подняла на него глаза. Аомине смотрел прямо перед собой, но уголок его рта слегка дёрнулся. — Я не вру, — тихо ответила она. — Врёшь. У тебя лицо такое делается… будто ты хочешь провалиться сквозь землю, но очень стараешься этого не показать. Ана почувствовала, как щёки предательски теплеют. — …Ты слишком наблюдательный для человека, который постоянно спит на уроках. Аомине коротко усмехнулся. — А ты слишком острая на язык для человека, который всегда молчит. Они снова замолчали. Но теперь молчание было уже не таким тяжёлым. — Спасибо… — вдруг тихо сказала Ана. — За тот раз. С вещами. — Не за что, — ответил он, пожимая плечами. — Просто бесит, когда трое на одного. Ана украдкой посмотрела на него. Высокий, широкоплечий, с этой ленивой походкой, будто ему всё равно, куда идти. Но при этом — странно надёжный. Как будто рядом с ним можно было не сутулиться. — Можно спросить? — осторожно начала она. — Спрашивай. — Почему ты… помогаешь мне? Мы же даже не знакомы толком. Аомине задумался. Крутанул бутылку в руке. — Не знаю, — честно ответил он. — Просто… ты выглядела так, будто тебя сейчас сломают. А мне это не нравится. Ана почувствовала странное тепло в груди. Не жалость. Не снисхождение. Просто… понимание. — Меня все считают странной, — тихо сказала она, глядя на свои кроссовки. — Из-за роста. Из-за того, как я выгляжу. Аомине фыркнул. — Люди — идиоты. У тебя нормальный рост. Даже хороший. Просто ты сутулишься, как будто хочешь стать меньше. Не надо. Ана впервые за долгое время улыбнулась по-настоящему. — Легко тебе говорить. Ты сам высокий. — Вот именно, — он посмотрел на неё сверху вниз и слегка усмехнулся. — Поэтому и говорю. Я через это прошёл. В младших классах меня тоже дразнили. — Правда? — Ага. Пока я не начал выигрывать все матчи подряд. Тогда вдруг все стали «Аомине-сэмпай, Аомине-сэмпай». Он сказал это без хвастовства. Просто как факт. Они дошли до перекрёстка, где обычно расходились. Аомине остановился. — Ладно. Дальше сама? — Да. Спасибо, что проводил. Он кивнул и уже собирался уходить, когда вдруг обернулся. — Эй, Ана. Она удивлённо посмотрела на него. — Не сутулься. Нормально выглядишь. И ушёл, небрежно помахивая бутылкой. Ана долго стояла на месте, глядя ему вслед. В груди было странно тепло и немного страшно одновременно. Она ещё не знала, что эти совместные прогулки после школы скоро станут для неё самым светлым моментом каждого дня. И что человек по имени Аомине Дайки постепенно, шаг за шагом, будет разрушать все стены, которые она так тщательно вокруг себя выстраивала.